Дьявольская ласка

Дом был огромный — снаружи казался почти заброшенным, но внутри бился пульс ночи. Гул басов отдавался в груди, как будто у кого-то под кожей было спрятано сердце барабана. Маша подняла воротник куртки и оглянулась на Эвиту.

— Может, мы просто на минут десять? — пробормотала она, перекрикивая музыку. — Чисто посмотреть, чтобы ты не умерла от FOMO.

Эвита, вся сияющая, засмеялась:
— Ты уже здесь, Мария. Назад пути нет.
И с этими словами потянула её за руку внутрь.

Толпа поглотила их сразу. Запах алкоголя, дешёвого дыма и чужих духов. Кто-то пронёсся мимо с бокалом, кто-то хохотал, прижимаясь к стене, кто-то уже спал на диване лицом в подушку.

— Господи, — выдохнула Маша. — Это... что, ордена сатаны вручали?

— Не ной, принцесса. Хочешь пунш? — Эвита уже протискивалась к импровизированному бару.

Маша отказалась жестом и пошла за ней следом, но толпа снова их разъединила. Кто-то ткнул ей в плечо — случайно или нет, она не поняла. Улыбка:
— Эй, милашка, ты новенькая?
— Нет, я просто плохо выгляжу.
— Мда, колючая. Нравится.
— А мне — нет.
Он ушёл, хохоча. Маша закатила глаза.

По пути ей пришлось обойти компанию, уткнувшуюся в кальян, и пару, явно ищащую уединения. Один парень, не глядя, врезался в неё плечом.

— Ты чё, слепой? — взвилась она, мгновенно вспыхнув.
— Это ты не смотришь, куда прёшь, — бросил тот.
— Ну так научись, пока кто-нибудь по лицу не проехался, — она окинула его взглядом, медленным и пренебрежительным.

Парень фыркнул, но отступил. И Маша, чуть расправив плечи, двинулась дальше. Хотелось найти Эвиту.

С каждой минутой становилось всё душнее. Вокруг курили, громко целовались, кто-то визжал от смеха, кто-то от удовольствия. Её платье, ещё час назад казавшееся удачным, теперь липло к телу.

— Эвита? — Она оглянулась. — Эвита!

Подруга исчезла. Телефон вибрировал в кармане, но сеть прыгала — сообщения не доходили. Маша вздохнула, решительно развернулась и пошла искать, хоть что-то похожее на покой.

Коридор. Длинный, полутёмный. Одна дверь. Потом вторая. Из-за третьей доносились звуки, которые лучше не анализировать. Она вздрогнула, чуть не уронила телефон, и наконец наткнулась на ту самую — тишина за ней.

— Хоть бы уборная... — пробормотала она и толкнула дверь.

Тишина оборвалась, как плёнка, которую перерезали ножом.

На кровати — парень и девушка. Он сидел, откинувшись назад, обнажённая грудь блестела в полумраке, волосы были тёмные, немного растрёпанные. Его лицо было странно спокойным, как будто он знал, что её встреча здесь — вопрос времени. Девушка уткнулась в его плечо, он даже не посмотрел на неё — только на Машу.

Глаза. Холодные. Тёмные. Острые.

— О, чёрт... извините! — Маша зажала глаза рукой, повернулась. — Простите, пожалуйста, я думала, это туалет! Или кладовка... или что-то... неважно!

— Ты осталась стоять на месте, — заметил он негромко, почти с ленивой насмешкой.

— Да я... всё, я ушла! — она захлопнула дверь и буквально отпрыгнула назад.

Щёки горели. Она закрыла лицо руками.

— Господи, я только что вломилась к полуобнажённому Аполлону с его подружкой... и он смотрел так, будто я ему мешаю пыль вытирать.

Маша спустилась обратно в гостиную, но желания возвращаться в толпу уже не было. Телефон всё так же молчал. Ни Эвиты, ни выхода. Ни кислорода.

Она села на подоконник, прижалась к стеклу.

— Ну и вечеринка, — выдохнула она. — И зачем я только согласилась...

Хотелось найти хотя бы укромное место, где можно перевести дух.

Открыв одну из дверей, она наткнулась на ещё одну парочку, увлечённую... явно не беседой. Быстро захлопнув дверь, Маша отступила назад. Сердце стучало где-то в горле.

— Отлично, просто отлично.

Следующая дверь оказалась похожей на кладовку — полутемная, с пыльным креслом и тишиной, как благословением. Она встала у стены, выдохнула.

Но стоило сделать шаг назад, как каблук соскользнул с края ступеньки — она не заметила, что вышла к лестнице. Тело резко пошло вперёд.

— Чёрт!

Схватить перила она не успела. Всё произошло за секунду.

И вдруг — руки. Чьи-то крепкие руки перехватили её в воздухе, притянули к твёрдой груди. Она уставилась в лицо парня, который буквально выдернул её из падения.

Высокий. Тёмные волосы, немного растрёпанные. Резкие скулы, прямой нос, губы, будто созданные для того, чтобы говорить колкости. И глаза... Чёрные, как ночь. Но не пустые — нет. Там было что-то пугающее. Спокойствие, граничащее с равнодушием.

Он не сказал «всё в порядке?», не спросил, жива ли она. Только слегка приподнял бровь.

— Ходить не умеешь?

Маша, всё ещё в его руках, моргнула.

— Ты часто так девушек ловишь? Или у тебя это типа хобби?

— Только тех, кто падает слишком эффектно, — его голос был низким, насмешливым. Идеально совпадал с тем, как он выглядел.

Она вырвалась, поправляя волосы.

— Спасибо, конечно. Но мне уже достаточно унижений на сегодня.

— Ещё вечер только начался, — усмехнулся он и скользнул мимо, как тень, растворяясь в шуме.

Маша осталась стоять на лестнице, чувствуя, как сердце стучит не в груди, а где-то в животе. Она выдохнула. И только потом поняла, что даже не спросила его имени.

Но в глубине души она знала: это было не в последний раз.

Маша с силой выдохнула и провела рукой по лицу. Громкая музыка, сладковатый запах тела, алкоголя и сигарет, хриплый смех, поцелуи, танцы на грани приличия — это было не для неё.

Ни Эвиты, ни нормального воздуха, ни желания оставаться здесь хотя бы на минуту дольше.

"Просто уйти. Без драмы. Без пафоса. Просто взять и уйти."

Она развернулась и пошла через толпу, стараясь не смотреть по сторонам, хотя то и дело взгляд цеплялся за откровенные сцены. Пара, прижавшаяся друг к другу в тени лестницы, чья-то рука на чужом бедре, футболка, снятая прямо посреди танцпола.

— С ума сойти... — прошептала она, чувствуя, как щеки начинают гореть.

Когда она наконец добралась до выхода, то на минуту задержалась у двери. Воздух снаружи казался раем — прохладным, пахнущим ночью и свободой.

На улице было тихо. Почти.

В нескольких шагах от входа, возле припаркованных машин, стоял он.

Прислонившись к капоту старой тёмной машины, он лениво курил. Дым медленно струился от его губ, а глаза, полуприкрытые, смотрели в никуда. Или, может быть, именно в неё.

Маша замерла на секунду.

"Он здесь... Один. Чёрт. Он реально хорош. Даже слишком. Как с обложки глянца. Или нет... скорее, как из грязной фантазии, которую стыдно озвучить."

Она сглотнула. Челюсть напряжена, пальцы сжались в кулак.

"Господи, да о чём ты думаешь? Он только что был с какой-то девицей в постели, а ты тут стоишь и глазеть на него? Что ты, мать твою, вообще за человек?.."

Она отвернулась, потянулась к телефону. Такси. Сейчас. Сию минуту.

Пальцы дрожали. Почему-то.

Когда она взглянула на экран, почувствовала на себе взгляд. Острый, как игла. Подняв глаза, столкнулась с его.

Он смотрел на неё. Спокойно, без интереса. Или наоборот — с тем особенным, ленивым вниманием, от которого внутри становилось не по себе.

Он не улыбался.

Просто смотрел. Словно читал её насквозь.

Маша поспешно отвела взгляд, чувствуя, как щёки вспыхнули.

"Чёрт. Да неужели ты думаешь, что он о тебе вообще хоть что-то подумал?"

Звук двигателя разорвал тишину — её такси.

— Слава Богу, — пробормотала она и почти бегом направилась к машине.

Открыла дверь, но не удержалась — бросила последний взгляд через плечо.

Он всё ещё стоял на том же месте. Курил. Смотрел. Или уже нет.

— Домой, пожалуйста, — сказала она водителю и села, не оборачиваясь. (Дала адрес)

Дома, скинув кроссовки и куртку, она рухнула на кровать. Телефон — на пол. Макияж — так и остался на лице. Ей было всё равно.

Лежа в темноте, она пыталась выкинуть из головы лестницу. Его руки. Его лицо. Его голос. То, как он курил.

"Ты реально жалкая, Маша. Даже не поцеловал, не заговорил. Просто посмотрел. А ты уже вся в фантазиях."

Она зажмурилась, провела рукой по лицу и сдавленно выдохнула в подушку.

— Прекрасное начало года. Просто блестящее, — пробормотала она с сарказмом и перевернулась на спину.

Сон накрыл её, как волна. Но даже во сне в голове пульсировал его образ.

И в глубине души она знала — это было не в последний раз.