Ловушка Времени

Спустя несколько часов, трясясь в автомобиле дяди Вернона по ухабистой дороге на подъезде к Литтл Уингингу, Гарри всё никак не мог полностью собраться с мыслями. Волны магии и родовой памяти словно приливы и отливы, то накрывали с головой, пуская в голове калейдоскопом картинки различных событий, то отпускали, давая возможность вздохнуть и прояснить разум. Теперь он другой человек, совершенно другой. Если быть точнее, то он, конечно, всегда им был, а вот выдуманного кем-то Гарри Поттера не существовало. Нужно во всем разобраться, подумал Гарри, когда его накрыла новая волна памяти предков.

Из того, что он успел увидеть и воспринять, Гарри понял, что его образование и воспитание не стоят и ломаного гроша. Он со стыдом ощутил себя полным невеждой и неряхой. Как можно было столько лет не интересоваться своими корнями, традициями магов, ритуалами, обычаями? Он был глупцом, наивно доверившимся доброму дедушке с длинной седой бородой в очках-половинках. Нужно срочно всё исправлять, он должен быть достоин тех титулов, которые он сегодня приобрёл и того титула, который ему ещё предстоит приобрести. А путь был только один - разговор с отцом. Гарри уже не понимал, где на самом деле добро, а где зло. Всё, что он узнал сегодня, переворачивало его жизнь с ног на голову, а точнее, полностью её перечеркивало. Немыслимо! Действительно, теперь друзья могли оказаться врагами и наоборот. А родовая память накатывала всё новыми волнами, вызывая ощущение ещё большей ущербности и невежества.

Ночью, ворочаясь без сна уже третий час, Гарри в конце концов сдался. Он глубоко вздохнул и уставился в потолок. Перед ним возник образ мужчины с рубиновыми глазами, Гарри зажмурился, сохраняя образ в воображении и прошептал:

- Отец, я хочу поговорить с тобой... - в ту же секунду мальчик заснул.

***

И снова тьма. Она уже привычная, она не пугает, а даже наоборот, внутри этой тьмы чувствуешь себя своим, защищённым. Вдалеке вместе с тусклым светом появляется человек. Фигура в чёрной мантии неспешно приближается, мужчина с интересом вглядывается в позвавшего его подростка, стараясь прочесть эмоции и чувства на пылком юношеском лице.

- Ты звал меня, Гарольд? - слегка склонив на бок голову спрашивает мужчина.

- Да. Отец... - Гарри не знает с чего начать. Он волнуется, если бы это происходило в реальности, то наверняка его руки бы заметно дрожали. - Отец, я всё узнал. Я узнал о своих родах и о тебе, - мальчик замолкает, вглядываясь в лицо новообретенного родителя. В его груди рождается трепет перед этим человеком.

- Я очень рад, сын, что ты так быстро исполнил мою просьбу и открыл для себя правду. Мне очень жаль, что всё сложилось именно так, что меня не было рядом с тобой все эти годы. Я очень хотел, но не мог, - мужчина опускает голову.

- Но что же на самом деле произошло в ту ночь? - голос Гарри звучит выше обычного, он очень волнуется.

- Позволь, я поведаю тебе всю историю.

***

Я - Томас Марволо Мракс, известный в Хогвартсе как Том Реддл, влюбился в твою мать, Гарольд, уже после того, как стал всем известным Темным Лордом. Лилиан Эванс-Пранкс (хотя все знали её лишь как Лили Эванс) была необычайной ведьмой. Такая жизнерадостная, оптимистичная, так искренне и заразительно смеялась. Она могла вдохновить одним своим взглядом, могла лишь касанием пальцев заставить забыть обо всем на свете. Она была моя жизнь, моя судьба, моя любовь.

Наша встреча произошла почти сразу после Ее окончания школы Хогвартс. Я был тогда уже известен как великий темный маг. А она всеми фибрами души не принимала тёмную магию. Она во всем была чиста и невинна, она стремилась к свету и добру. Ах, если б тогда знать, что именно свет её и погубит...

Но вернёмся к нашей первой встрече. Она состоялась на одном из приемов какого-то влиятельного лорда, я уже и не помню, какого. Лорд благосклонно относился к талантливым молодым магам и волшебницам и старался приблизить их к себе как можно раньше. Поэтому на его приемах зачастую можно было встретить юных блистательных выпускников Хогвартса. А Лилиан была лучшей. Первая на курсе, самая талантливая молодая волшебница. Какие перспективы, какие горизонты перед ней открывались! И даже тот факт, что она была магглорожденной многих не смущал. Да, тогда никто, даже сама Лилиан, не знала что на самом деле она является последним и единственным потомком старинного рода Пранкс. Об этом мы узнали позже, когда я привёл ее к гоблинам и попросил пройти проверку крови. Видишь ли, у меня были очень серьезные сомнения, что она рождена магглами, а невероятные внешние сходства со знакомым мне родом Пранкс только утверждали мои предположения.

Но я вновь отвлёкся. Так вот, рыжеволосый вихрь по имени Лилиан ворвался в мою жизнь, разгоняя тьму, поселившуюся было в моем сердце. Мы были как день и ночь, как свет и тьма, как жизнь и смерть. Противоположности во всем, но при этом нас бесконтрольно тянуло друг к другу. Мы старались скрываться, ведь ни светлая ни темная сторона не приняли бы и не поняли наши отношения, и я не хотел ставить мою Лили под удар. Однако, как известно, рано или поздно всё тайное становится явным. О нас узнали, да не просто кто-нибудь, а Дамблдор. Ему, конечно же, совершенно не понравилось такое положение вещей, он вызывал к себе Лилиан и долго с ней беседовал, я бы даже сказал, допрашивал. После этих встреч, она возвращалась вся поникшая, будто огонь жизни в ее глазах потух, погашён безжалостной рукой.

А потом случилось то, что перевернуло все наши жизни. Лилиан забеременела. Я не знаю, как Дамблдор узнал об этом, но через несколько дней она пропала. Я поднял в боевое построение всех своих Пожирателей смерти, а сам облетел всю Британию в поисках нее. Но старик знал толк в конспирации, он запрятал ее так, что ни одно заклинание, ни самые лучшие поисковые зелья Северуса не могли помочь мне её найти.

Через пару недель на моем столе оказался номер ежедневного пророка, в котором сообщалось о пышной свадьбе между Джеймсом Поттером и Лили Эванс. Сказать, что я был в ярости, это ничего не сказать. Выброс моей магии разрушил половину Малфой-мэнора, в котором я тогда находился. Я сразу всё понял. Они выкрали её, опоили зельями, околдовали и лишили воли. Она стала безвольной куклой в их руках, золотой куклой, носящей моего ребёнка. Почти два года я потратил на поиски моей Лилиан. Я почти потерял человеческий облик, моя жестокость и злость возросли до предела, ввергая в ужас не только моих врагов, но моих верных вассалов и друзей. Кажется, тогда в своём безумии я потерял всё. Я боялся смерти, ведь тогда некому было бы спасти Лилиан и моего ребёнка, и я начал создавать крестражи, пряча в предметы части своей души, стараясь обезопасить себя от возможной гибели. Я был глупцом. Только тебе, Гарольд, я могу в этом признаться. Я сам вырыл себе яму и сам же в неё провалился.

Наконец, ко мне пришёл Питер Петтигрю, сообщивший, что знает, где держат Лилиан и моего сына. Узнав, что у меня сын, которого все зовут Гарри, я обратился к магии и на правах кровного отца нарек тебя именем Гарольд Салазар.

Ночь 31 октября стала роковой. Я отправился в Годрикову Впадину чтобы забрать моих любимых, забрать мою семью, вытащить вас из морщинистых стариковских лап Дамблдора. Но меня там ждали. Великий и светлый маг не доверял никому и сам лично постоянно приглядывал за Поттерами. На подходе к дому на меня напали. Я не видел нападавшего, он подкрался со спины, но я знаю, что только два ныне живущих мага обладали достаточной силой, чтобы сломить мою волю и пусть даже на время, подчинить себе моё тело. Но один из них сидел в это время уже в Нурменгарде, а второй, к сожалению, ещё разгуливает на свободе, потрясая своей белой бородой и наслаждаясь любимыми лимонными дольками.

Поэтому я точно знаю, что в ту ночь меня сломил и подчинил Альбус Дамблдор. Как ни прискорбно это признавать, но я тоже стал марионеткой, которую старик дёргал за ниточки, заставив совершать страшное. В его планах было убить Джеймса, Лилиан и тебя моими руками. А в дальнейшем управлять мной как куклой, осуществляя одному ему известные планы.

Я помню всё, что совершил в ту ночь своими руками, но подчиняясь чужой воле. Моё сознание было полностью связано как гусеница в коконе, и я мог лишь наблюдать за тем, что творил и вопить внутри себя от ужаса происходящего.

Первым я убил Джеймса. Он даже не сопротивлялся, он не был готов к такому, палочки при нем не было. Затем я поднялся в спальню и увидел мою Лилиан, прикрывающую собой тебя. Мой разум кричал и бился в путах, стараясь взять контроль и прекратить этот кошмар. Но попытки мои были тщетны. Лили всё ещё была под воздействием зелий и заклинаний, она не узнавала меня, молила пощадить ее сына. Я отдал бы всё, чтобы это забыть. Моя рука поднялась, повинуясь чужой воле, и зелёный луч смертельного проклятия убил мою любовь, мою жизнь, мой свет. Сознание моё взорвалось от ужаса и боли. Но я всё ещё был связан, а планы Дамблдора не завершены. Я нацелил палочку на беззащитного, плачущего в своей кроватке ребёнка, на моего сына, на мою плоть и кровь.

Внутри себя я бился о стены, выстроенные Дамблдором, удерживающими мою волю. Я уже лишился своей Лилиан, и не мог допустить потери своего сына. И тут стена по песчинке, по крупице стала поддаваться, разваливаться. Очень медленно, но неотвратимо. Я утроил усилия, времени почти не оставалось, я должен был взять контроль над своим телом, должен был спасти тебя, Гарольд.

На конце моей палочки уже зажегся зелёный луч и осталось лишь мгновение до того, как смертельное проклятие поразит тебя. И в этот момент удерживающие меня стены рухнули. Единственное, что я успел сделать, это прижать к себе палочку, не давая заклятию Авада Кедавра направиться на тебя. Вместо этого оно ударило в меня. Был взрыв. Моё тело взорвалось и дематериализовалось. Я просто исчез, испарился, но не умер. Какая-то часть меня, отсоединившись при взрыве, ударила тебя в голову, ровно в том месте у тебя сейчас шрам. Думаю, ты непроизвольно стал одним из моих крестражей, не дав мне в ту ночь погибнуть.

Итак, план Дамблдора сорвался. Я больше не был в его руках, я вообще был нигде и ничем. Без тела, без магии, без сил. Ты выжил. И это Альбус решил использовать в своих целях, сделав из тебя национального героя, уничтожившего самого темного мага современности.

Долгих 13 лет я скитался по миру, я не мог умереть, но и жизнью это назвать сложно. Я был ничем, меньше чем любой самый захудалый дух, не призрак, но и не живой. Наконец, всё тот же Петтигрю нашёл меня и смог создать по моим указаниям временное тело. Теперь я мог колдовать и возродиться. Для этого требовался темный ритуал, одним из составляющих которого была твоя кровь. Я хотел рассказать тебе всё после возрождения, но ты оказался силён и смог сбежать раньше, чем возрождение завершилось. Я горжусь тобой, Гарольд, ты сильный маг, смелый и находчивый.

***

Мужчина замолчал, закончив свой рассказ. Гарри стоял не в силах пошевелиться или сказать хоть слово. Страшная правда обрушилась на него бетонной плитой, придавив и не давая вздохнуть. Вся его жизнь - ложь. Обман, подстроенный великим и светлым магом, которому он столько лет безоговорочно доверял. И все эти годы его ненависть была направлена на человека, который всеми силами пытался спасти его и его мать. Мир горел и рушился, осыпаясь обжигающим пеплом на его плечах. Гарри закрыл глаза, глубоко вздохнул и снова открыл.

- Отец... Отец, прости меня... - вымолвил, наконец, он.

- Мне не за что тебя прощать, Гарольд, - лицо мужчины тронула лёгкая улыбка.

- Все эти годы я ненавидел тебя, презирал, обвинял во всех бедах моей жизни...

- Ты ничего не знал. Тебе просто не давали возможности добраться до правды. Тебя окружили нужными людьми, вбивающими в твою голову нужные Дамблдору мысли и идеи.

Гарри тяжело вздохнул.

- Отец, я хочу быть достойным тебя. Хочу перестать быть глупой пешкой в чужих руках. Я хочу научиться всему, чтобы предстать перед тобой достойным наследником и последователем, - мальчик взглянул в рубиновые глаза мужчины.

- Ты получишь все нужные, полагающиеся тебе знания и навыки, - немного поразмыслив сказал мужчина.

- Но как? Ведь на это потребуются годы... - Гарри понуро опустил голову.

- Нужен хотя бы год, если ты уверен в своём решении. Это можно устроить. Я сделаю ловушку времени, в которой заключу тебя и достойного тебя наставника, который сможет в кратчайшие сроки научить тебя всему необходимому, - мужчина задумался, что-то прикидывая в уме. - Через месяц на твоё пятнадцатилетие тебе придёт письмо с портключом, он перенесёт тебя в нужное место. Там ты пробудешь год, набираясь знаний, сил и опыта. В реальном же мире пройдёт всего несколько дней или неделя. Твоё отсутствие останется незамеченным. Когда срок подойдёт, ловушка времени откроется и ты сможешь вернуться. Ты согласен на такое?

- Да, отец! - с радостью согласился Гарри. - Я готов.

- Тогда на этом я с тобой прощаюсь. Жди послание с ключом и будь сильным, сын мой. Я буду ждать тебя, когда ты будешь к этому готов.

Тьма сгустилась, окутывая собеседников. Фигура мужчины растворилась в ней.

Гарри вздрогнул и сел на кровати, оглядываясь вокруг. Он всё ещё был в своей спальне в доме Дурслей. Но это ненадолго. Мальчик счастливо улыбнулся и вновь заснул.