Исчадие ада

Вики

Вот уже несколько дней подряд меня преследовало чувство полной безысходности и опустошенности. Совсем недавно я была счастлива настолько, что даже смирилась со своей смертью. Сейчас же, когда мы с Люцифером только лишь мимолетом переглядывались, все эти вещи не имели никакого смысла. Как будто что-то высосало из меня жизненные силы и отправило просуществовать века без эмоций и каких-либо ощущений.

Отец вырастил меня честным и справедливым человеком, способным прощать чужие ошибки. Я всегда старалась следовать правде, поэтому, когда узнала истину о Люцифере, поняла и приняла его. Однако демону эта правда была словно мёртвому припарки. Все, в чем он нуждался, — это я, но с фактами, которые понравятся ему. По итогу мой отказ привел к тому, что мы перестали общаться. Даже наши встречи свелись к минимуму.

Ежечасно я то и делала, что впустую проводила время: не вникала в суть лекций, пропускала важные практики по блокировке мыслей, ещё больше возненавидела здешнюю еду. Теперь местные овощи и фрукты для меня были, как безвкусная субстанция, не несущая никакой пользы. Подобное существование стало бременем, которое тяготило меня и постоянно тревожило.

А Люцифер... Я и не знаю, как он справлялся со всем этим. С того раза, как мы пообщались после кораллиса, демон со мной больше не разговаривал. Видимо считал, что таким образом наказывает только меня, а на деле страдал точно так же, как и я. Это было видно по его глазам, которые я успела слишком хорошо узнать. В особенности это было заметно, когда он прожигал во мне дыру на каждом уроке.

В конце концов я поняла, что мне мешает существовать всего один единственный, но очень важный вопрос:

Для меня важнее правда или Люцифер?

И ответ на него помог бы облегчить мои страдания.

Особенным напоминанием о Люцифере были ожоги. Те самые, которые красовались у меня на шее и на внутренней стороне бедра. Покрасневшее пятно на бедре вызывало во мне иные, более приятные ощущения, чем те, что таились под пластырем чуть ниже уха. Это, возможно, было лишь потому, что ожоги на шее Люцифер поставил в процессе страсти. Когда же любовь смешивается с желанием, ощущения смешиваются и превращаются в одну гремучую смесь, способную сжечь все в радиусе километра. Может быть, даже в радиусе двух километров, учитывая способности Люцифера.

С Мими мы, благо, общались хорошо. Теперь, когда демон сдал позиции (и отчасти по моей вине), ей стало проще контактировать со мной без срывов и истерик. Нам удалось всего единожды обсудить ее чувства ко мне, и та сказала, что «теперь все иначе и обрело новый смысл». Не знаю, как на самом деле это казалось для нее, но для меня этот период был сопоставим с адом. Словно мысли выжигали изнутри, побуждая каждую гребаную секунду думать о нем и о правде, которую стоило бы забыть.

Весь выходной день я то и делала, что лежала в постели и рассуждала о волнующих меня вещах. Периодически я представляла, как Люцифер сидит перед камином и готовится выпить лекарство для стирания памяти, а иногда в голове всплывали моменты, когда он открывался мне, и его глаза менялись, обращаясь в тусклые, красные огоньки. Порой его запах появлялся у меня в носу, отчего я вмиг заливалась краской и зажмуривалась.

Хотелось забыться, хотелось возвратиться туда, где все было хорошо, хотелось к нему и просто обнять.

Вернуться к моему Люциферу со всеми его ошибками прошлого.

Луна освещала комнату, окрашивая ее в серебристые оттенки, а я продолжала разглядывать потолок над головой. Снова те же мысли посещали мою голову, побуждая еще чаще думать о том, какое будущее ожидает нас с Люцифером. Будет ли все так, как мы оба представляем? Стоит ли мне идти на уступки?

Когда вопросы исчезли, оставляя голову пустой, я закрыла глаза и провалилась в глубокий сон.

Мне снился мрак. Кромешная, непроглядная тьма, в которой я молча шла куда-то. Никакого страха или паники, только полное безразличие ко всему происходящему. В другой раз я бы ужаснулась, но сейчас эта темнота почему-то наоборот успокаивала мою обеспокоенную душу. Иногда во сне в хаотичном порядке загорались звёзды, а затем гасли, пропадая в жалком подобии неба. Это было, пожалуй, единственное, что привлекало мое внимание.

Я блуждала по неизвестности, пока не увидела яркие, красные огни вдалеке. Будто два маленьких левитирующих факела приманивали и зазывали ближе.

— «Не может быть...» — в голове голос казался до безумия тихим и невыразительным, однако огни, все-таки услышав меня, стали стремительно приближаться.

Картина резко сменилась, обращая мрак вокруг в знакомое мне место. Снова те же языки пламени, вздымающиеся вверх, летающий пепел, острые скалы и невыносимый жар, обжигающий щеки. «Расщелина.»

А затем я увидела обладателя огней цвета крови.

Это был Люцифер. Он стоял на краю обрыва и, сжав кулаки до побелевших костяшек, смотрел вниз. Что-то тревожило и терзало его изнутри. Во сне это особенно чувствовалось.

Медленно переступая через камни и булыжники, я направилась к нему. Бордовые крылья были опущены вниз до самых пяток, демонстрируя сильную спину, а мышцы его плеч то и дело двигались под черной, хлопковой рубашкой, подтверждая мою теорию. «О чем ты беспокоишься?»

Я остановилась в двух шагах от него, боясь напугать, но Люцифер, отлично ощущая мое присутствие, обернулся и посмотрел на меня через плечо. Даже сейчас, будучи во сне, он молча бегал потускневшими глазами по мне. Огонь в его зрачках вновь потух, и те вновь заполнились чернотой.

Скулы демона блестели от пота, как и его щеки, но уже от слез. Несмотря на весь этот кошмар вокруг, он едва заметно улыбался, однако с места не сдвигался, будто что-то мешало ему попятиться. И я вдруг осознала, что хочу помочь Люциферу, успокоить и выслушать, какая бы огромная ноша не сдавливала его грудь. Но, как только я сделала шаг навстречу, демон вновь посмотрел вниз. Когда он шаркнул правой ногой, выставляя ее вперед и сталкивая камни вниз, я замерла.

Это не помогло. Мое желание поддержать его и вытащить из мысленной дыры не помогло остановить Люцифера, и он сделал шаг в пропасть. Искры закружились в воздухе и ударили в лицо. Сердце буквально остановилось, когда мне стало понятно, что произошло. Помимо всего прочего, я осознала, что Люцифер и не собирался расправлять свои крылья: те были прижаты все время, что он падал, пока демон вовсе не пропал из поля зрения. Не теряя ни секунды, я побежала вперёд, но что-то железное обхватило меня за щиколотку и уложило на землю.

Боль от удара ненадолго оглушила меня, и я заплакала, ощущая кровь на языке. Несколько секунд я пыталась вырваться и помочь ему, но все было безуспешно: цепь, что была прицеплена к моей ноге, не давала мне прыгнуть вслед за ним.

Оставалось только ждать.

— «Пожалуйста», — я ударила ладонью по земле, а затем попыталась ногтями ухватиться за булыжник, — «дайте мне его спасти!»

А затем я услышала глухой звук откуда-то снизу и замолчала.

Люцифер разбился, и мое сердце, осознавая это, разбилось вместе с ним.

— «Люцифер», — цепь ослабла, и я, почувствовав это, поползла вперёд. — «Прошу, пусть это будет неправдой.»

Мне хватило взглянуть лишь раз, чтобы вдоволь ужаснуться увиденным и закусить губу до появления железного привкуса.

Его громкий, оглушающий крик раздался не сразу. Из-за искажения болью в этом крике моего Люцифера было практически не узнать, но я отлично понимала, кто сейчас находится там, внизу, и испытывает адские муки.

Когда обзор закрыла красная, почти что алая пелена, я проснулась в холодном поту, сжимая пуховое одеяло до боли в пальцах.

Мне было сложно совладать с собой и принять тот факт, что это оказался лишь сон. Его взгляд, полный печали, появлялся в моей голове даже после пробуждения и заставлял все тело дрожать.

Что, если это не совсем обычный сон?

Набросив на себя шелковый халат и попутно вытирая с лица соленые слезы, я босиком выбежала из комнаты. Внизу, чуть ниже нашей школы, сверкали молнии и громыхал гром, но до нас доходила лишь зарница и небольшие капли дождя. Те падали на кожу и покрывали ее неприятной, ледяной коркой, так как на высоте вода замерзала в разы быстрее.

Я бежала по каменному полу здания, периодически спотыкаясь и проклиная все вокруг. Страх успел заполонить меня полностью, буквально лишая всякого разума. Даже если это оказался очередной кошмар, мне стоило убедиться в том, что Люцифер сейчас в безопасности и крепко спит в своей темной каморке.

Когда спереди послышались шаги, я замерла. Если сейчас меня увидит кто-то из преподавателей, то потом придется очень долго объясняться, чего я очень не хотела делать. По мере приближения ветер усиливался и с каждой секундой все сильнее колыхал мои и без того запутанные волосы. Спустя время, он усилился настолько, что стал сбивать меня с ног. Я обхватила гранитную колонну неподалеку, чтобы не упасть, и спряталась за ней от посторонних.

Но в этом действии не было необходимости, потому что из темноты вышел напуганный Люцифер. Его внешний вид разбудил внутри меня знакомое щемящее чувство: взъерошенные волосы, опущенные крылья, голый торс и бордовые, спальные штаны из шелка. Демон, как и я, был без обуви, и выглядел очень растерянно. В этот раз красные глаза вновь превратились в две черные пучины.

Я сделала шаг в сторону, с трудом встала перед ним и прикрыла лицо, но, как только Люцифер увидел меня перед собой, ветер утих.

— Что случилось? — он пристально разглядывал меня, будто хотел убедиться в моей целостности.

— Мне приснилось... — Люцифер запнулся, когда я подошла ещё ближе и обхватила его лицо, чтобы осмотреть. «Ни царапины.»

— Это был кошмар.

— Нет, Вики, — наши взгляды встретились, — мне приснилось, как я возвышаюсь над тобой, пока ты лежишь и умираешь. И мои руки... все пальцы были в твоей крови.

— Всего лишь очередной, плохой сон.

— То, что ты видела, — его глаза заблестели, — те кошмары с асвангом. Все это я. В твоём сне я - асванг, предвестник смерти и чудовище, вселяющее ужас. Наверное, перед смертью ты увидела мой истинный облик, поэтому...

— Люцифер...

— Мне так жаль, Вики, — сильные пальцы демона сжали меня за запястья, пока я держала его лицо и разглядывала каждый сантиметр кожи. — Ты была права во всем, но я так испугался, что ты отвернешься от меня...

— Я тебя простила. В этом даже нет твоей вины, — капли дождя вновь стали попадать в коридор через открытые арки и приземлялись на наши тела. — Теперь мы оба знаем правду.

— Почему ты должна страдать из-за меня? — на щеках Люцифера блестели слезы, когда он, дрожащим голосом, медленно произносил каждое слово. В горле встал комок, который я, сглотнув, попыталась убрать.

— Не говори глупостей, — он опустил голову вниз, как только я заговорила. — Мне никогда не приходилось страдать. Особенно рядом с тобой.

— Но ты умерла по моей вине, — Люцифер посмотрел мне в глаза. — Как ты можешь не ненавидеть меня за это?

— Потому что во мне больше любви, чем ненависти.

Я запустила руки в его волосы и притянула ближе, пока мы не столкнулись лбами и не закрыли глаза. Где-то вдалеке прогремел гром, сотрясая грохотом стены здания, но ни я, ни он не придали этому никакого значения. Люцифер молча опустил свои руки мне на талию, а затем уткнулся в шею и притаился где-то среди моих волос. Это объятие согрело меня настолько, что я улыбнулась. Спустя почти четыре дня у меня наконец-то выпала возможность побыть с Люцифером рядом, почувствовать его запах и тепло рук на своем теле. Даже бушующая непогода где-то вдалеке перестала нас волновать, как только мы слились воедино в этом пустом коридоре школы.

Только я и он.

— Мы можем полететь к тебе? — едва слышно прошептала я. Люцифер, услышав сказанные слова, слегка отодвинулся и посмотрел в мои голубые глаза. Теперь и в его зрачках было что-то похожее на бесконечный космос с красными облаками звездной пыли.

— Разумеется, — мы коснулись носами, а затем улыбнулись друг другу. Внутри зажглось пламя, когда Люцифер прижал меня крепче и выпорхнул вместе со мной через арку на улицу.

***

В этот раз ветер казался еще более ледяным: он буквально резал кожу своими порывами и побуждал меня всякий раз морщиться от морозного воздуха. Люциферу, который был только в одних спальных штанах, было бы еще холоднее, если бы не его демоническая сущность. Та в нужный момент грела его (впоследствии и меня) и спасала от переохлаждения. Но что мы оба точно не могли отрицать, так это красоты бушующей внизу грозы. Молнии ежесекундно мелькали в облаках, освещая их то голубым, то фиолетовым цветом. В этот раз я пожалела, что у нас с Люцифером нет возможности наблюдать за этим с Земли, сидя в своем собственном доме.

Возле расщелины в ад я хоть и согрелась, но сильно поежилась, чем привлекла внимание Люцифера. Тот быстро пробежался по моему лицу глазами, а затем перевел взгляд на вздымающиеся языки пламени.

Однако я вздрогнула совсем не из-за страха оказаться обожжённой.

Просто в голове вновь всплыл тот кошмар, что я видела буквально полчаса назад и из-за которого решилась проведать Люцифера. Сейчас говорить об этом я не хотела, поэтому оставалось лишь надеяться, что ему вдруг не захочется прочитать мои мысли.

Когда впереди показалась каменистая земля, я приготовилась встать на ноги, но Люцифер лишь сильнее обхватил меня и поднял на руки. Я вскрикнула от неожиданности и округлила глаза, а демон лишь рассмеялся в ответ.

— Ты босая, — мои пальцы вцепились в его шею. — Не хочу, чтобы из-за этой адской дороги твои ноги поранились.

И Люцифер, демон во плоти, понес меня сквозь пустые каменные коридоры в сторону своих покоев. Весь недолгий путь по лестницам и странным помещениям я в упор разглядывала его спокойное лицо и думала о том, сколько еще вещей о нем мне предстоит узнать.

Он внес меня в свою комнату через массивные, темно-бордовые двери и поставил на мягкий ковер с вышитыми на нем золотыми звездами и узорами. Я всегда предполагала, что демоны живут в какой-то каменной пещере без единого источника света, но его покои выглядели совершенно обычно и даже в какой-то степени изящно. В глаза сразу бросился мраморный камин, перед которым стояли два уютных кресла и небольшой столик со сложенными на нем бумагами. Я мгновенно заметила его лишь потому, что когда-то задумывалась о том, как бы было прекрасно сидеть с Люцифером вдвоем перед камином и наслаждаться обществом друг друга. От этих мыслей на моем лице появилась улыбка.

Когда я огляделась, то заметила и другие интересные детали: стены были цвета вина, в стеллажах стояло несметное количество книг, в некоторых углах виднелись колонны и очаровывающие статуи демониц, горели подсвечники, из-за чего кругом играли тени. Никаких окон здесь, естественно, не было. Даже если бы такие тут и имелись, то вид из них, наверняка, был бы не воодушевляющий.

А затем я увидела широкую, мягкую кровать с алым балдахином и множеством подушек, в которые сразу же захотелось уткнуться лицом. Люцифер это приметил и ухмыльнулся.

— Непризнанных обделяют подушками? — не удержавшись, я все-таки плюхнулась в кровать и похлопала по ней руками. Люцифер в это время отошел к комоду и стал звенеть посудой.

— Да, — я отползла к стенке и прижалась к ней головой, — и, по всей видимости, все оставшиеся подушки отдали именно тебе.

— В таком случае, — он протянул стеклянный стакан с янтарной жидкостью, — может быть, будешь жить со мной?

— Разве я могу? — во рту в тот же миг пересохло. Неужели он и вправду предложил мне остаться у него на долгий срок?

— Конечно.

— Но ты же говорил, что непризнанным запрещено появляться внизу...

— Это только документально, — он опустился на постель рядом со мной и отпил немного кальвадоса из стакана, — в реальности же никто эти правила не соблюдает. К тому же я - сын Сатаны. Меня это никак не касается.

— Зачем тогда нужно было говорить, что у меня будут проблемы, если я спущусь одна?

— Честно? — он ухмыльнулся и посмотрел мне в глаза. — Мне просто нравилось с тобой играть.

— Ты - самый настоящий чёрт, — от моего удара в плечо Люцифер рассмеялся и поставил стакан на прикроватную тумбочку.

— Не сравнивай меня с этими бесполезными остолопами.

Я сделала глоток и встретилась с глазами Люцифера. Внутри все сжалось до маленького размера, и мои щеки вмиг окрасились в яркий цвет. Только сейчас окончательно стало ясно, насколько мне спокойно находиться рядом с ним в этой пушистой кровати. Складывалось даже ощущение, будто мы лежали на парящем где-то высоко в небе облаке.

Люцифер разглядывал мое покрасневшее лицо так долго, что меня уже в третий раз за минуту бросило в жар, а затем снова в холод. Но я так скучала по этим паузам, когда мы молча наслаждались друг другом и чертами наших лиц, что была не против. Главное, чтобы Люцифер больше никогда не исчезал и не уходил от меня.

Он выхватил стакан из рук, поставил его на столик и притянул меня ближе, укладывая к себе на грудь. Вновь его аромат вскружил голову, и я прижалась еще ближе, чтобы окончательно пропасть в нем.

— Так ты согласна жить у меня? — сердце Люцифера застучало в десятки раз быстрее, норовя вырваться из груди, но это лишь могло означать то, насколько ему важен мой положительный ответ.

Жить с Люцифером, разделять с ним одну кровать, сидеть вечерами перед камином, много разговаривать и иногда много молчать... В ту секунду все казалось настолько нормальным, что даже невольно пугало. Я не была уверена, смогу ли быть хорошей девушкой для него, смогу ли вообще быть правильной в отношениях, но когда смотрела в его бездонные глаза и слышала учащенное биение его сердца, то, почему-то, забывала о сомнениях и начинала желать этого больше всего на свете.

Мною уже был сделан выбор однажды, но в этот раз выбор не нуждался в обдумывании.

— Да, Люцифер. Я согласна жить с тобой и с сотней этих подушек.

Он глухо рассмеялся, и сердце его вновь застучало в привычном ритме.