Тяжело быть студентом
Тяжело быть студентом на выпускном курсе, особенно когда ты учишься на химическом факультете, и дедлайны почти каждую неделю, времени нет не то что на сон, а даже на подобие отдыха.
А еще труднее быть тем самым студентом, когда под боком у тебя всегда шикарный мужчина, готовый исполнить любую твою фантазию, а у тебя нет даже минуты для него, потому что: надо подготовить семинар, а еще контрольная по химической связи не сдана, научный руководитель постоянно напоминает о том, что после пар надо бы и в лабораторию заглянуть, и образцы для опыта приготовить, а еще заглянуть в библиотеку и взять парочку книг по полимерам, и если во всем этом водовороте останется время — перевести несколько научных статей.
Ах да, еще и про пары забывать нельзя, потому что сессия-стерва ждать не станет и нагрянет, словно гром среди ясного неба, когда ждать ее совсем не будешь. И это лучший из вариантов развития событий, потому как к окончанию первой половины года морально и физически истощенный нагрузками организм откажется выполнять свои функции, и случится нервный срыв: с постоянным тремором рук, повышенной тревожностью, учащенным сердечным ритмом, тошнотой и жутким головокружением.
И Чимин благодарит судьбу за то, что среди прочих симптомов не было обмороков, такого счастья он бы точно не пережил.
До сессии ровно неделя, а у Чимина полная неразбериха со здоровьем и вечно нервничающий Юнги, который от каждого шороха ночью соскакивает с кровати.
Чимин плохо спит, просыпается по десять раз за ночь и жалуется на тошноту. Тревога все больше окутывает собой, и в такие моменты Чимина начинает трясти, словно в припадке, зубы стучат, как от холода, и весь он становится бледнее полотна.
Юнги недовольно фырчит, но крепче кутает в одеяло и уходит за успокоительным. Капает настойку по инструкции и дает запить водой, потом ставит стакан на тумбу рядом с кроватью и забирается под одеяло, крепко прижимает парня к себе и половину оставшейся ночи шепчет на ухо слова успокоения. Под размеренный голос мужчины Чимин успокаивается, дыхание его выравнивается, и он засыпает, будто ничего и не было. На следующий день все повторяется.
И так всю неделю, долгие семь дней постоянного страха и боли.
Чимин сильно осунулся за это время, стал почти серым и сбросил пару кило.
И Юнги готов поклясться, что сам за неделю постарел как минимум лет на десять.
Он боялся, безумно боялся того, что Чимин на фоне переживаний так сильно сдал позиции. Парень почти не кушал, вечно сидел за конспектами и делал перерывы только на поход в туалет.
Юнги пытался переубедить парня в том, что излишнее усердие сделает только хуже, и был прав.
Через день Юнги вызывал для Чимина скорую и нервно измерял шагами квартиру, пока бригада врачей осматривала его парня.
Ничего нового в заключении специалистов услышано не было: банальное переутомление.
Юнги и сам это знал, кое-что понимал в этой жизни, но переубедить младшего не мог, его упертости можно было позавидовать.
Предпоследний экзамен чуть не стал для них началом конца, потому что Чимин полночи мучался от бессонницы, каждые полчаса подрывался с кровати и ни на минуту не переставал трястись — никакие из успокоительных не давали нужного эффекта.
Юнги сдался.
Утром он не разговаривал с младшим, они перекидывались незначительными фразами, но это сложно было назвать диалогом.
Чимин выглядел хуже, чем прежде: спутанные волосы, бледное лицо, точечно усыпанное воспалениями, придавали некогда милому образу замученный болезненный вид.
— Я ушел, — хриплым голосом известил Пак, неслышно прикрывая за собой дверь.
Юнги еще минут пять стоял неподвижно, глядя на запертую после ухода Чимина дверь. А затем, прежде чем какое-нибудь решение загорелось в голове, глубоко вздохнув, вернулся обратно в спальню.
До работы оставался как минимум час, который Юнги потратил на неспешные сборы и чашку кофе.
Впереди ждал длинный рабочий день, и мужчина планировал полностью загрузиться работой, чтобы ни одна ненужная мысль не закралась в голову.
У них с Чимином наступил кризис. И теперь оставалось лишь два варианта: прийти к компромиссу или разорвать болезненную привязанность, разом лишая себя части проблем.
Подумать было о чем.
Юнги устало потер переносицу, снимая наконец очки, и откинулся на спинку стула, закрывая на компьютере вкладку с ведомостью.
День выдался кошмарным. Куча неуспевающих студентов решили донести свои долги, отчего мужчине пришлось большую часть рабочего времени разгребать принесенные работы.
К концу дня в глазах рябило от нарисованных словно под копирку диаграмм.
Юнги, конечно, не рассчитывал на то, что студенты слёту возьмут и освоят метод светорассеивания для определения молекулярной массы полимеров, но где-то в глубине души надеялся на сознательность оных. В итоге из тринадцати сданных работ лишь у двоих студентов расчеты и диаграммы совпадали с действительностью, другие же оставляли желать лучшего.
Мужчина раздраженно закрыл последнюю тетрадь, поднимаясь с места.
Работы проверены, баллы выставлены. С кое-кем из двоечников он успеет поговорить о лабораторных после грядущих пересдач, так что в данный момент не было никаких препятствий для того, чтобы отправиться домой.
Вот только в голове так не вовремя всплывает Чимин и его состояние вкупе с расшатанной нервной системой, что домой как-то резко не хочется.
Юнги еще с полчаса занимает себя тем, что перепроверяет билеты по ВМС для третьекурсников: где-то меняет вопросы местами, где-то совсем исключает повторяющиеся задачки. От занятия отвлекает короткий звон телефона.
Юнги достает смартфон из кармана, смахивает пальцем значок блокировки и открывает окно с смс. На экране светится «Чимини», но Юнги не спешит читать. С полминуты смотрит на телефон и, наконец, переводит взгляд на текст.
Чимини: ты скоро домой? 17:25
Юнги смотрит на часы и понимает, что с момента отправки прошло больше часа, листает ленту вниз и видит еще несколько сообщений.
Хмурится недобро и вздыхает — не слышал.
Чимини: я сдал 18:05
Чимини: хееен 18:15
Чимини: ну и хрен с тобой 18:25
Дуется — думает Юнги и блокирует экран смартфона.
Закидывает вещи в сумку, выключает везде свет и выходит в коридор, запирая кабинет.
До дома добирается быстро, даже в пробках почти не стоит, успевает заскочить в магазин и покупает для младшего пару плиток шоколада.
Чимин очень устал, а еще, похоже, обижен. Лучшее средство для поднятия его настроения — долька шоколада.
Изначально Юнги планировал провести воспитательную беседу с младшим, но практически тут же передумал, стоило вспомнить надутые губы и жалобный взгляд.
Свет в коридоре зажигается с щелчком замка — срабатывает автоматическая система.