понимающий

Мое следующее утро началось сразу с нескольких новостей. Во-первых, границы Польши и Латвии закрыли окончательно из-за вируса, во-вторых – наш спонсор впервые связался со мной напрямую, чтобы пригласить на светскую тусовку. Странное чувство. Два этих факта были настолько контрастны между собой, что отреагировать толком не получилось ни на один из них.

Первой мыслью насчет вечеринки, конечно, было то, что это повод написать Сане, но опять что-то, а, вернее, очень много всего меня остановило. Пришлось думать самому. И, пускай я, правда, старался изобрести более или менее приличный лук, всегда получался какой-то кривой велосипед.

В итоге через несколько дней на вечеринке я был одет в смесь двух тиктоковских образов, которые для меня заботливо выбирала Сана. Твидовый костюм шоколадного цвета, с таким трудом найденный нами в первый же совместный поход в секонд, вполне неплохо сочетался с базовой белой футболкой и черными вансами.

Ее я заметил издалека. Худую, нервно сгорбленную. Лица не видно из-за черной маски. Решила использовать главный азиатский аксессуар. Как всегда - оригинальна. Но все в этом было не так. Волосы были убраны назад гелем, как в том тиктоке с гримом. Темная водолазка только подчеркивала сильную худобу.

Она была среди остальных, вместе со всеми. И меня рядом не было. Как будто кто-то резко нажал на «таймскип», и мы не виделись вечность, вместо недели. Я подошел чуть ближе. Ребята из нашей бывшей команды держались с ней рядом так непринужденно, будто все это время не прекращали общаться. Неужели за бортом остался только я?

Будто услышав немой вопрос, Сана обернулась, и мы встретились взглядами. Она сдержанно кивнула в знак приветствия, и я направился прямо к ним. В этот момент меня начали замечать и остальные:

- Хэй, Паха, - радостно замахал Миша, - рад, тебя видеть! – но мне не хотелось отвечать ему тем же.

Я сдержанно поздоровался со всеми, усиленно стараясь не выдавать непривычный лед, разлившийся внутри. Осознание того, что мне никогда не нравились эти люди, пришло слишком резко. Ведь раньше они не нравились не только мне. Сане тоже. Я молча наблюдал за тем, как Карина приобнимает ее, чтобы сделать фото.

Зазвучали аплодисменты, в центр вышла представительница нашего спонсора. Молодая, одетая в стильный свободный костюм, она принялась рассказывать, в честь чего мы все здесь собрались. Ее было бы очень приятно слушать, если бы я не чувствовал себя таким уставшим. Твидовый костюм внезапно стал ощущаться неудобным, захотелось выйти на свежий воздух. Я огляделся, чтобы найти глазами ранее замеченный балкон, и понял, что Саны среди толпы уже нет.

Мне пришлось очень аккуратно пробираться из первых рядов назад, постоянно шепотом извиняясь, чтобы выйти наружу. И уже издалека там же я увидел знакомый силуэт.

- Да, - она явно говорила по телефону, - да, я бы приехала хоть завтра, но ты сама понимаешь, - Сана выдохнула в трубку. – Мам, давай отложим этот разговор до завтра? – на этот раз последовала длинная пауза, и мне было бы очень неловко войти именно в этот момент, поэтому я застыл за порогом. Но Сана все-таки обернулась и поторопилась закончить разговор. – Тогда я позвоню тебе снова, и мы еще раз все обговорим, раз ты сомневаешься. Доброй ночи, - и сама положила трубку.

Прохладный ветер подул в зал, и я сделал шаг на просторный балкон, чтобы прикрыть за собой дверь. Наступило неловкое молчание.

- Хэй, - попытался начать разговор я.

- Хэй, - она опять звучала устало. Как в тот раз, когда пришла ко мне в отеле, и напомнила заплутавшую Йеннифер. Но на этот раз через усталость проклевывалась легкая улыбка.

- Давно мы не разговаривали, да?

Сана не ответила сразу. Она подошла к низкой кованной оградке балкона и оперлась на нее поясницей, чуть откинувшись назад.

- Да, много чего произошло.

Я подошел ближе повторил ее позу, облегченно улыбнувшись:

- Расскажешь?