Глава 214. Катастрофически красивый муж
В Пламенный город Енчан можно было войти через одни из его четырех городских ворот. Они располагались в его крепостных стенах по сторонам света: западной, восточной, южной и северной. Городские ворота Енчана были сооружены из особо прочных самоцветов. Говорили, что они были способны выдержать любой штурм. Даже воин Духовного уровня (8-го), атакуя изо всех сил, не смог бы оставить на воротах ни царапинки. Однажды один силач духовного уровня захотел проверить, так ли крепки были эти сказочные ворота, как о них говорили. Он обрушился на врата Енчана, пытаясь повредить их всеми известными ему способами и проникнуть в город. Впоследствии городская стража сняла его с ворот и арестовала. Что же касается ворот, то они остались совершенно невредимыми.
Являясь символом Севера и олицетворяя власть определенных фракций мистиков Севера, город этот был необычным. Так, небо над городом Енчан было закрыто для воздушного сообщения. Никому не разрешалось подлетать к городу или пролетать над ним, а в случае обнаружения с нарушителями обращались как с захватчиками: их сбивали патрулировавшие небо стражники. Самых серьёзных нарушителей наказывали тем, что выдворяли вон и навсегда лишали права входа в город. Наказания за любые нарушения в воздушном пространстве над городом были, как правило, довольно жестокими. Поскольку в прошлом из нарушителей сделали пример остальным, все желавшие пройти через город путешественники знали об этом особом законе Пламенного города Енчана. Хотя он никем и никак специально не оглашался, о нем и так все знали.
В чужой монастырь со своим уставом не ходят, так что Ю Сяо Мо и Линь Сяо не собирались нарушать этого местного обычая Енчана. Придерживаясь направления движения толп народа, они вместе со всеми вышли на большую дорогу, ведущую к городу.
На первый взгляд казалось, что до Енчана было рукой подать, но это только казалось, потому что город был слишком велик и создавалась иллюзия, что вы находились недалеко от входа в город. Ю Сяо Мо шагал уже больше четырех часов кряду и у него уже заболели ноги. Подняв голову, он взглянул на город, который по-прежнему казался таким близким, и понуро опустил плечи. В начале он полагал, что город располагался в двух шагах от посадочной полосы Жар-птиц, но в итоге за четыре часа они не прошли и половины расстояния до городских ворот. Он понял, что им предстояло идти еще столько же, чтобы дойти до черты города, и бессильно сник.
Шедший впереди Линь Сяо заметил, что Ю Сяо Мо начал отставать. Он оглянулся, когда обнаружил, что Ю Сяо Мо остановился, и спросил:
— Что случилось?
Согнувшись в три погибели, с болезненным выражением лица, Ю Сяо Мо ответил:
— Ноги болят. — На двух маленьких пальцах его ног он натер красные волдыри мозолей и каждый шаг стал болезненным до невозможности.
— Какой ты неженка, — сказал Линь Сяо и, улыбнувшись, подошел к нему поближе.
Ю Сяо Мо пробуравил Линь Сяо хмурым взглядом. Да уж конечно, неженка и капризуля. Я вас умоляю! В прошлой жизни он был домоседом-ботаником и практически не выходил из дома, если только мог. А в этой жизни он возродился в тощем тельце хилого мага и целый год изо дня в день либо выплавлял пилюли, либо сидел как йог и медитировал ночами напролет, совершенствуясь и выполняя упражнения кун-фу бессмертной души. Откуда бы у него взялось свободное время на физкультуру и тренировки тела уровня воина? Скажите спасибо, что он четыре часа беспрерывной ходьбы выдержал. И это уже подвиг.
От его колючего взгляда Линь Сяо было как от беззубой критики: ни холодно ни жарко. Он рассмеялся и потом предложил:
— Выбирай одно из двух: либо я несу тебя на руках, либо я несу тебя на спине. Что ты предпочитаешь?
Ю Сяо Мо собирался сказать, что какая разница, но, если подумать, разница действительно была и немаленькая. Как ни крути и ни верти, но картина взрослого мужчины, вроде него, на руках у мужчины не нравилась ему и казалась ему стыдной, будто он был уж совсем никудышней тряпкой. Поэтому, поразмыслив, он сразу же выбрал второй вариант — ехать верхом на Линь Сяо.
Ю Сяо Мо не знал, что какой бы вариант он ни выбрал, он все равно выглядел никчемным слабаком. Прошел каких-то четыре часа по ровной дороге и ты уже скис и ножки заболели? Ба, да ты более изнежен, чем самая капризная женщина!
Так на дороге, ведущей к южным воротам Енчана, появился сумасшедше красивый молодой мужчина благородной внешности с изящным миниатюрным юношей на его спине. Эта картина привлекла внимание множества заглядывавшихся на красивого мужчину дам. Все они самой черной завистью завидовали юноше. Ах, какой мужчина! До чего ж хорош! Он ещё никому из них не достался, чтоб им полакомиться и приголубить его, не одарил ни взглядом, не говоря уже о том, чтобы прислуживать им, а этот малец настолько не дорожил им, да еще и выбился из сил в дороге, что посмел заставить мужчину нести себя на спине!? Невыносимо! Совершенно невыносимо! Эта возмутительная картина настолько мозолила им глаза, что чем больше они на нее смотрели, тем больше сердились, желчно испепеляя Ю Сяо Мо горевшими от ревности взглядами.
Ю Сяо Мо не сообразил, что уже стал врагом номер один всех женщин, и в мирной полудреме покоился на Линь Сяо, пристроив голову у него на шее, как вдруг почувствовал чей-то острый как кинжал взгляд у себя на спине. Подняв голову, он поймал нескольких женщин за тем, как они поспешно отводили взгляды в сторону, чем они еще больше его смутили. Однако смущался он недолго, ибо вскоре заметил, что они время от времени украдкой бросали взгляды на лицо Линь Сяо. Он более-менее понял, в чем было дело, в чем была разгадка этой загадки и что за мысли были у них на уме. Его Линь Сяо был катастрофически красив. Просто беда, как красив.
Воистину, мужская красота — грех!
Линь Сяо покрыл оставшуюся половину пути меньше, чем за два часа. Влившись в поток людей и обгоняя их, они, наконец, достигли южных ворот города. Тускло-красные врата из драгоценного камня простирались в небеса на пятьдесят метров в высоту* и на шестьдесят метров в ширину. Ю Сяо Мо никогда не видел ничего подобного им в архитектуре градостроительства и оборонительных сооружений. Небывалое величие и богатство! Для удобства и повышения их пропускной способности для людей и карет внизу в воротах были проделаны три отверстия с парами дверных створок поменьше. Прямо перед ними стояли длинные очереди из людей самого разного происхождения и профессий: путешественников, торговцев, воинов, магов-травников и даже жителей Енчена. Все послушно и на равных выстроились в очереди и, как ни странно, никто не пытался обманом или хитростью проскочить вперед.
*высота современного пятнадцатиэтажного здания.
Линь Сяо окинул их беспечным взглядом, подошел к дверям с самой короткой очередью и встал в нее. Впрочем, даже в этой самой короткой очереди стояло не меньше двухсот человек. К счастью, караульные и охрана при городской стене работали живо и за какие-то пятнадцать минут уже пропустили в город не то двадцать, не то тридцать человек.
Ю Сяо Мо надоело, что на них бросали странные взгляды, и он сдался:
— Мои ноги уже не так болят. Мне намного лучше и ты можешь спустить меня на землю.
Линь Сяо наклонил к нему голову, полуобернувшись, и спросил:
— Правда лучше?
Ю Сяо Мо кивнул:
— Правда. — С этими словами он пошевелил ногой, чтобы показать Линь Сяо, что все зажило.
Его уверенный тон убедил Линь Сяо и он опустил его на землю. Коснувшись земли, ноги Ю Сяо Мо заныли, но уже не так сильно и болезненно, как прежде. Терпимо. Он подумал и в душе решил, что после того, как утрясутся их дела с поступлением в академию, он непременно натренирует свое тело.
Ожидание в очереди – скучное занятие, но с таким лицом, как у Линь Сяо, даже если захочешь, то не заскучаешь. Не прошло и четверти часа с тех пор, как Ю Сяо Мо спустился вниз, как вдруг к ним подошел человек в доспехах малинового цвета. Гм, если быть точным, то он подошел конкретно к Линь Сяо.
Сложив руки перед грудью в знак приветствия, стражник сказал Линь Сяо:
— Молодой господин, моя госпожа как раз собирается войти в город. Она хотела бы пригласить вас двоих войти в город заодно с ней. Не окажете ли вы нам честь?
Приглашение звучало по-настоящему вежливо и учтиво, но любой, у кого были глаза, чтобы видеть, и уши, чтобы слышать, понял бы, что вышеупомянутая госпожа запала на прекрасноликого Линь Сяо. Ведь у ворот города стояло море людей, а ей приспичило пригласить именно Линь Сяо. Иной причины и быть не могло. Ю Сяо Мо даже подозревал, что его самого пригласили лишь в качестве довеска к Линь Сяо, не более того.
Линь Сяо обернулся и посмотрел на первые в ряду небольшие двери в город, перед которыми стояла длиннющая очередь. Народу там было даже больше, чем в очереди к их с Ю Сяо Мо двери. Барышня, о которой говорил стражник, похоже, что занимала какое-то важное положение и могла свободно покидать Енчан и входить в город без очереди. В этот момент некая изящная фигура смутно виднелась внутри шикарного конного экипажа белого цвета, оживленно интересуясь ходом дел и посматривая парой умных глаз в приоткрытое оконце. Вероятно, это была именно она, та, о которой говорил охранник.
Линь Сяо испытующе посмотрел на Ю Сяо Мо, взглядом спрашивая его согласия. Ю Сяо Мо надулся, оттопырив щеки. Линь Сяо улыбнулся буке и сказал:
— Сяо МоМо, что думаешь?
Ю Сяо Мо нерешительно стрельнул глазами туда-сюда и задумался. Вообще-то он собирался твердо отказаться и выстоять в очереди, но окинув взглядом сотни людей в очереди, где им предстояло томиться до захода солнца, он все же кивнул головой в знак согласия. Он не был настолько бессовестным, чтобы отказываться от выгоды, преподнесенной им на блюде самой судьбой. Ю Сяо Мо согласился на предложение его соперницы в любви.
Линь Сяо повернулся к стражнику и сказал:
— В таком случае, попрошу прощения за наше вторжение.
Стражник оторопел, когда увидел, как мужчина спрашивал мнения у юноши, но быстро пришел в себя, протараторив «Что вы, что вы, не стоит!», и собрался отвести их к карете своей госпожи.
Обычные люди выразили бы свою благодарность даме в карете лично, но Линь Сяо и Ю Сяо Мо были необычными людьми. Один вообще ни с кем и ни с чем не считался, а другой погряз в мелочной ревности и уперся, капризно отказавшись быть с ней вежливым, так что они отклонили приглашение стража увидеться с барышней и попросили его передать ей их благодарность. Не дожидаясь от него ответа, они оба прошли к концу ее кортежа. Стражу не оставалось ничего другого, как выполнить их приказ.
Вскоре кортеж вошел в город. Несмотря на то, что ему было плохо слышно, до ушей Ю Сяо Мо все же донеслась часть разговора между стражником и той женщиной. Он услышал, как она громко ругалась своим очаровательным нежным голоском, и ещё раз убедился, что она позарилась на его Линь Сяо. После того, как они беспрепятственно вошли в город, Ю Сяо Мо попросил стоявшего позади него стражника передать весточку их госпоже и тут же смылся, чтобы не встречаться с ней.
Заигрывать с его Линь Сяо у него, Ю Сяо Мо, на глазах? Ну уж нет!
Гордый собой, он потащил Линь Сяо куда глаза глядят, но подальше от кортежа и вскоре карета той женщины потерялась из виду. Линь Сяо собрал всю свою железную волю в кулак, чтоб не расхохотаться гомерическим хохотом от проделок ревнивого хомячка Ю Сяо Мо, жадно и мелочно охранявшего то, что ему было так дорого. Какой ревнивый! Хотя он и раньше знал, что занимал все сердце Ю Сяо Мо без остатка, он все равно удивился, насколько сильно тот отреагировал на этот незначительный эпизод соперничества в любви.
Не подозревая о том, как сильно Линь Сяо позади него сдерживал свой смех, Ю Сяо Мо вдруг остановился как вкопанный и резко обернулся к Линь Сяо. Линь Сяо тут же стер со своего лица забавляющееся выражение и невинно посмотрел на Ю Сяо Мо:
— Что случилось?
Ю Сяо Мо сказал:
— Я тут подумал и пришел к выводу... что лучше все же прикрыть твое лицо маской. — Не прошло и полдня, как одна на него уже позарилась. Не исключено, что завтра-послезавтра еще несколько человек западут на его прекрасного Линь Сяо. Естественно, что Ю Сяо Мо не хотел целыми днями ломать пики с соперниками и соперницами в любви, отгоняя их, как назойливых мух.
Услышав слово «прикрыть», Линь Сяо потер подбородок:
— Хорошо. Я не возражаю.
Ю Сяо Мо закатил глаза и недовольно фыркнул. Даже если бы и возражал, кто б его послушал.
Вслед за этим они отправились искать магазин, где продавались маски. Впервые оказавшись с визитом в этом незнакомом городе, где они никого и ничего не знали, у них заняло около часа поисков, пока они не набрели на бутик самых разнообразных искусно сделанных масок. Он назывался Галереей Сокровищ и занимал довольно большую площадь: в два раза большую, чем магазины в городке ХеПинь. Его фасад и витрины были отделаны богато и не особенно пошло. Судя по сплошному потоку покупателей в дверях Галереи Сокровищ, особенно женщин, место это было известное, так что они смогли бы найти что-то, подходящее Линь Сяо.