Я читаю твои мысли.

Решаю не дожидаться друзей, а лечь спать после того, как приняла душ.

Утром выхожу из комнаты и бегу всех будить. Нужно обдумать многое и воспользоваться этим шансом будучи подготовленными. На адреналине я встала около пяти утра, умылась, переоделась в белый спортивный костюм и собрала волосы в высокий хвост. Друзья проснулись, наверное, от моего шума. Они долго вчера не возвращались, так что выходят сонными.

- Помните, о чем мы с вами говорили? – с энтузиазмом спрашиваю их, но не дожидаясь, пока их заторможенные мысли дойдут, сама отвечаю на вопрос, — что нам нужно узнать больше информации. Я могу ее достать.

После этого ребята словно проснулись во второй раз, их лица за несколько секунд отразили десятки эмоций, но, зная их вопросы, я стала рассказывать о произошедшем.

После моей речи троица выглядела задумчивой.

- Аарон, даже не начинай, — я встаю прямо перед ним, — это отличная возможность, и ты это знаешь.

- Но это может быть ловушкой, — говорит Маша, — с чего бы ему вообще помогать тебе?

- Он буквально все делает для нашей социализации, — я говорю голосом Дениса, закатывая глаза, но потом продолжаю своим, — но это, очевидно, только официальная версия. Вы же будете знать, где я. Денис не в курсе, что мы помирились. Это наше преимущество.

- Оно ничтожно в сравнении с тем, что нас лишь четверо в сердце вражеской страны, — размышляет Боб.

- Прошу, перестаньте. Мы не можем отказаться, но можем потратить время с пользой и придумать все, разработать план для отступления на всякий случай, — все-таки нельзя отрицать, что это действительно может быть ловушкой, — ну, не знаю, а еще решить, как мне вам передавать информацию, — я стала судорожно ходить туда-сюда.

Боб схватил меня за руку, чтобы остановить:

- Я не знаю, что и сказать.

- Если честно, я тоже, — признается Петрова, — я бы хотела использовать эту возможность, но не могу жертвовать своей подругой.

- Я согласен с ними, — Аарон поднимает кисть чуть выше опущенной головы и щелкает пальцами.

- Хорошо, тогда вот что, — я сажусь перед ними, — идите на завтрак, думаю, если вы пропустите прием пищи и сегодня, Денис не обрадуется. Ведите себя так, словно мы все еще не помирились. Так у нас будет время на размышления. Потом обсудим это еще раз.

Выслушав меня, они все согласно кивнули и стали собираться на завтрак. А спустя десять минут я снова оказалась одна.

Мне уже было привычно заходить в свою комнату и запирать дверь, даже если никого, кроме меня, в доме нет. Тишина успокаивала и одновременно тревожила меня. В тишине в голову лезут мои мысли. Я начинаю задумываться о тех вещах, о которых желала бы забыть.

Например, почему я согласилась переехать к Денису? Понятно, для чего я это делаю, но почему именно таким способом? Только ли потому, что он так удачно подвернулся?

Я решила, что пойду на это, даже если друзья будут против. Поэтому стала собирать небольшую сумку с одеждой. Между слоями я припрятала блокнот, и ручку, и кухонный нож. Ничего другого у нас нет, что могло бы пригодиться на этом деле. Хотя, если честно, на таком задании какой бы список нужных вещей ты не составил, его будет мало.

Ребята пришли спустя несколько часов. Я встретила их прямо у дверей:

- Как все было? Вы не прокололись?

- Нет, — улыбается Машка, — все в порядке, правда. Денис не спрашивал нас о тебе, но был крайне недоволен, что мы пропустили обед и ужин вчера.

- Это хорошо, — я улыбаюсь ей в ответ.

- Мы поняли, что не отговорим тебя, — начинает Боб, — так что, ты права, нам лучше потратить это время с пользой и обсудить, как все будет.

До самого ужина мы не перестаем искать самые безопасные способы, ребята засыпают меня советами и напоминаниями из программы Школы, будто я могла их забыть. Мы условились, что после ужина они пойдут гулять, как делают это обычно. Я встречу парня, будучи в доме одна.

Так все и случается, но перед тем, как часы снова отображают одни нули, мы прощаемся с ребятами, будто никогда не увидим друг друга больше, крепко обнимаемся, а я и Маша даже пускаем слезинку. В конце концов, нам просто сложно дались последние дни, так что не думаю, что мы всплакнули из-за моего переезда.

Боб, как обычно, желал мне только удачи. Он всегда на моей стороне и это радует. Парень крепко обнимает меня и целует в щеку, я делаю то же самое, уверенная, что теперь Боб адекватно отнесется к этому жесту. Теперь, когда он слегка отвлечен Диаррой. Наконец, меня обхватил Аарон. Он ничего не говорит вслух, но в мыслях еще раз читает правила безопасности, поведения, советы, подсказки, словом, все, что может вспомнить в эту секунду и что хоть как-то связано с моим делом. Я молча все выслушиваю, а, когда он переходит на сентиментальное прощание, прижимаю его крепче. Еще пять минут и их нет.

Я решила еще раз принять душ, доела лазанью и стала ждать своего «спасителя». Ровно в двенадцать он заходит в открытое окно.

Я бегу к нему и крепко обнимаю. Холодное лезвия страха едва касается моего горла, и я не сдерживаюсь и пускаю слезинку.

- Ты так хочешь сбежать? – мягко смеется Денис. В ответ я качаю головой и соплю. Он тут же отрывается от меня и замечает мокрый след на моей щеке от скатившейся слезы. У него заходили желваки. Я чувствую, что он зол и то, что он не равнодушен к этому.

- Идем? – спрашиваю его.

- Не будем терять ни минуты, — Мэтеков хватает меня за руку и выводит на подоконник.

Он действительно очень широкий, и, хотя я часто смотрю из окна на город, вид отсюда кажется просто великолепным.

Парень ведет меня к углу, а затем спускается по лестнице. Я поздно вспомнила о том, что оставила сумку в доме. Это, наверное, все немного усложнит, но уже нет времени. Я спускаюсь вслед за парнем, а потом мы идем к нему домой. Вот так просто.

Это совсем не похоже на похищение, потому что я ушла добровольно, и точно не напоминает побег, потому что я не была пленницей в том доме. Мы просто идем по спящему городу. Я погружена в свои мысли, но периодически проверяю голову Дениса. Он то хочет что-то сказать, то размышляет о том, что делать, когда мы придем к нему, обдумывает о делах в больнице. Но не имеет абсолютно никаких мыслей о наших силах, и это бесит.

Теперь я понимаю, что он осторожничает. Но разве кто-то может контролировать свои мысли постоянно? На ум приходит разве что Адам. Но я думаю, у него было время для подготовки. Денис же кажется настоящим роботом, раз способен на это. Хотя, возможно, он просто недооценивает меня: можно проникнуть чуть глубже в голову и прочитать все глубокие тревоги, размышления и тайные идеи. Когда мы придем к нему домой, я должна только подобрать удачный момент для этого.