Painkiller

- Ауч, кто это сделал? - Зейн вскинул голову, осматривая всех студентов, которые уткнувшись в учебники, делали вид, что читают заданный материал, на самом деле пряча под книгой свои гаджеты. На другом ряду сидел Лиам Пейн, со своей неизменной нахальной улыбкой, прожигающей насквозь. Ядовитой - такой же, как он сам. Лиам был явно доволен точным попаданием яблока в голову брюнета.

Зейн лишь стиснул зубы и действительно начал читать задание, вдумываясь в его смысл и пытаясь сосредоточиться на материале. Он решил забить на особое внимание к себе, сильнее сжимая ручку и мысленно призывая себя не подавать никого вида и расслабиться. Нет, он не был ботаником или зубрилой, ему было просто необходимо учиться, чтобы хоть чего-то добиться в этой жизни. Без знаний и образования на самом деле никуда, а гнить всю жизнь на заправке, работая за центы, Зейн уж точно не хотел. Пусть он не был круглым отличником, но твердые четверки он всегда получал заслуженно.

Чего не скажешь о Лиаме Пейне - сыночке богатенького папаши, у которого уже вся жизнь была распланирована с самого рождения любимого наследника. У него было абсолютно все, о чем только мог мечтать Малик. Семья Зейна была неблагополучной: мать ушла от отца около десяти лет назад к своему любовнику, даже ничего не объяснив своему сыну, она просто исчезла из жизни, словно ее никогда и не было, сломленный отец начал безбожно пить и вскоре оказался уволенным с работы. Единственным доходом была стипендия Малика младшего и его заработок в боях без правил.

Это было не тем, на что парень хотел тратить все свободное время, он скорее бы предпочел художественную школу или просто тихие вечера с книгой. Искусство было его особой страстью, которой он больше не мог уделять внимания. Но на боях неплохо платили, и там всегда находились те, кто готов был бросить вызов, ощущая себя чертовым победителем всех времен, плюс большое внимание обращали на себя те, кто ставил неплохие деньги на его победу, тем самым спонсируя жизнь Зейна. Были и истинные «фанаты» этого зрелища, хорошо знающие все возможности молодого парня, который шел по головам других бойцов, вырывая через пот и кровь привычную победу. По сути, Зейну было нечего терять, и он каждый свой бой проводил, как последний, отправляя соперника в нокаут и получая за это нужную сумму. Он мог платить за учебу, покупать себе необходимые вещи и еду - всё, на что хватало денег. Зейн не винил своего отца, когда в очередной вечер собирал рюкзак, кидая туда свежие бинты и бутылку воды, это была только его дорога во взрослую жизнь - туда, где никто никогда не подаст тебе руку в самое сложное время.

Но было и кое-что еще. Как же Малик ненавидел Пейна: каждая клеточка его тела пылала ненавистью к этому «напыщенному уроду», как он привык его называть, жалуясь своему другу Луи. Нельзя было сказать, что у него было много друзей, в основном все приветливо улыбались, встречая в коридорах школы. Никто не смел сказать чего-то лишнего, только по одной единственной причине - они до смерти боялись его. Остался только один смельчак, по имени Луи Томлинсон, со своими вечными подколами и едким сарказмом, которые он так сильно любил практиковать на Малике. Но именно его Зейн считал лучшим и настоящим другом.

- Все в порядке, чувак? - Луи потряс друга за плечо, парень сидел за партой позади.

- Нет, блять, я не в порядке, Луи! - раздраженно вырвалось у Зейна, он откинул ручку на стол.

- Могу поспорить, что звук от удара яблока о твою голову слышала вся школа, - вдруг засмеялся Лиам, и его поддержал его союзник и лучший друг, Гарри, давая «пять».

Остальные в классе же не знали, что им делать: смеяться над Зейном было бы глупым поступком, хотя тот никогда не избивал никого из школы и не угрожал. В отличие от Лиама, слывшего слухами о нападениях и издевательствах в местных туалетах, он избивал как минимум два человека в день. Все молчали об этом, не рассказывая школьному комитету, не желая попасть в еще большие неприятности. Ни для кого не было секретом то, что Лиам профессионально занимался боксом с самого детства. Шатен постоянно провоцировал Зейна, добиваясь того, чтобы тот первый его ударил, завязав драку, а он бы продолжил - ведь кулаки уже давно чесались у обоих.

Каждый бы мог позавидовать такой выдержке Зейна, принимающего все плевки, толчки и оскорбления, он всегда либо крепко стискивал зубы, глубоко дышал и пытался забыть о существовании своего врага, либо раздражающе улыбаясь, поддевал Лиама в ответ.

- Эй, мы можем поговорить об этом позже, - растерянно пробормотал Луи, возвращаясь на свое место.

Зейн отмахнулся от него и снова уткнулся в учебник, чувствуя холодный и пронзительный взгляд Лиама на себе. В классе было слышно лишь тихое тиканье часов, которые мучительно долго отсчитывали каждую секунду нахождения в этом аду. Кто-то шуршал своими конспектами, кто-то нагло слушал музыку в наушниках, и только один человек до сих пор не сдвинулся ни на миллиметр.

- Чего ты хочешь, Пейн? - Зейн отшвырнул книгу от себя так сильно, что она отлетела на середину аудитории.

- Вау, в тебе проснулся Халк? - Лиам откинулся на спинку стула и сделал наиграно испуганное выражение лица.

- Я тебя спрашиваю, какого черта тебе надо? - Зейн повысил голос, таким злым и раздраженным его видели крайне редко, Малик был крепким орешком и не позволял себе даже мельчайшее проявление слабости.

- Дай подумать. Того, что ты меня раздражаешь, будет достаточно?

- Пошел нахуй! - шикнул брюнет и, схватив свою сумку, выбежал из класса, с силой захлопнув дверь, от чего некоторые студенты нервно дернулись.

- Бежишь следом утешать своего любимого? - Стайлс усмехнулся вслед Томлинсону, который почти сразу же собрал свои вещи и пошел за разъяренным другом. Луи остановился и у самой двери наградил кудрявого парня средним пальцем.

***

Томлинсон осторожно подошел к Малику и сел рядом с ним на холодный пол в безлюдном коридоре. Пара еще не закончилась, а значит у них было некоторое время побыть наедине. Они дружат с самого детства, и именно Луи и его семья помогали Зейну справляться со всеми невзгодами, пытающимися отнять силы у потерянного в этом мире парня. Практически все время Зейн проводил в комнате друга или в их секретном месте, на чердаке, где они порой могли скурить расслабляющий косяк, пока Томлинсоны с девочками уходили в парк или уезжали на выходные к бабушке. Джоанна оставляла Зейна ночевать у них, когда его отец напивался особенно сильно и не мог себя контролировать. Как тяжело было каждый раз объяснять Джей, что раны на его теле и лице оставил не отец, а очередной соперник, которого Зейн отправил в нокаут в последнем раунде. Сколько времени и сил нужно было Малику, чтобы прийти в себя после боя. Ночами ему снились искаженные от боли лица, рассеченные брови и потоки ярко-красной крови на лицах, как врачи уносили побежденных парней на носилках. И Зейну оставалось лишь гадать, как скоро его оппонент придет в себя, сможет ли его семья оплатить лечение и необходимые антибиотики. Но тренер упорно убеждал Малика, что это не его проблемы, заставляя потеть в зале до изнеможения, пока боксерская груша не сбивала с ног, раскачиваясь в стороны.

Конечно же, ублюдки из компании Пейна постоянно поддевали их, обзывая парочкой и влюбленными, но это было лишь потому, что Томмо был открытым геем в школе. Под защитой Малика на него боялись даже неправильно посмотреть, так как большинство раз, когда Зейн был замечен в драках на вечеринках, было из-за того, что его лучшего друга оскорбил какой-то пьяный придурок. Это продолжалось до тех пор, пока одного парня, обозвавшего Луи «педиком», не увезли на скорой прямиком из подземной парковки торгового центра, куда они с Томмо ходили, чтобы купить рождественские подарки. Человеческое безразличие намного лучше, чем проявление каких-либо чувств.

И только неугомонный Гарри Стайлс под такой же защитой Лиама Пейна не скупился на оскорбления и издевательства. У него была особая неприязнь к Луи, необъяснимая ничем. В любом случае Томлинсон был из тех людей, кто клал большой и толстый член на мнение окружающих. Он считал, что признать себя таким, каким ты родился - большой поступок, и пара слов в его адрес ничего не изменят, тем более, что острый язык Томмо всегда знал, что ответить на нападки кудрявого мудака.

- Ради святого дерьма, неужели тебя так задел этот придурок? Он не сделал ничего, чего не делал раньше. Ты же знаешь, у него просто недостаток внимания.

Луи прислонился затылком к шкафчикам и закрыл глаза.

- Блять, Пейн - это моя последняя проблема в этой жизни.

- Только не говори, что это отец.

- Он снова проиграл в покер. Ты не представляешь, как меня достало это дерьмо, которое нескончаемым потоком льется на мои плечи. Как будто у кого-то заклинила кнопка «доконай Малика», - брюнет запустил пальцы в волосы и тяжело вздохнул. - Через неделю нужно отдать пять тысяч долларов.

- Слушай, Зейн, я поговорю с мамой... - начал Луи, но Зейн перебил его.

- Даже не вздумай, Луи. Я решу эту проблему самостоятельно.

- Каким образом? Ограбишь банк? Только не полагайся на мою поддержку, я не пойду против закона. Я еще слишком молод, чтобы сидеть в карцере до конца своих дней, - ухмыльнулся Луи, поджимая колени к груди.

- Спасибо за совет, друг, - ответил Зейн, закатывая глаза к потолку. - На днях мне должны сказать имя моего соперника и время проведения боя. Это мой шанс исправить все.

- Чувак, это ведь не единственный способ заработать деньги, - серьезно сказал Луи, поворачиваясь лицом к другу. Он не был в восторге от того, каким образом Зейн зарабатывал на жизнь, но ничего не мог с этим поделать.

- А что ты предлагаешь? Где мне взять до следующей пятницы пять штук?

- Можно продать мою playstation?

- Томмо, ты идиот, - рассмеялся Зейн, откидывая голову на железный шкафчик и прикрывая глаза.

- Просто однажды на месте всех тех парней, которых ты валишь на лопатки, можешь оказаться ты. Зейн, ты не самый сильный и ловкий в этом мире. Обязательно найдется тот, кто надерет тебе зад, и вот тогда ты вспомнишь мои слова.

- Я не собираюсь это обсуждать. Мне нужно пять штук, а их я получу лишь в случае победы. Другого не дано, Луи. - Малик встал и, отряхнув свои рваные джинсы, пошел в сторону столовой. - Ну, ты идешь?

- К черту тебя, иду, - Томлинсон повторил действия друга и догнал на выходе из корпуса, повиснув на его шее и громко смеясь. Он прекрасно знал нелюбовь друга к любому роду объятий и вообще близости с другим человеком.

Только кулаки, только боль и кровь.

***

- Зейн, я знаю, что тебе нужно! - крикнул Луи, нагоняя друга в холле. В его глазах горел огонек, который появлялся только, когда Томлинсон задумывал что-то по-настоящему «гениальное», как он считал. Зейн никогда не знал, что творилось в голове Томмо, и он даже не хотел задумываться об этом.

- Ну и что же?

Малик остановился, сжимая в руках учебники, которые нес в сторону шкафчика, чтобы поменять их для нового предмета.

- Тебе определенно нужна девушка! - выдохнул Луи, кладя руку на свою грудь.

- Ты издеваешься надо мной?

- Понимаешь, нормальная девушка, которая будет встречать тебя поцелуями в школе, виснуть на тебе, удовлетворять, в конце концов. Плюс этим ты можешь утереть нос Лиаму!

- Так, с этого места подробнее, - остановил его Зейн, бросая на друга подозрительный взгляд. Он не понимал, к чему ведет Томмо.

- Ну, вот смотри, он просто использует девушек и бросает. - Луи ткнул пальцем в грудь Зейна, - А ты мог бы вполне неплохо смотреться с Лолой.

- Она - капитан школьной команды по плаванью, идиот. У нее плечи шире, чем коридор этой школы.

- Я слышал, что пловчихи неплохи в постели. Это же то, что тебе нужно.

- Откуда ты слышал это? Неужели на гей-порно сайтах выкладывают комментарии о пловцах? - рассмеялся Зейн, смотря на то, как Луи вполне серьезно выкладывал свою теорию.

- Ты думаешь, я там сижу? - нахмурился Луи, открывая шкафчик возле Зейна, - Мне есть с кем поразвлечься.

- Все, закрыли тему, мне не нужна никакая девушка, окей? - закончил Зейн, открывая замок своего шкафчика. - Это была еще одна твоя глупая идея, которую я как обычно притворюсь, что не слышал.

- Тогда лучше скажи мне, что ты делаешь после пар?

- Иду на тренировку.

- Да брось, друг, - разочарованно простонал Томмо. - Ты постоянно торчишь на своих тренировках. Напомни мне, когда ты действительно отдыхал в последний раз?

- Тогда, когда ты потащил меня на вечеринку в честь конца триместра. - Зейн достал из свалки учебников старый попкорн, который он забыл с вечера кино в прошлом месяце, и кинул в Томлинсона, улыбаясь самому себе.

- Хэй, это омерзительно, что ты там хранишь вообще? - удивленно вскрикнул Луи и посмотрел на друга испепеляющим взглядом. - Вставную челюсть своей бабушки, от которой отвалились зубы? Я просто хочу позвать тебя погонять мяч после уроков.

- У меня тренировка.

- Ты хочешь нагло бросить своего лучшего друга, я понял, - пожал плечами Томмо.

- Хватит меня провоцировать.

- А как же лучшие друзья навеки? - продолжал он наигранно обиженно. - Клятвы на кулаках и шрамы на ладонях.

- Окей. Ты победил. Я приду, ясно? Подождешь меня на стадионе, - сдался Зейн, - Просто перестань давить на меня каждый раз, когда тебе что-то нужно. У тебя скоро игра и тебе не с кем потренироваться вне занятий. Я тебя раскусил, не так ли?

- Да, конечно, именно так, - скривился Томмо, говоря ядовитым голосом, - Я как обычно думаю только о себе, а не о твоих проблемах.

Луи все еще дулся, засовывая в рюкзак тетради, когда железная дверца резко захлопнулась прямо перед его носом, что он едва ли успел убрать руки. От неожиданности Томмо потерял пару листов, которые витиевато приземлились на пол холла. Даже если бы Луи не видел того, кто стоял рядом, он бы точно узнал этого человека по одной лишь наглости.

- Так-так-так, - медленно протянул хриплый голос, - Решаете, кто сегодня ночью будет снизу? Хотя, погодите-ка. Это сто процентов ты, Томлинсон.

Гарри стоял напротив Луи и мерзко ухмылялся, от чего шатен сжал кулаки, так что короткие ногти с силой впились в ладони. Ему хотелось стереть это довольное выражение с лица кудрявого.

- Пошел ты к черту, - зло выплюнул Луи, - Даже если так, тебя не просили влезать.

- Отвали от него, Стайлс! - вступился Зейн, выглядывая из-за плеча друга.

- О, посмотри. Твой парень настоящий герой, - издевался Стайлс, его улыбка ползла вверх, становясь еще шире, - Заступается за тебя, наверное, и до дома проводит, чтобы никакой старый извращенец не испортил твое личико. Или ты наоборот любишь, когда его кто-то пачкает? Хотя, знаешь, мне плевать на это.

- Если бы тебе было плевать, ты бы не лез, - бросил Луи, не отводя взгляда от глаз Гарри.

- Гарри, что ты тут дела.. - окликнули парня, на что тот лениво перевел взгляд со своей жертвы на знакомый голос.

- Разговариваю, как видишь, - ответил Гарри, кивая рядом стоящему Лиаму, - у нас дружеские беседы с парнями.

- А я и думаю, откуда несет дерьмом. - Пейн сразу же заметил Зейна и криво улыбнулся.

- Ты имеешь в виду своего друга? - сказал Луи.

Он поднял свои листы и сложил руки на груди, становясь в защитную позу. Томлинсон не успел ничего сказать еще, как Гарри схватил его за горло и резко прижал к шкафчику. Это было так стремительно, что у Луи сердце прыгнуло в пятки. Он никогда не показывал Гарри, насколько сильно тот пугал его на самом деле. Но сейчас он чувствовал, что Стайлс все понимал и прекрасно знал, какое влияние он оказывал на Луи.

- Ты скажешь своему другу отвалить или это сделаю я? - вступился Зейн, обращаясь к Лиаму. Он уже готов послать этого чертова Стайлса, несмотря на его поддержку в лице Пейна. Он устал от вечных перебранок Луи с этой компанией.

Лиам скривился и молча отвел Гарри в сторону. На что тот резко дернул рукой и удалился прочь, не оборачиваясь.

- У нас все равно есть дела поважнее, - бросил Пейн, ухмыляясь. - Удачи.

- Удачно облажаться, - крикнул Луи им вслед, когда растирал свою шею. Он все еще чувствовал боль и унижение.

- Блять, Луи, помолчи хотя бы немного! Зачем ты постоянно провоцируешь их?

- Мне это нравится. - Томмо пожал плечами, все еще смотря в сторону, куда ушли Лиам и Гарри.

- Ты чертов мазохист, вот кто ты. Тебе нравится, что кудрявый постоянно дергает тебя?

Томлинсон не знал, что ответить, он опустил голову вниз, по-прежнему массируя следы на своей шее. Зейн лишь непонимающе сощурился, строя в голове догадки, которые он собирался уже озвучить, когда вдруг завибрировал его телефон.

"Можешь начинать разминаться. Твой новый соперник не похож на предыдущих. Придется попотеть, чтобы как следует надрать ему зад. Бой через неделю. - Купер."