мир по ту сторону стекла
Пойдём со мной. — Его голос был мягким, но в нём слышалась та же уверенность, с которой он, наверное, заключал многомиллионные сделки.
Элис прищурилась, чуть склоняя голову.
— Куда?
— Ужин. В ресторане. — Он выдержал паузу. — Я плачу.
Она хотела возразить. По привычке. Но вдруг поймала себя на мысли: ей не хочется спорить. Не хочется отказываться от вечера, который может стать особенным.
— Хорошо, — тихо сказала она. — Но только если честно скажешь, кто ты такой.
Он слабо улыбнулся, как человек, которого только что уличили в милом преступлении.
— Идёт. За ужином.
Он провёл её до машины. Элис застыла на месте, когда увидела Rolls-Royce. Не машину — произведение искусства. Металлик цвета жидкой стали, чёрный салон, двери, открывающиеся в другую сторону. Машина не из мира, в котором она жила.
— Это… твоя? — она не могла скрыть удивления.
— Моя. Любимая. — Он открыл перед ней дверь. — Прошу.
Когда она села, пальцы скользнули по коже сидений. Она не сказала больше ни слова до самого ресторана, будто боялась разрушить магию момента. Всё внутри было элегантным и тихим. Даже музыка — классическая, фоновая — будто знала: сейчас важнее молчание.
---
Ресторан находился на верхнем этаже отеля в центре города. Панорамные окна открывали вид на город, уже погружённый в сумерки. Белые скатерти, приглушённый свет, свечи. Не пафосно. А… благородно.
Когда они вошли, метрдотель сразу узнал Теодора и провёл к лучшему столику.
— Господин Фишер, как всегда — ваш любимый угол.
Элис напряглась.
— Фишер? — переспросила она, когда они остались вдвоём. — Теодор Фишер?
Он медленно кивнул, глядя прямо ей в глаза.
Она обомлела.
Имя знакомое. Слишком знакомое. Архитектурные проекты, о которых говорили на местных новостях, здание в центре города с его фамилией на табличке у входа, статьи о «самом молодом и строгом архитекторе своего поколения».
— Ты… ты тот самый Теодор Фишер?
— Кажется, да, — ответил он с лёгкой улыбкой. — Но сейчас я просто Теодор. Человек, который случайно облил кофе девушку, и с того дня не может выбросить её из головы.
Она смотрела на него, не зная, что сказать.
— Почему ты не сказал?
— Потому что не хотел, чтобы ты видела то, что обычно видят все. Деньги, статус, титулы. Я хотел, чтобы ты увидела меня. Просто меня.
Он сделал паузу. — И чтобы ты решила: хочешь ли ты меня знать — без масок.
Элис отвела взгляд на город за стеклом. В её голове будто боролись два мира: знакомый, скромный, защищённый — и его, яркий, роскошный, чужой.
Но её голос, когда она снова посмотрела на него, был удивительно ровным:
— Мне не важны твои машины и рестораны. Но… мне важно, кто ты под всем этим. Ты правда хочешь извиниться?
— Не просто извиниться, — ответил он. — Я хочу начать сначала.
Официант принёс меню. Вино, закуски, блюда, названия которых она раньше только слышала. Но всё это не имело значения. В этот вечер, за этим столиком, они впервые были рядом — не как случайные знакомые, а как два человека, которым вдруг стало интересно идти дальше.
Медленно. Осторожно.
Но вместе.