Часть 1
Дарья
Трибуны хоккейного комплекса почти полностью заполнены болельщиками. Шум оглушает. В животе появляется приятное чувство предвкушения. Я обожаю такие моменты. Это те мгновения, когда множество незнакомых людей объединяются, и ты ощущаешь мощный заряд энергии и эмоций.
Сегодня очередная игра в серии домашних игр нашей местной команды «Акулы». Я обожаю хоккей с детства. Любовь к этому виду спорта мне привил мой отец. Мы всегда смотрели матчи по телевизору вместе с ним и искренне болели за нашу команду. Я по-прежнему с теплотой вспоминаю первую увиденную игру в живую, которая состоялась пять лет назад. Мне тогда исполнилось шестнадцать, и папа повел меня на матч. Тогда команда проиграла, но это не испортило моих эмоций и впечатлений, и я еще больше влюбилась в хоккей.
Сейчас я перестала следить за успехами «Акул». Учеба на последнем курсе университета, дополнительные задания и работа забирали у меня все свободное время, но я все также радуюсь, когда мне удается попасть на матчи местной команды.
Я нахожу свой сектор и пытаюсь пройти мимо двух молодых людей, сидящих в начале ряда. Оба одновременно встают и пропускают меня, и я мило им улыбаюсь.
— Даша, аккуратнее! — восклицает Кирилл, мой молодой человек. — Ты под ноги-то смотри лучше, упасть ведь можешь.
Кто меня знает, тот понимает, о чем говорит Кирилл. Я магнит для всякой неуклюжести, полоротости и других вещах, которые происходят с людьми по их же собственной невнимательности.
Кирилл Рязанцев — молодой человек двадцати трех лет, одетый в черный пуховик, синие джинсы и черные кроссовки. Из-под шапки торчат каштановые волоса, которые он отказывается привести в порядок и подстричь. Мы познакомились, когда мне было девятнадцать, а Кириллу — двадцать. Окрыленная поступлением в университет на специальность «Реклама и связи с общественностью», я полностью была поглощена учебой и на парней даже не смотрела. Однако, в начале второго курса по просьбе старосты группы Кати, я пошла вместо нее на какое-то «очень важное» совещание старост, так как сама она по какой-то причине не могла пойти.
Мое неумение говорить людям «нет» сделало свое дело, и я после четвертой пары сидела в большой аудитории и ждала этого собрания. Как потом оказалось, Кирилл был там помощником организатора и ему часто приходилось посещать данные мероприятия. Просидев полчаса и записав все-все, как просила Катя, я вышла из душной аудитории почти счастливой и с мыслью, что эти мучения для меня закончились.
— Ты могла бы сделать вид, что заинтересована, — доносится до меня голос сзади. Обернувшись, я увидела парня с добрыми серыми глазами и милой улыбкой.
— Если честно, то я даже не староста. Меня просто попросили. Только не говори никому! — отвечаю я и улыбаюсь.
— Не говорить никому? — Кирилл делает задумчивый вид, а я понимаю, что он издевается и пытаюсь спрятать улыбку. — Хорошо. Только имя-то хоть скажи свое? — парень протягивает руку.
— Даша, — отвечаю на рукопожатие.
— Кирилл.
Вот так вот уже два с половиной года я состою в отношениях с Кириллом. Он уже почти как год выпустился и работает в компании своего крестного отца, полностью поменяв специальность. Сказал, что получил диплом только ради мамы, которой не стало еще до его поступления в университет.
— Да, я стараюсь, — улыбаюсь и сажусь рядом. Парень закатывает глаза.
— Дашка, почему ты опоздала? — спрашивает меня моя подруга и по совместительству моя однокурсница, но только с факультета физической культуры —Алиса. Это девушка — единственный человек, с которым мне удалось по-настоящему подружиться. На первой общей лекции мы просто сели вместе и теперь по сей день я дружу с этой милой девушкой с прямыми, как струи водопада, темно-русыми волосами и зелеными, как свежая трава, глазами. — Игра то уже началась.
Я смотрю на табло, размещенного по середине арены и замечаю, что уже прошло 10 минут основного времени первого периода. Пока 0:0.
— Заработалась, — тараторю я. — Проверяла техническое задание. Завтра уже нужно отдать.
— Пчелка, ты моя, — обнимает меня Алиса с другой стороны и наклоняется ко мне, чтобы Кирилл не слышал. — Мне кажется, что твоему парню скучно.
Я поворачиваюсь в его сторону. Кирилл сидит в телефоне и совершенно не смотрит на лед.
Он из тех парней, которые совсем не проявляют интереса к активному спорту. Ему по душе компьютерные и настольные игры.
— Кирилл, — я наклоняюсь к нему. — Тебе совсем не интересна игра?
— Даш, ты же знаешь, что я пришел сюда только ради тебя.
— И чтобы на девочек из групп поддержки посмотреть, — отзывается Алиса. Я закатываю глаза.
— Я не смотрел, — оправдывается парень.
— Да, ладно, смотри сколько хочешь, — улыбаюсь. — Не вижу ничего такого. Я же смотрю на хоккеистов.
— Сделаю вид, что я этого не слышал, — Кирилл убирает телефон в карман куртки. — Я тебе говорил, что нужно меньше работать?
— Кирилл, — устало произношу я.
— А что Кирилл? Я тебя и так мало вижу.
— Но ты сам отказываешься ко мне приезжать, — отрываю взгляд от игры и смотрю на парня. — Все время ссылаясь на занятость.
— Мне удобнее, чтобы ты приезжала ко мне.
— А я тебе повторяю снова, — проглатываю появившиеся разочарование. — Твоя квартира находится далеко от университета и от моей работы. Возить ты меня не всегда можешь, а ты представляешь, как это ехать на общественном транспорте в час пик?
— Ненавижу общественный транспорт.
— Вот видишь, — я беру парня за руку. — Ты выбрал квартиру там, потому что она ближе к твоей работе, хотя я предлагала выбрать что-то рядом со мной или ровно по центру, но ты сказал, что тебе проще приезжать ко мне и уезжать на машине. А зная мою несобранность и умение все на свете просыпать, я буду опаздывать и в университет, и на работу, за что меня не погладят по головке.
— Может быть сейчас я соглашусь с тобой, — парень накрывает свободной рукой наши уже сплетенные пальцы. — Но ты же понимаешь, что после окончания университета, ты переедешь ко мне?
— Понимаю, — с грустью говорю я, но Кирилл ее не замечает. Я стало часто задумываться о том, что Кирилл Рязанцев не мой Мистер Дарси, не мой Алладин. У меня засело чувство, что мне уже нечего ждать от этих отношений.
Скажу честно, раньше мне нравилось проводить время с Кириллом, наши нечастые ужины, совместные просмотры фильмов и сериалов, прогулки. Но в последнее время их стало так мало. Я понимаю и осознаю, что взрослая жизнь и различные обстоятельства изменили наш распорядок, но всего полгода назад я с нетерпением летела к нему, чтобы провести время вдвоем. А сейчас, когда я приезжаю к нему, он зависает в компьютере, во что-то играет, что-то один смотрит. Я готовлю легкий ужин, когда появляется желание, убираюсь в его квартире, а в свободные минуты читаю книги или разгребаю задания по учебе или работе. Но все это я могу делать дома, одна.
— Го-о-о-ол! — кричит мне на ухо подруга, вытаскивая меня из моих мыслей. Болельщики «Акул» поднимаются с мест и радуются забитой шайбе. Любимая вибрация овладевает моим телом с ног до самой головы. Я подрываюсь в это же мгновение.
После завершения второго тайма табло показывает счет 2:2. Некоторые болельщики спускаются на очередной перерыв. Я смотрю на своего молодого человека, который снова достал телефон, и грустно улыбаюсь. Алиса предлагает сделать всем вместе селфи, но Кирилл отказывается, и мы делаем его вдвоем.
— Кирилл, пропусти, — негромкого говорю я. — Нужно выйти.
— Куда? — спрашивает парень и поднимает голову. От его вопроса я закатываю глаза.
—Кирилл Игоревич, можно выйти?
— А-а-а-а-а, в туалет что-ли? С тобой сходить?
— Нет, — я улыбаюсь и чмокаю парня в щеку, когда он встает и пропускает меня.
Я спускаюсь вниз и прохожу в большой холл, где скопилось достаточное количество людей. Кто-то покупает еду и напитки, кто-то идет к выходу, а кто-то я. Я наблюдаю за очередью в женский туалет и осознаю, что, скорее всего, мне предстоит провести весь перерыв в ожидании, хотя организм требует своего.
Через пятнадцать минут я наконец-то попадаю в туалет. Что еще для счастья нужно? Такая мелочь, а жить хочется.
В спортивной арене имеется несколько входов на трибуны, но на данный момент открыто всего два, поэтому после перерыва каждый раз образовывается длинная очередь. Ближайший вход на арену заполнен возвращающимися болельщиками, через который я буду идти еще минут пять. А третий тайм уже вот-вот начнется. Решаюсь проскочить через скрытый вход. Мой папа водил меня через него, когда мы посещали игры, чтобы встретиться там с бывшим тренером команды и по совместительству с его другом детства.
Мне везет, и я почти незаметно проскакиваю на арену, но у самого входа, когда уже вижу лед и пластиковые черные кресла, в меня врезается что-то очень большое. На секунду я подумаю, что это шкаф. Но шкаф же не может быть живым и двигаться? Я говорила, что отношусь к людям, которые страдают невнимательностью, но в этом случае это не моя вина.
— Какого? — произносит мужской голос, в котором чувствуется раздражение. — Моя газировка.
В эту секунду я понимаю, что этот придурок пролил на мое черное пальто и такого же цвета манишку-свитер, свой напиток, и при этом еще и возмущается.
— А извиниться не хочешь? — спрашиваю я со злостью. Достаю из сумки влажные салфетки и пытаюсь исправить ситуацию. Я отказываюсь пахнуть газировкой еще целый период.
Я понимаю, что на мой вопрос не последовало ответа, и поднимаю взгляд. На меня с неподвижным выражением смотрит настоящий шкаф. Не знаю, как еще описать людей с таким внешним видом. Высокий рост, широкие плечи, мощные руки. В общем, он напоминает красивую статую. Короткие темно-коричневые волосы подчеркивают его выразительные черты лица, особенно карие, почти черные глаза. В голове мелькает мысль, что он немного напоминает кого-то из моих знакомых. — Тебя родители не говорили, что обижать девочек не хорошо?
— Говорили, — оживает статуя, приходя в себя, и его голос становится грубее. — Ты вообще, что тут делаешь? Этот вход не общего пользования.
— Понятно, извинений не последует, — закатываю глаза. — Я просто знаю про этот вход. Не переживай никому не скажу, что ты тут пьешь газировку и ешь чипсы.
Парень смотрит на меня внимательно и от его взгляда мне становится некомфортно. Он ставит свою еду и напиток на пол и подходит ко мне.
— Прости. Ты не ушиблась?
— Нет, — отвечаю я, и меня пугает его смена настроения. Он хоть и симпатичный, но я его побаиваться начинаю. Нужно возвращаться. — Спасибо, что помог.
— А сарказма в тебе много.
— А в тебе неуважение, — парирую я.
— Да, я чего-то завис.
— Заметно.
— Еще раз прости. Давай, скажи мне свой номер, я переведу за химчистку.
— Нет, спасибо, — слышу, как комментатор объявляет начало тайма, и мы одновременно с парнем поворачиваемся в сторону арены.
— Любишь хоккей? — внезапно спрашивает парень.
— Очень! — не задумываясь, отвечаю.
— А парень у тебя есть?
— Что? — удивляюсь от услышанного вопроса и поворачиваю голову к незнакомцу, который уже давно смотрит на меня. — Вот ты и наглый, конечно.
— Так есть? — от его напора становится слегка не по себе. Я смотрю в его черные глаза, не терпящих отказ, и сглатываю.
— Да, есть, — уже приходя в себя, отвечаю я.
— А замуж хочешь?
— Как банально, — я закатываю глаза и ухожу, не оглядываясь.
***
Вернувшись на место, стараюсь прийти в себя. Кажется, будто за мной гналась целая стая голодных собак.
Что это сейчас вообще было?
Я, конечно, встречала парней и похуже этого невоспитанного и зависающего гиганта, но его резкие перепады настроения меня настораживают. Надеюсь, что больше не столкнусь с ним.
Оставляю произошедшее позади и полностью погружаюсь в игру.
«Акулы» к середине третьего периода вырываются вперед на одну шайбу. Атмосфера накаляется. Звуки барабана, доносящиеся с левой стороны от нас, заряжают на игру более четко и слаженно не только самих хоккеистов, но и болельщиков, которые подхватывают это настроение.
Впервые придя на матч, я не понимала, зачем вообще нужен барабан? Только после того, как папа объяснил мне, что так объединяются хоккеисты и болельщики, я поняла, как он важен.
— Даш, поклонники этой игры очень сопереживающие люди, которым в первую очень важны эмоции. Возникающая достаточно длинная дробь захватывает тебя целиком, и ты уже не можешь не ответить ей, — восклицает отец. — И так каждый человек на этой арене отвечает звуку барабана — непередаваемые ощущения. Знаешь — это как будто ты кричишь в океан, и он тебе отвечает.
Теперь я понимаю, о чем говорил папа.
За три минуты до конца основного времени противники забивают гол и сравнивают счет. Разочарованное «фу» и звуки недовольной толпы быстро заполняют арену.
— Как думаешь будет дополнительное время? — спрашивает меня Алиса.
— Да, кто их знает, — отвечаю я. — Может еще успеют забить.
Две минуты напряженной игры. Результат, как и прежде 3:3. Никто из команд не хочет уступать. Пожалейте мои нервы кто-нибудь!
— Удаление! — кричит подруга, подпрыгивая с места. Оглушающий шум зрителей подтверждает ее слова.
Любовь к хоккею еще одна причина почему я так быстро подружилась с этой девушкой. Она рассказывала, что на хоккей ее привел дедушка, когда ей было пять лет, и с тех пор этот спорт стал важной частью ее жизни.
— Команда «Факел», — объявляет главный судья. — Номер 92. Две минуты за игру с высоко поднятой клюшкой.
— У наших есть шанс, — подмечаю я.
— Определенно, — отвечает подруга. — Я думаю, что «Факел» снимет вратаря.
Однако, главный тренер соперников этого не делает, и они остаются играть в меньшинстве.
— Давайте! — кричит Полина. — Вперед Акулы!
Началась последняя минута третьего тайма. Вбрасывание выигрывает член команды «Факел», но ему не удается выйти из средней зоны. Шайбу перехватывают «Акулы», которые набирая скорость, мчатся на чужой пятак. Первая попытка оканчивается неудачей и свистком судьи. Назначается второе вбрасывание, но уже у ворот «Факела». Борьбу выигрывает номер 78 нашей местной команды, а дальше все как в тумане. Он делает пас назад и его ловит капитан команды «Акул» Влад Самсонов и четким и мощным ударом, почти с синей линии отправляет заветную шайбу прямо в цель.
— Да-а-а! — одновременно кричим мы с подругой и вскакиваем со своих мест. — Акулы!
— Вот это гол! — восклицает девушка, обнимая меня. — Улет.
— Однозначно.
— Сейчас не испортит эмоций даже то, что забил Самсонов.
— А что не так с парнем? — смотрю вопросительно на девушку. — Если я не ошибаюсь, он капитан?
— Капитан, капитан. Будь он неладен.
— Вы что, знакомы?
— Еще как! Неужели ты забыла? — мы с Алисой садимся на стулья, и она наклоняется ко мне ближе, чтобы было слышно только мне. — Он же числится в моей группе и ему преподаватели просто так ставят зачеты и экзамены, видите ли, он гордость университета. А меня это бесит.
— Это тот самый Влад — кудрявая бошка? — улыбаясь, спрашиваю я. Это прозвище зацепилось за парнем после того, как Алиса так назвала его пару раз в приступах злости.
— Именно, — подруга тоже не сдерживает улыбку. — Как меня бесит, что мне приходится все зубрить, чтобы сдать. А ему достаточно только прийти. Где в жизни справедливость?
— Она обязательно будет, не переживай.
— Да и пошел он! Буду я в такой момент волноваться, — она отвозит взгляд. — Давай смотреть, еще 20 секунд играть командам.
Матч заканчивается со счетом 4:3 в пользу «Акул» и болельщики аплодируют команде за прекрасную игру. На лице улыбка, а на душе тепло. Все же хоккей это один из лучших видов спорта.
— Даша, — Кирилл берет меня за руку. — Поедем ко мне?
— Мне завтра к первой паре, поехали ко мне лучше?
— Не, поехали ко мне, моя квартира ближе находится к хоккейному комплексу. — Устало говорит парень. — Просто завтра раньше встанешь, а я может тебя довезу, если разбудишь.
— Ладно, — пытаюсь не зацикливаться на сказанных словах. — А мы можем завести Алису домой?
— Ну окей.
— Алис, — наклоняюсь я к подруге. — Мы тебя отвезем домой.
— Правда? — с облегчением спрашивает девушка. — Я уже была готова добираться до дома два часа, а мне еще реферат доделывать. Спасибо, Кирилл.
— Ноу проблемс, — говорит он и мы вместе пробираемся к выходу.