Часть 2
Дарья
День, как и следующая неделя, проходит слишком быстро: сначала три пары в университете, потом встреча с заказчиком, новые правки в техническое задание. Спасибо папе, что в конце второго курса помог устроиться в компанию по рекламе на неполный рабочий день. Я так увлеклась своей профессией и работой, что мне уже доверяют самостоятельно общаться с заказчиками. Хотя пока только с небольшими, но все равно это приятно. Вторая половина дня выходит очень продуктивной и рабочей.
Ближе к семи часам приходит сообщение от Алисы.
Алиса:
Даш, не забудь про нашу встречу
Даша:
Встреча? Когда?
Алиса:
Серьезно? Наша кофейня
В 19:30
Твой моккачино и мой ванильный раф
Я сейчас обижусь
Даша:
Алис, я забыла
Прости, прости, но у меня еще есть почти сорок минут
Алиса:
Мда, Артемова. Нет слов
Даша:
Знаю, знаю
Алиса:
Вот ты точно истинная блондинка
Даша:
Но-но, Алис
Я медовая блондинка
Это не чистый блонд
Алиса:
Аха-ха
Но все равно блондинка
Даша:
Остроумно. До встречи
Алиса:
Не опоздай
Уже через тридцать минут я стою у той самой кофейни, которая для нас с подругой стала родной. В ней мы провели первую нашу встречу, делились историями, жаловались на учебу и работу, обсуждали парней, плакали и смеялись.
Фасад кофейни выполнен в графитовом цвете с панорамными окнами во всю стену. Внутри приятно пахнет кофе и чем-то сладким. Черный и белый цвет основные оттенки интерьера заведения. Сзади прилавка на черной кирпичной стене висит доска с меню. Кофейня вмещает в себя уютный зал для посетителей, где можно спокойно выпить напиток в одиночестве или с друзьями. Зона для гостей разделена на несколько частей, таким образом, чтобы одиночки и компании не мешали друг другу. Черные комфортные стулья с белыми столиками располагают к длинной и неторопливой беседе.
В уютном и отдаленном от входа столике уже сидит подруга и что-то усердно пишет в телефоне. По ее сведенным бровям можно понять — она не в восторге от собеседника.
— Приветик, — улыбаюсь я и целую Алису в щеку. — Перестань так хмуриться, а то морщины появятся раньше времени.
— Перестанешь тут, — девушка блокирует телефон и убирает его в сумку. — Я тебе заказала твой любимый кофе и чизкейк.
— Спасибочки, — вещаю верхнюю одежду на ближайшую к столику стойку. — Кто причина твоего расстройства?
— Самсонов.
— Самсонов?Влад— кудрявая бошка?
— Он, он.
— А что ему нужно?
— У нас социологию ведет очень педантичный и принципиальный преподаватель, который считает, что его предмет самый важный, — подруга делает глоток своего кофе. — Он ставит зачет только, если у тебя сданы и защищены три реферата.
— Так и? — я отламываю вилкой небольшой кусок вкуснейшего малинового чизкейка и отправляю в рот.
— Самсонов сегодня пришел на пару и хотел, чтобы ему раньше поставили зачет, — от упоминания фамилии этого парня она злится. — Так Александр Иванович не поставил ему ничего. Сказал, что тот должен сдать все рефераты, как все.
— Вот есть же справедливость. А почему тогда тебя это не радует?
— А чему тут радоваться, Даш? — она качает головой. — Александр Иванович отказал, но понимает, что Самсонов гордость университета, и во избежание проблем, поручил мне помочь ему. Представляешь?
— Помочь? Как? И почему именно ты.
— Я сегодня защитила третий реферат, когда остальные одногруппники защитила только по одному.
— Мда. А как ты должна помочь? Сделать за него?
— Еще чего, — нервный смешок срывается с губ Алисы. — Ему дали мои же темы рефератов и теперь Самсонов должен дополнить их.
— А ты тут причем?
— Так как времени до зачета осталось немного, преподаватель решил, что я должна помочь Самсонову.
— Бред какой-то, — вкуснейший кофе разливается по горлу. — А отказаться нельзя?
— Можно, но ты сама знаешь, чем это может закончиться, — устало отвечает подруга. — Моими проблемами с получением зачета, а я не хочу их, когда он у меня формально уже в кармане.
— И что ты будешь делать?
— Перешлю ему свои рефераты и сайт, где можно взять дополнительный материал. Пусть сам разбирается.
— Ты ему именно это и писала, когда я пришла?
— Нет, я отвечала на его очередную пошлятину, — Алиса достает телефон из сумки и читает крайнее сообщение от Самсонова. — Малышка, лучше пришли мне свои нюдсы или фото из душа, чем эти ссылки.
— Как банально.
— Вот и я об этом же, — мы обе смеемся.
Подруга еще какое-то время переписывается с одногруппником, пока я доедаю свой десерт.
— Ты слишком дерзкая, придется приехать и наказать тебя по-взрослому. Где ты? — произносит Алиса, глядя на экран.
— Ну все, Максимова, ты довыпендривалась, — улыбаюсь я. Заглядываю в телефон подруги и вижу, что она пишет реальный адрес кофейни. — Что ты делаешь?
— Пишу адрес.
— Зачем? Он же приедет.
— Кто? Влад — кудрявая бошка? Не смеши меня, Даш. Этот парень и пятую точку не поднимет, если не увидит в этом выгоды, — Полина поднимает руку и просит официанта подойти. — Так что расслабься. Будешь еще что-нибудь?
Следующий час проходит очень быстро. Алиса рассказывает про новых девочек, впервые пришедших к ней на занятие. Подруга по вечерам и выходным работает тренером по степ-аэробике. Я делюсь впечатлениями по поводу нового заказчика, с которым очень приятно работать. Я всем сердцем стала обожать и ждать наши встречи с Максимовой. Столько я не смеялась ни с кем другим.
— Как там Паша поживает? — невзначай спрашиваю я. Паша — это парень с прошлой работы Алисы, активно ухаживающий за ней.
— Да, наверное, нормально. Мы не общаемся.
— Почему?
— А зачем? — подруга пожимает плечами. — Когда мы перестали работать вместе, исчезла единственная точка соприкосновения, поэтому наше общение прекратилось.
— Но ты же ему нравилась.
— И что?
— Но как же?
— Даш, зачем человеку давать ложные надежды, если я к нему ничего не чувствую?
— Ты даже не попробовала? Тебе не одиноко?
— Нет. И знаешь, в одиночестве нет ничего плохо. Необязательно быть с кем-то, чтобы чувствовать себя полноценно. Понимаешь?
— Понимаю, — опускаю глаза на свои руки, держащие стакан с моккачино.
— Что такое? — спрашивает Алиса, заметив смену моего настроения.
— Я не знаю.
— Что это значит, ты не знаешь?
— Я иногда задумываюсь об отношениях с Кириллом, — подруга молча смотрит на меня с пониманием. — Сегодня я проснулась вместе с ним и снова поймала себя на мысли, что в моих глазах угасает блеск, который раньше был при виде его. Это же нормально? Нормально, что со временем пропадает желание каждую свободную минуту хотеть быть с человеком? Я раньше отвечала на его сообщения и звонки в это же мгновение, как они приходили, а теперь, бывает, при виде уведомления откладываю телефон. Я, наверное, ненормальная. У меня здоровые отношения, прекрасный и заботливый парень, а я возмущаюсь.
— Ты нормальная, — говорит Алисаа, беря мою руку. — У тебя же есть причины так себя чувствовать?
Я смотрю в ее глаза, полные заботы и искренности, и понимаю, что она — тот человек, который всегда будет на моей стороне.
— Я иногда чувствую себя одной, — мой голос звучит глухо, и я опускаю голову. — Не знаю, как объяснить, чтобы ты поняла...
— А я и так поняла, — она сжимает мою руку чуть сильнее, как будто хочет передать всю свою поддержку. — Мне иногда кажется, что ты боишься быть одной.
Я поднимаю голову, встречая ее взгляд.
— И если это так, то скажу тебя, быть одной совершенно не страшно. А знаешь, что страшно? Страшно когда ты просишь о внимании, засыпаешь в слезах, просыпаешься с сомнениями, нуждаешься в разговорах и пытаешься справиться со своими проблемами в одиночку, хотя рядом есть мужчина, которого как бы и нет.
— Я совершенно не понимаю, откуда появилось это чувство. Вроде все нормально. Откуда сомнение?
— Сомнение — это абсолютно нормально. Твой мозг стремится уберечь тебя от потенциальных ошибок и их последствий, — она мягко смотрит на меня. — Но сомнения не возникают без причины.
— Знаешь, я боюсь, что мои чувства к Кириллу испарились, — признаюсь я, смотря в окно, где ветер срывает с веток деревьев последние желтые листья.
— Почему ты так решила? — осторожно спрашивает Полина.
— Не знаю...раньше, когда он был рядом, радовалась, а теперь, — перевожу взгляд на ее красивое лицо. — Его отсутствие стало для меня привычным, встречи кажутся обыденностью, а наши разговоры — просто фоновым звуком. Я пытаюсь себя убедить, что это пройдет, что просто наступил кризис в отношениях, но внутри меня что-то подсказывает, что это не так.
— А Кирилл это тоже чувствует?
— Не знаю.
— Может, вам стоит поговорить? — осторожно спрашивает подруга. — Разговором ничего не испортишь.
— Я как то пыталась начать разговор, — вздыхаю. — Кирилл сказал, что я придумываю, но ради меня он готов, что-то поменять.
— И?
— Ничего. Все осталось как и было.
Она смотрит на меня с пониманием.
— Знаешь, — продолжаю, — меня тревожит мысль, что я могу ошибаться. А что, если все это временно, и вскоре все будет как раньше?
— Как раньше уже не будет. Вы стали другими, ваши отношение — другие, ваши мысли тоже другие. Будет или лучше, или хуже, но как раньше уже никогда не будет.
— И что мне делать? — с грустью произношу я.
— Быть честной с собой.
Я смотрю в зеркало, стоящее напротив нас, и в отражении вижу девушку, которую больше не узнаю. Больше нет огонька в глазах, легкой улыбки на губах и трепета в груди.
— Мне кажется, что мои мысли неправильные, — спустя короткую паузу отзываюсь я.
— Правильно или неправильно — это только ты решаешь, Даш.
— Я просто хочу понять, почему так происходит? — шепчу я. — Я не знаю, что делать с этим чувством и куда его деть? Каждый раз, когда я пытаюсь разобраться с ним, он как назло, становится сильнее.
— Прислушайся к себя, Даш. Только ты сама можешь найти ответ на эти вопросы. Не бойся погрузиться в свои мысли и чувства.
— Наверное, ты права.
— Конечно, — улыбается подруга. — Не зря у меня была пятерка по психологии.
С искренней улыбкой пересаживаюсь на стул рядом с подругой и обнимаю ее.
— Посмотри, Дим, какие тут нежности, — произносит у нашего столика грубый мужской голос с хрипотцой.
Мы с Алисой поворачиваем голову в сторону звука и замираем. Перед нами стоят два шкафа. Первый — высокий, плечистый, с тонким носом, с зелеными глазами, с четко выраженными скулами, уложенными рыжими волосами и со средним размером губ, изображающих ухмылку. Одетый в темно-синие джинсы, белые кроссовки и серую куртку, распахнутую настежь. Второй — не менее высокий и не менее широкоплечий парень с короткими темно-коричневыми волосами, одетый во все черное: черные кроссовки, черные джинсы, черную куртку. Я его узнаю. Это тот парень, проливший на меня свою газировку. Только появилось одна вещь, которой не было в прошлый раз. Маленькая сережка у края левой брови.
— Простите, что отвлекаем, — говорит второй парень и садится напротив нас. — Но мы так и хотели.
— Что ты тут делаешь? — спрашивает Алиса кудрявого парня, игнорируя сказанное его другом.
— Ну, как что? — Влад садится на соседний стул. — Приехал наказать тебя по-взрослому.
— Ты и по-взрослому? Не смеши меня, Самсонов.
— А что тебя не устраивает, Максимова?
— Ты не умеешь решать вопросы по-взрослому, — подруга с неприязнью смотрит на парня. — У тебя хватает мозгов только попросить поставить зачет или экзамен, делая акцент, что ты большая гордость университета.
— Завидуешь, Алиска? — по Владу видно, что сказанное его не задевает, а, наоборот, только веселит.
— Еще чего, — девушка поправляет волосы. — Не такая и большая гордость, чтобы завидовать.
— Скажи это моим девочкам, которые кричат мое имя каждый раз, когда я показываю, какая гордость у меня есть, — ухмылка появляется на губах Самсонова.
— Мне их жаль. Знаешь, в чем разница между этим кофе, — Алиса поднимает свой напиток. — И твоей гордостью? На кофе всегда будет спрос.
— Очень и очень средне.
— Уверена, что ты часто это слышишь от своих девочек.
— Хочешь проверить?
— Брейк, — смеясь, вмешивается Дима, кажется. — Влад, мы приехали обсудить получения твоего зачета, а не устраивать публичную порку.
— Что, Самсонов, и тут пришлось просить помощи? — Алиса делает глоток своего кофе и сверлит взглядом парня. Влад ничего не отвечает, только закатывает глаза. — Я ему все уже прислала. Мои рефераты и ссылки, откуда можно взять дополнительную информацию.
Среди этого бурного разговора я не замечаю, как на меня устремлен пронизывающий взгляд карих глаз. Наконец, я решаюсь повернуть голову в ту сторону, и наши глаза встречаются. Парень слегка наклоняет голову вправо и улыбается мне. Его поведение напоминает змею, которая тщательно обдумывает момент перед атакой, готовясь напасть на ничего не подозревающую жертву.
— Может вы уже пойдете? — в голосе Алисы чувствуются нотки разрежения. — Вас разве не ждут ваши девушку или еще кто-то?
— Мы оставим вас, если ты согласишься сделать мне эти чертовы три реферата, — Самсонов нагло берет кружку Алискиного кофе и отпивает его. — Так-то вкусно, что это?
— Слезы твоих бывших, — она сверлит его взглядом. — И не буду я тебе ничего делать.
— Что мне сделать, чтобы ты передумала?
— Для начала вернуть мою кружку мне, — Влад ставит напиток обратно рядом с Алисой. — Во-вторых, купить мне новый кофе.
— Запросто, только пойдем со мной, — парень привстает, — я же не знаю, что пил.
— За что это мне? — задает риторический вопрос подруга и собирает всю волю в кулак, встает и ведет его к прилавку.
Я наблюдаю за ними и вижу, как эти двое вновь вступают в спор. Притворяюсь, что пытаюсь понять, о чем идет речь, чтобы избежать взгляда с вынужденным соседом.
— Следишь за мной? — все-таки устремляю голову на мужской бас.
— Что, прости? — возмущенно спрашиваю я.
— Извиню, если хорошо попросишь, — голос парня становится спокойнее, но остается не менее выразительным.
— Да, не нужно мне твое прощение. Это тебе следовало бы извиняться за испорченную одежду.
— Я же предложил оплатить химчистку или ты забыла?
— Да зачем мне она? Было бы достаточно просто — простите, извините.
— То есть ты за мной следишь, а я еще должен извиняться, за твое неожиданное появление? — он ставит свои локти на стол и кладет на них свой подбородок. — Тебя вообще не должно там быть.
— Раньше этот вход был открыт, им часто пользовался мой папа, когда во время перерывов проходил к своему близкому другу и брал меня с собой, — я чувствую, как раздражаюсь.
— А как зовут твоего отца?
— Может тебе еще и адрес сказать?
— Хочешь в гости позвать?
— Мечтаю.
— Даже так, приятно, — он слегка наклоняет голову. Есть что-то в его взгляде пугающее и заставляющее оправдываться. Хотела же сидеть и молчать. — То есть я должен поверить в то, что ты просто случайно оказалось там, а не следила за мной как за защитником, играющего под номером 97 хоккейного клуба «Акулы» — Дмитрием Федорцовым?
— Ты хоккеист? — спрашиваю я с нескромным удивлением.
— Да, — в голосе Димы появляется легкая неуверенность, которая тут же исчезает. — Хорошо играешь.
— Я и правда, не знаю, кто ты, — пожимаю плечами, — уже не слежу так активно за командой, как раньше. Тем более ты даже не играл.
— У меня период восстановления после полученной травмы.
— Сочувствую, — искренне говорю я. Дима ничего не успевает ответить и к столику уже подходят недовольная Алиса и веселый Влад.
— Я же не за бесплатно тебе предлагаю. Я заплачу, сколько скажешь, — они садятся напротив друг друга.
— Да, не нужны мне твои деньги. Даша, может ты ему уже объяснишь это, если он меня не понимает? — в ее глазах читается мольба.
— Я тебя понимаю и слы...
— Почему тогда не уходишь? — быстро перебивает его подруга.
— Потому что мне дали твои темы. Я мог бы просто вставить с первого сайта, но препод сказал, что если там будут твои рефераты, то он мне не зачтет.
— А я-то тут причем? Я тебе прислала свои, просто прочитай и не вставляй мое, если увидишь схожесть.
— Ты думаешь мне делать нечего, как читать всю эту чепуху?
— Это не чепуха, — она уже держится из последних сил.
— Просто скажи, сколько и все.
— Ни-сколь-ко. Точка. Я не работаю с хоккеистами.
— Это мы еще посмотрим, — бросает Самсонов, резко вставая, и уходит не попрощавшись.
— Дамы, — говорит его друг, задерживая взгляд на мне и оставляя нас с подругой наедине.
— Грубо, да? — спрашивает Алиса, смотря парням в след.
Я ничего не отвечаю, она сама знает ответ.