Вгоняет
— То есть Вы с полной уверенностью заявляете, что он в 18 лет добровольно ушел из дома?
— Да, он говорил о своих намерениях уйти от нас еще раньше.
— Насколько раньше?
— Я же говорила вам — не помню.
— Хотите или нет, но Вам придется повторять все сколько понадобится. Вы меня понимаете?
— Никто не узнает?
— Конечно никто.
Кроткое молчание.
— Если не Вы, то никто его не спасет, вы же знаете. Будьте ответственны за эту жизнь, которую Вы же создали.
— Его и не должно было быть. У нас была уже девочка, мы взяли ее из дома малютки. Мы с мужем не могли иметь детей. Никак. Мы узнали о беременности в последний момент. Он был слабым. Когда крестили этого ребенка, то он исцарапал священника. После этого в него будто бес вселился. Истерики. Каждодневные. Он кусался, орал. Как в школу пошел, стало полегче. Почему? Спросите вы. А вот так. Он с другими людьми вел себя как человек, но не с родителями. Тихий ад. Он бил сестру, крыл благим матом нас. А однажды, ах...
Женщина заревела.
— Продолжайте.
— В тот день он ушел с мальчишками. Самый старший хвастал своим складным ножиком. Он был такого размера, — женщина расправила ладонь и показала расстояние от кончика указательного пальца, до кончика большого. — Он пришел в тот вечер весь в крови. Сказал, что один гулял по побережью речки. Походу выкрал этот нож, или выпросил – не знаю.
Она захлебывалась в слезах.
— На следующий день я узнала от соседки, что у заброшенного сарая нашли мертвую псину. Ее знал весь поселок. Она только на днях родила щенят.
— Вы знали, что это был ваш сын.
Женщина сглотнула.
— Да.
— Щенят нашли?
— Да. Только спустя три месяца. В речке автомобиль утонул. Когда вытащили, то за ним потянулся мешок, полный кирпичей и...
Крик
— Успокойтесь, прошу.
— Я видела это. Это были они. Десять черепушек. У всех выколоты глаза, как у матери. Уши обрезаны. Боже, — камера наполнилась еще большим криком.
— Когда это случилось?
— В седьмом году. Ему исполнилось тогда 12. Мы с мужем все ножи попрятали.
— Почему Вы не обратились в соответствующее заведение?
— Мы боялись.
— Вы были рады его уходу.
— Верно, мы этого и ждали.
— Вы знаете, сколько на его свету теперь жертв.
— Подозреваю.
— Что подозреваете?
— Он все всегда с чем-то связывал. Особенно любил это делать с числами. В комнате с каким номером он живет? Как бы это банально не звучало.
— В тринадцатой.
— Значит столько на его счету и жертв.
— Вы намекаете мне на то, что сегодня он, так сказать, сдался добровольно?
— Да.
— Если вашу догадку считать верной, то он и до сегодняшнего дня совершил еще одно убийство.
Женщина одобрительно кивнула. Лицо мужчины застыло в изумлении.
— Боже, что же в этом мире творится. Пойду искать дела за прошлые года. Вам стоит вернуться домой. Я передам вам то, что мы узнаем о деле Вашего сына.