9 страница25 мая 2025, 20:59

Декан знает

Письмо пришло утром. Простое уведомление на университетскую почту:
«Алексею Валерьевичу Воронцову. Просим вас подойти в кабинет декана в 14:00. Разговор — конфиденциальный. Присутствие заместителя по академической этике — обязательно».

Он не стал пить кофе. Не стал читать лекции. Всё внутри гудело. Как будто ветер сорвался с тормозов и вынес на ледяной воздух всё, что он так тщательно прятал.

Он знал, что это произойдёт. Они не были осторожны. Слишком долго он смотрел на неё слишком откровенно. Слишком часто задерживал взгляд, когда другие уже отворачивались. Он проиграл — не делу, а себе. Принципам. Страхам. Желанию.

---

Марина получила вызов тоже. В деканат. 14:30.
Её руки дрожали. На экране — сообщение от Вики:
«Ты что-то натворила? Я видела, как на кафедре шепчутся. Это о тебе?»

Она не ответила. Потому что не знала, что именно они видели. Она просто знала: всё рушится. Или… сейчас начнётся по-настоящему.

---

В 14:00 Алексей вошёл в кабинет декана. Комната была строгой: дубовый стол, фикус в углу, старые книги в шкафу — не для чтения, для статуса.
За столом сидел декан — Олег Анатольевич, мужчина с обтекаемой улыбкой, который знал, как играть в долгую игру.

Рядом — Людмила Васильевна, с блокнотом и настороженным взглядом.

— Алексей Валерьевич, — начал декан, сцепив пальцы. — Я не буду ходить вокруг да около. Поступила жалоба. Анонимная. По поводу... чрезмерной вовлечённости в отношения с одной из ваших студенток. Имя названо. Документы прилагаются.

Он развернул папку. Алексей узнал распечатанную копию письма Марины. Почерк. Каждое слово.

Онемение. Кто-то украл её письмо. Или она его случайно оставила? Нет — он сам оставил папку на столе... Боже. Глупость. Невнимательность. И теперь — доказательство.

— Мы, конечно, не обвиняем. Но университет должен защищать свою репутацию, — продолжила Людмила Васильевна. — Отношения между преподавателем и студенткой — даже если добровольные — недопустимы в рамках этики.

— Я не вступал с ней в отношения, — твёрдо сказал Воронцов. — Ни интимных, ни романтических в прямом смысле. Я испытываю к ней чувства, это правда. Но я не пересекал грань.

— Но вы признаёте, что чувства есть? — тут же зафиксировала она.

— Да, — выдохнул он. — Потому что я не стану лгать, чтобы сохранить должность.

Олег Анатольевич наклонился вперёд.

— Вы понимаете, что даже этого достаточно, чтобы поднять вопрос о вашем отстранении? Или как минимум — переводе. Вы известны, Алексей. Но университет — не место для мелодрам.

— Это не мелодрама, — тихо сказал он. — Это… жизнь.

Он не умолял. Не защищался. Только говорил правду. И чувствовал, как с каждым словом с него срываются слои. Одежда, маски, страхи. Он оставался — человек. Мужчина. Который впервые за много лет полюбил.

---

В 14:30 в кабинет пригласили Марину.

Её руки были холодны, но взгляд — твёрд. Она увидела его — сидящего прямо, с затянутыми плечами. Усталого. И красивого, как никогда.

— Здравствуйте, — сказала она.

— Присаживайтесь, Марина Игоревна, — сказал декан. — Мы вас не обвиняем. Мы просто хотим понять, насколько далеко зашли эти… чувства.

Марина посмотрела прямо.

— Он — мой преподаватель. Но он никогда не пытался приблизиться ко мне вне академического пространства. Он не касался меня. Он не делал ничего. Всё, что было — это... взаимная симпатия. И письмо, в котором я сказала об этом честно. Всё остальное — фантазии других.

Декан прищурился:

— И всё же вы понимаете, в каком положении он оказался?

— Да, — твёрдо ответила она. — Но не он оставил письмо на столе. Это я дала его лично. Я виновата, что доверилась бумаге. Но в том, что происходит между нами, нет грязи. Есть только… чистое чувство.

Людмила Васильевна встала:

— Этого достаточно. Комиссия даст заключение. До этого момента — вы, Алексей Валерьевич, временно отстраняетесь от преподавания, пока идёт проверка.

---

В коридоре Марина догнала его.

— Прости. Это всё из-за меня. Я не должна была...

Он повернулся к ней, впервые за долгое время открыто.

— Это всё из-за любви. Не жалей. Я бы всё равно выбрал тебя. Даже если придётся уйти.

Она смотрела на него, и в груди стучало одно слово: остаться.

9 страница25 мая 2025, 20:59