Время

Лето стремительно подходило к концу, выгорая в последних закатах. Размеренно дышала степь, тяжело и тревожно — лес, предчувствующий зиму, суетливо — деревня. Здесь ловили последние августовские дни плясками и долгими песнями, считали по свечам, насколько прибавилось ночи.

Янек вздрогнул, когда за окном резко ударил хор голосов, расходясь и взвиваясь высокими нотами. Прислушался и невесело хмыкнул: «Кто-то фальшивит».

Дорожный мешок опустился у порога, Янек сжал кулон на груди и замер, отсчитывая удары сердца. Яра вчера прислала сватов. Сегодня утром сватов прислали ей, и, судя по довольному выражению лица Аяла, подарок назад не отправили.

Сваты стояли у двери, протягивая вышитый платок. В платке — серебряный кулон на длинной цепочке, в кулоне — портрет Яры. Сваты насторожено смотрели, как менялось лицо Янека: от тусклой радости до неподдельного ужаса, от тревожной нежности до горького осознания. Он так и замер: босой, испуганный, растерявший всю юную прыть в долгом споре с самим собой.

«Какой ответ отправить девушке?» — спросил сват. Янек пожал плечами, не зная ни слов, ни действий. Он понимал, что вернуть подарок означает «не взаимно, свадьбы не будет», принять — «взаимно, свадьбе быть», а Янек любил, но море штормило, корабль качался на волнах, и берег уже превращался в тонкую полоску у линии горизонта.

Сват — он был Яре то ли двоюродным братом, то ли еще кем, но манера наклонять к плечу голову, складывая руки на груди, у них одна — понимающе кивнул. Сказал: «Дай ответ к вечеру. Она ждет», — и ушел, оставив вышитый платок и кулон в дрожащих руках Янека.

Одна песня перетекла в другую, неровный скол завершающейся мелодии вспыхнул нестройным смехом. Заиграла гитара, заплакала расстроенная скрипка — Янек знал, что не хватает струны, — одна из девушек завела старую песню про несчастливую любовь и хор женских голосов потянулся следом.

В грязное окно бился закат, блестел в пылинках, скреб мутно-красным пол. Здесь давно не жили и еще дольше не будут жить. Стены облезли, смазались рисунки на дверных косяках, покрылись зеленым металлические ручки. С тех пор, как умер отец, дом опустел окончательно: сын, которого больше ничего не держало, оставил деревню в тот же год. Сейчас Янека держала влюбленность, разливающаяся в груди то теплом, то острой болью. А Янек все равно уходил, оставляя за порогом прошлое, но не память. Да, память будет болтаться на его шее серебряным ярмом.

Яра почти обнимала его, надевая на шею кулон. Ее руки дрожали, дыхание щекотало ухо. Янек поймал запястье, поднес к губам, поцеловал холодные костяшки, снова попросил прощения. Яра понимающе улыбнулась, и, он чувствовал, хотела что-то сказать, но промолчала, разлепив пересохшие губы.

«Когда ты уходишь?» — спросила. «Послезавтра утром». Ее рваный выдох и потухший взгляд, его покачнувшаяся уверенность, их мир, перевернувшийся вверх ногами. Ночь растянула по земле сталь луны, брызнула по небу звездами, вплелась кошмарами в сны: Яра и Янек, уставшие после покоса, но счастливые, пили воду в тени дикой яблони и вытягивали из волос друг друга колючие колоски.

Гитарные струны забились игриво, будто смеясь, несерьезно, выждали короткую паузу, сплелись с голосом, от которого у Янека в груди вспыхнуло жаром и разлилось холодом. Яра. Он выглянул в окно, зная, что его никто не заметит, присмотрелся к густым теням в тусклых бликах масляных ламп.

В песне — простой и шуточной — девушка обращалась к парню и спрашивала, что бы он сделал, если бы ее любил другой. Парень отвечал, что сделался бы птицей и сидел под окном у любимой, но больше он не приходил, и девушка не знала, то ли случилось что, то ли случилась кто. И, может быть, Янек не побелел бы так сильно, если бы имя в песне не оказалось так похоже на его собственное — так, как Яра его называла.

У калитки своего дома неподвижно стоял Аял. Когда Яра смешалась с толпой девушек, он уставился на Янека, прямо через пыльное окно, и кивнул. И Янек кивнул в ответ, точно зная, что он не увидит.

Примечания:

Много пояснений для тех, кто хочет знать больше.

1. Если вам интересно, что пела Яра, то - "Янчик" Христини Соловій. Факт: пара родилась именно из этой песни, и тогда у Яры не было имени, а парня я называла не иначе, как Янчик, и к моменту, когда он понадобился, поздно было что-то менять.

2. Касательно сватов и самого обряда.

Во-первых, совершеннолетие здесь наступает в 18, и именно с этого возраста парень или девушка может отправлять сватов, вручив им личную вещь (обычно это платки, гребни, украшения). Если сваты вернулись с пустыми руками - подарок принят, чувства взаимны, свадьбе быть. Если подарок вернули - все в точности наоборот. И вещь остаётся собственностью получившего (-ей) даже после брака.

Во-вторых, свадьба играется только тогда, когда младшему из пары исполняется 18 лет. При том, что ответ дают в любом возрасте. Хоть в 15 можно согласиться или отказаться, но свадьбы не будет ещё три года.

В-третьих, родители с "а когда замуж/жениться?" не имеют права лезть (династические браки не в счёт, там и измены не порицаются). Вплоть до того, что им могут настучать по голове их же друзья. И это - тот редкий случай, когда дети вольны огрызаться сколько влезет.

В-четвёртых, помолвку можно расторгнуть, вернуть подарок - и все нормально. Не желательно, конечно, но бить никто не будет.

На этом все. Спасибо, что дочитали до конца.)