Противостояние

Райан

Я трижды обошёл корпус, заглядывая во все классы по пути и даже в женский туалет. Чем дольше я искал Одри Уильямс, тем сильнее раздражался.

После нашего неловкого "знакомства" в столовой, Джи проводил ее на занятия, а сам отправился домой готовиться к выходу. Я убедился, что он уехал и стал ее искать.

Шлюха просто играет с чувствами моего друга.

Не знаю, на что она рассчитывала, но мне необходимо преподнести ей урок.

Я так взбешен, что готов разорвать ее на куски. О чем она, черт возьми, думала?

Нахожу чёрноволосую макушку на лужайке у корпуса Гуманитарных наук. Собственно, так я и думал: не удивлюсь, если она какая-нибудь певица, актриса, художница или что-то в этом роде. Маленькая несчастная творческая натура, которую отвергает весь мир, и только в одном человеке она смогла найти свою гавань. Человека, который понимает ее с полуслова и прочая драматическая чушь.

Ни капли ей не верю: она дрянь и падаль.

Одри сидит на траве, поджав под себя ноги, и усердно вычеркивает что-то в своём ежедневнике. Подхожу со спины и заглядываю за ее плечи. Мельком я вижу, что она что-то пишет на листах. Судя по тому, как агрессивно двигается рука, там что-то очень неприятное.

- Обсудим? - я приземляюсь рядом с ней, не спрашивая ее разрешения, а она испуганно озирается по сторонам, молниеносно закрыв свой ежедневник.

- Нечего обсуждать, ты все сказал тогда - на вечеринке, и я все поняла, - она скидывает свои вещи в рюкзак и уже собирается вставать, но я вальяжно располагаюсь, облокотившись на одну руку.

- Ты про какую вечеринку? Про ту, с которой я тебя выгнал, или ту, с которой ты убежала сама, оставив меня на полу моей ванной с приспущенными штанами?

Ее глаза расширяются от ужаса.

- Не понимаю о чем ты. Ты путаешь меня с кем-то другим, - она намеревается встать, но я хватаю ее за руку и тяну к себе.

Одри выворачивает запястья, но я крепко держу ее руку. В плен захватываю и вторую ладонь, и зажимаю обе за ее спиной, чтобы не дралась, приблизившись к ней опасно близко.

Своей свободной рукой хватаю ее гетру на левой ноге, и тяну вниз. Она дергается, но это не мешает мне стянуть ткань до самой щиколотки.

Поверх раны на ее колене приклеен пластырь бежевого цвета.

Я выгибаю бровь и заглядываю в черные глаза. Она упрямо поджимает губы и смотрит куда угодно, лишь бы не на меня.

- Говоришь, не понимаешь о чем я? Я уверен, что ты все прекрасно понимаешь, а еще отлично помнишь как мой член терся о твою вагину, пока мой друг искал тебя по всему дому, У-И-Л, - я выделяю названное ей имя по букве, намеренно дразня ее.

- Заткнись! Господи, ты просто идиот, - она дёргается, чтобы уйти, но я тяну ее обратно.

В моём тоне появляются угрожающие нотки.

- А ты встречаешься с Джи уже некоторое время, но трахаешься с парнями на вечеринках. Как же это называется... Хм... Слово начинается на Ш, кажется...

- Ну ты и урод, - рычит она, наконец посмотрев на меня

- Да? Кажется, на вечеринке я не показался тебе уродом...- стучу пальцем по своим губам свободной рукой, - Ты даже стонала от удовольствия, сидя на мне верхом, - протягиваю я.

Ее глаза вспыхивают гневом. Она сверлит меня взглядом, но меня таким не напугаешь.

- Чего ты хочешь от меня? - рычит она.

Я невинно улыбаюсь ей.

- Хочу, чтобы ты рассказала Джи, что почти трахнула парня - его друга - на вечеринке, и, к сожалению, - это был его лучший друг, который вовсе не знал, что ты - его телка, ведь ты представилась не своим именем, потому что наверняка знала, что Джи ищет тебя, а говорить свое имя и подставляться ты не хотела, потому что желание потрахаться было сильнее.

- Я никогда этого не скажу, - выплевывает она, глядя на меня с яростью.

- Скажешь, - сужаю глаза я.

- Нет.

Одри упрямо поджимает губы.

Я уже сталкивался с ней, и каждый раз мы ругаемся, но она не сдаёт позиции.

- Отлично, тогда скажу я, - говорю я, расцепляя ее руки и выпрямляясь. - Он мне поверит, будь уверена, ведь я в точности расскажу ему карту твоего тела: куда нажать, чтобы ты стонала, где погладить... Хм, кажется, я точно запомнил, как ты пахнешь, какой длины было платье на тебе в тот вечер, запомнил тонкие кудри... - протягиваю я, оглядывая ее короткую шевелюру, - и точно помню, как ты заработала эту, - пальцем я легко касаюсь пластыря на ее колене, чтобы не причинить ей боль, - рану. А еще я знаю, кто помог облегчить твою боль...

Она затыкает мой беспечный трёп ладонью, приникнув ко мне слишком близко. Опасно близко.

- Пожалуйста, перестань, - ее глаза блестят. Кажется, я хорошо ее напугал, - я все объясню и расскажу Ди, я обещаю, просто Перестань.Говорить.Об.Этом, хорошо? - она все ещё зажимает мой рот своей ладонью, как несколько дней назад я прикрывал ее, чтобы прервать ее громкие стоны, которые будоражили все мои внутренности.

Глазами я поймал ее безумный взгляд, зависнув на несколько секунд, а затем все-таки посмотрел на четко очерченные губы.

Я хорошо запомнил вкус этих губ, ведь поцелуи с ней были чертовски горячи. Вообще-то, я парень, избалованный женским вниманием, потому я не собирался искать ее. Зачем? Таких как она тысячи. Просто наши желания совпали в тот час.

К тому же она настолько меня бесит, что искать ее для перепихона было бы предательством Кори.

Взгляд ее мутнеет на несколько секунд, и я чувствую, что она тоже проворачивает ту ночь в своей голове. Мои губы растягиваются в ухмылке. Она помнит всё.

Одри быстро убирает руку с моих губ и прячет ее за своей спиной, увеличивая расстояние между нами. Она смотрит на траву под собой.

- Прости, этого не должно было произойти, я просто... - она встревоженно гладит рукой траву под своими ногами.

- Была пьяна? - подсказываю я.

- Да. Но на этом все. Я никогда не делала так раньше и даже не знаю, что нашло на меня в тот момент. Во всем виноват алкоголь.

Я закатываю глаза. Так говорит каждая легкодоступная особа.

- Как обычно.

- Это никогда не повторится, я обещаю.

- Конечно, - поддакиваю я.

Одри бросает на меня гневный взгляд.

- Я расскажу Джасперу, но ты должен дать мне немного времени.

Это все усложняет. Джи... Он ведь мой друг. Но я уверен, что он поймёт, ведь она накинулась на меня первой, а я просто получал то, что она давала мне. Ни один парень не отказался бы от жаркой девчонки в разгар вечеринки. Тем более я был совершенно уверен, что она - не Одри.

В конце концов она не предупредила, что пришла к другому, и даже узнала мое имя, прежде, чем нас заштормило.

Я поднимаюсь с земли, быстро отряхиваю свои штаны и смотрю на нее со всей серьезностью.

- Я даю тебе одну неделю.

Она гневно смотрит на меня, но все же кивает.

Раз уж она переехала сюда недавно, и теперь постоянно будет крутиться рядом с Джи, то я предпочёл бы, чтобы между нами не было неловкости.

- Я надеюсь, что Джи поймёт, что ты была пьяной, ну а я, в свою очередь, просто не отказался от девчонки, потому что хотел трахаться.

- Мы не трахались, - шипит она.

- Да, но только потому, что у меня презика с собой не было, - пожимаю плечами я и шагаю в сторону корпуса, не дожидаясь ее ответа.

***

- Она реально тебя поцеловала? - Тристан выпучил глаза, облокотившись на капот Кори. - Сама? В смысле, она прям с языком тебя целовала?

Я уже жалею, что решил ему рассказать. Вообще-то, я не планировал болтать об этом, просто Тристан основательно до меня докопался и чуть не довёл до ручки.

Он заметил нас на газоне у Гуманитарного, а до этого слишком внимательно следил за нашим добродушным «знакомством в столовой». Как только мы остались наедине (почти неделю спустя) - первая фраза, слетевшая с его уст, когда мы остались наедине, звучала так: "не говори, что ты трахал Анорексичку". Пришлось его переубеждать и вкратце пересказывать, что же между нами произошло.

- Сотню раз тебе сказал - да. Только попробуй расскажи хотя бы одной живой душе, - я отвлекаюсь от работы и поднимаю голову к Тристану, - тем более моей сестре. Если она узнаёт об этом, то на следующий день будет знать и Хлоя, а за ней и Райт.

Тристан поднимает руки.

- Понял, дружище. Я - могила.

Я кидаю на него подозрительный взгляд и возвращаюсь к работе.

- И как она тебе? - я давлюсь слюной, - В смысле, не обижайся, но она не похожа на ту девчонку, с которой можно хорошенько оттянуться на вечеринке.

Бросаю на друга недоуменный взгляд.

- Ты же не думаешь, что я стану с тобой это обсуждать?

На лице Тристана возникает наиглупейшее выражение.

- А почему нет?

- Она под запретом, Трип. Она девушка нашего друга, и мы не можем рассматривать ее как сексуальный объект. Относись к ней как к Хлое, или Вик: их уже застолбили.

- Ну, твоя сестра все ещё свободна, - его губы расплываются в широчайшей улыбке. - Не то, что бы я на неё претендовал...

Я бросаю в друга грязную тряпку, которой я вытирал руки от машинного масла весь вечер.

- Моя.Сестра.Для тебя.Табу, - чеканю я.

Тристан ухмыляется.

- Только для меня, или...

- Ты больше никогда не попадёшь в мой дом, если сейчас же не заткнешься.

Тристан снова поднимает руки, словно сдаётся.

- Понял. Умолкаю.

- Вот и прекрасно. Лучше подай ключ на 14, - говорю я, протягивая ладонь к другу.

- Тоесть, ты не расскажешь, как громко стонет Анорексичка, когда кто-то собирается ее...

Я его перебиваю.

- ДА ЗАТКНИСЬ УЖЕ!

Оставшееся время мы ковыряемся в движке машины, обсуждая свои планы на сезон. Тристан, кстати, в этом году выпускается, но он так и не подал документы ни в одно образовательное учреждение, хотя его средний балл вполне позволяет ему выбирать из списка престижных образовательных учреждений Америки.

На самом деле он очень хороший парень: он не глупый, на него можно положиться, но его ветреная мамаша тянет его вниз. Трип уже давно содержит всю свою семью, пока она развлекается со своими хахалями-однодневками.

Из всех моих друзей больше всего повезло мне: мой отчим (которого я считаю своим отцом) и мать живут в ладу всю мою сознательную жизнь. И у меня есть приставучая сестра, которую я очень люблю. В общем, никаких травм, связанных с семьей и никакой драмы.

Мы заканчиваем возиться со стареньким чарджером ближе к 10, а после едем на встречу с Джи. Тот уже находится в баре, недалеко от своего поместья.

Я подкидываю Трипа до его квартиры и еду к себе, чтобы помыться и сменить одежду.

Меня очень интересовал вопрос: есть ли там Уил, но я не знал, как можно спросить об этом у Джи, чтобы не вызвать подозрений, поэтому ехал наобум. Не то что бы у меня были на неё планы, просто...было бы неловко находиться с ней в одной компании после того, что было, тем более она все еще не сказала Джи ни о чем, хотя у нее была неделя.

Возможно, я погорячился. В конце концов они должны были увидеться с Джи в этот треклятый день впервые. Возможно ее захлестнули чувства, или она ещё и вовсе не была уверена, стоит ли ей быть с ним и просто пустилась во все тяжкие... В общем, наверняка у неё есть объяснение тому, что она пришла на эту вечеринку ради Джи, но потом решила немного пошалить со мной в ванной.

Теоретически, на тот момент они еще не встречались.

Дома я наспех принимаю душ, переодеваюсь, целую свою мать на прощание и выдвигаюсь в бар.

Когда я захожу в помещение, меня накрывает лёгкое чувство удовлетворения, потому что девушки за столом нет.

Сначала я двигаюсь к барной стойке и беру себе две бутылки пива, а затем иду к столу.

- Йоу, брат, - кричит Джи, когда замечает меня.

Я салютую ему пивной бутылкой.

Мы пожимаем руки и похлопываем друг-друга. За столом стоит три бутылки пива, одна из которых прямо перед Джи.

- Где Райт? - спрашиваю я.

Я уверен, что если он ответит, что мой брат где-то в баре, то и Хлоя тоже здесь. Значит, все эти бутылки принадлежат моим друзьям, и никакой сексуально-активной особы весом не более пятидесяти килограмм здесь нет.

- О, они с Хлоей играют в бильярд, - он поворачивается и показывает пальцем в сторону бильярдного столика, где мой брат стоит с кием в руке с левой стороны бильярдного стола. Напротив него, конечно же, Хлоя. Она наклонилась над столом, умело удерживая в своих руках кий. Уверен, Райт проигрывает.

Однажды я схлестнулся с Хлоей в жестокой битве, поскольку в этой компании лучше всех играл я, но даже меня Хлоя уделывала почти вхолостую.

- Тристан за баром?

- Ага, - отвечает Джи. - Будешь пиво? - спрашивает он, показывая на стол, на те оставшиеся две бутылки, которые одиноко стояли в центре стола.

Я киваю и беру одну из них.

- Твоя девушка сегодня не придёт? - спрашиваю я, словно невзначай, усаживаясь рядом с другом.

- Почему же? Она тут. Должно быть, ушла в туалет.

Мой желудок ухает вниз. Черт. Я надеялся, что ее не будет с нами. По крайней мере сегодня.

Я делаю вид, что открываю бутылку, повернувшись боком к Джасперу и исподлобья наблюдаю за помещением, выискивая черноволосую девчонку.

Когда она появляется в поле моего зрения, наши глаза встречаются сразу же, она даже тормозит, как если бы столкнулась со мной. Мой хмурый взгляд сканирует ее, начиная с головы и заканчивая на носках ее сапог с огромной платформой, делающие ее ноги как у куклы Братц.

Одри кидает на меня полный ненависти взгляд, но тут же берет себя в руки, и опускает глаза.

- О, вот и она, - Джи со счастливой улыбкой кивает в сторону девушки, которая неохотно приближается к нашему столу.

Джи смотри на нее с какой-то примесью нежности, и меня начинает пожирать чувство вины. Наверное, я должен был сам рассказать ему все, а не ждать, пока девчонка расскажет о нашем небольшом рандеву.

Одри смотрит себе под ноги, когда подходит. Вид у нее, как у прокаженной, а ее одежда выглядит так, словно она сняла ее с какой-то проститутки после того как убила ее: колготки в крупную сетку, которые выглядывают из-под ее коротенькой черной юбки прямо над поясом, белый кроп-топ с маленькими дырочками по центру, берцы.

Я делаю вывод, что она депрессивная неформалка, скорее всего ее ждет тяжелое будущее, связанное с наркотиками и несостоявшимся рокером. Я даже представляю, что такая, как она, может постить в своем Фейсбуке и Твиттере, в профиле которых, наверняка, не больше 10 подписчиков в общей сумме.

В голове я прокручиваю тот день, когда мы с ней оказались в моей комнате. Интересно, какое платье было на ней? Наощупь я помню его отчетливо, но меня интересует было ли оно таким же пошлым, как этот наряд? Или оно было милым и скромным? Очевидно, что это совсем не в духе Одри.

Короче, Джасперу она совершенно не подходит.

- Уил, - я натянуто ей улыбаюсь, приветствуя.

У нее округляются глаза.

- Уил? - переспрашивает Джи.

Парень непонимающе смотрит на меня, и только тогда я понимаю, что назвал ее не тем именем, которым она представлялась перед ним.

- Уильямс, - говорю я, спасая ситуацию, хотя, признаюсь, мне и самому не хочется быть пойманным. - Я решил, раз уж она теперь часть команды, пора бы дать ей достойное нашей компании прозвище.

Одри смотрит на меня, слегка прищурив глаза. Я знаю наверняка, что она бы сейчас сказала, если бы рядом не было Джи.

- Уил, значит, - Джаспер хмыкает. - А что? Мне нравится.

Одри идёт к Джи и садится с ним рядом, тот кладёт руку на ее плечи, прижимая к себе.

Господи, неужели я один вижу, как нелепо они смотрятся? Меня тошнит от одного ее вида, неужели только у меня она вызывает подобную реакцию?

Мы сидим в неловкой тишине: Джи смотрит на ребят за бильярдным столом и что-то комментирует, Одри смотрит туда, куда он показывает пальцем, а я отрываю этикетку со своей бутылки.

- Слышал, что этикетку отрывают сексуально-неудовлетворенные люди, - говорит Джи, обратив на меня своё внимание.

Я усмехаюсь.

- Возможно, не так давно меня продинамила одна особа на вечеринке в моем доме.

Щеки Одри моментально вспыхивают, а выражение лица становится мрачным.

- Что за история? - спрашивает Джаспер, притягивая к себе Одри.

- Расскажу во всех подробностях в следующий раз, когда с нами не будет дам.

Одри буквально прожигает дыру в моем лбу, зубы сжаты. Она едва сдерживается, чтобы мне не нахамить.

- Джас, кажется, тебе машут Райт и Хлоя.

Я поворачиваюсь полностью туда, где за бильярдным столом играли мои друзья, но они совершенно не обращают на нас внимания. Она лжёт. Это ясно, как божий день.

Значит, ты хочешь остаться со мной наедине, детка? Есть что сказать?

Джи ведётся на уловку и встаёт из-за стола. Он наспех целует Одри в щеку и направляется к ребятам.

- Что ты творишь? - шипит Одри, наклонившись ко мне.

Ее свежее дыхание обдувает мое лицо. На этот раз никакого алкоголя.

- А что, по-твоему, я делаю? - развалившись на стуле, спрашиваю я.

- Ты провоцируешь Джаспера.

- Провоцирую на что?

- На это!

- Что - это?

Одри стреляет в меня глазами, губы поджаты, а ее очаровательное скуластое лицо придвинулось еще ближе.

- Ты намекаешь, что между нами что-то было, - понизив голос, шипит она.

Я наклоняюсь ещё ближе, пока между нашими губами не остаются считанные сантиметры.

- Между нами итак что-то было.

Взгляд Одри мечется между моими глазами и губами. Если бы мы так сильно не ненавидели друг друга, я бы подумал, что она хочет меня поцеловать.

- Между нами абсолютно. Совершенно.Безусловно.Радикально. Категорически. Ничего. Не было, - шипит она, словно ядовитая змея.

- Ух, сколько синонимов способен производить твой пухлый ротик за один раз, - шепчу я, сосредоточив взгляд на ее губах.

- Знал бы ты, сколько синонимов к имени «Райан» крутится на языке, когда я вижу тебя.

- Удиви.

Я откидываюсь на своём стуле и сцепляю руки перед собой. Лениво кручу в руках бутылку без этикетки, обратив внимание на неё, словно Одри совершенно ничего не значит.

По сути, так и есть. Она никто. Надоедливый комар, который залетел в комнату посреди ночи.

- Ты напыщенный богатенький урод, который считает, что он лучше остальных, потому что родился с золотой ложкой во рту.

Я поднимаю брови.

- Ты очень проницательна, - на моем лице возникает гримаса полнейшего удовлетворения, - как будто прочитано с моей биографии.

- Ты сумасшедший, - шепчет она, убеждая скорее себя, чем меня.

- Мне говорили вещи и похуже.

- Ты хочешь разрушить дружбу с другом? Из-за невинных поцелуйчиков? - она с недоверием смотрит на меня.

Я фыркаю.

- Невинных? Пфф, Одри, не успокаивай себя. Это не было невинным, даже оральный секс с твоей подружкой - Лесли - был более невинным, чем то, что произошло между нами.

Да, в переписке Лесли рассказывала за какой подругой сюда примчалась и я должен был это использовать против Одри.

Она охает, зажав рот рукой.

Я соврал, у меня не было орального секса (да и никакого другого) с Лесли Джонсон, но я так хотел утереть нос Одри, что использовал эту грязную ложь.

- Ты использовал мою подругу!?

Одри явно возмущена, но меня это забавляет, поэтому я продолжаю:

- Или она использовала меня. Важен только итог, Одри.

- Я тебя ненавижу, - выплёвывает Одри, усаживаясь на своём стуле прямо.

- Эти чувства взаимны, Уильямс.

Я наклоняюсь к ней, и шепчу на ухо, чуть не подавившись собственной слюной из-за исходившего от неё соблазнительного женственного аромата:

- Но ты права, я не хочу терять друга из-за неудовлетворительного петтинга, - я легонько хлопаю ее по плечу.

Она молчит, упрямо поджав губы, и ковыряясь с этикеткой на бутылке Джи.

- Один мой друг сказал однажды, что так делают только сексуально-неудовлетворенные люди, Одри, - замечаю я, вставая со своего стула. Одри бросает на меня взгляд, полный ненависти, но я игнорирую его и направляюсь к своим друзьям, оставляя ее одну.

Может, она права, и нам действительно не стоит рассказывать об этом Джасперу. В конце концов, мы с Одри ненавидим друг друга и никогда не претендовали на партнёрство.

Джи и сам однажды поймёт, что она не стоит и ломаного гроша, и тогда она уйдёт из нашей жизни.