Соловей

19 июля

Я мчался к метро обгоняя и огибая сонных прохожих. Затем толпился в кассе, потому, что, как назло, на «Тройке» закончились деньги. Бежал по эскалатору, но все равно упустил нужный поезд.

Сегодня не день, а наказание какое-то.

А все началось с того, что я не смог уснуть. Вымотался до такой степени, что тело готово было развалиться, а голова отказывалась отключаться. Наконец сомкнув глаза в шесть утра, встал только в пол девятого.

Инна Михайловна уже поджидала меня с недовольным лицом, постукивая веером о дверной косяк.

- Соловей! Какой толк в занятиях, если ты не приходишь на них?

- Проспал, извините. Больше такого не повториться.

- Ладно, заходи. – Она дала мне подзатыльник веером. Нет, это не избиение, просто еще один способ быстрее привести меня в рабочее состояние.

- К станку! – скомандовала Инна Михайловна. – Где появился балет?

Начиналась моя излюбленная часть, когда к тренировке телесной добавлялась тренировка концентрации. Вопросы задавались намеренно, чтобы отвлечь и я сделал ошибку. Не дождетесь!

- Балет зародился в середине пятнадцатого века в Италии. Само слово балет в переводе означает «танец». И изначально в нем разрешалось танцевать исключительно мужчинам. – Быстро проговорил я, делая при этом релеве лян – одно из самых простых движений. Но несмотря на легкость, из него делают многие позиции. Поэтому, что? Оно должно быть безупречно.

- Назад. В сторону! – руководила Инна Михайловна моими руками, и направляла спину. – Пробежимся по датам. Балетная пачка.

- Была изобретена в тысяча восемьсот тридцать девятом.

- Первый в России балет.

- В тысяча шестьсот семьдесят третьем.

- Ногу поднять на девяносто градусов! Хорошо. Самое известное представление.

- Безусловно «Лебединое озеро».

- Держи осанку! Что с лицом? Тобой можно детей из соседнего класса пугать.

- Исправлюсь.

- Удерживай ногу, удерживай! Нет, где тут девяносто градусов?

- Восемьдесят шесть с половиной.

- Пошути мне тут еще.

Пятнадцатиминутный перерыв сегодня для меня стал спасением. Я выскочил из душной студии и полетел к единственному кулеру с водой.

Жажда такой силы, точно я пил с друзьями весь вечер. А все из-за недостатка отдыха. Организм буквально высасывал из каждой клеточки всю влагу.

- Отечешь ведь, а у тебя еще тренировка до двенадцати.

Я оторвался от пластикового стаканчика и повернулся. Позади стоял Давид Авраамович. Вообще, хоть я и обращаюсь по имени отчеству, на вид ему не больше двадцати пяти. Просто статус не позволяет сказать «ты».

- Знаю, но так пить хочется.

- Лучше просто прополощи рот и умойся. – Он развернулся и пошел прочь.

И зачем вообще подходил? Все равно прислушаться к совету я уже не мог, так как выпил два стакана ледяной воды и теперь чувствовал себя как бочка.

- Делаем пируэт, - сказала Инна Михайловна, когда я вернулся и тут же проклял себя за то, что вообще могу пить. – А знаешь, давай ка в прыжке.

Но не успел я встать в позицию как на пороге появился Давид.

- Инна Михайловна, подпишите еще вот этот договор, я в прошлый раз забыл. Иначе в следующей месяце и эту студию тоже могут отобрать.

Я не понимал, о чем он говорит, мы ведь договорились о том, что до конца лета она закреплена за нами.

- Чего встал, Соловей! Пируэт, на раз два.

Я прокрутился вокруг себя по оси два раза и театрально выставил руки вверх.

- Мне порой слышно, что вы тут говорите. Почему это он у вас всегда «соловей», разве не привычней «лебедь»?

Инна Михайловна навесу подписывала страницу за страницей, и пробегала взглядом условия договора.

- Моя фамилия Соловей. Никита Соловей. – Отозвался я.

- Тебя не спрашивали, - кинула мне тренер. - Да соловьи всё поют, а он вон, в танцы подался.

Какая ему разница как меня называют?

- Ага, спасибо. – Давид принял подписанные бумаги. - Извините, что оторвал.

А он умеет говорить вежливо. Надо же «извините».

Не успел Давид выйти за дверь, как я тут же спросил:

- Инна Михайловна, о чем он говорил?

- Твое дело тренировки.

— Вот именно и если возникнут проблемы, то страдать буду я.

Она покрутила в руках веер и вздохнула.

- Сам же понимаешь, спорткомплекс далеко от метро и многие отказываются от аренды. А у нас на четвертом этаже в нескольких классах еще и крыша протекает. Ему удалось в этом месяце выйти в ноль, но на счет следующего он уже не уверен. Вот я и подписала сразу договор на продление с авансом, чтобы он в случае чего не искал новых арендаторов впопыхах. – Инна Михайловна снова вздохнула. – Ну а теперь пируэт в прыжке.