3
Читая ту самую книгу и ей подобные, Фай всегда живо представлял нужные сюжетные локации довольно близкими друг к другу. Как иначе, если герои стремительно и без переходов оказывались там или здесь, не отрываясь от важных разговоров? Однако реальность изнутри книги оказалась немного беспощадной для человека, будто бы недавно оправившегося от удара. Стоило благоустроенной площадке возле его дома оказаться позади - он мигом растерялся. Во все стороны расходились тропинки разной степени протоптанности, сразу удалось различить те, что вели к хозяйственным постройкам, ученическому жилью и тренировочным площадкам с соломенными чучелами и деревянными мишенями. Остальные же вели вглубь территории, и пусть Фай успел немного прогуляться по округе после своей "болезни" и разведать обстановку - сориентироваться сразу не получилось, потому он невольно отвлёкся на окружение.
Всюду можно было заметить суетящихся подростков в блёкло-синих строго затянутых одеждах и со скромными одинаковыми мягкими пучками на головах.
Если не присматриваться пристально, разницы между ними, кроме как в чертах лица и разной степени воодушевления своим занятием - не было вовсе. Однако Фай прекрасно знал особенности мира "Безбрежной силы ивовой ветви", к тому же несколько раз уже был окружён собственными учениками, потому мог отличить, кто из местных адептов был юношей, а кто девушкой. В этой книге предполагалось, что магические способности одинаково проявлялись у людей любого пола. Это позволяло главным героям не просто встретиться однажды на своём жизненном пути, а вместе годами постигать основы заклинательского и магического искусства, притираться друг к другу в бытовом плане, занимаясь каждодневными делами плечом к плечу, и в целом вырасти вместе в гармонии и взаимовыручке.
По книжным меркам это было для читателей или слишком свежо, или слишком скучно, потому не самая популярная на сетевых просторах тема "от соучеников к возлюбленным" сдабривалась огромным количеством ингриг, сражений и спасением целого мира в придачу. Но зато главная героиня, обучающаяся в древнем ордене, совсем не была белой вороной из-за этого факта. Разве что...
Фай, остановившийся у перекрёстка, который образовывали тропинки, оглянулся на небольшой продовольственный склад, окружённый крупными пышущими холодом кристаллами. Возле него один из учеников, ответственных за сегодняшний обед, зачитывал с парящего свитка нужные по рецепту продукты, а пара его собратьев по несчастью с полными растерянности лицами ныряла в двери склада и выныривала из них с пустыми руками, то ли недосчитавшись какого-то ингредиента, то ли в принципе не понимая, что они ищут. Фай невольно приложил руку ко лбу - как тогда они собирались готовить это неопознанное нечто? А готовить этой компании пришлось бы, как кому-то другому - стирать за другими халаты, как кому-то третьему - таскать в небольшую купальню воду из источника во владениях другого учителя по соседству. В ордене не имелось слуг, все занимались по очереди всеми бытовыми делами, несмотря на положение, благородство крови или личную неисправимую криворукость. И сам прежний Фай, и его любимые герои, и нелюбимые тоже - проходили через это, лишь со временем понимая, что почти в каждом занятии им могла здорово подсобить магическая сила каждого, и тогда бытовые дела из тоскливой необходимости тоже превращались в своего рода тренировку. Но то с его новыми учениками обещало случиться гораздо позже, а пока они терялись, частенько замирали с возмущённым видом там, где их никто не видел, и только при приближении учителя Фая создавали такую кипучую иллюзию деятельности, что он очень жалел, что не преподавал им актёрское мастерство. Такие таланты пропадали из-за желания обучиться магии!
Однако его тайная миссия тоже совсем провалилась, потому что вокруг стоящего на открытом пространстве учителя не могла не собраться стайка не занятых учеников. Они буквально построились рядом с ним, готовые следовать за наставником как делегация за важной особой при дворе. И Фай даже отогнать их со спокойным сердцем не мог - вдруг бы это посчитали неподобающим для его роли, и в появившемся вечером Системном свитке появилась бы запись о потерянных баллах? Характер героя требовалось беречь, пусть в душе он хотел скорее потрепать всю эту мелочь по волосам и отправить отдыхать. Но деваться некуда, и просто Фай превратился в учителя Фая, чинно заложив руки за спину, гордо задрав голову и начав будто прерванную лекцию о добродетели.