17
В его голове так и крутилось - что станет нарушением хуже? Отклониться от сюжета и отправиться с учениками в полный нечисти город? Или переметнуться на сторону Фаэра и не поссориться со своим вечным соперником? Совесть давила на него мыслью, что он должен держаться книжного пути. Страх же загонял его в угол мыслями о собственной шкуре, которая оказалась под таким же ударом, как судьбы жителей города Цуйшэн.
На секунду он зажмурился и сконцентрировался. Еще не хватало снова выпустить свою силу при всех от слишком накалившихся эмоций. Кончики пальцев уже подрагивали от напряжения, когда он услышал чужой голос вновь, выделяющийся среди негромких разговоров вокруг.
Голос, что почти нежно позволил:
– Делай что должен, я помогу...
Фай не понимал, не кажется ли ему, но самую малость это придало ему сил.
– Я... Я поеду в Цуйшэн с учениками. Но наставник Фаэр должен быть верен своему слову! Пусть он разведает обстановку для нас.
Он звучал требовательно, звучал вздорно, звучал как должен звучать Фай обычно. И на них буквально махнули рукой, позволяя распоряжаться своим временем и силами. Буквально сказали:
– Тогда оставляем это дело на вас.
И продолжили говорить о другом, будто этот спор ничего не стоил.
Фай чувствовал себя так, будто лишился костей. Он всё ещё оставался в главном павильоне среди решавших другие проблемы наставников, среди старейшин, что странным образом встали на его сторону, несмотря на явное недовольство Фаем в этот же день. Оставался, пока с места напротив не поднялся Фаэр, подошёл к нему и буквально вытащил из-за столика, подхватив его под руку.
– Совет ещё не окончен... - раздался предостерегающий женский голос, но Фаэру будто всё было нипочём. Он вцепился в Фая так крепко, что не вырваться, хотя сил вырываться сейчас и не нашлось бы.
– Если достопочтенный наставник Фай сказал, что мне надо поторапливаться, то так тому и быть! - прикрикнул Фаэр, махнул свободной рукой на прощание и...
Фаю пришлось зажмуриться, когда двери перед ним распахнулись рывком. Дневной свет заливал площадку перед главным павильоном. Почти пустынную сейчас, вероятно чужие ученики успели разбрестись, не ожидая настолько быстрого окончания совета. Окончания для них двоих, во всяком случае.
– Куда ты меня тащишь... - почти беспомощно пожаловался Фай, звуча скорее расстроенно, чем вопросительно. Зато Фаэр, судя по всему, был полон сил и энтузиазма.
– Подальше от этих лицемеров, разумеется. А ещё - собирать твоих детей в увеселительную прогулку. Как думаешь, достопочтенный наставник Фай, они переживут, если доберутся до города сами?
– Сами? - Фай только и успевал переставлять ноги, пока Фаэр вёл его дальше и дальше от злополучной трещины.
С каждым шагом от неё - будто и дышалось свободнее, и тревоги отходили на задний план. Однако голова перенервничавшего и исстрадавшегося от мыслей Фая казалась блаженно пустой, потому он многого не понимал. Почему его ученики должны оказаться в одиночестве, если с ними отправится он? Почему первой знакомой и любимой из книги чертой Фаэра, которую он почувствовал на себе, была именно эта поддержка, несмотря на их статус соперников? Почему многие герои оказались вовсе не такими, как он их представлял по скупым чертам, описанным в романе? Эти мысли пролетали и забывались, пока внутри не засела одна, заставившая Фая удивлённо округлить глаза.
Почему Фаэр, уверенно ступающий по тропам в сторону владений Фая, так и не отпустил его? С настойчивостью и с самым гордым видом, Фаэр будто нарочно игнорировал, что под локоть ведёт своего недруга к нему домой, чтобы помочь ему поскорее собраться для небольшого путешествия.
И только когда впереди показалась крыша личного павильона Фая, Фаэр решил ему ответить.
– Ну конечно твои ученики поедут в Цуйшэн сами. Верхом, со всем своим арсеналом, да хоть со всей школьной библиотекой! - он бросил короткий взгляд на лицо Фая, а после опустил его на их тесно прижатые друг к другу руки. Развеселился будто ещё сильнее и добил Фая словами окончательно. - Боюсь, у них не будет иного выбора. Потому что тебя, Фай, я уже украду.