8.
Вечером я добралась до сайта нашего районного фитнес-клуба. Абонемент на три месяца стоил дорого, учитывая мое материальное положение. Радовало только то, что если я приведу с собой друга, то мы оба сможем купить абонементы со скидкой чуть ли не семьдесят процентов. Вопрос в другом – кому предложить?
Придя домой, я написала об этом в статусе в контакте. Может, хоть кто-нибудь из моих девяноста пяти друзей сможет составить мне компанию на занятиях йогой?
Через пять минут пришло сообщение от Сашки, нашей общей с Данькой подруги. Точнее, она скорее подруга Даньки, чем моя. И скорее – заклятая подруга, чем просто подруга.
Вообще, Сашка была нормальной. Общительная такая, веселая и очень активная. При этом одевалась она как монашка, бредила здоровым образом жизни, никогда ни в кого не влюблялась, не целовалась и до сих верила, что детей приносит аист, оставляя сверток на капустной грядке.
Данька очень хотела переделать Сашку, научить хотя бы одеваться моднее, общаться с парнями, краситься и все такое. Сашка так же мыла фрукты и овощи в растворе марганцовки, жевала каждый кусок булки по десять минут, наряжалась в любимый коричневый свитер до колен и совершенно не хотела что-либо менять в своей жизни.
После нескольких попыток Даша сдалась и больше не мучила Сашку советами. Она сильно отличалась от других, но, казалось, Сашу это совсем не волновало. Ей и так нормально жилось, в коричневом свитере. Если же не обращать внимания на ужасный свитер, то можно было заметить, что у нее натуральные рыжие волосы и хитрые зеленые глаза.
Вопрос с компаньоном для занятий йогой был решен. На следующий день мы с Сашкой встретились в фитнес-клубе и купили два абонемента, а спустя час уже сидели в позе лотоса на специальных ковриках и пытались расслабиться, отключившись от всех дневных проблем и мыслей.
После занятия мы вместе шли до остановки автобуса. Сашка остановилась у витрины обувного магазина и долго смотрела на одну пару туфель.
– Как же они нравятся мне, – сказала она, еле сдерживая восторг.
Выбор Саши немного смутил меня. На первый взгляд обычные туфли, без всяких там бантиков, розочек, блестяшек, страз и прочих украшений. Лаковые, на тонком каблуке более десяти сантиметров. Все бы ничего, если бы туфли не были ярко-оранжевого цвета. Такого, какого обычно бывают оранжевые маркеры для выделения текста.
– Мне кажется, каблук слишком высокий, – нерешительно ответила я. – А вообще классные туфли. Но яркие слишком. К чему ты их наденешь?
Сашка мгновенно округлила зеленые глаза:
– Ты что, Тань! У меня столько всего оранжевого в шкафу есть! – улыбалась она. – Футболки, майки, шорты, юбки… Жаль, оранжевые брюки не смогла найти. Еще есть десяток оранжевых бус, ремни, браслеты на руки. Кроссовки даже есть с оранжевыми вставками. Они еще сияют в темноте. Обожаю этот цвет! Но вот туфли… никак не могу решиться. Наверное, ты права, каблук…
– Не слушай меня, – отмахнулась я. – Мало ли что я говорю? Кстати, в этом сезоне уже не модно ходить с большими сумками. Выбери себе клатч, желтый или оранжевый, к этим туфлям. Будет здорово!
– Ты думаешь? – недоверчиво переспросила Саша, поглядывая на свою сумку. – Сюда столько всего помещается… Даже балетки на всякий случай.
– Большая сумка – это склад комплексов. Тебе будет достаточно подводки для глаз, блеска для губ и пудры. А уж если ты надела оранжевые туфли, то держись до последнего, дорогая! – сказала я и тут же вспомнила Даньку.
Как у нее дела? Помирилась ли она с Олегом? Мы не разговаривали уже неделю, а в школе даже не здоровались.
– Надо подумать еще… – вздохнула Сашка и отвернулась с грустью в глазах.
Эти туфли не просто нравились ей. Сашка была влюблена в каждый сантиметр их сумасшедших каблуков. Она очень хотела их, но боялась. Страшно впервые делать то, чего ты никогда раньше не делала.
– У меня никогда таких не было… – рассказывала Саша. – Все время боюсь чего-то… Знаю, что нужно меняться, и опять боюсь.
– Трусиха, – ответила я. – За один день не изменишься. Купи для начала туфли. Это самое простое, что ты можешь сделать для начала.
Сашка кивала, соглашалась и молчала.
Через день мы встретились в раздевалке перед вторым занятием. На Сашке были простые узкие джинсы, желтая футболка с Пятачком из диснеевского «Винни-Пуха» и те самые оранжевые туфли, которые она три месяца решалась купить.
– Я просто разбила копилку, а потом вернулась в магазин и сразу купила их. Только померила, подошло, и бегом к кассе, пока не передумала.
Постепенно мой привычный распорядок дня изменился до неузнаваемости. В ночь с пятницы на субботу, когда родители уснули, я заперлась на кухне и разобрала стол. Вроде бы там все было нужным, но это только на первый взгляд. Полупустые банки с кофе, какао и чаем я убрала на верхнюю полку. То же самое сделала с тарелками.
Три пустых заварочных чайника уже полгода пылились на столе без дела – решено было закрыть их в шкафу, чтобы не мешались. Через полчаса простых перестановок кухонный стол стал выглядеть намного приличнее. Мама поздно приходит с работы, устает, и ей некогда особо этим заниматься. Теперь за порядком на кухне следила я. Варила супы, готовила ужин.
По вторникам и четвергам после уроков мы с Сашкой ходили на йогу. В понедельник и среду я часто оставалась в школе и помогала воспитателям на продленке. Особенно было весело на вечерней прогулке, когда за детьми приходят родители.
По субботам брала из шкафа самые интересные новые книги, которые каждую неделю покупает мама, пекла шоколадный кекс с вишней и ехала к бабушке на другой конец Москвы.
Не могу сказать, что совсем не думала о Димке. На его страничку я теперь заходила намного реже, всего один раз в день. Конечно, я скучала по нему, но эта была спокойная грусть, которая больше не могла причинить боль. Как старая зажившая рана. Не болит, если сильно не ковырять.
После дня рождения Кошкин ни разу не написал мне. Может, и хотел, но было неудобно, да и зачем? А я все равно чего-то ждала. Обновляла страницу в смутной надежде, что он напишет и просто спросит, как у меня дела.
В один из таких вечеров у экрана компьютера я вспомнила про зеленые конфеты от Вадима, которые я положила в хрустальную вазу. Достала одну, развернула фантик, чтобы прочитать предсказание:
«Первый признак любви: у мужчин – несмелость, у женщин – смелость».
В. Гюго.
На столе тут же завибрировал мобильник, и определился номер. Звонил Вадим.
– Приглашаю завтра в итальянский ресторан, – сказал он. – Ты познакомишь меня со своими подругами?
– Ага, – отозвалась я. – Я же обещала.
– Я бы тоже мог тебя познакомить, – загадочно произнес Вадим. – С мальчиком хорошим.
– У меня есть парень, я же тебе говорила уже.
– Все с тем же мутишь?
– Ну да.
– Ну и как его зовут, а?
– Дима! – ответила я как ни в чем не бывало. – Дмитрий. Димулька…
– А вот и нет! – радостно хихикал Вадим. – Ты говорила, что его зовут Сережа. Значит, никакого парня нет и не было! Что, попалась, врушка? Что молчишь, угадал?
– Угу… – вздохнула я. – Угадал. Так с кем ты меня познакомить-то хотел?
– Да ни с кем, расслабься. Племянник у меня есть, хороший мальчик… Мог бы познакомить, если хочешь. Ему десять лет. Да! Кстати, тебя ведь не Машей зовут на самом деле?
– Таня.
– Вот, теперь все правильно! – рассмеялся Вадим. – Приятно познакомиться. Ладно! Завтра в пять, ресторан «Иль Патио», буду ждать. Чмоке!
Он отключился, не дождавшись ответа. Как ни отмахивайся, общаться с Вадимом было весело. Да и не такой уж он страшный, как мне показалось весной, когда синяя шапка была надвинута почти до его бровей, а глаза прикрывали ужасные очки с круглыми стеклами.
Я отодвинула штору и выглянула в окно. Мне всегда нравилось смотреть на наш сумеречный двор с высоты третьего этажа. Отсюда видно все, что надо, даже скамейку у первого подъезда соседнего дома.
Рядом гуляла Настя, проводила очередной урок с вороной. Она осторожно бегала вдоль дома и махала руками, будто крыльями, останавливаясь через каждые три метра и дожидаясь ворону. Птица двигалась следом за Настей прыжками, скачками и немного бегом, беспомощно расправив крылья. Пару раз у нее получалось взлететь. Ворона летела несколько метров, но потом снова приземлялась и неуклюже шла за Настей.
«Иль Патио» давно был нашим любимым местом. Почти каждые выходные мы с Данькой и Настей встречались и обедали там, обсуждая все, что произошло с нами за неделю.
Саша хорошо подготовилась к ужину в ресторане. Полупрозрачная блузка с этническим рисунком, широкий оранжевый ремень затянут на талии – слишком идеальной и тонкой, чтобы скрывать ее под коричневым свитером. Оранжевые туфли сияли, как новые. Сашка и без того была высокой, но эти каблуки… Пока мы дошли до ресторана, трое парней чуть шеи себе не свернули, заглядевшись на Сашкины ноги.
Как только Вадим увидел Сашку, я была в момент забыта. Он даже сел рядом с ней и весь вечер не сводил с нее восхищенных глаз, будто видел настоящее чудо.
– Знаешь, куда бы я тебя пригласил? – заигрывал Вадим, аккуратно подбираясь пальцами к Сашиной руке. Она улыбалась, немного краснела и, казалось, была уже наполовину покорена смелостью ботаника на две головы ниже ее ростом.
– И куда же?
– Я бы пригласил тебя на бальные танцы! – гордо заявил Вадим.
Принесли наш заказ.
– Здорово! – обрадовалась Сашка. – Я занималась танцами в первом классе. У нас в школе проводили. Была на трех занятиях! Сидела в зале и смотрела. Стеснялась при маме танцевать.
– Нечего стесняться! – ответил Вадим. – Завтра в шесть первое занятие. Ну так вот… А еще я бы пригласил тебя в театр, в кино, на каток, в парк аттракционов…
Вадим еще час рассказывал Саше, куда бы он хотел пригласить ее, что показать, чему научить, чем угостить, с кем познакомить, а она слушала его не перебивая, улыбалась, и все были счастливы.
Как интересно все-таки получается. Как быстро все меняется. В нашу первую встречу Вадим преследовал меня через всю Москву, а на третьей – влюбился в мою подругу.
– Кажется, зря я купила эти туфли… – сказала мне Сашка, когда Вадиму позвонили и он вышел на улицу поговорить.
Макушка Вадима едва доставала Сашке до носа, когда она была в новых туфлях, но его это совершенно не смущало. Он смело брал ее за руку, смотрел с восхищением и не собирался отказываться от своего счастья из-за каких-то пятнадцати недостающих сантиметров роста.
– Если бы знала, что познакомлюсь с ним, купила бы оранжевые балетки.
Я решила оставить Вадима и Сашку вдвоем и пошла домой.
Проходя мимо мотосалона, как обычно остановилась у витрины. Гламурный скутер для девушек до сих пор не нашел свою хозяйку. Или хозяйка не нашла его. Или нашла, но не решалась купить.
– А почему нет? – задумалась я, разглядывая руль, блестящие фары и фирменные надписи.
Я подошла почти вплотную к стеклу и чуть не прижалась к нему лицом, чтобы лучше рассмотреть. С той стороны что-то зашевелилось.
Ноги в светлых кроссовках, джинсы. Я подняла глаза выше. Серая футболка, бабушкин платок в цветах модно повязан на шее. Из-за стекла, спрятав руки в карманы, на меня смотрел Миша. Густые удивленные брови и этот наглый, надменный взгляд – в точности как у моделей на фото к статьям о стервах!
Мы не виделись месяц. Да, как раз месяц я не общалась с компанией Димки – с его дня рождения. Не зная, что делать дальше, я резко выпрямилась и торопливо смылась домой.
Глупости все это. Какой мне скутер? Я даже ни разу не сидела на нем, не то что ездить по оживленным улицам, обгоняя блестящие иномарки.