2
Дженни pov
Рука Файе скользнула в мой задний карман в тот момент, когда в переднем зазвонил телефон. Я подождала три секунды, вытащила его, а потом пихнула Файе, и она убрала руку. По дороге в кофейню мне пришлось отпихивать ее три раза.
Она была похожа на ту мультяшную рыбку с плохой памятью. Я поглядела на экран, на нем высвечивалась фотография моей матери, которую я сделала, пока та не видела. Она нарезала овощи и была похожа на маньяка с ножом. В принципе она почти всегда им была, только без ножа.
Последние шаги к "Del Grant" я пробежала и проскользнула внутрь перед тем, как ответить.
- Привет, мам.
На заднем фоне играла рождественская музыка. Мы еще не покончили с Днем Благодарения, а у нее уже играют рождественские мелодии.
Маньячка.
- Привет, радость моя! - она так сильно растянула окончание слова "моя", что я подумала, будто она робот, только что вышедший из строя. Но потом она все-таки продолжила: - Чем планируешь заняться?
- Ничем, мам. Я просто заскочила в "Del Grant" за кофе. Помнишь, это то место, куда я приводила вас с папой, когда вы помогали мне сюда переехать?
- Конечно, помню! Такое милое местечко, жаль, что они подают алкоголь.
И в этом вся моя мама.
Файе выбрала именно этот момент (к сожалению, момент молчания), чтобы сказать:
- Джен, детка, тебе как обычно?
Я отмахнулась от нее и отступила на несколько шагов.
Мама, должно быть, поставила разговор на громкую связь, потому что тут вмешался папа:
- А это кто, Руби Джейн?
Руби Джейн.
Я содрогнулась. Я ненавидела, что родители наотрез отказывались называть меня Дженни. И если они не одобряли имя Дженни для своей дочери, то им, конечно, не понравится то, что я встречаюсь с девушкой по имени Файе.
У папы случилась бы аневризма.
- Просто подруга, - сказала я.
Файе слегка подтолкнула меня локтем и потерла большим пальцем об остальные. Точно. Ее же уволили с работы. Я протянула ей свой кошелек, чтобы она заплатила.
- Это твоя девушка? - спросила мама. Я вздохнула. Ничего страшного, если я расскажу ей, только придумаю некоторые детали. Ну, или все.
- Да, она моя девушка, мама. Мы встречаемся несколько недель.
На самом деле, три месяца, а ну ладно.
- Правда? А почему тогда мы ничего не знаем о ней? - снова спросил папа.
- Потому что вы до сих пор не приняли, то что я би. - я не осмелилась сказать это вслух.
К тому же, не думаю, что Файе действительно окончила среднюю школу, но она превосходна, а также потрясающий барабанщик. Я же не была создана для того типа парней, которых прочила мне мама. Мой мозг бы расплавился от скуки уже за неделю. И это произошло бы, если только я раньше не вынудила бы его сбежать.
- Где вы познакомились? - спросила мама.
О, ты знаешь, она подцепила меня в баре гоу-гоу, где я танцую. Это моя дополнительная работа, о которой ты понятия не имеешь. Но вместо этого, я ответила:
- В библиотеке.
Файе в библиотеке. Смешно. Надпись на татуировке, извивающейся на ее ключице, произносилась бы как "нигадяй", вместо "негодяй", если бы я ее не остановила.
- О, вот как? - мамин голос прозвучал скептически. И я ее не осуждаю. Знакомство с человеком в библиотеке - это не было на меня похоже. Каждое знакомство с родителями заканчивалось провалом, они были убеждены, что их дочери промыл мозги безбожный тип, а сам парень бросал меня из-за того, что у меня имелось слишком много "багажа".
И багаж этот - мои родители . Из бридж-клуба они возвращались домой в потных жилетах в горошек. Иногда было трудно даже поверить, что я произошла от них. Когда я впервые покрасила волосы в ярко-розовый, мама разразилась слезами, как будто мне было шестнадцать, и я беременна. А это была лишь временная краска. А что было когда я сделала каминг-аут...тот еще пиздец был, но у меня тогда была поддержка и благодаря этому всё кое-как улеглось.
В эти дни было проще потакать им, особенно потому, что они до сих пор помогали мне финансово, так что я могла тратить больше времени на музыку. И дело не в том, что я их не любила... Любила. Я просто не любила того человека, каким они хотели меня сделать.
Поэтому мне пришлось принести небольшие жертвы. Я не знакомила их со своими парнями, а с девушками и подавно. Перед поездками домой красила волосы в относительно нормальные цвета. Вынимала или закрывала пирсинг и надевала рубашки с длинными рукавами, чтобы спрятать татуировки. Я говорила им, что работаю в регистратуре бухгалтерской фирмы, и никогда не упоминала о своей работе в баре. Когда я ездила домой, то в течение нескольких дней изображала нормального человека и убиралась оттуда до того, как родители могли попытаться свести меня с отвратительным бухгалтером.
- Да, мам.
Когда я поеду домой на Рождество, то просто скажу ей, что с девушкой из библиотеки что-то не сложилось. Или что она оказалась серийным убийцей.
- Что ж, звучит прекрасно. Мы бы хотели с ней познакомиться.
Тут вернулась Файе с моим кошельком и нашим кофе. Она украдкой вытащила из кармана фляжку и влила в свой напиток немного какой-то жидкости. Я отмахнулась от нее, когда она предложила и мне. Кофеина мне было достаточно. Забавно, что она не могла позволить себе кофе, зато могла алкоголь.
- Конечно, мам.
Файе сунула руку мне под пальто и обвила ее вокруг талии. Рука была теплой, и ее прикосновение сквозь тонкую футболку заставило меня затрепетать.
- Думаю, она тебе понравится.
Предложение я закончила хриплым вздохом, так как губы Файе добрались до кожи у меня на шее, и я в блаженстве закатила глаза. Я никогда не встречала бухгалтера, который мог бы сделать что-то подобное.
- Она очень, ах, талантлива.
- Думаю, скоро мы сами в этом убедимся, - ответ отца прозвучал сердито.
Ха. Если они думают, что на Рождество я привезу ее домой, то они бредят.
- Конечно, пап.
Губы Файе все больше склоняли меня к тому, чтобы пропустить утреннюю репетицию группы, но это была наша последняя репетиция перед концертом на следующей неделе. - Отлично, - сказал отец. - Мы будем в этом кафе примерно через пять минут.
Стаканчик с кофе упал на пол до того, как я успела его попробовать.
- ЧТО? Вы разве не дома в Лос-Анджелесе?
Файе отскочила назад, когда кофе расплескался нам на ноги.
- Черт возьми, Джен!
У меня не было времени беспокоиться о ней. Тут у меня были гораздо большие проблемы.
- Не злись, милая, - сказала мама. - Нам было так грустно, когда ты сказала, что не сможешь приехать на День Благодарения, а потом и Джексон с Милли решили навестить ее семью на каникулах. Поэтому мы решили приехать к тебе. Я даже специально заказала индейку! О, ты должна пригласить свою девушку. Ну, ту, из библиотеки.
ЧЕРТ. ЧЕРТ. ЧЕРТИ ЧТО.
- Извини, мам. Но я уверена, что на День Благодарения она будет занята.
Файе сказала:
- Нет, не занята.
Я не знаю, повлияли ли годы в группе, или громкая музыка испортила ее слух, или погибло слишком много клеток мозга, но разве она не могла просто сказать это долбанным шепотом?!
- О, великолепно! Мы подойдем через пять минут, радость моя. Люблю тебя, ми-ми-мишутка.
Если она назовет меня "Ми-ми-мишуткой" перед Файе, то мой мозг расплавится от унижения.
- Подожди, мам...
Связь прервалась.
Хотелось бы мне последовать ее примеру.
Думай быстрее, Дженни. Предки будут здесь через две минуты. Время для предотвращения разрушений.
Пока я разговаривала, Файе обвела нас вокруг разлитого кофе.
Она снова захотела меня обнять за талию, но я оттолкнула ее. Я внимательно посмотрела на нее; черные кудрявые короткие волосы, потрясающие темные глаза с такой же темной тушью, и вытатуированный на одной стороне шеи череп. Мне очень нравилось то, как она носила свою индивидуальность на своей коже.
Моим же родителям это очень не понравится.
Они ненавидели все, что нельзя было организовать, промаркировать и надежно запереть в клетку. Такими они были не всегда. Раньше они слушали и судили людей только по вещам, имеющим значение, но это было давным-давно, а они будут здесь через минуту.
- Ты должна уйти, - сказала я.
- Что? - она подцепила пальцами мои петли для ремня и потянула к себе, пока наши губы не встретились. - Мы только что пришли.
Небольшая часть меня подумала, что, возможно, Файе смогла бы справится с моими родителями. Она очаровала меня, а для большинства людей это было сродни очарованию питона. Она обожала музыку и жизнь. И она обожала меня. Между нами пылал огонь. Огонь, который я не хотела тушить из-за того, что мои родители до сих пор жили в прошлом и не могли смириться с тем, что произошло с Айрин.
- Прости, малыш. Мои родители устроили неожиданный визит и будут здесь с минуты на минуту. Поэтому мне нужно, чтобы ты ушла или притворилась, что не знаешь меня.
Я собиралась извиниться, сказать, что не стыжусь ее, что просто не была к этому готова. Я не успела ничего сказать, как она убрала руки и отступила назад.
- Блин. Без вопросов. Я ухожу. - Она повернулся к двери. - Позвони, когда избавишься от предков.
А потом она ушла. Не задав вопросов. Без храбрых предложений познакомиться с родителями. Она вышла, зажгла сигарету и была такова. В первую секунду мне хотелось догнать ее. Сбежать или ударить, я не была уверена.
Но я не могла.
Сейчас мне было нужно сообразить, что сказать родителям о моей внезапно отсутствующей, посещающей библиотеку милой девушке. Мне просто придется сказать, что ей нужно на работу, или идти на занятия, или лечить больного, или что-то еще. Я окинула взглядом комнату в поисках свободного столика. Они, наверно, раскроют мою ложь и поймут, что не было никакой милой девушки, но выбора не было.
Черт. Кофейня переполнена, и ни одного свободного столика нет.
Имелся только столик на четверых, за которым сидела одна девушка, и было похоже, что она скоро собиралась уходить. У нее были длинные черные волосы, ниспадающие до середины спины. Она была восхитительна, как модель. Может, действительно модель? На ней был свитер и шарф, рядом на столе лежала книга.
Экстренное сообщение! Таких девушек библиотеки должны использовать в рекламе, если хотят, чтобы больше людей читало.
В обычной ситуации я бы не посмотрела на нее дважды, потому что такие девушки не западают на таких девушек, как я. Но она смотрела на меня. Вообще-то, пялилась. У нее были темные, пристальные глаза, как у Файе, но мягче. И добрее.
Похоже, Вселенная преподнесла мне подарок. Не хватало только мерцающей неоновой вывески над ее головой: "РЕШЕНИЕ ВСЕХ ТВОИХ ПРОБЛЕМ".