Глава 9 Танни
Айоридж, Лархарра
- У меня паническая атака, - уверенно заявила я.
- Это ты как поняла? - поинтересовалась Имери.
- У меня руки дрожат, - для достоверности я замерла на месте: руки и правда дрожали, мобильный в них весело прыгал туда-сюда. - И страх смерти.
- Не своей, насколько я поняла. У тебя истерика, подруга. Истерика у подруги, то есть у меня?
- Не-ет, - сказала я. - Точно нет.
- Точно да. Но я рада, что этот наблов архив, или что оно там, ее спровоцировало.
Я укоризненно посмотрела на Имери, она на меня - философски.
- Ты не понимаешь, - сказала я. - Все, что происходит в этом фильме... точнее, на съемках, потом происходит со мной.
- Ага, - сказала она, и тут на заднем плане нарисовался Гар.
- Привет, Танни.
- Кыш, - беззлобно махнула рукой подруга.
- Ухожу уже, - фыркнул он. - И тебе советую, опоздаешь на работу - потом опять будешь жаловаться на своего наблочальника.
Наблочальник. Какое чудесное определение!
Имери прикрыла камеру, раздался характерный звук поцелуя, потом она вернулась.
- Прости, - сказала она, поднося к губам чашку с кофе. - Это у нас утренний ритуал.
Хорошо, наверное, когда есть такой утренний ритуал, а главное - есть тот, с кем хочется его проводить. Что касается меня, последнее из того, что я прочла у Ильеррской, повергло меня сначала в состояние глубокого аута, а после у меня начали холодеть руки, ноги, и мне дико захотелось плакать.
Потому что в сценарии об этом рассказывалось совершенно по- другому, да и вообще, когда читаешь сценарий, сосредотачиваешься на смысле, а не на чувствах. Которых, к слову, во мне раньше не было. То есть не было именно чувств, которые появились сейчас: я поняла, что боюсь... за этого недодраконенка. Который сейчас пока еще набор цитоплазмы или чего-то вроде, точно не помню - я давно изучала биологию.
- Значит, ты передумала, - заметила Имери, и улыбка у нее стала до ушей.
- Ничего я не передумала.
- Передумала-передумала. Иначе с чего ты сидишь зеленая и говоришь мне всякую чешуйню, которая Танни Ладэ никогда бы в голову не пришла.
- Во-первых, я не зеленая, - возмутилась я. - А во-вторых...
- Во-вторых? - Имери приподняла брови.
- Во-вторых, я слышала, что такое бывает. Когда актеры сильно вживаются в роль, и с ними начинает происходить то же самое, что с их героями.
- М-м-м...
- Можешь верить или нет, но Ильеррская рассталась с Даармархским, и я рассталась с Гроу. Потом выяснилось, что я беременна...
- Ты не иртханесса, - сообщила подруга, - у тебя нет таэрран и тебя не надо спасать. Так что кое в чем вы все-таки отличаетесь. К слову, как назовешь?
- Имери, я тебя убью.
- Так себе имечко.
- Имери!
- Это мне нравится. Если у нас с Гаром будет девочка, я рассмотрю вариант назвать ее Танни.
Я сползла с кровати и подошла к панорамным окнам. В Лархарре уже была вторая половина дня, за чтением архивов с переменным успехом я умудрилась пообедать, и теперь два пустых подноса громоздились на столике друг на дружке. Помимо обеда я пыталась почувствовать в себе хоть что-то, что чувствовала Теарин, но вместо этого чувствовала только драконий аппетит.
- На самом деле я рада, что у меня будет племяшка, - донеслось из динамика. - Ой. Целых два. Ленард будет тебе помогать.
- Я еще ничего не решила.
- Да брось, Танни. Ты уже все решила, - Имери хрустнула тостом. - Иначе бы мы с тобой сейчас не разговаривали.
Наверное, она была права. Наверное.
То есть теоретически я уже понимала, что не смогу отвести себя туда, где из меня вытащат новую жизнь. Не смогу, потому что... потому что не смогу. Потому что даже если у него сердце, которое я не слышу, и даже если его еще нет, оно все равно уже почти сердце, и оно бьется. И я за него в ответе, потому что он ко мне не просился.
А вот как это будет физически...
- Я боюсь, - честно призналась я.
- Это нормально.
- Нет, это не нормально. Он полудраконенок. Или три четверти драконенок. Ему нужно пламя... или мне. Или нам.
- У тебя сестра с мужем как ходячие файерстанции, - хмыкнула Имери.
- Да-да, знаю, у вас сейчас не самый легкий период, и все такое, но Леона тебя не бросит. Уж пару баночек пламени в день ты у нее точно сможешь одолжить... или как это там у иртханов происходит.
Не знаю я, как оно происходит. В утробе матери-иртханессы ребенок питается от внутреннего пламени, во мне ему брать нечего. Похоже, мне действительно нужно поговорить с Леоной.
- В общем, теперь я счастлива и могу с легким сердцем идти на работу.
- А до этого ходила с тяжелым? - поинтересовалась я.
- Ага. Потому что не представляла, как вдолбить в твою голову, что ты хочешь совершить самую большую ошибку в своей жизни. Наберешь меня вечером?
- Когда у тебя будет вечер, у меня уже глубокая ночь.
- Ой. Тогда давай так же завтра утром. Я вздохнула:
- Давай.
- До связи, будущая мама.
Мы попрощались, и я догрызла остатки ногтей. Поняла, что от Геллы мне здорово влетит (если, конечно, мы с ней будем разговаривать после случившегося и если я вообще вернусь на съемки). Пока догрызала, смотрела на смартфон и думала, с чего начать разговор. Интересно, вальцгарды сочли случившееся в зале достойным доклада? Судя по тому, что Леона до сих пор не звонила - нет. Наверняка решили, что такой момент от ее внимания точно не укрылся.
Ну и что мне ей сказать?
Привет, я скоро стану мамой, не одолжишь немного пламени?
Или - у меня тут небольшая проблемка, пока что грамм сто, но месяцев через девять будет три-четыре кило чистого пламени и дикого ора. Кстати, не знаешь, что делать, если сын подпалил подгузники?
Волосы на голове от такой перспективы зашевелились, пальцы опять похолодели.
Я встала, и, глубоко дыша, уже собиралась распахнуть окно, когда в дверь постучали.
Решив, что с меня хватит сидения в номере и что я вполне готова к свершениям, направилась к двери. Джамире я уже все сказала, и, если надо, повторю. Гелла и Бирек тоже не заслуживают отговорок по телефону. По- хорошему, что мне сейчас действительно надо, так это поговорить с Ленардом и объяснить ему, что кое-кто - просто тупорылый набл в затянувшемся приступе самолюбования.
С этой мыслью я так дернула на себя дверь, что она чуть не сорвалась с петель.
- Ну привет, Ладэ, - сказал «кое-кто» в своей обычной манере: не предвещающим ничего хорошего тоном. - Собирай вещички, мы едем в больницу.
- Провериться на вменяемость хочешь? - поинтересовалась я. - Это хорошо, правильно. Давно пора, а то совсем мозги отказывают. Только я с тобой не поеду, бери свою Снежинку и мотай, она тебя на приеме у психиатра будет держать за руку, чтобы ты его не загрыз.
Толкнула дверь, но ее мне, разумеется, закрыть не позволили.
Спружинив от его руки, дверь отскочила назад.
- Хватит паясничать, Танни.
- Ой, - почти искренне изумилась я. - Ты мое имя помнишь? Ну значит не совсем плохой, может даже без справки обойдешься.
- Я хочу быть уверенным, что с моим ребенком все в порядке.
- Это с тем, которого я убила?
- Та-а-анни, - прорычал он. - Я говорил с Роном. И с остальными твоими... мальчиками. Ты не делала аборт.
Да ты что?!
- Знаешь, Гроу, шел бы ты... к Сибрилле, - сказала я. - Твоего в этом ребенке только шустрый драконий головастик, а говорить с тобой у меня нет ни малейшего желания. Поэтому или ты сейчас уберешь с моего порога свои руки-ноги и прочие конечности, или я попрошу ребят, чтобы они тебе в этом помогли. Кстати, ребята, когда он придет в следующий раз, даже стучать ему не позволяйте.
Кажется, его проняло. По крайней мере, он уже посмотрел на меня совершенно иначе.
- Ладно, - изрекло это драконоподобное. - Чего ты хочешь?
- От тебя? - я сделала паузу, насладилась его хмурой физиономией, а потом добавила: - Ничего!
И на этот раз захлопнула дверь раньше, чем он успел просунуть в нее свою клешню. С другой стороны, парочка прищемленных драконьих пальцев, наверное, немного подняла бы мне настроение. Что-то я какая-то кровожадная стала в последнее время. С другой стороны, кровожадность моя распространялась исключительно на Гроу, так что, наверное, это не страшно.
Понять бы еще, с какой радости меня так весело телепает и потряхивает.
- Танни! - донеслось из-за двери рычащее. - Открой! Ага, счаз.
Дверь содрогнулась, потом я услышала какую-то возню и колоритные ругательства, после чего все затихло.
Выждав минут пятнадцать в режиме фервернской ходьбы без палок по номеру, я глубоко вдохнула, глубоко выдохнула. Приблизившись к двери, заглянула в глазок и, только убедившись, что Гроу убрался из коридора (по крайней мере, из поля зрения), решила, что можно уже выходить.
Сунув телефон в задний карман джинсовых шорт, решительно направилась к номеру Ленарда. Сейчас даже перспектива общения с эссой Мэрдсток не смущала (вот, кстати, на тему нее и кровожадности тоже можно было подумать). Я надеялась только, что Ленард захочет меня слушать, и что вообще позволит что-то ему объяснить. Если честно, я даже не представляла, как о таком говорить с подростками, но учитывая, что мой опыт общения с подростками остался в далеком прошлом, и тогда я сама была подростком...
М-да.
- Эсса Ладэ, - подал голос один из вальцгардов. - Вы имеете в виду, что местр Гранхарсен вообще не должен к вам приближаться?
Отличная идея!
- Да! На расстояние... - я прикинула. - Меньшее, чем три метра.
Остальное разрешаю расценивать как нападение.
- Хорошо.
А мне-то как хорошо! Прямо на сердце потеплело после такого. А Гроу пусть свою сосульку по врачам возит, когда та залетит. Судя по надежности его методов контрацепции, долго ждать им не придется.
У номера Ленарда я ненадолго остановилась. Перед тем, как постучать, попыталась представить наш разговор, и не смогла. Вот вообще.
Вальцгарды топтались за моими спинами, поэтому зависать и дальше я сочла лишним, уже подняла было руку, но в этот момент дверь в номер распахнулась так резко, что моя рука туда провалилась. В номер, в смысле, и угодила в живот... полицейского. То, что это был местный аналог полицейского я поняла по коричневой форме с темно-красными манжетами, поясом, воротничком и погонами.
- Вы должны что-нибудь сделать! - истеричный визг заложил уши, и полицейские в количестве двух штук вылетели из номера, как пробка из бутылки веоланского. - Вы меня слышите?! Слышите меня?!
Следом за ними вылетела Джамира и какой-то бледный мужик хилого телосложения.
- Это невозможно, - пробормотал он, устремляясь к лифтам.
- Спасибо! - крикнула Джамира ему в спину. - Если нам еще потребуются услуги адвоката, я обязательно к вам обращусь.
- Вы! - эсса Мэрдсток вылетела следом. - Это вы во всем виноваты! Ее палец уперся в грудь режиссера, и тут она увидела меня.
- Ты-ы-ы... - прошипела тетка Ленарда. - Арестуйте ее! Слышите?! Это из-за нее все произошло!
В этот момент я похолодела, потому что Ленарда в номере не было. Его вообще нигде не было, и при мысли о том, что могло случиться,
сердце провалилось в пятки.
- Танни, - Джамира остановила поток моих мыслей раньше, чем я успела себя накрутить. - Ленард исчез сразу после общего собрания. Точнее, не сразу, а...
После того, как не смог до меня дозвониться. Один в стране, где даже языка не знает.
Полицейские пробормотали что-то на лархаррском, оценили вальцгардов и быстро потопали следом за адвокатом. В их глазах читалось что-то в стиле: «Чокнутая».
- Волноваться, конечно, пока не стоит, еще очень мало времени прошло, - продолжала режиссер, - но у него выключен телефон, и...
Я рывком вытащила мобильный и набрала номер Терграна. Если кто- то сейчас и может помочь, только он.
- Дар, - произнесла я, когда он ответил. Стараясь, чтобы мой голос не дрожал, потому что одной истерички на этаж было достаточно. - Мне очень нужна твоя помощь. Ленард пропал, в Айоридже, надо срочно его найти...
- Найдем.
Я не сразу поняла, почему его голос так фонит. То есть даже не фонит, а звучит как бы и в телефоне, и в реальности. Только когда вальцгарды покосились мне за спину, обернулась и столкнулась с ним взглядом: Тергран шел к нам.
В другое время я бы, наверное, зависла, как доисторический смартфон, но сейчас только быстро шагнула к нему.
- Тебе что-то нужно? Какое-то специальное оборудование, или...
- Танни, - он улыбнулся. - Все специальное оборудование при мне.
Я даже ответить не успела, когда на дисплее его смартфона карте Айориджа загорелась оранжевая точка. Поскольку другие ее не могли видеть, возникла немая сцена. С непробиваемыми лицами стояли только вальцгарды, Джамира смотрела на нас, тетка Ленарда - тоже, она вытягивала шею так старательно, что стала похожа на недоразвитого пустынника (за счет большего количества позвонков они могут шею вытягивать так, как им вздумается).
- Все, - сказал он. - Полетели.
- Куда?! - подала голос эсса Мэрдсток. - Вы его нашли?! Вы что, следили за моим племянником?! Кто вы вообще такой?! Полиция...
- Эсса Мэрдсток, вам лучше остаться в отеле.
Никогда не думала, что эту простую фразу можно сказать так, что хочется найти ближайшее убежище и сесть там в уголке.
- Кстати, позвольте представиться. Дармин Тергран, начальник службы безопасности Аронгары.
Последнее он произнес, глядя на Джамиру, но все тем же жестким тоном, после чего тетка Ленарда вползла в номер и смачно хлопнула дверью. Видимо, поняла, что связываться себе дороже.
Дальше мы особо не разговаривали, я следила за оранжевой точкой на карте, пока мы шли по коридорам, пока садились во флайс и пока летели в центр. В том, что Ленард окажется в историческом центре, ничего удивительного не было, но я все равно постоянно сжимала ледяные пальцы. До тех пор, пока Тергран не накрыл мою руку своей.
- Почему он не движется? - спросила я. - Он не двигался с тех пор, как ты открыл эту карту.
- Видимо, его что-то заинтересовало. Вопрос только в том, что.
Кончился современный город, и флайс пришлось посадить. Над самым центром были запрещены полеты, потому что старые здания представляли собой историческую ценность, и парковки на их крышах могли спровоцировать проседание или разрушение. Что касается улочек, то там флайс можно было впихнуть разве что боком, и то не везде и не любой.
Наверное, здесь здорово бродить, представляя, как оно было раньше - в этом месте, где каждая стена со своей историей, но сейчас мы просто проталкивались сквозь густой поток туристов и местных жителей, а выбеленный временем и солнцем камень сливался перед глазами в сплошной фон.
Пришлось пробираться и через рынок, где нам пытались продать все подряд, и снова кружить по лабиринту улиц, которые так тесно вливались одна в другую, что иногда в людском потоке приходилось двигаться очень медленно. От раскаленного солнца здесь спасала разве что пресловутая узость, но камень все равно разогревался, и когда мы вылетели к месту, где должен был быть Ленард, у меня от жары уже знатно кружилась голова.
- Мы побудем здесь, - Тергран указал на скамейку, где сидел мальчик, а сам кивнул вальцгардам.
Небольшая площадь перед храмом Первых (это я вчера изучала путеводитель) была знаменита первым и самым знаменитым храмом Лархарры. Его несколько раз восстанавливали после нападения пустынников, стены были частично обожжены не огнем, а ядом дыхания. У пустынников особые железы вырабатывают яд, который они выдыхают на жертву. Это, пожалуй, одни из самых мерзопакостных драконов, каких только можно представить.
- Привет, - сказала я, приблизившись к скамейке.
Помимо Ленарда там сидела еще местная старушка, которая очень сурово на меня покосилась, а на мои шорты - так вообще убийственно. Сама она была закутана в одеяния с головы до пят.
- Привет, - сказал он. - А где твои?
- Да вон, там стоят, - я неопределенно кивнула за спину и сама обернулась.
Вальцгарды действительно маячили в нескольких метрах, у фонтана, а вот Тергран куда-то делся.
- Ты знала, что у него стены расписаны именами погибших во время нападения драконов?
- Нет, - честно призналась я.
- Лархаррцы считали, что если нанести имя на камень храма, в другом мире погибшему не придется страдать. Поэтому они писали их после каждого налета... ну или что у них тут происходит. Прямо поверх других, которые нанесли раньше, из-за этого у него такой рисунок на стенах.
Только присмотревшись, поняла, что этот странный узор действительно напоминает письмена. Небольшое здание (шесть-семь современных этажей в высоту) по меркам древности наверняка было огромным, и возвести его стоило неимоверных усилий. Высоченный храм, венчали который четыре купола, укрывающих колокола. Главный купол скрывался между ними, можно сказать, утопал.
- Колокола уже не используются, туда только туристов водят, - заметил Ленард, проследив мой взгляд. - Они были как смотровые башни, только в центре города. Чтобы заметить, если с землей что-то не так сразу, когда идут пустынники.
Старушка продолжала буравить меня взглядом, мне это надоело, поэтому я бесцеремонно втиснулась между ней и Ленардом. Туристы мельтешили повсюду, делали фотограммы, а мы сидели и смотрели на храм.
Молча.
- Прости, что не отвечала, - сказала я спустя какое-то время. - Мне было...
- Не до меня, ага.
- Нет, - я покачала головой.
- Разве? - Ленард так ко мне и не повернулся. - Теперь, когда у тебя будет ребенок, второй тебе точно не нужен.
- Что за бред?! - я рявкнула это так, что лархаррка вздрогнула, разразилась очень колоритными эпитетами (хорошо, что я не знаю их языка) в мой адрес, после чего вскочила и отбыла в неизвестном направлении.
- А что, разве не так? - фыркнул Ленард. Я глубоко вздохнула.
- Во-первых... откуда ты все знаешь?
- Да там весь отель все знает. После того, как ты убежала, а Джамира вернулась, они с Гроу орали друг на друга, потом прибежал этот твой Рон, и они с Гроу тоже орали друг на друга (правда, уже тише), потом куда-то ушли, а когда Гроу вернулся один с перекошенной физиономией, я пошел к нему и спросил, что за чешуйня. Ну он мне и сказал, что. Что твои вальцгарды не возили тебя ни в какую больницу после анафилактического шока, и что аборт ты сделать не могла.
Мне захотелось побиться головой о стену. А еще лучше - побить Гроу.
- Он это во всеуслышание сказал?
- Да нет, конечно. Только мне. Но там народ уже такие теории строил, что ни одному сценаристу даже не снились.
- Ладно, - вздохнула я. С этим можно разобраться потом. - Ты поэтому уехал?
- Угу.
- А почему ко мне не пошел?
- Потому что ты не отвечала на звонки. Ну и я решил, что...
- Ленард, то, что у меня будет ребенок, ничего не меняет.
- Разве?
- Для нас - нет, - я подогнула под себя ногу и повернулась к нему. - Или это меняет для тебя?
- Что? - он подскочил на месте и возмущенно уставился на меня. - Нет, конечно!
- Тогда с чего ты взял, что для меня что-то изменилось?
- Не знаю, - Ленард отвел взгляд. - Потому что родной ребенок - это родной. А я...
- Ты тоже для меня родной! - сказала я. - И вообще, может уже пойдем куда-нибудь? Я не хочу словить тепловой удар. Я со своей стороны обещаю, что всегда буду отвечать на твои звонки, а ты обещай, что никогда больше не станешь убегать, не поговорив со мной. Я, между прочим, чуть не поседела в свои двадцать шесть.
- Ты за меня волновалась? - он просиял.
- Ага. И в следующий раз думай об этом, потому что придется объяснять одноклассникам, с какой чешуи у тебя такая седая мама.
Я сказала это, не задумываясь, только наткнувшись на его взгляд, прикусила язык, но было уже поздно. Видимо, в моем случае «дура» - это даже не призвание, а стиль жизни.
- Ленард, я не хотела, - поспешно произнесла я. - Я не это имела в виду... Я просто... просто хотела сказать, что очень тебя люблю, и что сегодня, когда ты исчез, мне стало дико страшно. Я вовсе не претендую на место твоей мамы, и мне не нужно, чтобы ты меня так звал, я...
- Танни...
- Я просто не умею выражать свои мысли, поэтому...
- Танни! - рявкнул он. - Дашь ты мне хоть слово сказать?
Если можно было тактично сказать «заткнись», он это только что сделал.
- Я немножко к этому не готов, - произнес он. - Оказался. Моя мама... она была совсем на тебя не похожа, и... слушай, тебе не кажется, что стоит отложить этот разговор?
- Да, - сказала я, поспешно поднимаясь. - Да, наверное. Ленард вскочил следом, сунул руки в карманы.
- Ну и что теперь? Куда пойдем?
- Гулять. Жариться дальше.
- Только сначала что-нибудь поедим? - предложил он. - Я не обедал.
- Да! - сказала я.
- Ты тоже не обедала?
Я задумчиво посмотрела на небо, вспомнив два подноса.
- Перекусила на бегу.
- Ой, - сказал Ленард, когда мы с вальцгардами направились к спасительной прохладе теневой улочки. - А как ты меня нашла?
В эту минуту я поняла, что Терграна по-прежнему нигде нет. И что я даже не представляю, кто теперь будет кормить Бэрри.
День вышел насыщенно-туристическим. Если честно, я даже не помню, когда у меня в последний раз такой был (наверное, как раз в мою первую поездку в Зингсприд с Леоной и Рэйнаром, который тогда еще не был ее мужем). Как ни странно, но именно достопримечательности Лархарры: центральная площадь, окруженная полуразрушенной стеной, улица стражей, на которой в древности жили местные вальцгарды, рынок, где мы с Ленардом объелись бийей, умопомрачительно вкусным фруктом, от которого языки становятся оранжевыми, фонтан слез и фонтан радости - вымели у меня из головы вообще все посторонние мысли.
Первым делом я заставила Ленарда позвонить тетке и сказать, что он со мной. Как бы ни было велико желание ее игнорировать, я прекрасно понимала, что нужно поставить ее в известность и успокоить. Пока он звонил, я рассматривала свой смартфон и думала, не поинтересоваться ли у Терграна, куда тот так загадочно исчез, но решила, что этого делать не стоит. Собственно, это были единственные посторонние мысли, и были они до начала прогулки, потом мы говорили только о Лархарре и глазели по сторонам. Словом, мимикрировали под самых обычных туристов, чем откровенно наслаждались.
- Клевый был день, - сказал Ленард, когда мы возвращались обратно.
- Очень, - согласилась я.
Даже несмотря на его начало, день был действительно клевый, и я искренне наслаждалась прогулкой, обществом Ленарда и даже вальцгардов. Нам странным образом никто не звонил: ни Бирек, ни Гелла, ни его истеричная тетка. Первые, видимо, решили, что нам просто стоит ото всего отдохнуть, а эсса Мэрдсток, скорее всего, поняла, что требовать от Ленарда вернуться в номер бессмысленно.
- У тебя с ним что-то есть? - вопрос прозвучал так неожиданно, что я даже не сразу отлипла от стекла, в котором высматривала особенности архитектуры Лархарры: у них высотные здания по большей части сужались ввысь.
- С кем? - спросила я, когда поняла, что меня пристально смотрят.
- Ну с этим твоим начальником службы безопасности, который меня нашел.
Я кашлянула.
- М... нет. Ничего.
- Ты уверена? - поинтересовался Ленард. - Я не против в общем-то. Просто хотел это сказать, а то в прошлый раз повел себя как малолетняя истеричка.
Я кашлянула второй раз и снова прилипла к стеклу. О том, есть ли у меня что-то с Терграном, я как-то не думала. А вот он, наверное, думал - если учесть наш последний разговор перед анафилактическим шоком, да и после тоже. Тогда он просто ждал со всеми в больнице, и в общем-то, единственное, что сказал, это: «Я рад, что с тобой все в порядке». Правда, сказал это так, что ни один самый прочувствованный монолог на тему того, как он волновался, сходил с ума и дальше по тексту, не передал бы смысл лучше этих простых слов.
Пока я обо всем этом думала, мы пошли на снижение, а потом вдруг снова начали набирать высоту, совершили крутой вираж и ушли в сторону, облетая отель слева.
- Это сейчас что было? - поинтересовалась я у водителя.
- Местр Тергран сообщил, что верхняя парковка переполнена, лучше садиться на нижнем ярусе.
- А, - только и сказала я.
Тергран, к слову, дожидался нас на этом нижнем ярусе, на пешеходном островке, от которого лучами расходились дорожки. Поздоровался с Ленардом, и парень, с совершенно серьезным видом пожал ему руку. После чего подмигнул мне, сказал, что дико устал и убежал в сторону лифтов.
- Ну, и? - спросила я, когда мы остались вчетвером. - Как все это понимать? Кто покормит мою Бэрри?
Тергран фыркнул:
- Твоя Бэрри со мной. В отеле, где я остановился, допускается размещение с домашними животными.
Я открыла было рот. Потом закрыла.
- Ты притащил Бэрри в Лархарру?
- Ну да. Пора бы ей уже мир посмотреть, тем более что номер у нас двухэтажный.
- Ага, - многозначительно сказала я.
- И да, Танни, это намек.
Вальцгарды тактично отстали. То есть может дело было, конечно, и не в тактичности, а во взгляде Терграна, но как бы там ни было, теперь мы остались вдвоем, а они стояли в нескольких метрах.
- Намек на что? - уточнила.
- На то, что я должен был сделать с самого начала, - он пристально посмотрел на меня. - Там, в Аквапарке.
- И что ты должен был сделать? - поинтересовалась я.
- Ты уверена, что хочешь говорить об этом на парковке?
- А где нам еще об этом говорить?
- По пути в наш номер.
Вот тут я подвисла. Хорошо так подвисла, как тот пресловутый доисторический смартфон.
- Когда ты про двухэтажный номер говорил, - сказала я, - под «у нас» ты же не себя и Бэрри подразумевал?
- Поразительная смекалка, - фыркнул он, а потом снова стал серьезным.
- Тергран, я беременна!
- Я в курсе.
Ну, я даже не сомневалась. Тут все уже в курсе, кажется, кроме Леоны.
- И? - спросила, глядя ему в глаза.
- Что - и? Я же сказал, я приехал сделать то, что должен был сделать сразу. Забрать тебя к себе, и больше никогда не отпускать.
А... о... чешуеть.
- Танни, - он внимательно посмотрел на меня, - когда тебе стало плохо в Аквапарке, я хотел просто сгрести тебя в охапку, забрать с собой. Вместо этого я занялся тем, что делал всегда: безопасностью. Когда мне сказали, что у тебя анафилактический шок, я понял, что если потеряю тебя, вся безопасность в мире больше не будет иметь значения. Может, это звучит по-идиотски, но твоя безопасность для меня важнее всего. Ты для меня важнее всего, и пусть кажется, что все происходит слишком быстро, я не хочу сейчас оставлять тебя одну. Понимаешь? Я хочу быть рядом с тобой.
- Из-за безопасности? - с надеждой спросила я. Тергран усмехнулся.
- Да, у меня всегда были проблемы с устным изложением мыслей в том, что касается отношений. Нет, не только из-за безопасности. Я хочу тебя. Всю. Это пугает, правда?
Пу...
- Пугает - не то слово, - сказала я. - Ты же слышал, что я беременна?
- Да.
- Слушай, Дар, я действительно не...
- Ты хочешь остаться здесь?
Я запрокинула голову: отель возносился к небу, втыкаясь в него острой иглой. Я живо представила свой номер, архивы Ильеррской, мысли о Гроу и о Сибрилле, вращение в кровати по правилу смерча - сначала слева направо, потом справа налево, половина бессонной ночи, вторая половина в полудреме.
- Нет, - сказала я. - Не хочу.
- Тогда полетели, - он протянул мне руку.
- Мне вещи надо собрать. Тергран покачал головой.
- Попроси кого-нибудь из своих. Свою ассистентку, например, пусть соберет и передаст Рону или его напарнику.
Только сейчас под неоном светильников я заметила, что у него рассечена бровь.
- Это что? - спросила я, потянувшись к ней.
- Это я сегодня собирался в Айоридж, пытался покормить Бэрри и одновременно поставить чашку в шкафчик. У тебя совершенно небезопасный гарнитур на кухне, ты в курсе?
Мне стало стыдно, что я не обратила на это внимание днем, но днем я бы даже набла размером с дракона и крылышками как у пчелы не заметила.
- В курсе, - сказала я. - Но вещи все-таки надо собрать.
- Завтра, - произнес Тергран, глядя мне в глаза. Спокойно, неестественно спокойно.
Когда я поняла, что меня ударили приказом, было уже поздно.
- Будешь делать и говорить то, что скажу я, - на полтона ниже, чтобы не услышали вальцгарды.
Эту мысль я уловила на краю ускользающего сознания. Ощущение покорной марионетки, которую направляют, пустота внутри и холод, за ними - только покорность чужой воле и гипнотическая сила его слов.
- Дай мне руку, Танни. Идем.
Я вложила пальцы в его ладонь, и мы направились к флайсу. Не к тому, из которого мы вышли с Ленардом, и где все еще дожидался водитель.
- Сегодня вы больше не понадобитесь, - на ходу бросил Тергран вальцгардам.
- Местр Тергран... Он не остановился.
- Местр Тергран, вы знаете протокол. Мы не можем оставить эссу Ладэ даже с вами.
Шаг он не сбавил, только рука на моей ощутимо напряглась.
- Значит, летите за нами. Как обычно.
Пиликнула сигнализация, дверца флайса пошла ввысь.
- Садись, Танни. Пристегнись.
Я села, коснулась панели выдачи ремня. Тергран сел на место водителя, дверца захлопнулась, и флайс взмыл ввысь. Мы набирали высоту, вырвались на главную аэромагистраль и влились в поток суматошного движения.
- Наблов Айоридж, - произнес Тергран, - даже верхней линии не предусмотрено. Танни. Смотри на меня.
Я повернулась к нему.
- Ты должна понять, почему я так поступаю. Я действительно не позволю никому причинить тебе вред. - Он говорил медленно, спокойно, и слова отпечатывались в сознании глубоким эхом. - Когда я потерял Трэй, я думал, что моя жизнь кончена. Может быть, это звучит глупо, но... ты никогда не теряла пару, не так ли? Да ты даже не представляешь, что это такое.
Пара. Потерял.
Слова текли сквозь мой разум, и я принимала их, как данность.
- Да чтоб вас всех! Я хочу, чтобы ты чувствовала. - Тергран ушел в сторону, в очередь к одному из рукавов, где магистраль переносилась на несколько уровней вниз. - Ладно, поступим так. Ты можешь говорить, но не двигаться. Ты свободна в своих чувствах.
Приказ отозвался в моей голове болью. Плеснул в виски, и я закусила губу.
- Голова болит? Прости. Я все исправлю. Скоро все изменится. Осознание свободной воли нахлынуло на меня, как и в случае с
Мелорой, внезапно и неотвратимо. Следом обрушилось чувство полной беспомощности: двигаться я не могла.
- Дар, - прошептала я, глядя ему в глаза. - Дар, что ты делаешь?!
- Этот гений из Ферверна... хм, кузен Гроу, решил, что ему все позволено, - теперь он не смотрел на меня. - Думал, что он защищен, что никто никогда не сможет до него добраться. Сейчас все его протоколы и нити в руках Халлорана. Я отправил их сегодня утром, и знаешь, что самое интересное? Твой телефон. Через него, через одну милую ловушку он и попался. Когда считал, что не может его взломать, и спортивный интерес пересилил осторожность. Здесь главное было отвлечь внимание, и когда он лез в твою систему, перехватить защищенный протокол удаленной связи. Разумеется, обходной, разумеется, выводящий на обходной...
Он вдруг осекся.
- Я не о том говорю, Танни. Когда я потерял Трэй, я понял, что единственная возможность защитить того, кого любишь - это быть рядом. Постоянно быть рядом. Я люблю тебя, Танни, и я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.
- Дар, - я повысила голос, чувствуя захлестывающую меня панику. Этот мужчина больше не напоминал того, кого я знала, он был похож на ненормального. - Дар, пожалуйста, отпусти меня. Я хочу быть с тобой, но я хочу быть с тобой по своей воле. Понимаешь? Не хочу... так.
Первое, что пришло мне в голову - это уроки, на которых нам рассказывали, как общаться с теми, кто не в себе. Сейчас я сама была не в себе (от страха сводило живот и холодели неподвижные руки), но я решительно не понимала, как быть дальше. Мелора меня ненавидела, Дар... Дар решил, что меня любит.
Он внимательно посмотрел на меня.
- Ты уже свободна в своих решениях, Танни. То, что ты не можешь двигаться - так это исключительно потому, чтобы ты не причинила себе вреда.
- Зачем мне причинять себе вред?
Дыши, Танни. Глубоко дыши и думай, что можно сделать.
- Потому что ты можешь не понять то, что я собираюсь сделать. Он бросил взгляд в зеркало заднего вида.
- Мне очень жаль, Танни. Правда. Но потом ты поймешь, что иначе было нельзя.
Прикосновение пальцев к смартфону отобразило две движущиеся точки. Не сразу, но я поняла, что это мы и флайс вальцгардов, идущий за нами. Мысли все еще были вязкими, как насекомые в паутине, но я вдруг похолодела изнутри.
- В наше время, когда вся электроника связана информационными системами, ей очень просто управлять. - Карта сменилась панелью управления, пальцы Терграна скользнули по нескольким переключателям. Он снова взглянул в зеркало заднего вида - на этот раз с сожалением, потом покачал головой. - Мне правда очень жаль, Танни. Хочу, чтобы ты знала, что я делаю это ради тебя.
- Нет! - вскрикнула я, и его пальцы замерли над дисплеем. - Нет, Дар. Пожалуйста. Не трогай их. Я очень тебя прошу... Я же с тобой. Чего ты еще хочешь?
На миг в его глазах мелькнуло замешательство, которое уже в следующий миг сменилось твердой решимостью. Одно движение - и он уже смотрел исключительно на дорогу. Вместо управления загрузилась карта, и на этот раз на ней была всего одна точка. Я не могла обернуться, чтобы посмотреть, что произошло, не могла, но вспомнила падение флайса отца Гроу.
«В наше время, когда вся электроника связана информационными системами...»
Я не завизжала только потому, что во мне кончился воздух. Сейчас меня трясло так, что картинка города дергалась перед глазами, и затрясло еще сильнее, когда ладонь Терграна накрыла мою. Я слишком живо представляла себе падающий флайс, груду покореженного металла, изувеченные тела тех, кто только утром спрашивал меня, можно ли подпускать ко мне Гроу. В ту минуту, когда я уже готова была орать, пиликнул смартфон Терграна, и он включил громкую связь.
- Да? С управлением проблемы? Хорошо, ищите замену, я сброшу вам координаты.
Мне показалось, что я ослышалась: голос водителя. Голос водителя и второго вальцгарда на заднем плане. Если бы я могла судорожно вздохнуть, я бы вздохнула, но побоялась, что это меня выдаст.
- Волнуешься, Танни? - Тергран отключил связь и повернулся ко мне. - Не бойся. У меня есть с собой все необходимое оборудование, и как ты понимаешь, ни одна камера не отследит наш выход в пустошь. Никто ни о чем не узнает.
Никто ни о чем... пустошь?
- Не... необходимое оборудование?! - я попыталась сказать это спокойно, но спокойно не получилось, зубы звучно клацнули друг о друга. Вот вторая часть фразы удалась уже лучше: - О чем ты, Дар?
- Медицинское, - пояснил он. - Я потратил какое-то время, чтобы с ним разобраться.
Я почувствовала, что мне нечем дышать.
- Зачем? - спросила, преодолевая сопротивление своей хилой груди, пытающейся доставить в мой организм воздух.
- Понимаешь, Танни, я долго думал над тем, в какой ситуации мы оказались, и пришел к одному не очень приятному выводу. Ты человек, что само по себе проблема - после смерти Трэй вряд ли мой дракон сможет тебя принять полноценно, а я хочу, чтобы у тебя было все и даже больше. Хочу дать тебе все, чего ты на самом деле заслуживаешь, не только свою любовь, но и свое пламя. Полностью.
- Что? - переспросила я. - Что ты хочешь сделать, Дар?
- Это будет непросто, - пробормотал он. - Но оно того стоит. Тергран посмотрел на меня и добавил:
- Сегодня ты станешь иртханессой.
Мне показалось, что я ослышалась, но нет. Я точно не ослышалась, потому что взгляд Терграна был полон жесткой решимости и концентрации, а еще в эту минуту я поняла, зачем ему понадобилось медицинское оборудование.
- Дар, нет, - сказала я. - Нет, пожалуйста.
Теперь уже я видела, что мы уходим не в сторону центра. Здания на окраине снова снижались, становились меньше, а за ними виднелась пустыня, при одном виде которой меня замутило.
- Я и не ожидал, что ты поймешь. Сразу.
- Не ожидал, что пойму?! - я все-таки заорала. - Ты хочешь меня убить!
- Вовсе нет, - он отреагировал совершенно спокойно, как будто этого ждал. - Шаманы пустынных земель не обладали даже сотой долей тех знаний, что есть у нас. Как я уже сказал, я ко всему подготовился, больше того - ты знала об этом, Танни? Я смогу забрать лишнее пламя, если что-то пойдет не так.
Он рехнулся. Он рехнулся окончательно, и он меня убьет. Не только меня. Он убьет его.
Моего ребенка.
Осознание этого накрыло удушающей волной, выбивая сердце в сумасшедший ритм, а меня в состояние, от которого все внутри мелко и противно затряслось. Я понимала, что если позволю продолжать себе в том же духе, то последние минуты своей жизни проведу как безмозглое визжащее нечто, поэтому потянулась за глотком воздуха.
То, что жизненно необходимо в танцевальных разминках и во время выполнения самых сложных упражнений: правильное дыхание. Оно помогает сконцентрироваться, отключиться от нагрузки, которую организм воспринимает как дикий стресс, и сделать то, что без правильного дыхания сделать в принципе невозможно.
Первая попытка провалилась с треском, я судорожно всхлипнула. Тергран бросил на меня обеспокоенный взгляд, но тут же вернулся к управлению, и в эту минуту я поняла, что нужно делать.
Не сейчас, когда сядем.
Мне нужно, чтобы он меня освободил.
- Нас арестуют, - сказала я, вдыхая уже свободнее. - Арестуют за то, что мы сделали. Тебе наденут таэрран, Дар, а меня... что будет со мной?
- Как я уже сказал, никто ни о чем не узнает... Первое время. Сегодня ночью мы станем парой, я буду лично учить тебя справляться с пламенем и контролировать его.
- И как ты себе это представляешь? - сейчас, когда забрезжила надежда на спасение, я чувствовала в себе нечеловеческую силу и небывалый энтузиазм. - Как ты представляешь, что можно скрывать сущность иртхана? Что, если что-то произойдет на съемочной площадке...
- Ты не вернешься на съемки. Неустойку я выплачу.
Пустошь приближалась, сердце колотилось с немыслимой силой. Наверное, мне даже припадок особо изображать не придется, потому что я была к нему очень и очень близка. Единственное, что меня сейчас держало, так это то, что второго шанса у меня не будет, а в припадке сложно мыслить здраво.
Когда огни города почти остались за спиной, Тергран погасил бортовые. Флайс камнем ушел вниз, а потом метнулся параллельно пограничным территориям, все дальше и дальше от города, от смотровых башен. Черная пустыня, озаренная светом двух лун, простиралась бескрайним полотном.
Если бы я была вольна над своими руками, вцепилась бы в сиденье, но сейчас я просто сидела, как фиянский болванчик, и моя голова подергивалась в такт особо резким поворотам. Холодные барханы, разбросанные в непроглядной тьме, казались залитыми серебром. Не представляю, сколько мы летели, углубляясь все дальше в пески, когда Тергран, наконец, направил флайс вниз. Воздушная подушка чуть подбросила, и сердце налилось тяжестью ледяного камня.
Дверца пошла ввысь, Тергран вышел сам и вытащил меня. На руках.
Усадил так, чтобы спину поддерживал литой бок флайса, сам направился за оборудованием. Я смотрела за тем, как он вытаскивает портативный дефибриллятор и кучу еще какой-то хрени, стальных трубок, игл, капельниц, антисептических растворов, и мысленно считала до ста.
- Оно работает? - добавлять в голос дрожи даже не пришлось, он с радостью отозвался на возможность подрожать.
- Разумеется. - Тергран, казалось, искренне оскорбился. - Я бы не пошел сюда с непроверенным оборудованием.
Не пошел бы он... да не пошел бы ты!
- Проверь, - сказала я. - Проверь, я хочу знать, что ты действительно сможешь меня спасти.
- Танни, нам надо спешить, - Тергран метнул на меня раздраженный взгляд. - Это...
- Проверь! - я повысила голос и тут же добавила в него просящих ноток. - Дар, пожалуйста. Мне страшно. Мне очень-очень страшно.
Спасибо, Ильеррская и актерский опыт, потому что он, выругавшись, все-таки подключил дефибриллятор.
- Здесь аккумулятор на двадцать пять разрядов низкой мощности, - сообщил он. - На десять средней и на пять самой высокой. Но честно говоря, не думаю, что нам он вообще понадобится. У тебя есть я. Я заберу излишки пламени, если такое случится.
Я смотрела на то, как аппарат набирает мощность. Нужный уровень первый заряд набрал быстро.
- Видишь? - Тергран посмотрел мне в глаза. - Все работает. Вижу, да.
Пора.
- Мне... плохо, - выдавила я, делая вид, что не могу вдохнуть. - Голова... дышать нечем...
- Брось, Танни. Сейчас все будет в порядке...
Вместо ответа я изобразила еще один судорожный вздох.
- Нет... Дар, помоги! Голова... очень больно! Это, наверное, приказ...
Из глаз весьма натурально брызнули слезы, я закусила губу, словно стараясь удержать стон.
- Пожалуйста, - всхлипнула я сквозь рваный вздох. - Дар, пожалуйста...
Сделай что-нибудь...
- Танни, ты должна мне пообещать, что не станешь делать глупостей. - В его голос действительно ворвались взволнованные нотки. - Если я тебя освобожу. Ты же понимаешь, что это нужно нам двоим. Понимаешь, да?
- Понимаю, конечно понимаю... - сдавленно пробормотала я. - Дар...
АААА!
Его лицо исказилось:
- Ты свободна.
- Спасибо, - всхлипнула я. Слезы все еще текли по щекам, и честно признаюсь, они сейчас были настоящими. Так страшно, страшно до одури мне не было даже когда я шла к перилам, чтобы сигануть вниз.
- Ты как? - Тергран вгляделся в мое лицо.
- Уже... уже лучше. Спасибо.
- Хорошо. Не вздумай подниматься, Танни.
- Нет. Конечно нет.
Он выпрямился и отвернулся, а прыжок, который я совершила, отозвался напряжением во всем теле. Мне казалось, я взлетела стрелой, подхватив штуковину для капельницы, которую Тергран поставил рядом со мной. Он успел обернуться, именно поэтому удар пришелся ему в плечо и область шеи. Не удержавшись на ногах, он рухнул на песок, а я нырнула во флайс, врубая уснувшую панель.
«Для управления системой, пожалуйста, введите пароль».
- Не-ет! - взвыла я. - Не-ет! Нет! Нет! Нет!
Дрожащими ледяными пальцами выдернула мобильный из кармана, но это было последнее, что я успела сделать. Тергран рывком вытащил меня наружу. В перекошенном от боли и разочарования лице не осталось никаких черт мужчины, которого я знала.
- Пусти! - заорала я. - Пусти меня, ты, псих недоделанный! Пусти!
Пусти!
Я царапалась, пиналась, извернувшись, вцепилась зубами ему в руку.
- Хватит! - пощечина заставила голову мотнуться назад, металлический привкус плеснул на губы и в рот. - Замри!
Я обмякла, сожаление в его глазах снова сменилось напряженной решимостью.
- Мне жаль, Танни, - произнес он, проводя пальцами по моим разбитым губам. - Мне очень жаль, что ты не оценила... но ты и не могла. Со временем все наладится, а то, что случилось сегодня, я постараюсь забыть. Тебе будет проще, я просто отдам приказ, и ты ничего не вспомнишь.
Он уложил меня на песок и снова повернулся спиной. Я могла только наблюдать, как над его ладонями вспыхнуло пламя, и как поток силы иртхана - чистого, освобожденного огня, прокатился над пустошью.
Сначала ничего не происходило, а потом земля содрогнулась.
Она ожила подо мной, под нами, взметнулись ввысь фонтаны песка, являя миру пустынника: огромную тварь с длинным гибким телом, покрытым сверкающей золотистой чешуей, с усами, короткими лапами и зачатками крыльев.
- Сюда, - приказал Тергран, и дракон змеей заскользил по песку. - Замри.
Как во сне я смотрела на иглу, больше напоминающую миниатюрный образец копья. Эта игла под резким ударом пробила лапу дракона, пустынник взревел, но не двинулся с места: приказ держал крепко.
- Все будет хорошо, Танни, - пообещал Тергран, и когда по жилам капельницы побежала драконья кровь, меня затошнило. Светодиодная лампа, вспыхнувшая прямо надо мной, заставила на миг зажмуриться.
- Нет, - сдавленно всхлипнула я, когда он наклонился ко мне со шприцем и антисептиком. - Дар, не надо, умоляю. Я беременна... Ты его убьешь... Пожалуйста!
На миг он остановился, но потом покачал головой.
- У нас еще будут дети.
Игла вошла в вену так легко, словно он только и делал, что всю жизнь этим занимался.
- Наши дети, - пробормотал он.
Поднялся, повернул вентиль на капельнице.
Не в силах пошевелиться, я смотрела на движение ярко-алой жидкости по трубке, а потом в меня хлынул жидкий огонь.
- Да-ар! - взвыла я.
Натурально взвыла, потому что если до этого думала, что знаю о боли все, сейчас поняла, как сильно я ошибалась. Тело словно окунули в огонь, дыхание оборвалось, сердце ударилось о ребра и несколько мгновений я провела в звенящей тишине под пристальным взглядом Терграна. А потом...
Потом реальность полыхнула перед глазами, раздваиваясь. Мир потерял четкие очертания, лицо Терграна стало расплываться, как неудавшийся панкейк на сковороде. Я задыхалась, хватая губами воздух, понимая, что сгораю изнутри, и никто меня не спасет. И его - тоже.
Тот, кому я даже имя еще не придумала.
- Помоги, - сдавленно прошептала я, вглядываясь в белый туманный панкейк, то есть в лицо Терграна, который неожиданно резко ушел в сторону.
Нарастающий шум в ушах напоминал какой-то запущенный сверхмощный двигатель, сквозь него пробилось множество голосов, но что самое дикое - пошевелиться, чтобы посмотреть, что происходит, под приказом я не могла. Дыхание врывалось в грудь клочками обжигающе- холодного воздуха, в следующий миг я услышала не то рычание, не то крик, голоса доносились издалека, как из подземного убежища.
Потом, я, кажется, потеряла сознание, потому что из накатившей темноты на меня уставился Гроу, и лицо у него в отличие от Терграна было серое.
- Уйди, глюк, - сказала я и хихикнула.
Тело, превратившееся в факел, затягивало в пески, и когда он приподнял меня на руках, показалось, что я просто сейчас стеку вниз, как расплавленный металл.
- Танни, - позвал он. - Танни, посмотри на меня. Ты свободна. Я посмотрела: насколько мне это удалось.
- Ты почему серый? - спросила я. - Да-а, знатно тебя перекосило.
Знатно перекошенный Гроу прижал меня к себе, и на миг стало чуточку легче. Самую малость, когда я почувствовала, как жар частично схлынул, а следом снова ударил в меня с такой силой, что я заорала, выгибаясь в его руках.
- Бесполезно, - процедил Гроу кому-то, и голос его дрожал. - Наблово пламя не уходит.
Кажется, дрожал не только голос, но и он весь, а мне вдруг стало интересно, куда делся Тергран. Впрочем, ненадолго: очередной приступ накрыл меня с головой, и теперь уже я поняла, что дрожим мы вместе. То ли меня колотит, и Гроу трясется, то ли его колотит, и трясусь я.
- В больницу, - донесся издалека голос Рона. - Ей нужно в больницу.
- Не поможет, - процедил Гроу, укачивая меня на руках.
- Гранхарсен...
- Не поможет! - он рыкнул так, что я подпрыгнула в его руках и поинтересовалась:
- Чего орешь?
Гроу посмотрел на меня расширившимися глазами, в которых вертикальные зрачки тонули в зеленом пламени.
- Поможет другое, - сказал он. - Переливание. Если найти иртхана с нужной группой крови.
- У нее пустынный огонь, - Рон.
- Неважно.
Я взмыла ввысь.
- Все будет хорошо, - пообещал Гроу, глядя мне в глаза. - Слышишь, Танни?
- Я тебе не верю.
- Все будет хорошо, - повторил Рон. Да, это точно был он, рядом со мной.
И я бы поверила, но в эту минуту меня в очередной раз накрыло огнем. Он был повсюду, втекал в меня из каждой капельки палящего воздуха, попытка вдохнуть закончилась тем, что легкие словно сдавила раскаленная рука. Когда Гроу крепче прижал меня к себе, я вцепилась в него, игнорируя тот факт, что он глюк. Глюк неожиданно сдавленно вздохнул, а после поинтересовался:
- Танни, какая у тебя группа крови?
- Вторая, - выдавила я. - Кажется.
- Кажется?!
- У меня вторая! - рявкнул Рон.
- Вы рехнулись!
- Мы не довезем ее до больницы. Она сгорит.
Это сказал Гроу, и сказал так - надломленно и болезненно-страшно, что я вдруг поняла: это не бред. Это не бред, он действительно откуда-то взялся в этой пустоши, а я действительно сгораю в огне, который в меня заливал Тергран.
Пустыня, лица съемочной группы и звездное небо проплывали надо мной, мерно покачиваясь. Я все еще летела, но летела какими-то рывками, подпрыгивая. То, что меня по-прежнему прижимают к груди, даже не сразу поняла. Только когда попыталась приподнять тяжелую голову, напоминающую перевернутую кастрюльку с кипящим супом, у которой вот-вот сорвет крышечку, услышала рычание:
- Не дергайся!
Очень хотелось, можно подумать.
Кажется, в пустыне нехило так разогрело, подумалось мне. Потому что запрокинутое лицо горело, как если бы я перележала на пляже в Зингсприде в полдень. Руки Гроу и его каменная грудь тоже казались раскаленными: до той минуты, пока темное небо не сменилось невысоким светлым потолком, а жар прохладой. Она обтекала пылающую кожу, под спиной тоже было что-то прохладное, и это прохлада втекала в меня сквозь поры.
Хорошо-то как...
Вместо Гроу перед глазами возникло лицо другого мужчины. Ненадолго. Потом лицо сменилось лысиной и плечами: судя по белому халату, медика.
- Эсса Ладэ... Эсса Ладэ, вы меня слышите?!
- Гроу, - позвала я, и медика тут же оттеснили в сторону под недовольное:
- Вы мешаете мне работать!
- Я не хочу умирать, - сказала я. - И его убивать я тоже не хотела.
- Я знаю, - процедил он. - Я знаю, Танни. Ты не умрешь.
- Местр Гранхарсен! Вы мне мешаете.
- Вечно ты врешь, - сказала я и улыбнулась. По щекам текли слезы, и сразу же испарялись. - Ты обещал, что мы будем вместе его воспитывать.
- Мы будем, - хрипло выдохнул он. - Вместе. Уже не будем.
Я знала, что не переживу эту ночь, и знала, что должна сказать ему все, что сейчас чувствую, но Гроу уже отодвинули в сторону. Я чувствовала его пальцы, сжимающие мою руку: ту, которая стала проводником огня в мое тело, а вот укола даже не почувствовала. Ледяной воздух обтекал горящую меня, и сейчас было даже все равно, что Сибрилла станет его женой (потому что очень эгоистично просить кого-то любить тебя вечно, если ты умираешь). Эта странная мысль посетила меня в ту минуту, когда в меня хлынуло уже другое пламя, гораздо более мягкое.
Оно текло по венам, смешиваясь с выжигающим огнем, вымывая из меня остатки страха и дрожь. Я цеплялась за руку, за сильные знакомые пальцы, и, хотя я не могла его видеть, я не хотела их отпускать. Не хотела, но мои разжались сами.
И я упала в глубокую бесконечную темноту.