Глава 7
Ах Марс, ты моё счастье и наказание! Такие чудеса из... из такого обычного. Вот, что значит наука. Молодцы, марсиане. Поразили нас научным центром. Каждый нашёл себе там что-то своё. Разные виды оружия, которые марсиане не используют, так как не видят смысла в войнах, сотни лабораторий, где разрабатываются материалы и "зелья", неподвластные нашему уму. А их техническая оснащённость! Сотрудничество людей и инопланетян, действительно, даёт очень ценные плоды. Такое чувство, что я в каком-нибудь двадцать пятом веке.
Время уже двадцать часов. Полдень по местному. А вот на Земле пять минут назад наступил новый день. По этому случаю Мэри и купила торт. Мы с Люком отошли ненадолго, а Энди попросили занять чем-то Мэри. Справился он... не очень. Мэри присела на скамейку в парке, а Энди отправился помогать нам, пожимая плечами. Этим он сказал: «Сделал, что смог». Спустя минут десять мы закончили. Люк быстро очищался от краски, а я до конца собирал букет. Энди загораживал нас, чтобы Мэри не увидела.
— Готовы? — спросил Люк. Мы кивнули.
—Ну где вы там? — крикнула девушка, подходя к нам. Люк загородил нас с Энди и встал вперёд.
— Мэри у нас для тебя небольшой подарок. Не думаю, что своё восемнадцатилетие ты представляла так, но...
— С днём рождения! — крикнули мы втроём и преподнесли букет девушке.
Мэри широко улыбнулась. Она не могла ничего сказать. Просто была рада. Рада нашему вниманию, тому, что мы помним. Вряд ли кто-то из её подруг удостоился букета из марсианских цветов. Мэри, могу сказать наверняка, особенная. Ведь, какой ещё восемнадцатилетней девчонке может выпасть такое. Она подошла к нам и, приняв букет, всех обняла.
А теперь, когда мы сделали такое небольшое отступление, направляемся прямиком в "Пустырь Искусств". Думаю, что это будет последней частью нашего ознакомления с Ичиехертсоном. Мы осмотрели разные сферы жизни: научную, природную, обыденную и вот, духовная. Благодаря Крузо мы делаем всё быстрее, чем могли. Он очень много знает об этом городе, и удивительно, что при таких знаниях, он лишь торговец.
— А что особенного в "Пустыре Искусств"?
— Люк ба! Это место, где собраны лучшие произведения искусства со всей нашей округи. И, к тому же, там, в верхней части, начинают свою карьеру новые художники, фотографисты, видеозаписыватели и другие.
Через несколько мгновений мы подошли к Пустырю искусств. Здание было двухэтажным, без подземных уровней. Какой оно было формы — непонятно, мы смотрим на него снизу, а не сверху. Всё здание было в ярких цветах, окна самых разных форм, а плитки на лестнице издавали приятные звуки. Здание всем своим видом показывало, что здесь можно окунуться в творчество со всех его сторон. Двери автоматически открылись и нам навстречу вышел какой-то мужчина.
Это был марсианин, но очень похожий на человека. Его кожа была почти белой, пышные волосы меняли цвет, как и глаза, а во всем остальном он был как мы. Одет достаточно элегантно: светлая рубашка-поло, тёмные брюки, тёмно-бежевая накидка, похожая на плащ, и красивые... носки (?). На его шее красовался бейдж. Мужчина подошёл к нам и поздоровался.
—Крузо! Норваи родь (Добрый день)!
— Ораи! — торговец повернулся к нам. — Знакомтесь — Артелиан Кейпт. Основатель Пустыря искусств. В честь него назван зал для начинающих искусственников — АртиКейпт.
— Земны гростанцы? Норваи родь!
— Норваи родь! — ответили мы. Надеюсь, Люк переведёт нам всё, что скажет директор.
— Кров Гхарсу выстморк?
— Что? — спросила Мэри.
— Гоа, тегро, — ответил Люк. — Он спросил: "кто знает марсианский". Сказал, что я.
Люк, Крузо и мистер Кейпт отошли в сторону. Мы переглянулись и пожали плечами. Нам не понять, о чем они говорят. Но скоро Люк вернулся.
— Нам подарят классные нашивки.
— И об этом вы болтали всё это время? — спросил Энди.
—- Нет. Ещё о бесплатном проходе. Так что вперёд!
Мы зашли. Внутри всё казалось ещё больше, чем выглядело на улице. Перед нами открылся огромный коридор, из которого были пути в разные залы. Договориться мы не смогли, так что вновь разделились. Каждый начал с того, чего хочет. Я — с видео-художников.
Это был второй зал справа. Он делился ещё, и ещё, и ещё... как ветки деревьев. Здесь запрещено ходить в твёрдой обуви, так как в некоторых залах произведения искусства даже на полу. Поэтому нам дали специальные... носки (?), которые мы с трудом надели вместо ботинок, не повредив устройство скафандра. Видеозаписи игрались повсюду. На некоторых стенах даже были так называемые "серии", когда сюжет одного видео продолжался в других.
Минут десять я стоял возле двадцати трёх секундного ролика. Это было видео известного режиссёра Марса, который жил лет сорок назад. Съёмки проводились в маленьком городе Линцет. Как я понял, население его не больше пятидесяти чело.. марсиан. Они были объединены во едино, показаны одной большой семьёй. Одно существо начинало движение, другое продолжало. Ничего резкого, но всё так завораживающе. Я провёл там некоторое время, в попытке запечатлеть в памяти эти лица, запомнить их.
Следующий зал, который мне запомнился — музыкальный. Там была одна комната, в которой повсюду висели картины. Они олицетворяли то, о чем игралось в произведении. У входа каждый получал беспроводные наушники, а чтобы услышать музыку надо подойти к картине. Положив руку на неё, начинала играть мелодия. Чёрные ангелы, радужные взрывы, музыкальные волны, разбитые стёкла и многое другое. Я с такой нежностью прикладывал руку к каждой картине, с трепетом ждал начала музыки. От некоторых песен меня бросало в дрожь, в хорошем смысле. Даже некоторые обычные мелодии подносились на других волнах. Это действительно то, что у нас не увидишь. И всего 2 автора песен были с Земли, но проживали они при этом во Фриахаке.
Посетив ещё кучу залов, мы вновь встретились с друзьями и поднялись наверх. В зал "АртиКейпт". Здесь были беспорядочно расположены работы всех начинающих деятелей искусства самых разных возрастов. Скульптуры стояли рядом с видео произведениями, картины можно было найти даже на дверях. Сбоку стоял небольшой шкаф, где в свитках были работы писателей и поэтов. Свитки были как очень длинные и массивные, так и маленькие, размером А4 и не полностью заполненные. Если поискать, можно наткнуться на таблички с частью биографии творца.
В центре зала стояла большая скульптура, которая имела целых 5 обликов. Они менялись каждые девять-десять секунд. Что удивительно — работа принадлежит очень юному таланту - Ирегойну Тео Морсе, который сделал это творение в возрасте 6 лет. Я почитал о нем немного и узнал интересный факт: он не на сто процентов марсианин, его отец — путешественник из Кореи, а мать только на половину марсианка. Бабушка Ирегойна с какой-то другой планеты нашей галактики (значит, найдём ещё инопланетян). Также написано, что скульптура отображает пять линий, которые руководят жизнью. Только в гармонии они могут принести хорошую жизнь. Пусть не каждая из них несёт в себе что-то радостное, но это позволяет не рваться тонкой цепочке жизни, которая охватывает всех существ. Как я понял вот эти 5 линий: равнодушие, свобода, боль, любовь и... смерть. Что? А вот и Люк подошёл.
— Классно здесь, правда?
— Да! Столько гениального в обычном...
— Не философствуй! Пожалуйста.
— Здешние художники такие неординарные! — восхищенным голосом сказала Мэри. — Катарина Ола, Гвард Ит Сон, Васке Фыбт...
— Ой, ты ещё всех назови.
— Отстань, Джеймс. Ты, видимо, не столь утончённый, раз недоволен...
— Что я? Я ещё какой утончённый. Ты не представляешь, что я могу тебе рассказать про это место, про то, что я увидел.
— Ну-ну. А вообще, мне так понравилось! Особенно картины Катарины Олы. Эх, словно ненадолго в сказке побыла.
— Люк, ты знаешь который час? — спросил Энди, подходя к нам.
— Как раз хотел сказать, — ответил друг. — У нас через двадцать девять минут скайбас обратно. Всё таки уже двадцать семь часов.
У выхода из Пустыря искусств нас встретил Крузо, в руках которого были нашивки.
— Насмотрелись?
— Гоа! — ответили мы хором.
— Вот вам маленький подарок от Крузо и Кейпт ба. Нашивки с вашими именами на фоне картин из этого Пустыря.
— Здорово! — в глазах Мэри сверкнула слеза радости.
— Рэхайн! — поблагодарил Люк нашего экскурсовода.
— Думаю, вам нужно идти. И мне тоже. Орваин, друзья!
— Рэхайн, лэгро во импотра. Мэгро бющзу твоиродь, — сказал что-то Люк марсианину, от чего тот слегка засмущался и немного поклонился.
— Рэхайн, Крузо ба. — сказал я.
— Орваин! — хором попрощались мы с торговцем.
Спасибо ему за всё. Никогда бы не подумал, что на Марсе нас встретит торговец, который здесь как... как местный спаситель. Он знает всё, всем готов помочь, а сам не богат, хотя достоин много. Спасибо, Крузо, что встретили тебя.
Сев в скайбас, Мэри и Люк уснули, я был близок к этому, но в итоге просто смотрел в одну точку. Энди читал какой-то маленький свиток, но что там было мне узнавать стало лень. Спустя несколько часов мы были дома, то есть в гостинице. День выдался насыщенным, но вот спать совсем не хотелось, особенно после отдыха в дороге, а потому мы думали о том, куда пойти.
— Я предлагаю, всё таки, — не унимался Люк, — спросить у дяди Ноэля.
— А я устал ходить в скафандре! — жаловался Энди. — Нам нужно что-то с кислородом.
— Согласен. Скафандр утомляет.
— Мэри, может ты скажешь? — обратился к ней Люк.
— Да! У неё праздник, пусть она и решает!
Мэри не отрывалась от телефона. Мы сидели и молча смотрели на неё. Но долго молчать Энди не смог.
— Вы обещали мне, что сходим в тот клуб.
— Ты опять? — нервно ответил Люк, попивая воду. Мою, между прочим.
— А что вам не нравится? Мы не старпёры, должны веселиться.
— Ты только что состарил меня на лет пять.
— И себя тогда заодно. Бросьте, мы должны осмотреть ВСЕ аспекты марсианской жизни.
— Ох, боже.
— Давайте в тот клуб! Пожалуйста! Мне нужно это!
— Да хватит тебе, — возмутился я.
— Согласна.
— Вот. Даже Мэри за меня.
— Раз уж моё слово главное — идём в "Сияние ночи".
Мы лишь открыли рты. А она всё продолжала что-то делать в телефоне. Однако раз решила, значит идём туда. Ну, мы же пообещали, что её слово — решающее. Я посмотрел на Люка, а тот пожал плечами, сделав круглые от удивления глаза. Энди расплылся в ухмылке и предложил начать собираться. Мы встали и вышли из его номера. А плохо ведь нет ничего, однажды пошли бы. В конце концов, клубную жизнь Марса мы ещё не видали.
Мы переоделись и были готовы блистать. Энди всё также был в чёрной рубашке и чёрных джинсах. Вот в чём, в чём, а в одежде у друга постоянство. Если бы и в других делах он таким же преданным был. Люк надел красный костюм с белой футболкой, он давно уже не мог принарядиться, а тут такой случай, звёзды сошлись, как говориться. На Мэри была чёрная футболка с рисунком и клетчатая юбка, а в руках - телефон. Она всё никак не может оторваться от него. Неужели, столько поздравлений? Что ж, со мной всё до невероятности просто. Я не особо заморачивался с внешним видом, а потому надел бордовую футболку и джинсовую куртку. Самое приятное в нашем внешнем виде - мы сходили в салон красоты, где с нас убрали последствия семимесячного полёта. Гладкие щёки, мягкие волосы, которые не лезут в глаза, симметрия на голове -особая радость.
"Сияние ночи" расположено рядом с отелем. Дойти до туда не составило труда. Клуб находится внизу, как в прочем и на Земле. Мы спустились и, наконец, смогли снять скафандры вне отеля. Почувствовать мир без этих перчаток -вот чего не хватало весь день. На нас сначала уставилось несколько глаз, но, немного осмотрев, отвернулись. Им не впервой видеть людей, так что мы просто новые гости этого заведения. Внешне не было никаких отличий от клубов на Земле, разве что у нас нет барменов-инопланетян. Они были с дыхательными аппаратами, чтобы не дышать нашим воздухом. Среди отдыхающих марсиан было столько же, сколько и людей. Здесь царила атмосфера отдыха и танцев. А также мохито и дайкири.
Сперва мы подошли к барной стойке, но уже через мгновение я с трудом мог найти кого-то, хотя народу было немного. Единственный, кого видел -Люк, он сидел в паре стульев от меня и разговаривал с барменом.
— Земны? — спросил меня другой работник.
— Гоа.
— Что хотите? — заговорил он с сильным акцентом.
— У вас есть холодный чай? Зелёный.
— Чай?
— Да, чай. Он обычно горячий. Но можно и со льдом делать.
— Лёд. — Продемонстрировал он ведро со льдом.
— Да, гоа, это лёд. А чай...
— Чай? — бармен протянул мне кусок салфетки.
— Нет, нет. Это напиток.
С искреннем непониманием, он стал показывать мне что-то жестами. Сначала мы сошлись на том, что я хочу пить. В прочем особо далеко я и не продвинулся. Всё думал как объяснить бармену что такое чай. Спустя некоторое время.
— ... И заливаешь это горячей водой.
— Хорандо, — сказал кто-то из посетителей.
— Что?
— Хорандо значит горячо. Вы просите сухую траву и листья залить горячей жидкостью, и потом это надо бросить в лёд?
— Ну, да. Что-то вроде того, — неуверенно сказал я. Посетитель объяснил работнику мой заказ и тот начал его делать.
— Спасибо.
Гость лишь кивнул и удалился. "Хорандо, хорандо"— повторял я. Хорандо — горячо. Спустя минуту я получил свой напиток и подошёл к Люку. Друг явно был чем-то недоволен. Что странно, ведь он в своей любимой среде —в месте, где можно практиковать языки и хвастаться крутым костюмом. Когда мы только вошли, он болтал без умолку, а сейчас крутит стакан по столу и нахмурено смотрит на него. Я встал возле Люка, попивая чай, а тот даже не взглянул на меня. Я решил нарушить тишину.
— В чем дело, друг?
— Ненавижу. Я терпеть его не могу больше!
— Ты про Энди?
— Что? — Люк вопросительно посмотрел на меня. Моя фраза на секунду отвлекла его. — Нет, нет. Энди вообще там, флиртует с марсианками.
— Тогда в чем проблема?
— Ох, боже, — друг потёр лоб и опёрся на руку. — Есть одна гадина, которая поступает хуже, чем нейкоты.
— Если тебя нейкот поцарапал в детстве, не значит, что они все плохие.
— Я привёл пример, речь вообще не о них.
— Тогда о чём? В каком «гаде» проблема?
— В Кристиане!
— Кристиане?
— Этот гад... Я его убью, если встречу в этой жизни. Он же знает, что сегодня у Мэри день рождения. И что?
— Что?
— Этот подлец бросил её.
— Люк...
— С одной стороны — их расставание резонно. Она почти навсегда уехала и отношения продолжать бессмысленно. Я его в некотором смысле понимаю. Такие отношения сохранять нет смысла. А у него было столько времени, чтобы понять всё. Нет, он тянул до последнего. Трудно было раньше понять? Не позвонил даже, написал просто!
— Люк...
— Трудно? Ещё и так грубо, обвиняя её... бросить Мэри в день её восемнадцатилетия. Я зол.
— Люк...
— И главное, посмотри на неё. Стоит себе тихо, когда должна наслаждаться жизнью. И это она ещё не знает, что он нашёл другую! Чёрт!
Люк выдохнул и снова стал тихо сидеть. Я сделал пару глотков и стал молча стоять. Мои комментарии были бы лишними. Тем временем одна песня сменялась другой. Кроме Энди из нас никто не двигался. Он переходил от одной дамы к другой, знакомился, выпивал, даже нашёл место для курящих, где успел пропасть на некоторое время. Когда включилась очередная песня Люк поднял голову и сказал.
— Черт! Ещё и её любимая песня. Моя сестра стоит тут и...
Я повернул голову сначала на Мэри, потом на Люка, который явно что-то задумал.
— Жаль её, — с долей равнодушия ответил я. Люк смотрел мне в глаза, аж страшно стало.
— Должен быть способ расшевелить её.
— Она скоро поймёт, что всё только к лучшему.
— Скоро. А сейчас?
— Ну, знаешь...
— Друг, пригласи её.
— Что?
— Мэри. Потанцевать. Пожалуйста! Сделай ей и мне такой подарок.
— Люк, я не...
— Джеймс, ты же мой друг. Я тебе доверяю.
— Люк, постой...
— Что? Пока играет её любимая песня. Подойди невзначай, пригласи. Ей танцы всегда настроение поднимают.
— Ты же никого обычно не подпускаешь и на километр к ней.
— Я её старший брат, это моя обязанность. Но сейчас — другой случай.
— Неужели?
— Да! Ты же не подкатывать к ней собираешься, а просто потанцевать. По моей просьбе.
— Ну, друг, не знаю...
— Слушай, я не могу, Энди тоже. От меня она подумает, что из жалости, а Энди я и сам не подпущу. Мы же друзья с детства, чего тебе стоит?
— Люк...
— Не отказывайся. Всего один танец. Пара минут. Может, это поднимет ей настроение. Ради меня. Ради неё.
Я уже понял, что отказываться нет смысла. Тем более, что Люк смотрел на меня скорее требовательным, чем молящим взглядом. Я подошёл к Мэри, которая одиноко стояла на танцполе. Её тело слегка качалось в такт музыке, голова была припущена. Телефона я уже не видел. Мэри была расстроена, но не плакала. Я постучал ей по плечу и, когда она обернулась, сказал.
— Мэри, привет. — Ничего умнее придумать не смог.
— Джеймс?
— Ну да. Я тут...
—- Дай угадаю: тебе Люк уже всё рассказал.
— Всё? — А я играю в дурачка до последнего.
— Джеймс...
— Ну в общих чертах, да.
— И ты пришёл пожалеть меня.
— Что? Нет, я просто...
— Джеймс, прошу не надо. Что произошло — нормально. Так что, если у тебя нет ничего дельного, лучше иди.
Я на секунду растерялся. Но, не успела она отвернуться, как я продолжил.
— Вообще-то я по очень важному делу. Хотел предложить тебе потанцевать.
— Что?
— Потанцевать. Ты же любишь танцы. И эту песню.
— Ты всегда так говорил или тебе полёт выбил мозги?
— Ну, слушай, у тебя не было выпускного бала. А сейчас тебе исполнилось восемнадцать. Я подумал -почему бы и нет? Это будет мой тебе небольшой подарок. Представим, что тебя пригласил на танец король бала, пусть я им и не был.
— Тебя Люк попросил?
— Нет, конечно. Ты же знаешь своего брата. Он готов убить любого, кто подойдёт к тебе. Так что я ещё и рискую.
Она посмотрела на меня недоверчиво, но потом на её лице появилась лёгкая полуулыбка. Она сделала шаг ближе и мы начали танцевать. Её руки опустились на мои плечи, слегка приобняв. Мы танцевали как на любом медляке в школе. Пусть, я не видел её лица, но чуйка подсказывала, что это работает. В один момент Мэри подняла голову. Она сняла руку с моего плеча, я сразу понял, что нужно делать, и подал свою. Теперь наш танец выглядел иначе, но не менее отлично.
— По моему, Люк смотрит на тебя.
— Ничего.
— Не боишься, что мой брат будет недоволен? — я слегка развернул голову и посмотрел на довольное лицо друга.
— Мы разберёмся, к тому же он, вроде бы, не против.
Заметка № 113: «Танцевать на Марсе круче, чем на Земле. Да, я всё сказал».
Постепенно мне казалось, что она действительно забывает о старых проблемах. Мне даже стало приятно, что я сделал её счастливее. Музыка быстро закончилась и сменилась на более быструю. Мэри улыбнулась мне и поблагодарила. Но мы ещё продолжили стоять, иногда покачиваясь в такт музыке, разговаривая ни о чём. Она искренне смеялась, и тогда я заметил, что Люк тоже стал счастлив. Минуту спустя его уже не было на прежнем месте. Я же решил до конца развеселить Мэри и указал в сторону Энди, который словил пощёчину от какой-то девушки.