part 3
– Это всё.
Иногда музыка – единственное, что имеет смысл, – сказал он, а затем вернулся к игре.
Мне показалось, что он сказал больше, чем хотел.
Я решила не давить, просто слушая, как мелодия заполняет комнату.
– У тебя талант, – наконец сказала я.
– Все так говорят, – бросил он, но в его голосе не было гордости. Скорее усталость.
– Нет, я серьёзно.
Это цепляет.
Ты просто… не слышишь этого?
Том резко остановился и посмотрел на меня.
– А ты откуда знаешь? Ты же, кажется, ассистентка, а не критик.
Я почувствовала, как краснею. Его слова звучали грубо, но в них был вызов, и мне не хотелось отступать.
– Ассистентка, которая понимает, когда что-то звучит искренне, – спокойно ответила я.
Он ничего не сказал, но угол его губ дрогнул, будто он едва удержался от улыбки.
– Ладно, – протянул он, вставая.
– Ты явно не из робких.
Посмотрим, как долго выдержишь здесь.
Том забросил гитару на плечо и вышел из комнаты, оставив меня одну.
Следующие дни я проводила в бешеном темпе.
Работа в студии оказалась гораздо более напряжённой, чем я ожидала.
Том, казалось, почти не замечал меня, но иногда я ловила его взгляд. В нем был тот самый странный вызов, как в нашу первую встречу.