Немая

  — На железнодорожный вокзал, командир, — сказали парни водителю, а пёс, будто поддакивая, гавкнул.

Мужчина отпустил сцепление, и машина плавно покатилась по асфальту. Миновав неровные внутриквартальные дороги, таксист спокойно выдохнул и надавил на педаль чуть сильнее.

Немного посмотрев в окошко, не особо заостряя внимание на пролетающих мимо людей и «танцующие» деревья, Хеппи положил передние лапы на колени хозяина, а голову на свои лапы и тихо засопел. Молодой человек, легко улыбнувшись привычному поведению пса, начал поглаживать его по голове.

***

— Поезд 784 «Эвриал-Магнолия» отправляется через пять минут, — предупредила проводница громким приятным голосом. — Уважаемые провожающие, пожалуйста, покиньте вагон!

Свалив сумки на кровати, парни, наконец-то, сели и, как только поезд тронулся, приготовили документы для проверки. Рыжеволосая проводница не заставила себя долго ждать и, появившись в купе, сразу приступила к делу.

— Гажил Редфокс и Нацу Драгнил. Здесь всё верно, — чётко проговорила она, сверяя паспорта и билеты. Неожиданно дверь купе распахнулась. — Господин полицейский, — поприветствовала проводница.

Поправив синий манжет, в дверном проёме появился плечистый молодой человек с автоматом в руках и выражением лица а-ля «я такой серьёзный, что даже в зеркало себе не улыбаюсь».

— Наркотики, оружие?

Воодушевившись чем-то непонятным, взятым из привычной фразы, Нацу пододвинул чёрную сумку ближе к себе, и, заглядывая внутрь, спросил:

— А вам сколько надо?

— Ах ты, хитрая ящерица! — возмущённо взревел Гажил и кинулся к сумке. — Там больше половины моё — не отдам!

Хеппи посмотрел на парней и прикрыл лапой глаза, дескать, вот идиоты. Недоумённо воззрившись на подозрительных типов и успокоив взглядом проводницу, страж порядка щёлкнул затвором автомата и угрожающим тоном произнёс типичную в таких ситуациях фразу:

— Положите руки на стол. Медленно.

Исполнив приказ, Гажил начал громко шептать «поучения» непутёвому другу:

— Саламандр, ты идиот! Так и знал, что после ограбления этого банка надо было поделить всё и разойтись.

— Сам идиот, консервная ты жестянка! Да откуда я знал, что они так быстро среагируют, — в тон ему отвечал лохматый «грабитель», искренне возмущаясь поведению «соучастника».

В вагоне послышались быстрые шаги, и через пару мгновений к купе подошёл высокий белобрысый полицейский с одной маленькой звёздочкой на погонах. Откусив кусок спелого яблока, он насмешливо взглянул на чересчур серьёзного подчинённого.

— Что тут у нас? — слегка удивлённо протянул он и заглянул внутрь. Рядовой что-то промямлил про грабителей, но мужчина отмахнулся, резко переключившись на «бандитов». — Какими судьбами, Нацу, Гажил? О, и бродяга Хеппи здесь?

Заметно обрадовавшись, он повернулся к подчинённому, похлопав того по плечу:

— Опусти оружие — они свои. Эти придурки достали уже всех своими приколами. Как были шпаньём, так и остались!

Парень недовольно кивнул и двинулся проверять остальные купе, а младший лейтенант шутливо отдал честь двум проказникам.

— Здорово, Лион, как жизнь? — поприветствовал старого знакомого Нацу, позволив себе, наконец, радостно улыбнуться.

— Жизнь бьёт ключом, и всё по голове, — невесело признался тот, недавно пониженный в должности. — Рад был бы поболтать с вами, ребята, но пора пахать, — обменявшись рукопожатиями с парнями, он вышел вслед за сотрудником, оставив проводницу удивлённо хлопать ресницами.

— А-а-а... — заикаясь, девушка попыталась продолжить работу. — Справка н-на собаку имеется? — ещё не успев отойти от лёгкого шока, проводница с некой опаской покосилась на пса, которому данная ситуация показалась весьма интересной.

— Да, конечно, — озорник ещё шире улыбнулся и протянул документ девушке. — Да не переживай ты так, красавица. На, вот, — взяв со стола карамельку, он протянул её рыженькой. — Угостись.

Приняв конфетку, та благодарно кивнула и, посмотрев на записи в справке, вернула документ.

— Вам всё же придётся проводить своего питомца в отдельный вагон, здесь не положено.

— Сая, — прочитав имя на бейдже проводницы, торжественно начал Нацу. — Хеппи умный, дрессированный пёс! Смотри.

Достав из близлежащего пакета кусочек колбаски, он показал ладонь вертикально, призывая пса сесть, после чего положил колбасу на его нос. Хеппи жалостливо смотрел на хозяина, а у его лап уже образовалась приличная лужица из слюней. Через некоторое время, услышав долгожданную команду «можно», пёс подкинул кусочек вверх и незамедлительно проглотил его. Проводница рассмеялась, увидев забавный фокус.

— Хорошо, пусть остаётся, тем более в вашем купе больше никто не едет, — она пожала плечами, обернулась на выходе и, развернув розовую обёртку, положила карамельку в рот. — Минут через пять принесу чай.

— Отлично, афродизиак к этому времени как раз подействует, — предположил вечно улыбающийся.

— К-какой ещё а-афродизиак?.. — пробормотала растерявшаяся Сая.

— Как какой? — Гажил искренне удивился, а Нацу, забросив в рот парочку сладостей, ответил:

— Тот, что в конфете.

С удивительной скоростью уминая за обе щёки карамельки, парни, не без удовольствия, наблюдали за проводницей, что со злостью выплюнула ни в чём не повинную конфетку на пол. Овчарка, не ожидавшая такого «подарка судьбы», быстро слопала сие лакомство.

— Хеппи, плюнь! Тебе ещё рано! — воскликнул лохматый, но было уже поздно. Девушка выскочила из купе с воплями: «Извращенцы!» и унеслась прочь.

— Саечка, а как же чай?! — еле сдерживая смех, прокричал ей вдогонку Нацу. — Ну вот, — проговорил он на южный манер. — Такой хороший дэвушка обидели...

— Ва-ах, и не говори. Теперь плакать будет, полы намокать и лужи везде. Чай пить пойдём, поскользнуться можем, рука-нога сломаем! Гипс наложат, совсем плохо будет, — в тон ему ответил Гажил.

Немного посмеявшись над наивной молоденькой проводницей, молодые люди схватили свои сумки и бросили их на верхние кровати.

Хеппи подошёл к двери поближе и, будто прислушиваясь к чему-то, навострил уши и повёл носом. Заметив странное поведение пса, парни насторожились, а руки по привычке потянулись к пистолетам. Овчарка, громко зарычав, подняла голову вверх, устремив взгляд на нишу над дверью. Посмотрев туда, куда показывал нос Хеппи, Гажил бесшумно поднялся выше, встав на нижнюю кровать, и, достав пистолет, осторожно заглянул в нишу. Его взору предстал щуплый парнишка с испуганными глазами.

— Опа-на! Нацу, у нас гости.

Убрав пистолет за пояс, мужчина поманил забившегося в угол мальчишку пальцем. Но тот лишь сильнее вжался в стену и замотал головой.

— Иди сюда, я сказал! — рыкнул Гажил и вытащил паренька за шиворот вниз, словно котёнка.

Щуплый человечек шмякнулся на пол и, почувствовав твердь, боязливо попятился назад, но брюнет крепко сжал его плечо, не давая шанса на побег.

— Ты кто такой, а? Откуда взялся? — грозным голосом спросил Нацу, но паренёк лишь поёжился и вжал голову в плечи.

— Отвечай, живо! — потормошил его Гажил. Не услышав ответа, молодой человек рассердился. — Чего молчишь, воды в рот набрал? Или из тебя ответы выбивать надо?

Испугавшись, «заяц» поднял голову и заморгал. Нацу угрожающе надвинулся на мальца, но пёс мордой оттолкнул хозяина и лизнул пареньку руку.

***

Боль прокралась незаметно, но ударила сильно, будто вонзённый кинжал. Это ноющее чувство сохранялось надолго, и лишь через тонкую нить боли я слышала незнакомые голоса. Меня нашли? Всё же нашли? Я замерла, пытаясь прислушаться, но речь людей сливалась с громким стуком колёс и свистом воздуха в открытом окне. Потихонечку попыталась перевернуться, но застыла от резкого чувства циркулирующей по всему телу крови и осознания того, что слышу происходящее.

— Извращенцы! — кричит женский голос, а я сразу вспомнила ЕГО и вжалась в стену, подозревая ЕГО людей.

— Такой хороший дэвушка обидели... — произнес голос, принадлежащий мужчине. Слишком яркий акцент южанина.

Второй голос практически не отличался от первого и говорил так, что, если бы не моя паршивая ситуация, мне бы не хватило сил не засмеяться.

Некоторое время люди молчали, что заставило насторожиться. И не зря. Собака, присутствие которой раньше не заметила, громко зарычала. И рык её, казалось, был так близок, что я невольно, по присущему любой женщине любопытству, повернула голову вправо и замерла...

Сердитое лицо с пирсингом заглянуло в нишу, которая служила мне кроватью. Мужчина поманил пальцем к себе, призывая подчиниться и спуститься вниз. Сердце бешено забилось, а кислород перестал поступать в лёгкие. Это конец?.. Я отрицательно помотала головой и двинулась от него дальше, стараясь не смотреть в глаза, будто от его взгляда могу превратиться в камень. Мужчина цыкнул и, явно рассердившись, потребовал, чтобы вылезла, а после моего долгого молчания просто вытащил сам и неаккуратно поставил на пол, отчего немного затёкшие ноги подкосились, и я упала. Мимолетно поправив парик, попятилась назад. Но заметив попытку продвижения к двери, брюнет больно схватил меня за плечо.

— Ты кто такой, а? Откуда взялся? — спросил у меня второй молодой человек с раскосыми глазами.

Ах, не узнали?..

— Отвечай, живо! — скомандовал первый. Я было стала судорожно подбирать наилучшие ответы, но вспомнила, что не могу говорить. — Чего молчишь, воды в рот набрал? Или из тебя ответы выбивать надо? — грозно скалясь, обратился парень с пирсингом, в то время как второй надвигался на меня, но...

Но произошло то, чего вообще не ожидала: немецкая овчарка сделала шаг в мою сторону и лизнула ладошку. Удивленно посмотрела в глаза кобеля и заметила его невероятную схожесть с тем псом, с помощью которого совершила побег и провела тревожную ночь в лесу.

— Так вы знакомы? — удивился брюнет. Я положительно кивнула и погладила пса за ухом. Это точно он! — А чего это ты молчишь постоянно? Немой что-ли? — уже более спокойно протянул он, и снова кивнула — скрывать всё равно нечего.

Сев на кровать, парень начал рыться в своей сумке. Я поначалу испугалась, представляя всевозможные пистолеты и аппараты для пыток, которые он вытащит, но, когда увидела блокнот с ручкой, облегчённо вздохнула и подсела к столу поближе. Мужчина протянул мне канцелярские предметы.

— Пиши.

Кивнув, я щёлкнула ручкой и начала писать, на ходу пытаясь придумать более-менее правдоподобную историю. Нужно оставаться инкогнито, значит, надо придумать себе имя...

— Меня зовут Люсьен Эшли, — начал зачитывать вслух лохматый. — И говорить, как вы уже заметили, не могу, но всё слышу. Я путешествую автостопом, а с вашей собакой сегодня ночевал в лесу.

— Не густо, — хмыкнул брюнет. — А почему ты путешествуешь один? Родные не против?

Записав необходимое, не разглашая подробностей и полной правды, отдала листок парню.

— Я сирота. Меня воспитывал отец, а теперь его нет. Чтобы отвлечься от грустных мыслей, решил уехать, — снова зачитали мою кривду, разбавленную правдой. Кажись поверили. — А на жизнь чем зарабатываешь?

Приняв из его рук блокнот, снова начала строчить. Как только поставила точку, мне почему-то померещились улыбка лучшей подруги и извечная фраза директора театра: «Спасибо!» От этих добрых воспоминаний так сильно хотелось плакать, но я держалась.

— Значит, скрипач, да? — вновь кивнула. — А на гитаре играть умеешь? — жестами показала, что немного умею. — Ну, давай, сбацай нам что-нибудь, — тот, что пострашнее, пирсингованный громила, открыл чёрный чехол и достал классическую гитару с парой наклеек на гладком корпусе.

Будто загипнотизированная, взяла инструмент в руки, вдохнув аромат дерева, и мягко провела пальчиками по струнам. Я наклонилась ниже и сильнее сконцентрировалась, чтобы не дать воспоминаниям овладеть, ведь на гитаре меня научил играть лучший друг, с которым теперь, возможно, никогда не увижусь. Я приняла правильное положение тела и начала игру.

Легко, будто ветер в чистом поле, раздавался испанский мотив. Такая свобода чувствуется в музыке, такая непринужденность и отрешённость. Играя, всегда забывала о проблемах. Я — это я.

Последний аккорд, последние три ноты — и мелодия закончилась, оставляя свои отголоски в ушах.

— Классно играешь, Люсьен, — зачарованно выдохнул тот, что пониже. — А, кстати, мы ведь не представились. Я — Нацу, — он протянул мне руку.

— Гажил, — так же поприветствовал меня брюнет. Пожав обоим парням руки, улыбнулась и вопросительно кивнула на собаку. — А это Хеппи.

Повторяя одними губами последнее слово Гажила, наклонилась и обняла овчарку. Кажется, эти парни не плохие, раз Хеппи им доверяет.

К несчастью, я была жутко голодна. От этого сильно болела голова, а живот предательски урчал, завывая протяжную мелодию не хуже гитары.

— Ты есть хочешь? — скорее утвердительно кивнул Нацу. Он залез в пакет с едой и достал парочку жареных пирожков и что-то ещё, а я, вытерев ладони влажными салфетками, присела за стол. Чтобы показать себя с хорошей стороны, старалась есть медленнее, но голод брал своё, и приходилось работать челюстями быстрее. Плевать, как выгляжу со стороны, мне хочется есть!

— Куда сейчас едешь? — спросил Гажил, когда я перекусила. Почесав голову одним пальцем, пожала плечами и повернула шею в сторону окна, чтобы полюбоваться переменчиво мелькающим пейзажем.

— Если надоело мотаться, останавливайся в Магнолии — город не столичных размеров, но работу найти легко даже не закончившему школу ребёнку. Ну как?

Посмотрев на брюнета, давшего мне такой дельный совет, я призадумалась. Насколько помню, Магнолия расположена достаточно далеко от Эвриалы, да и в образе мальчика меня вряд ли будут искать. Я положительно кивнула и, краем глаза заметив пистолет, показала на него пальцем.

— А? Это зажигалка, — Гажил вытащил «оружие» и пару раз нажал на курок, вызывая реакцию, вследствие которой из дула появился синий огонь. Я, будто завороженная, наблюдала за пламенем, совсем не заметив того факта, что кивнула на какой-то вопрос Нацу. Довольно хмыкнув, тот повернул меня лицом к столу и достал колоду карт.

— В подкидного или переводного? Может, в «Очко» поиграем?

— Да ну, надоело, — возмущённо цыкнул Гажил. — В дурака давай. Переводного.

Довольно лыбясь, Нацу начал тасовать колоду, после чего, подражая фокуснику, раскидал каждому по шесть карт.

— Ну-с, приступим?

Играла я, не будем скромничать, неплохо. Иногда даже первой выходила из игры, но вскоре усталость стала брать верх, всё-таки три-четыре часа сна в неудобных местах никак не поспособствовали нормальному отдыху мозга.

— Бито! — уже без первоначального энтузиазма, но с таким же азартом ухмылялся Нацу. — Король пик, бьёшь, Люсьен? — кивнув, паренёк достал одну карту и кинул её на стол. — Эй! Это же десятка! Да ещё и треф!

— Так же нельзя! Тем более, козырь у нас красный, — подтвердил Гажил, а я кивнув и, широко зевая, забрала короля Нацу, побив свою десятку козырным тузом. — О, да ты спишь, чувак, — присвистнул брюнет и поднялся с места. — Я за дополнительным бельём, — сказал он и вышел из купе.

Нацу тоже поднялся и, переложив гитару наверх, освободил место сонному Люсу, то есть мне. Я тут же воспользовалась освободившимся ложем и тихо засопела. Сквозь сон, услышала, как вскоре в купе зашёл Гажил, который выпросил-таки дополнительное новое бельё для неожиданного попутчика. На вопросительно изогнутую бровь друга, он пожал плечами:

— Сказал, что на одно мы пролили воду.

***

Когда открыла глаза, первым, что увидела, было спящее лицо Нацу, лежавшего на полке напротив. Решив никого не будить, вышла из купе и направилась в конец вагона, дабы справить нужду. По пути в туалет разглядывала великолепные горные пейзажи, что в свете зари горели ярким огнём, завораживая взгляд. Долго же я спала.

Вернувшись к парням в купе, застала их бодрствующими. Один доставал из сумки полотенца, а другой зубные щётки и пасту.

— О! Люсьен, ты проснулся! — улыбаясь во весь рот, поприветствовал меня Нацу. Я слабо кивнула и села на кровать.

— Тут недавно проводница проходила, сказала, что до Магнолии осталось меньше часа, — протянул Гажил. — Хорошо, что тебя не было, не то бы попался.

Благодарно кивнув, я полезла в карман за заначкой. Выудив половину из того, что было, протянула деньги ребятам, мол, возьмите. Но те лишь усмехнулись и отдали «баксы» назад.

Всё последующее время заняли завтрак и сбор вещей. Когда поезд остановился, и мы стали выходить на улицу, я заметила смущённое личико рыжей проводницы, косящейся на моих знакомых. Пожав плечами, повернулась к попутчикам и поклонилась в знак благодарности. Гажил потрепал меня по голове. Да так потрепал, что парик чуть не слетел! Нацу же, как всегда, улыбнулся:

— Бывай, брат, может, ещё свидимся.

Я помахала им рукой и повернулась спиной, намереваясь идти в сторону выхода с вокзала, но вдруг кто-то дернул меня за плечо и развернул.

— Если что-то понадобится, звони, — Гажил протянул свою визитку, а когда взяла её, поспешил за уходящим Нацу.

Сунув чисто-белую, лишь с чёрными буквами и цифрами, картонку в карман, я зашагала прочь, свято веря, что в этом городе смогу пережить так называемую «погоню» и зажить спокойно. Я верила, что совсем скоро смогу снять эластичные бинты, туго стягивающие грудь, и парик, что так неудобно и непривычно было носить. Что совсем скоро смогу вдохнуть чистый воздух в месте, где меня будут знать не как Люсьена Эшли, а засыпать буду, не боясь проснуться в том страшном доме.