Немая

  — Ну что, очнулась?

Открыв глаза, я увидела сидящего рядом Нацу. Некоторое время ещё продолжала лежать, боясь пошевелиться, а затем медленно отползла к спинке, присаживаясь. Парень как-то спокойно и в тоже время внимательно смотрел на меня, а затем протянул полупрозрачную кружку с чем-то.

— «Это что — яд?» — скептически поинтересовалась я, зная, что меня не слышат, и отсаживаясь ещё дальше.

— Нет, обычная тёплая вода с мятой.

— «Так я тебе и поверила».

— Да ты пей, не бойся, а то вон как хрипишь.

— Хриплю? — переспросила я, и только сейчас обратила внимание, что голос прорезался. Глухой, скрипучий, но мой.

— Да. Пей.

Несмело пригубила — и правда. Тёплая волна оросила мою пересохшую глотку. Я отпила не до конца и поставила кружку на прикроватную тумбочку.

— Легче стало?

— Да.

— Ну, давай заново знакомиться, Люс, или как там тебя.

— Люси, Люси Хартфилия, — автоматически поправила я его. И тут до меня дошло: если Нацу — бандит, то зачем спрашивает, как меня зовут? — А ты кто?

— Странный вопрос. Нацу, конечно, — он, казалось, даже обиделся.

— Нацу Драгнил, охранник? — решила уточнить я.

— Нацу Драгнил, но не охранник. Секреты не только у тебя. Но сначала ты расскажешь свой.

Парень смотрел так серьёзно и сосредоточенно одновременно, что у меня аж сердце защемило.

Сбылась мечта идиотки — я сидела на кровати Нацу в своём настоящем образе. Так рядом, как и мечтала, и в то же время далеко. Я обратила внимание, что халат по прежнему на мне, но тот факт, что под ним ничего не было, сковывал. Нацу благоразумно расположился на кресле подальше, стараясь смущать меня как можно меньше.

— Как ты узнал? — мне трудно было произносить слова чётко; собственный голос был противным, но я обрадовалась, что вновь обрела дар речи.

— Случайно... Пока ты была в отключке, я созвонился с Фридом.

— Что он тебе рассказал?

— Ничего, лишь подтвердил, что ты — девушка. Я хочу узнать всё от тебя самой.

Я сильно сомневалась. Заметив моё недоверие, Нацу протянул мой телефон, и я набрала друга.

— Нацу, ну что с ней, очнулась?

— Привет, Фрид, это я.

— Люси?! С тобой всё в порядке?

— Да. Как там дела в ресторане?

— Терпимо. Что Нацу?

— Рядом сидит, — я смотрела в его глаза напротив — в них отражались и злость, и боль. Мне стало одинаково стыдно перед обоими мужчинами. — Прости меня, — я говорила Фриду, но Нацу понял, что и у него прошу прощения. Горькая усмешка скользнула в уголке его губ.

— Всё нормально, главное, чтобы с тобой всё было в порядке.

— Я надеюсь. Спасибо за помощь. Созвонимся.

— Удачи.

Нацу с прищуром наблюдал за моим звонком, скрестив руки на груди.

— Ну, убедилась? — несильно кивнула. Фриду я доверяла. — Я весь — внимание.

— Это долгий разговор, — я всё ещё не могла привыкнуть к своему новому статусу и не знала, как правильнее будет вести сейчас с Нацу.

— Ничего, я подожду, — парень нервно развалился в кресле, устраиваясь поудобнее. Его голос принял повелительный тон, взамен моего панического.

— Но я не могу ждать, — нахлынувшие переживания сами решили за меня. Вся сдержанность псевдо-мальчика улетучилась вмиг, вырвавшись женской эмоциональностью. Я привыкла верить Нацу и полагаться на него. — Понимаешь, мне грозит опасность. Мне очень страшно. Я должна немедленно покинуть город!

— Люси, поверь, я смогу защитить тебя, но я должен знать правду, — руки молодого человека сомкнулись в крепкий замок. Будь я в другом состоянии, наверняка бы заметила, как ему трудно себя сдерживать, но не сейчас. Сейчас я не владела собой.

— Ты не сможешь. ОН страшный человек, у НЕГО везде связи, ОН опасен! — я невольно заплакала и отвернулась.

— Если я сказал, значит смогу, — послышался хруст сжатых кулаков.

— У меня нет времени. ОН убьёт всех на своём пути, я боюсь за тебя! — сквозь пелену слёз не могла даже разглядеть его лицо — всё казалось размытым. Страх с невероятной силой наполнял меня всё больше.

— Люси! — Нацу не выдержал и, подскочив, схватил меня за плечи, хорошенько встряхнув. Слёзы затопили мои глаза, а в голове представлялись не радужные картинки с кровавыми сценами. Мне стало дурно настолько, что даже воздуха совершенно не хватало, и я стала задыхаться.

Внезапно моё лицо оросила россыпь мелких капель, и пока я соображала что к чему, Нацу вновь набрал в рот воды и повторно окатил меня мелким душем.

— Ну, что, прекратила истерику?

Я медленно провела ладошками по влажному лицу. Сознание постепенно приходило обратно, и я едва заметно кивнула. Молодой человек был серьёзен, как никогда. Пришлось вкратце рассказать свою историю, исключая постыдные подробности и сам брак, путаясь в хронологии и периодически всхлипывая. К концу моего скомканного повествования Нацу сидел, опустив голову и закрыв лицо широкой ладонью.

— Дурочка. Почему ты мне раньше не рассказала? Думаешь, что сможешь выстоять против этого ублюдка? То, что ты о НЁМ знаешь — это лишь капля в море.

Я молчала, совершенно не понимая его слова. В это время зазвенел телефон Нацу. Из динамиков отчётливо был слышен громкий голос Джерара:

— Драгнил, живо вали к Люсу и спрячь его где-нибудь.

— Игра на девочку началась?

— Ты в курсе?

— Ага, глаза раскрылись.

— Тогда я на тебя надеюсь.

— Не впервой, — Нацу закончил короткий разговор и обратился ко мне: — Одевайся.

Он вышел. Я быстро переоделась в спортивные штаны и футболку. Моя нога была уже аккуратно перевязана и почти не болела — надо будет потом поблагодарить парня. Эластичные ленты сиротливо валялись на постели, но сейчас они мне уже не нужны, собственно, как и парик. Достав из сумки фен, я быстро подсушила волосы и расчесала.

Нацу стоял у окна и кому-то звонил, незаметно выглядывая из-за шторы на улицу. Хеппи не сводил умных глаз с хозяина.

— Гаж, давай дуй ко мне на всех парах и «гвозди» захвати... Нет, блин, стебусь.

Заметив моё присутствие, он бегло прогулялся взглядом, задерживаясь на не утянутых выпуклостях. Одежда на мне хоть и была просторная, но всё равно почувствовала себя голой и обхватила грудь руками. Парень усмехнулся.

— Готова к встрече гостей?

Я недоумённо посмотрела на него, широко распахнув глаза, так и не привыкнув к тому, что могу озвучить свои вопросы.

— Твои «друзья» приехали нас навестить. Оперативно работают... Живо на лоджию, забейся в угол и не высовывайся. Хеппи, не лезь на рожон.

Нацу отдавал чёткие приказы, а я только сейчас заметила в его руках пистолет.

— Так ты всё-таки бандит? — спросила я, вспоминая нашу первую встречу в поезде.

— Полицейский я, полицейский. Давай, шуруй отсюда, — я удивилась: где тот весёлый беззаботный паренёк? Вместо него предстал уверенный и сосредоточенный мужчина. — Кому сказал!

Я подпрыгнула на месте от его рыка (иначе никак не назовёшь) и скрылась. Через некоторое время послышались звуки борьбы, падающей мебели и выстрелов. На какое-то время, которое мне показалось вечностью, всё стихло. Мне было страшно и любопытно одновременно. А вдруг случилось непредвиденное? Переборов себя, я выглянула из-за угла лоджии. В этот самый момент в комнату ввалились Нацу с каким-то мужиком. От неожиданности, я вскрикнула, не успев зажать себе рот рукой. Мужчины быстро вскочили на ноги и встали в стойку. Нацу, заметив мою макушку, отвлёкся на мгновение и пропустил удар.

— Я же сказал тебе не высовываться!

Мужчины наносили друг другу мощные удары: никто не хотел уступать. Однако в скором времени бандит, с громким грохотом, упал. Следом со спины, с ножом бросился ещё один, но Нацу вывернулся, и лезвие вжалось в горло его обладателя, надрезая кожу. Алая кровь активно засочилась по напряжённой шее, тонкой струйкой стекая за ворот. В глазах бандита озарился ужас. Нацу резко ударил его локтем и выбил нож. Мужчина осел, а полицейский добил его сверху несколькими ударами в голову. Первый пошевелился и попытался встать, но тут же получил под дых и отключился.

На улице тоже были слышны хлопки выстрелов. Нацу уже спокойно вышел в зал, позвав за собой. Я несмело пошла за ним, осторожно переступая через бессознательных мужчин. На границе с коридором, с побледневшим лицом сидел третий. Хеппи держал мёртвую хватку на его горле. Нацу вновь выглянул в окно и, не глядя, обратился к бандиту:

— Где Гир?

— Да пошёл ты.

— Хеппи.

Пёс, по всей видимости, сильнее сжал челюсти.

— А-а-а, убери его!

— Не слышу.

— В строящейся сауне на окраине города.

— Это которая на севере возле яхт-клуба?

— Да, отпусти.

— Хеппи, кус-кус.

Нацу что-то бросил в сторону, и пёс, подпрыгнув в воздухе, поймал лакомство. Полицейский присел перед побледневшим мужчиной и похлопал того по плечу.

— Ну вот бы сразу так и сказал, а то ломаешься как девица на выданье, — Нацу набрал номер на телефоне, не отрывая взгляда от бандита. — Кагура, привет, красавица, заедь ко мне домой, прибраться надо... Ой, только не начинай... Да, сейчас... Нет, сам не могу, тороплюсь очень... Конечно, до встречи, — парень сбросил вызов и вновь обратился к бандиту: — Ну что, прощаться будем?

Одним ударом он превратил перепуганного мужчину в бессознательную тушку и позвал меня за собой:

— Пошли.

Выскочив на улицу, мы увидели пару валяющихся тел возле того самого здорового чёрного внедорожника.

— Редфокс, ты долго. Пришлось без тебя разминаться.

— Звиняй, — улыбнулся Гажил, убирая пистолет в кобуру и закрывая её полами куртки. — А что за девочка с тобой?

— Это Люси, точнее Люс, только он девушкой оказался.

— Ёксель-пиксель, ну привет.

Я с ужасом смотрела на отключившихся бандитов, и тошнотворный ком подступил к горлу. Я прикрыла рот ладошкой и кивнула в знак приветствия.

— Ты их убил? — мне не хотелось в это верить.

— Ну что ты. Спят голубчики. Не такой уж я и кровожадный, — хищно заулыбался Гажил.

— Я бы перефразировал: я и не такой кровожадный бываю, — толкнул плечом друга Нацу.

— Люси, сейчас приедет Кагура, уедешь с ней, — парни залезли в бандитскую машину.

— Я не останусь здесь! — решительно запрыгнула на заднее сиденье. Они с ума сошли, оставлять меня здесь одну?

— Девочка, мы не на прогулку едем, а к серьёзным дядям, — пытался образумить меня Гажил.

— Я не останусь здесь, — повторила я. — А вдруг ещё кто-то заявится, пока ваша Кагура катается! — нажав кнопку блокировки двери, вцепилась в ручку, всем своим видом показывая, что ни за какие коврижки отсюда не выйду.

Хеппи громко гавкнул. Нацу оглянулся на меня и цыкнул:

— Хрен с ней, пусть едет, к тому же я её немного поднатаскал.

Так меня всё же берут?

Гажил завёл машину, и мы поехали. По дороге Нацу сделал несколько звонков, один из них, видимо, был своему руководству, как я поняла позже.

— Да помню я, что ты мой начальник... Ну почему же в последнюю очередь... Ладно, ладно, Лакс, потом побьёшь меня, только не больно, а то я щекотки боюсь... Окей, — Драгнил сбросил вызов и обратился к водителю: — Стинга подберём по пути.

Здоровый внедорожник лихо, но аккруратно рассекал красивые улицы Магнолии. На одном повороте Гажил резко затормозил, и в следующее мгновение к нам подсел третий мужчина.

— Здорово, пацаны, — он хлопнул по ладоням впереди сидящих и потрепал за уши Хеппи.

Я аж опешила; казалось, что Нацу клонировался — то же телосложение, те же повадки, такая же взлохмаченная шевелюра и не менее привлекательная улыбка, обращённая уже на меня.

— И как же зовут красавицу, что решилась украсить сегодняшний вечер столь завидных парней? — голубоглазый блондин успел схватить мою руку и поцеловать. — Не многовато ли для одной?

— Эй-эй, полегче на поворотах, — хохотнул Гажил глядя вправо, а вот Нацу не разделил его веселья:

— Тебе машинку подарить, Стинг?

— Какую? — недоуменно переспросил новый знакомый.

— Губозакатывающую!

— Оу, извините, не знал, что принцесса занята! — Стинг театрально поднял руки вверх, а Гажил уже откровенно ржал.

Мужчины всю дорогу ехали в напряжении, и лишь блондин поджуживал меня, отпуская вполголоса очередную смущающую шутку. В конце концов Нацу не выдержал и, перегнувшись через сиденье, пихнул несмолкающего парня.

Мы выехали на окраину города. Уже почти сгустились сумерки. Не доезжая до места назначения, нас встретила серебристая легковушка, возле которой стояла троица: огромный мужчина с суровым взглядом и молнеобразным шрамом на лице, знойная брюнетка в спецназовской чёрной форме и загадочный молодой человек с длинным хвостом и маской на лице. Последний скучающе переминал во рту цветонос какой-то травы, облокотившись на капот.

Мне показалось, или в присутствии восточной красавицы Стинг прижал хвост? Девушка злобно посмотрела в мою сторону и дала ему неплохую затрещину. Аж мурашки по коже, а тут ещё... на моё плечо легла рука Нацу.

— Это Минерва, невеста Стинга. Ревнивая баба — держит его в ежовых рукавицах.

Я неотрывно смотрела за этой странной парочкой. Парень наклонился к уху девушки, а потом ущипнул за упругий зад. Брюнетка подскочила от неожиданности и хихикнула, но, бросив на меня уже более спокойный взгляд, приняла невозмутимый вид и подошла, как я услышала из разговора, к Лаксасу. Уж не внучок ли это Макарова? Похоже — да. Дреяр на капоте разложил разноуровневую схему и отдавал подчинённым последние указания:

— Все знают, что делать? — мужчина окинул взглядом собравшихся из-под кустистых бровей. — Понеслась.

Мы разделились на кучки и рассредоточились. Руфус чётко обезвредил камеры слежения и бесследно растворился. Гажил, Нацу и Хеппи скрылись за углом. Лаксас и Минерва короткими перебежками добрались до здания и скрылись в боковом окне. Стинг, не отпуская моей руки, утащил нас в сарай в стороне, где выбив маленькое стекло, принял оборонительную позицию.

Я томилась в ожидании неизвестности. Буквально три месяца назад моя жизнь ничем не выделялась. Я тихо-мирно жила в уютном городе, занималась любимым делом, никого не трогала. А потом всё резко изменилось и столько всего произошло. И вот сейчас я сидела в хозяйственном сараюшке, зажавшись в углу, с ужасом осознавая, что оказалась в гуще серьёзных разборок.

Стинг бросил мне и надел сам специальные очки. Мимолётно выглядывая, он точечно бросал из окна световые гранаты. Снаружи послышались выстрелы и автоматные очереди вперемешку со звуком разбивающихся стёкол и падающих тел. Парень уже не отвлекался на меня, полностью сосредоточившись на стрельбе из своей бойницы. Было страшно.

Я зажала уши от всего грохота и выпучила глаза. Это не пинтбол, и в любой момент всё могло закончиться смертью. Боковым зрением я заметила тёмное движение в сторону Стинга. Бандит навёл пистолет в сторону стоящего к нему спиной парня, но меня не увидел. От страха я закричала и, подпрыгнув, двойным ударом ног выбила оружие. Бандит встряхнул головой и направил удар в мой корпус, но я успела сгруппироваться и, проскользнув у него между ног, ударила в пах, а затем под коленками. Стинг услышав шум обернулся и поспешил на помощь, в один присест обезоруживая нападавшего. Но не долго мы радовались. Следующий бандит схватил меня за волосы и дёрнул в сторону, одновременно ударяя парня ногой. Ах, ты ж! Я перехватила его руку и ударила ногой по корпусу, но, видно, вскользь, так как он даже не поморщился. Стинг вскинул винтовку, но в это время яркая вспышка сбоку озарила помещение, и полицейский отлетел на несколько метров, ударяясь о стену. Возле его головы и при тусклом свете было видно растекающееся тёмное пятно. Но не успела даже пискнуть, как мой рот и тело были зажаты в стальной схватке, а я с ужасом смотрела на бездыханное тело только что живого парня. Что толку плакать и вырываться: меня легко подняли в воздух, и зажав под мышкой, как какую-то куклу, выволокли на улицу.

Я извивалась всем телом, а бандит с силой сбросил меня наземь, пнув в бок ботинком и наотмашь ударив по лицу. Едва успела сплюнуть мгновенно залившую рот кровь, как на мои губы налепили скотч и обмотали им же руки и ноги. Перекинув через плечо, как какой-то тюфяк, меня понесли по бесконечным коридорам здания.

Ориентироваться было бесполезно — вися вниз головой и с дикой болью особо не сосредоточишься.

***

Нацу, услышав выстрелы в сарае, бросился туда. Люси нигде не было, а Стинг лежал на полу в луже крови без сознания. Полицейский подбежал к нему и распахнул рубашку с отверстием от пули.

— Фух, броник цел. Хороший мальчик, — Нацу похлопал парня по щеке, пытаясь привести в чувство. Тот через некоторое время вернулся в реальность с бешеным взглядом, полного ярости, но вскоре пришёл в себя. — Всё хорошо, Стинг. Как ты?

— Норм, болит только.

— Ну, болит, значит живой. А где Люси?

— Её схватили, прости.

Нацу понимающе кивнул и помог товарищу принять положение поудобнее:

— Побудь здесь, мы тебя позже подберём. Держись, — Нацу не осуждал парня.

Люси захватили, а не убили — значит нужно скорее её найти.

Оставив молодого полицейского в сарае, Нацу побежал на поиски девушки. Хеппи залаял и бросился в подвальное помещение, а хозяин следом за ним. Спустившись достаточно глубоко, они, крадучись, продвигались по едва освещённому коридору. Краем глаза через тонированное звуконепроницаемое стекло, полицейский увидел небольшую арену, огороженную сеткой, в которой дрались собаки, а вокруг сидели люди, явно что-то кричащие. Ну вот и очередное доказательство. Находившиеся там люди были захвачены азартом, ни на что не отвлекаясь — стало быть местная служба безопасности хорошо охраняла, в прямом смысле, дорогих гостей.

Хотя, сейчас не это главное. Нацу побежал дальше наверх, но, не вписавшись в поворот склада, налетел на стоящие у стены высокие стеллажи с пластиковыми канистрами с топливом. Часть конструкции покачнулась, и один из стеллажей гулко рухнул на бетонный пол. Несколько канистр треснули и разбились, выливая вязкую жидкость наружу. Хеппи проскочил вперёд, а вот его хозяин не успел быстро среагировать и, поскользнувшись, свалился в мокрую лужу. Вспоминая нелестные эпитеты и поправив на голове капюшон, парень живо вскочил и ринулся дальше.

Нацу посмотрел сквозь приоткрытую дверь и спрятался за ней. В тот же миг показался бандит, но не успел сделать и шаг, как полицейский с силой ударил того дверью. Мужчина схватился за разбитое лицо, получая дополнительно по затылку рукоятью пистолета. Снова коридоры, повороты, охранники, которых Нацу вписывал в стены по ходу движения. С его решимостью и скоростью те просто не успевали среагировать.

Хеппи свернул в боковой проём и остановился перед одной из дверей в знакомой стойке. Резко ударив ногой оную, Нацу взял на прицел возможного противника. Увиденное заставило кровь отхлынуть от лица: справа у стены стояла бледная Люси, удерживаемая жилистым коротко стриженным блондином. Полицейский угадал его — это жестокий убийца, находящийся в федеральном розыске. Мард Гир тоже был здесь: он беспечно восседал на кожаном диване напротив и выпускал облака сизого дыма из дорогой сигары.

Многолетний рефлекс сработал и пёс бросился на человека с оружием. Нацу даже не успел скомандовать «стоять», как Хеппи упал, подстреленный в полёте Шакалом. Мужчина, выполняющий всю грязную работу своего хозяина, движением головы приказал полицейскому опустить оружие, одновременно направляя своё на заложницу. Нацу подчинился, медленно опуская пистолет и не сводя глаз с бандита. Шакал криво оскалился и, отшвырнув заложницу, также отложил оружие. Упавшая Люси тут же подползла к умирающей собаке, оттаскивая её в сторону, но противники сейчас на неё не обращали внимания.

Двое крепких молодых людей сошлись в рукопашной битве. Ожесточённо и яростно Нацу дубасил Шакала, и тот отвечал такими же точными ударами. Два равных противника, два бойца не на жизнь, а на смерть.

Полицейский ударил ногой в голову, гибко выворачиваясь от встречного удара. Бандит сделал подсечку и повалил его на спину, заламывая руку, но последний не сдавался уцепившись за кадык первого. Ярость и ненависть в глазах обоих. Секунда, две и они отпрянули друг от друга, чтобы сойтись вновь. Шакал ударил Нацу в бровь, рассекая ту, и облизнулся. Казалось, он упивался её видом. Однако, полицейский тоже был не промах, хватая того за одежду и ударяя несколько раз коленом по рёбрам. На, на, на! Блондин покачнулся и сплюнул кровь. Но честность поединка ему не знакома, и, достав охотничий нож, преступник ловко полоснул соперника по предплечью. Алая кровь брызнула на светлые стены, окрасив их взрывом образовавшихся «цветов», а благодаря последующему удару Нацу отлетел к секции низких шкафов, больно ударившись и задев горящий канделябр. Пламя со свечей незамедлительно перепахнуло на одежду полицейского, озарив того ярким пламенем. Но не только на одежде был огонь, в глазах Нацу не меньше полыхало пламя ненависти. Лучший воин Марда видел горящего снаружи и изнутри мужчину, в глазах которого была твёрдая решимость убить!

Шакал бросился на Нацу, но тот повернулся и опрокинул на него стеллаж с книгами. Бандит успел прикрыться руками и попытался выбраться из ловушки, как в него с новой силой попал выдвижной ящик сверху. Пока Шакал мешкал, Нацу пользовался случаем, забрасывая его тяжелыми предметами. Папки и бумаги летали по кабинету — удивительно, как ещё не начался пожар! Наконец, мужчина вывернулся и выскочил на полицейского с новой порцией кулаков, однако тот оказался сильнее.

Мужчины переплелись в борьбе, словно змеи, но после удачной подсечки с разворота, Нацу с леденящим душу взглядом схватился за горло противника. Глаза обоих налились кровью. Люси с неподдельным ужасом наблюдала за этой картиной, как спокойно и уверенно Драгнил сокрушал шею, всё сильнее и сильнее сжимая. Попытки Шакала освободиться выглядели жалко, он хрипел и задыхался, ударяя Нацу куда достанет и цепляясь за его руку. Вот мужчина, казалось, нащупал оброненный нож и в преддверии скорого освобождения зло усмехнулся — сейчас он зарежет полицейского. Нацу заметил это движение и отрицательно покачал головой, а затем чётким резким движением рук, развернул голову бандита. После громкого, будто в фильме ужасов, хруста ломающихся шейных позвонков, мёртвое тело Шакала упало к ногам победителя.

Нацу вставая в боевую стойку со злостью посмотрел на следующего противника, но Мард Гир продолжал сидеть с презрительным лицом. Его разочаровала смерть наёмника, но страха в нём не было. В руках мужчины поблёскивали сюрикены. Он взмахнул рукой, запустив пару, после чего раздался испуганный девичий крик.

— Одно твоё неосторожное движение, и я могу промахнуться, — главарь банды играючи, раз за разом, пригвождал девушку за одежду к стене.

Люси стояла ни жива ни мертва, обведённая метательным оружием по периметру, в страхе пошевелиться. Полицейский дёрнулся было к ней, но болезненный стон заставил его остановиться — очередной сюрикен, похожий на мини-кинжал с кольцом на конце, вонзился в белую плоть, окрашивая руку быстрой струёй крови.

— Тц. Я же предупреждал, — не спуская глаз с парня напротив, мужчина воспитательно обратился к Люси: — Что же ты, дорогая, бегаешь от законного супруга?

Нацу недоуменно повернул голову в сторону девушки и нашёл её глаза.

О, нет. Сожалеющий и извиняющийся взгляд. Что ещё она от него скрывала?

— Как же так, не рассказала своему хахалю, что ты чужая жена? Ай-яй-яй! Как мать перед другими ноги раздвигаешь? Что, он больше тебе понравился, чем я?

У полицейского заиграли жевалки; было жутко неприятно. Люси посмотрела на Нацу и, потупив взор, едва слышно произнесла:

— Это неправда.

— Да неужели? — Мард Гир немного подался вперёд и с силой ухватился за подлокотники, отчего кожаная поверхность характерно затрещала. — Знаешь, во что тебе выльется измена, шлюшка?

— Это всё неправда, Вы сами это знаете! — девушка в отчаянии мотала головой. Все её кошмары воплощались в реальность.

— Да кто тебе поверит! — поднявшийся мужчина достал револьвер и, сняв с предохранителя, направил его на застывшего парня, медленно проходя к заплаканной блондинке. — Жалко его, да?

Люси отказывалась верить в происходящее и закивала головой:

— Да, да, да, жалко. Пожалуйста, не убивайте его! Я вернусь к Вам, только не убивайте!

О, как ему нравились её слёзы, её обречённость, а также безвыходность этого сосунка, что покусился на его женщину. Рывком дёрнув за шею, Мард Гир притянул жену к себе. Разорванная ткань клочьями свисала на хрупком теле. Не спуская с прицела полицейского, он попятился к выходу. Конец игры.

Но радости почему-то не было.

Быстрый тяжёлый топот так не вовремя приблизился сзади. Холодная сталь коснулась его спины.

— Руки вверх.

Начинающий политик горько хмыкнул и, резко отскочив, прикрылся девушкой, переводя прицел ей в висок. Теперь для НЕГО всё кончилось, но последнюю пакость Мард Гир решил оставить за собой. Мужчина истерически засмеялся и провёл дулом по мокрой щеке — Люси никому не достанется.

Все застыли в немом ожидании. Рисковать заложницей никто не хотел. Но произошло то, что никто не мог предположить: сжав губы, девушка медленно вытащила из левой руки сюрикен и вонзила наугад в ногу «мужа». Не ожидав такого подвоха, мужчина на мгновение растерялся, но этого хватило. Нацу рывком поднял с пола оброненный Шакалом нож и метнул в плечо захватчика. Рука дрогнула, и оружие выскользнуло.

Упавший револьвер мог выстрелить, а потому близстоящий оперативник прыгнул на перехват, однако, теряя последние силы, Хеппи среагировал быстрее и поймал оружие в пасть. Все выдохнули с облегчением.

Мард Гира тут же сковали наручниками и увели, а Нацу скинул с себя куртку, не обращая внимание на остатки пламени на штанах. Как во сне он подошёл к верному другу, падая перед ним на колени. Тяжёлый ком подступил к горлу. Зачем, ну зачем он полез на рожон? Отряд спецназа, вызванный Лаксасом, расступился, пропуская осунувшегося Драгнила с окровавленным псом на руках.

***

Меня, наконец, донесли до места назначения и сбросили на пол. Вися долгое время вниз головой, у меня потемнело в глазах. Я оказалась лицом к стене и поэтому не видела находящихся в комнате мужчин. Судя по разговору, их было трое. Стоящий около меня доложил о доставке Люси Хартфилии и ушёл. Я боялась пошевелиться и лишь прислушивалась. Голос одного мне показался до ужаса и холодного пота знакомым. Пожалуйста, только не ОН! Будто подтверждая мои догадки, меня грубо развернули, и я увидела самого ненавистного мне человека — Мард Гира. Я глянула на второго и передёрнулась — это Шакал, тот самый, что похитил меня после смерти Плю. Возвращая взор на так называемого мужа, я заметила в его руках излюбленный хлыст.

— Ну, здравствуй, любимая, — ухмыльнулся он, после чего я почувствовала острую, будто лагающую скрипку боль, и потеряла сознание.

Очнулась от резких и издевательских пощёчин. Пошевелив конечностями, ахнула, поняв, что меня развязали. Ну да, чего им бояться какую-то девчонку?

Сволочи! Что теперь со мной будет, что с остальными, как Стинг?

— Очухалась? — тошнота от боли и мерзкого лица наёмника заставила меня скривиться. Я попыталась отползти, но его рука схватила меня за одежду. — Не так резво, цыпа.

За дверью офисного кабинета послышался шум; Шакал глянул на хозяина и резко поднял меня на ноги, приставив дуло пистолета под рёбра. В тоже самое мгновение дверь резко распахнулась, и в проёме показались Хеппи с Нацу, в руках которого был пистолет, наведённый в нашу сторону. Пёс сразу же прыгнул на бандита, но тот выстрелил почти в упор. Сердце не выдержало — мой крик потонул в диком визге подстреленной собаки. Я хотела тут же броситься к Хеппи, но Шакал ещё сильнее упёр дуло прямо между рёбер.

— Стоять, ***!

Нацу застыл на мгновение, оценивая обстановку, но не опуская рук с оружием. Его взгляд пробежался по Хеппи, Мард Гиру, и вернулся к нам. Шакал махнул головой, и Нацу послушно опустил пистолет, не разрывая зрительного контакта. Я забыла как дышать, но всё решили за меня. В следующую секунду бандит отшвырнул меня к стене и бросился на полицейского.

От неожиданности, я грохнулась на пол, но тут же подползла к окровавленному Хеппи, оттаскивая его в сторону от дерущихся мужчин. Нет, меня точно сегодня вырвет! Нацу ударил Шакала ногой, и тот отлетел в мою сторону, но тут же ловко вскочил на ноги и бросился в очередную атаку. Я машинально поднялась на ноги, стараясь слиться со стеной. Они молотили друг друга то с бешенной скоростью, то приноравливаясь к следующим ударам. Я не успевала следить, за кем преимущество — слишком быстро, слишком тяжело. Беглый взгляд на Мард Гира — ухмыляется, сволочь! Ну, да, для него это развлечение!

Послышался грохот, а потом... Шакал достал кинжал и полоснул им Нацу. Я захлёбнулась криком, умоляя прекратить всё это. Кровь заливала рукав полицейского, но он этого, кажется, даже не замечал. Последующая серия ударов отнёсла его к шкафам. Стоящие в открытом стеллаже папки и книги посыпались на пол. Бросаемые предметы были похожи на буйство полтергейста. Но самое страшное было то, что Нацу завалился на длинную тумбу на которой горели свечи в массивном канделябре.

О, ужас! Полицейский тут же стал объят пламенем, но даже это его не остановило. Психика и я были отдельно. Я в страхе смотрела, как горит Нацу, думая лишь о том, что он сгорает заживо. Подобное зрелище шокировало не только меня. Шакал на время замешкался, и это переломило ход борьбы. Я видела борьбу и тактику полицейского, видела глаза преступника, полные страха, а потом неестественный разворот головы, сопровождаемый хрустом свёрнутой шеи. Холодный мерзкий пот покрыл моё тело — второй раз я видела смерть так близко. Даже когда смотрела на маму в гробу, она казалась просто уснувшей. А так... нет, это слишком тяжело.

Я как со стороны наблюдала за Нацу, двинувшемся в сторону Мард Гира. Мне хотелось подбежать и сбить с него пламя, но в воздухе что-то блеснуло, и я оказалась пригвождена к стене. Необычно красивая остроконечная звёздочка прошла через ткань на рукаве футболки и вонзилась намертво в стену. Следом ещё одна; я вскрикнула.

— Одно твоё неосторожное движение, и я могу промахнуться, — самоуверенный мужчина пригрозил Нацу, продолжая метание.

Мне стало страшно, и я зажмурила глаза, ощущая, как натягивается одежда по краям. Всё происходящее представлялось мне урывками. Острая боль пронзила левую руку; я почувствовала, как потекла горячая кровь. Голова кружилась от зашкаливших эмоций, потрясения сыпались одно за другим, а когда этот изверг стал угрожать Нацу, я сдалась. Мне было уже всё равно, что будет со мной — лишь бы он был жив! Я кричала и плакала, а потом Мард Гир приблизился ко мне и, стиснув шею, рванул на себя. Послышался треск рвущейся ткани. Вот и всё! Я смотрела только на Нацу, медленно теряя опору под ногами. Словно сквозь сон я услышала:

— Руки вверх.

Меня резко повернули — в кабинет ворвались вооружённые мужчины в масках во главе с Лаксасом. Стальные тиски бандита сжимали меня до хрипа, взгляд метался в отчаянии. Почему никто ничего не делает? Помогите мне!

А что они могут сделать? Я не глупая, понимаю, что чего-то ждут, а пока: помоги себе сам.

Я закусила губу до крови, вытаскивая острый металл из руки, края которого порезали мне пальцы, и со всего маха вонзила в ногу гада. С этого момента я потеряла счёт времени. Кто-то схватил Гира, кто-то подхватил меня — всё как в тумане. Я опять искала глазами Нацу. Он скинул куртку с уже едва заметным пламенем и, взяв Хеппи на руки, быстро пошёл прочь.

Я молча поторопилась следом, не замечая никого и ничего, кроме них. Кто-то предложил мне помощь, но я отказалась. Всё случилось очень быстро, но длилось бесконечно долго.

На улице было очень шумно и многолюдно, сияли фонари, фары машин слепили глаза, из здания спецназовцы выводили бандитов и вталкивали их в закрытый фургон. Рядом стояло несколько карет скорой помощи. К одной из них на носилках несли Стинга, а к другой избитую девушку, похожую на Лисанну. Бывает же такое!

Я отвлеклась и потеряла Нацу. Где же он? Поискала глазами, нашла — чуть поодаль, распахнув двери автомобиля, ожидал Гажил с перекинутой через самодельный платок рукой и помогал Нацу залезть в автомобиль. Неожиданно на плечи мне опустилась удлинённая лёгкая куртка.

— Что стоишь, как неродная? Одевай и садись скорее, — ласково взъерошив растрёпанные волосы, подмигнул Джерар. — Давай, давай, в темпе вальса, — мужчина подтолкнул меня к машине.

Меня не оставили одну.

Место осталось только на заднем сиденье, так как Гажил уселся впереди. Закрыв за мной дверцу, Джерар сел за руль и рванул с места, выбрасывая из-под колёс мелкий гравий. Гажил с кем-то разговаривал, но я не вслушивалась в его телефонный разговор. Все мои мысли были о тех, кто сидел на заднем сиденье со мной. Я не смела взглянуть на Нацу и, не выдержав внутренних переживаний, залилась слезами, уткнувшись лицом в хрипло дышащего пса. Джерар гнал изо всех сил под моё подвывание. А что делать — нервы сдали.

Остановились в пролеске на территории частной ветеринарной клиники. У ворот нас встречали Грей и Джувия. Так вот чем занимается доктор Фуллбастер! Не доверяя никому, Нацу быстро, но бережно отнёс Хеппи в операционную. Супруги похоже заранее всё приготовили и вскоре вытолкнули нас за дверь.

Брюнеты уселись на небольшом диванчике в холле, а Нацу нервно метался из угла в угол, вбивая кулаки в стену и проклиная себя. Я хотела подойти успокоить, но отрицательный кивок мужчин остановил меня. Ожидание раздражало. Довольно скоро выглянула Джувия, и Нацу резко подскочил к ней:

— Ну как?

— Пока рано ещё что-то говорить. Люси, пойдём со мной.

— А я? — со слезами на глазах, отчаянно умолял владелец пса. — А я...

— Нацу, я всё понимаю, но лучше тебе остаться здесь.

Я проскользнула вслед за девушкой в белом халате и подошла к раненому пациенту. Мне всегда было плохо от вида чужой крови. Но сейчас не до этого. Я вся сосредоточилась на мохнатом друге.

Хеппи скулил и плакал. Я никогда не видела, как плачут собаки. Эти слёзы выворачивали душу наизнанку. Вот она — преданность и самоотверженность собачьего сердца. «Нет больше той любви, как если кто положит жизнь свою за други своя». Так ведь говорится — не щадя живота своего. И Хеппи не пощадил, до последнего вздоха служа своему хозяину. Я разговаривала и плакала вместе с ним, гладила, целовала, обещала, что он поправится.

Я выполняла все поручения четы Фуллбастеров. Грей, обливаясь потом, корпел над тяжёлым пациентом. Врач тоже разговаривал с оперируемым, иногда шутил, вспоминая отрывки из его щенячьего детства и предыдущие ранения, но я видела, как это было наиграно. Марлевые повязки сменялись одна за другой, тут же окрашиваясь в алый цвет. Переодически я обтирала розовую пену, выходящую из раскрытой пасти. Хеппи терял слишком много крови. Временами его сотрясала судорога, и мне приходилось крепко держать его лапу под капельницей, дабы ненароком не выскочила игла. Окровавленные инструменты с громким лязгом падали в нержавеющий лоток.

Вот тонкий пинцет проник в кровавое месиво, погружаясь всё глубже. Хеппи часто коротко задышал и взвизгнул — больно, мой хороший. Густая булькающая кровь выплёскивалась с выходящим наружу хирургическим предметом, удерживающим кровавый комок.

— Наконец, — одно только слово, вселяющее надежду.

Грей отложил отдельно вынутую, глубоко засевшую пулю. Ловкими движениями теперь он зашивал зияющую рану, а Джувия помогала делать перевязку. Оказалось, у Хеппи были ещё сломаны рёбра и вывихнута передняя лапа. Я смотрела на перебинтованного пса, как с ужасом заметила:

— Он не дышит. Он не дышит! Хеппи, не умирай, пожалуйста, — низкий осипший голос дрогнул в очередном потоке моих слёз.

— Не вопи, он просто измучился и уснул. Итак долго продержался, храбрец, — Грей устало погладил овчарку и вышел в холл, оставляя дверь раскрытой.

— Хеппи, дружище, — Нацу тут же подбежал и опустился на колени перед операционным столом, боясь потревожить друга.

Я встала со стула и освободила для него место. Гажил с Джераром заглянули на время и, не заходя, закрыли дверь.

Мне было тяжело смотреть на терзания Нацу. Скупая мужская слеза? Нет, сейчас не место скупости, но кто его осудит?

— Пойдём.

Джувия завела меня в соседнюю комнату, помогла снять отрепье, усадила на кушетку и, обработав мои незначительные раны и порезы, заклеила их пластырем. А я и не заметила в эмоциональном порыве сии повреждения. Про многочисленные гематомы и мелкие ссадины и говорить нечего. А в зеркало я вообще боялась посмотреть. Через некоторое время Грей заглянул к нам и, осмотрев меня, сказал жене сделать рентгенснимки. Пальцы моей правой ладони были порезаны сюрикеном, да и на левой руке зияла глубокая рана чуть ниже локтя от него же.

— Придётся наложить швы, — констатировал он, глядя на размер и характер ран.

— О нет, только не это, — я попятилась назад.

— Да, дорогуша, прошу поближе, — ветеринар поманил меня пальцем, доставая инструменты и сурово взирая из-под длинной чёлки.

Спасите меня кто-нибудь! А с виду ведь казался приличным человеком!

Обезболивающее хоть и действовало, но я всё равно морщилась от протыкающей мою кожу иглы. Я старалась не смотреть и думать о Хеппи — ему больнее было. Всё же сознание не выдержало, и меня повело. Благо Грей вовремя это заметил и протёр мои виски нашатырным спиртом.

— Потерпи ещё чуток.

За это время снимки уже проявились: всё в норме, однако доктор предположил трещину ребра пальпацией. Вернувшаяся Джувия приложила мне на больное место грелку со льдом, а позже помогла одеть куртку Джерара, что выглядела на мне как мини-плащ; лохмотья пришлось выбросить.

У Гажила всё оказалось проще — всего лишь вывихнутое плечо, которое уже вправил Джерар, пока шла операция. А вот у Нацу все кисти рук были перемотаны бинтами, порезанное предплечье также было зашито, на лице кое-где появилась характерная краснота и волдыри от ожогов, которые были намазаны густой субстанцией.

— Езжайте домой. Хеппи проспит сутки, не меньше. Как очнётся, я вам позвоню, — Грей ненавязчиво предложил нам откланяться.

***

Была уже глубокая ночь, наверное, около трёх часов. Все устали, и Джерар предложил поехать к нему. Как говорится: и ближе, и развозить по всему городу никого не надо. К тому же детектив Фернандес вторые сутки не спал.

По приезду Эрза живо накрыла на стол, но аппетита у меня не было, и я отпросилась спать. Уже выходя из кухни, заметила, как мужчины разливали водку. Наверное, это и правильно в такой ситуации.

Я зашла в ванную и, быстро раздевшись, залезла под едва тёплый душ. Сил стоять не было, а потому уселась под искусственный водопад. Тёплая вода благодатно смывала с меня всю грязь, но энергии, однако, не прибавляла. Я на время прикрыла глаза, наслаждаясь её мерным журчанием.

— Мать твою, Люси! — Эрза тихо, но недовольно тормошила меня. Я что, уснула? — Утопиться решила на радостях?

Соловело посмотрела на женщину. Как она здесь оказалась, я же закрывала дверь? Ах, да, всё те же легкооткрывающиеся межкомнатные замки. Сама не могла толком помыться — сон сильно разморил, и двигаться совершенно не хотелось. Эрза по-дружески помыла меня, помогла выбраться и обсушиться, а затем отвела в гостевую комнату, предоставив свою ночнушку. Я мгновенно вырубилась.

На следующий день проснулась от слепящего в глаза солнца. Умывшись прохладной водой, я зашипела от саднящей раны на губе. Потрогала — здорово опухла. Огляделась — никого, и я спустилась вниз на звонкий голос малыша Зигрейна. Мужчин в доме не было видно.

— Доброе утро, — пролепетала я, усаживаясь за массивный кухонный стол.

— Добрый день, — Эрза, подвязав волосы красной косынкой, колдовала над большой кипящей кастрюлей. — Уже полдень.

Взглянула на настенные часы — точно.

— А где все? — мне было стыдно злоупотреблять гостеприимством, но голод не тётка, и я с удовольствием стала поедать овощную запеканку с пылу с жару поставленной передо мной услужливой хозяйкой.

— Мальчики уехали в отделение — рутинную работу с рапортами никто не отменял. Сейчас отписками завалят на несколько дней, — Эрза закрыла кастрюлю крышкой и убавила огонь. — Ты давай ешь, мне ещё тебя в божеский вид приводить надо, а то испугаешь тут всё мужское население, — я аж поперхнулась. — Ну что так уставилась? Нам всем интересно, что ты за такая загадочная особа. Шороху ты немало наделала, даже прессу втянула.

Удивилась пуще прежнего:

— Я никому ничего не говорила и ни с кем не общалась.

— А я знаю. Тем не менее, это так. Но! — женщина вытерла пролитый сыном компот и строго погрозила ему пальцем. — Я не буду тебе ничего рассказывать: мучайся догадками. Скажу лишь одно — вечером тебя ждёт сюрприз!

Однако! Мы попили чай с рогаликами, Зигрейн убежал играть в палисадник под окнами. Убрав со стола посуду, Эрза достала аптечку и закрыла дверь, а я всё ломала голову над её словами.

— Ну-с, приступим? — женщина смело стянула с меня ночную сорочку и ехидно высказала: — «Красавица»... Поворачивайся, — я села к ней спиной, и тут же прохладный гель коснулся моей повреждённой кожи. Плавные нежные касания Эрзы вкупе с лекарством дарили облегчение. — Тут у тебя несколько синяков, так что ничего страшного. Теперь посмотрим, что впереди, — я вновь развернулась. Процедура повторилась. — Вот скажи мне на милость, как ты смогла упрятать такую прелесть? — молодая женщина бесцеремонно тыкала пальцем в мою обнажённую грудь.

Да, не маленькая, но и огромной её не назовёшь.

— Эластичные бинты творят чудеса, плюс подплечники и свободная одежда, — я, смеясь, хрипло закашлялась.

— Да ты везунчик! — Эрза потрогала опухший бок, а я скривилась от боли. — Подержи немного, — она приложила холодную бутылку к синяку, образовавшемуся на месте повреждённого ребра.

Точно, Джувия же говорила почаще холод прикладывать.

— Через часик поедем в город, Венди со школы заберём, — женщина ловко делала мне перевязку. — Всё. Одевайся, и иди к себе, щас принесу тебе кое-что из своего.

Я не сдержалась от такого искреннего участия и растрогалась:

— Спасибо, Эрза, даже не знаю, как тебя благодарить.

— Ну, полно тебе. Ты друг Нацу, а значит и мой.

— Вот в этом я не уверена. Сами же говорили, что Нацу не терпит предательства, а я его обманула.

— Ну, да... — Эрза задумалась. — Наш Головешка упрямый парень и доверие вновь заслужить — это надо очень постараться.

Вот то-то и оно. Она его лучше знает.

— С другой стороны, ты не виновата, — женщина улыбнулась и принялась за свои дела.

Как и было сказано, через час мы уже уселись в просторное авто. Эрза действительно подобрала мне симпатичное платье в пол с рукавами в три четверти, скрывающими синяки, и симпатичные лодочки. Тональный крем и лёгкая косметика выручили, и моё лицо уже не пугало. Пора на выход. Пристегнув Зигрейна в детское сиденье, мы выехали за ворота.

Заехав за Венди, вышли на школьный двор. Младшая Фернандес, увидев меня, назидательно выдала матери:

— Я же говорила, что она девушка, а ты не верила. Слушаться меня надо!

Её мимика была такой забавной, а курносый носик задрался вверх. Первой не выдержала мать и рассмеялась, затем я, а потом и сама девочка присоединилась к нам. Мы отвезли детей к родственникам Джерара. Следующим пунктом назначения был дом Нацу.

Мы с Эрзой переоделись в рабочую одежду и принялись наводить порядок. В зале одна секция тумбы была безвозвратно разломана, музыкальные диски разбросаны по всему полу. Благо, хоть техника не пострадала. В спинке дивана зияло два пулевых отверстия — придётся перетянуть обивку. Люстра отсутствовала напрочь. В спальне вообще кавардак из разбросанных бумаг и перевёрнутой мебели. Повсюду грязь и кровавые разводы. Худо ли бедно, но мы довольно неплохо управились, вымыв напоследок полы и приготовив еду для парня.

Я присела на край своей кровати и уставилась на ранее собранную сумку. Ещё сутки назад хотела бежать из города, но не от Нацу. Сейчас же я не хотела покидать Магнолию, а вот расставание с любимым человеком казалось мне неизбежным. В том, что влюбилась в Нацу, теперь сомнений не было. Прощай, гостеприимный дом. Захватив свой нехитрый багаж, я направилась к выходу.

— Ты что это ещё удумала? — Эрза заметила моё добро и встала в дверях, подбоченясь.

— Думаю, так будет лучше, — моё сердце и так разрывалось.

— Так, подруга, не руби сгоряча. Нацу, конечно, парень с характером, но своим уходом ты его добъёшь. Сама подумай, сколько на него навалилось: ты, Хеппи. На горячую руку дела не решаются. Мы хоть и называем его Огненная башка, но к проблемам он подходит с холодной головой. Давай так — пусть пройдёт время, и он сам всё решит, ок? — Эрза выхватила сумку из моих рук, живо отнеся на место, и, пока не передумала, вытащила меня из квартиры, захлопнув дверь.

— Вперёд, моя прекрасная фея, нас ждут великие дела! — она закрыла замок, и мы отправились к громовержцам. Сегодня у них, как я поняла, мне придётся расставить все точки над «i».