Скатерть-самобранка и вискарь
Яга казалась растерянной и погрустневшей. Олег сел рядом с ней и положил руки на стол, но не посмел коснуться загорелой руки ведьмочки. Димас чесал в затылке, размышляя, но это не была его сильная сторона. А мне в голову пришла идея.
- Скажи, а ты знаешь, где Кощей? - обращался, я, естественно, к Яге.
- Могу только догадываться, а что? - оживилась волшебница.
- А может он в курсе, кто пытается подражать, - сообразил Крадин, сжимая крупный кулак, - стоит спросить.
- Так ведь он вас слушать не станет! - женщина схватила Олега за руку повыше кулачища, и тот размяк, как пластилин на батарее. - Тут вы образом пенька на неделю не отделаетесь! Он вас в такой рогалик приколдует навечно, что мама родная не узнает.
- Так мы скажем, что от тебя, - пожал плечами Димас, - ведь вы с ним друзья.
- Хорошо, потому что пойти с вами я не могу, - вздохнула Яга, - надо стеречь лес. Помните, если он будет вопросы задавать - отвечайте честно, без утайки, он видит ложь. И если спросит что-то, что знаем только мы двое, так расскажите историю с жабой. Настоящую версию знаем только я и он, остальные слышали тысячу разных версий от поганки зелёной! Жаль, поверх одного проклятья нельзя второе наложить!
- Ну, не горячись, - вздохнул лысый дон Жуан, - мы ее еще найдём и уговорим Кошу ее расколдовать, чтобы ты могла ее по-заковыристей проклясть.
- Какой ты злюка, - хохотнула ведьма, одаривая товарища широкой улыбкой, - ну, посмотрим, как там будет. А сейчас есть презент для всех вас. Он поможет.
С этими словами Яга исчезла за занавеской, а потом вышла оттуда с клубком разноцветных ниток. Клубок был большой, с мою голову, он дрожал в руках колдуньи, словно в нетерпении. Еще одна дичь из сказок, которая может быть крайне полезной.
- Он поможет вам с выбором направления, но дорогу точно указать не сможет, - вздохнула женщина, разводя руками, что-то прошептала нитяному колобку и отпустила его под ноги.
Клубок подпрыгнул, завертелся волчком и замер у наших ног.
- В последний раз Кощея видели в Тёмном лесу, - потерла переносицу Яга, - оттуда и стоит начать.
Некоторое время хозяйка избушки-бройлера рассказывала, как добраться до Тёмного леса и где искать одно из логов Кощея. А потом назвала и остальные места, куда стоит заглянуть, вручила карту и кусок скатерти, которая может, по ее словам, нам пригодиться.
- Ну, спасибо, хозяйка, за хлеб и соль, - я почти земной поклон отвесил улыбнувшейся колдунье, - нам пора.
- Скатертью дорога, ребята, - Яга распахнула дверь и выпустила клубок из дома. - Заходите на огонёк.
Мы уходили довольные, особенно Олег, теперь нам предстоял путь от избушки Яги до Тёмного леса. Как сказала рыжая ведьма, туда нужно топать от большой ели на восток, там мы выскочим на дорогу, ведущую к указующему камню. И главное - выбрать верное направление. Нам, по ее словам, нужно было туда, где можно "жизнь потерять". Не весело, конечно, но именно там обычно и жил Кощей. Главное было - не сворачивать с тропинки на другие дорожки, в лесу можно заплутать, не зря он Тёмный. В чаще водились страшные твари - порождения человеческих кошмаров и страхов. Мы встречаться с кошмарами совсем не хотели, в реальности их хватало. Теперь, выходя к неохватной ели, мы были немного напряжены.
Путь на восток был не слишком сложным, до камня мы добрались уже в сумерках. Гудели уставшие ноги, желудки сводило от голода, во рту пересохло. Мы были уставшими, но пить из ручьёв мы не рисковали, ибо козленочками становиться не хотелось никому. На дороге замаячила здоровая каменюка, у которой мы и расселись.
- Эх, сейчас бы чайку большую кружку, - вздохнул Димас, приваливаясь к холодному камню.
- Да с плюшками, а лучше с пирогом мясным, - закрыл глаза Олег, плюхаясь штанами в пыль у дороги.
- А я бы шашлык умял, - мой желудок выдал голодную арию, скорчившись до размера теннисного мячика, - с салатиком.
Тут кусок скатерти, все это время лежавший в кармане димкиной куртки, выскочил оттуда, как ковёр-самолет и расстелился поверх дорожной пыли. На белом с выш вкоц лоскуте появились три кружки горячего чая, пироги, клюшки и целое блюдо шашлыка, а рядом миска оливье. Как же это сгорело наши души и вдохнуло энергию в наши тела!
- Вот Яга! Вот это баба! - выдал Солонов, получил от Олега в ухо куском горячего мяса и, если бы мог, то ответил бы. Но сил у нашего дылды не осталось, потому он вынул кусок из ушной раковины и схрустел, засыпав сверху ложку салата.
Мы не могли остаться в стороне от такого вопиющего обжорства, потому присоединились. Мы не то, чтобы ели, мы жрали! А потом поняли, что не можем сдвинуться с места. Допивали чай мы уже почти лёжа, а когда последняя капля была допита, то посуда исчезла, скатерть скаталась, мы остались в тишине и сытом спокойствии бороться со сном. Борьба была недолгая и неравная. Сон победил. Мы вырубились там, где сидели.
Утро было не очень радостным из-за того, что затекли ноги и руки, заболела шея, мы дико замёрзли. Некоторое время мы ползали на четвереньках, пока не восстановилось кровообращение, потом скакали, чтобы согреться, но в тумане, который поднялся плотным одеялом, это было почти невозможно. В итоге мы сбились в кучу, как недельные котята, и тряслись, пока Олег не додумался вытащить скатерть, правда белое полотно было пустым.
- Отсы-тсы-тсырела что ли? - стуча зубами, проговорил Димка.
- Ба-батарейки сели, - попытался пошутить я.
- Чаю б-бы горяч-че-чего! - нашёлся Олег, глядя с надеждой на скатерть, - Пожалуйста...
Случилось чудо, которого мы не ожидали. Полотно вздрогнуло и на нем появился и чай горячий, и мёд, и исходящие паром блины. Мы заорали на артефакт "Спасибо!!!" так, что его едва не сдуло, и принялись за еду. Основательно согревшись, мы приободрились, а поднявшееся солнце разогнало туман, и указательный камень предстал перед нами во всей красе. По огромной гранитной глыбе, основательно выветренной, побитой непогодой, шли трещины, похожие на схему московского метро, камень ушёл в твердую землю под собственным весом, его обжил мох, а в глубоких трещинах прорастали принесенные ветром семена клевера и мать-и-мачехи. Но высеченные кем-то буквы настолько врезались в каменную плоть, что даже природное разрушение не могло стереть их. Одна проблема - это был старославянский.
- Кто-нибудь что-нибудь понимает? - вопросил я в отчаянии и получил молчание в ответ. - Ясно, будем вспоминать сказки и основы славянской азбуки.
Мы встали, как кучка ученых на консилиуме, вокруг камня и принялись мучительно тереть подбородки и чесать макушки. С горем пополам мы перевели первую строчку примерно верно и получили "налево пойдешь - коня потеряешь". Дальше было намного сложнее, вторая строчка давалась с трудом, прямо не надпись, а абракадабра какая-то, потому ее мы отложили, принявшись за третью сразу. Последняя строка глаголила нам о том, что если дурной башке захочется пойти направо - то можно потерять деньги и ценности в особо крупных размерах. А, значит, если пойти прямо - потеряешь жизнь, а туда-то нам и нужно было. Дорога была ровной и прямой, как стрела, она спускалась вниз с пригорка, ныряя в глубокую чашу, прохожую на воронку от доисторического взрыва. Там было холоднее, темнее, ощутимо загадочнее настолько, что мы быстренько захотели коня потерять, лишь бы выбраться оттуда. Но делать-то было нечего.
Несмотря на ясный день и поднявшееся солнце, вокруг стелился туман, а света было катастрофически мало. Идти приходилось про приборам и наощупь, потому мы все трое напоминали процессию слепых мышей. Но туман хорошенько опал, когда мы приблизились к лесу. Не зря его называли просто Темным. Иглы елей казались почти черные, листья деревьев были маслянисто-зеленые, темные, словно под ними было разлито озеро чернил, в которое окунались корни всех растений тут. Темная кора деревьев выглядела бронзовой. А самое противное - дальше метра вперед была только тьма. Ничего не было видно даже примерно. Мы стояли на границе леса в тумане и не решались сделать шаг.
- Может, пожрем перед смертью? - не особо жизнерадостно предложил Димас, не отрывая взгляда от чащи.
- Да, я бы курочки стрескал, жареной, - предложил я, - с яблоками и пюрешкой.
- Ага, и вискарика для храбрости, - поддержал Олег, встряхивая скатерть, на которой тут же материализовалось все заказанное, включая бутылку блэк лейбла. Мы подняли стаканы, вздрогнули, глядя на лес, и опрокинули по первой.