По ту сторону

- Что, прости? – переспросил Антон не потому, что не расслышал, а потому, что попросту не мог поверить в то, что услышал всё правильно. Ему как-то не особо верилось в то, что настолько неуправляемая тварь может находиться в подчинении у светлых и охранять одни из врат.

- Ты глухой, Шилов?! – зарычал Бегемот раздражённо, извлекая из воздуха оружие и взмахивая огромными крыльями, за которые его пыталась поймать эта огромная, слабо соображающая туша. Бывший герцог двигался чётко и резко, зачерпывая воздух и взмывая то вверх, то вниз. Он был куда как проворнее сфинкса, поэтому уходить от атак у него получалось, но всего одного взмаха невероятных размеров лапищи хватало, чтобы нанести достаточно урона. Шилов уже успел схлопотать своё, так что теперь держался за раненый бок, по которому прошёлся острый, словно бритва, коготь твари.

- Чёрт возьми! – выругался он, следя боковым зрением за Мишей, благоразумно не лезущим под руку Бегемоту и парящим где-то вне зоны досягаемости. Рисковать своей шкуркой предприимчивый Миша не собирался, в отличии от всё того же Шилова, чья задница исправно искала приключений.

Антон не мог оставаться в стороне от такого сражения, хотя толку, признаться честно, от него было маловато. Всё, что он мог и на что годился, так это на отвлечение внимания. Сфинкс реагировал на каждое движение парня, его огромные ручищи пытались дотянуться до крыльев Шилова, но парень был достаточно изворотлив, чтобы суметь выжить и не попасться. Бегемот же пользовался преимуществом и наносил колющие удары монстру под левую лопатку, из-за чего сфинкс ревел от боли и прогибался в спине, пытаясь достать до раны лапой. Его рёв оглушительной волной разносился по всему Эдему, так что на дальнейшее тихое передвижение можно было не рассчитывать – их уже заметили.

Вспоминая все свои блестящие навыки полёта, которые практиковал до потери несуществующего у демонов пульса, и некоторые магические заклинания, которые показывал ему на досуге добрый Люцифер, Шилов плавно водил крыльями по воздуху, вращаясь и ускользая, и создавал в ладони небольшую огненную сферу. На неё требовалось достаточно сил, но резерв у Антона был приличным посредством того, сколько энергии он воровал у герцогов до этого и скольким с ним щедро делился Люцифер после прекрасно проведённой ночи. Шилов концентрировался, не забывая, словно Цезарь, следить ещё и за тем, когда и откуда атакует сфинкс. Пламя на его ладони вспыхивало и мерцало, подобно человеческому сердцу, сокращающему при каждом ударе. Оно имело белый цвет, потому что таково было пламя повелителя Преисподней и именно его он учил Антона создавать.

Целиться, когда ты вынужден постоянно уворачиваться и маневрировать, довольно сложно, но Шилов упрям и чертовски хочет выжить, потому он выпускает сферу именно туда, где Бегемот мгновением раньше оставил на спине сфинкса очередной глубокий порез. Рана вспыхивает огнём, толстая кожа чернеет, обугливается, а тварь ревёт, словно бешеная, пытаясь потушить. Огонь перебрасывается на лапу.

Сфинкс, ослеплённый болью, нападает бездумно и яростно. Мощные конечности практически везде. Антона снова цепляет огромной лапой. Он отлетает на несколько метров, впечатываясь в Мишу, который бережно обнимает парня поперёк груди и не даёт рвануть обратно. Его ладони легко касаются кровоточащих ран на груди и плече, причиняя мимолётную боль, после чего Миша принимается его «латать». Антон чувствует, как порезы мучительно медленно затягиваются.

Шилов рвётся обратно, потому что не может просто так ничего не делать, когда тварь ещё вполне себе жива, но Миша достаточно силён, чтобы не позволить. Он лишь кивает головой в сторону Бегемота, которые подныривает сфинксу под грудину и вгоняет клинок практически по рукоять. Вязкая желтоватая кровь капает ему на лицо. Кожа начинает дымиться, но Бегемоту словно плевать. Он нажимает на рукоять, ведя её вдоль тела монстра, и разрубает того пополам от рёбер до головы. Зависает в воздухе, части сфинкса падают по обе стороны от него, после чего встряхивает крыльями. Неприятно пахнущая кровь разлетается каплям во все стороны.

- Как же это было трудно, - замечает Антон, который, как и всегда, просто не может удержаться от комментария.

Миша смотрит на него со смешком, потому что сам он даже не испачкан, а Бегемот – с сарказмом. Правда, он даже немного восхищён, когда говорит:

- Хороший удар, Шилов. Пламя Повелителя? И давно ты в его ученики записался?

Антон пожимает плечами, потому что он и сам не помнит, кто и когда это начал. Просто, кажется, Люцифер предложил как-то после очередного секса. Сказал, что было бы не так плохо Антону чему-то научиться.

- Ну, как-то само собой получилось. Ты в норме?

Бегемот придирчиво себя осмотрел. Ранен он был изрядно, но никогда этого не признает, потому что такие раны не считает чем-то стоящим. Однако, Миша так не думает, потому протягивает ладонь и касается кровоточащих порезов и дымящихся ожогов. Бывший герцог пробует возразить, но на Мишу это не особо действует. Он уже слишком многое перенял от Белиала.

- Теперь можем выдвигаться дальше, - ознаменовал он, заканчивая с лечением. – Нас уже давно засекли, так что стоит поторопиться и найти Эрена. Нужно ещё подумать, как отсюда выбраться.

- Разберемся со всем по мере поступления проблем. Сейчас главное – найти Эрена.

Парень первым рванул с места, потому что, несмотря на маленькие крылья, Антон был самым быстрым. Мише с Бегемотом пришлось догонять его. Они летели немного ниже, осматривая окрестности, потому что были более чем уверены, что сам Антон этим заниматься не станет. Он замечает врага лишь в тот момент, когда на него уже нападают. До сего момента парню словно бревно в глаз попало.

Пернатые самого различного ранга слетались к вратам, словно мухи на варенье. Их было достаточно много, чтобы крылья заслоняли собой подобие солнца в Эдеме. Бегемот насчитал где-то около полсотни двоек.

- И что мы будем делать? – задал Шилов логичный вопрос, смотря вдаль на крылатые тени. – Они нас пока не заметили. Возможно, сможем как-то прошмыгнуть?

- От них особо не побегаешь. Придётся действовать по старой схеме – приманка. Мы с Мишей идём за Астаротом, а ты остаёшься и делаешь всё возможное, чтобы они нас не заметили.

Шилов подавился воздухом и уставился на бывшего герцога большими глазами.

- Ты в своём уме? И как мне справиться с такой толпой? Да я даже чихать на них не могу, потому что они меня в асфальт закатают, если, конечно, знают, что это такое.

- Тебе всегда везёт, да и скорости у тебя хватит, чтобы удрать, так что не жалуйся и вперёд, - Бегемот хлопнул парня по плечу и потащил за собой Мишу, сочувственно глядящего на Антона.

Тот, впрочем, убивался не особо долго, потому что ему отчаянно хотелось выбраться отсюда относительно целым, потому он расправил крылья и рванул на встречу целой толпе пернатых. Конкретного плана действий у Шилова, естественно, не было, потому что Антон привык действовать по ситуации. Для начала нужно что-то сделать, а потому уже думать, как выпутываться.

Ангелы заметили парня сразу же, как только он перестал быть для них неясным пятном. Шилов нёсся на них, как сумасшедший, бездумно махая руками, выпачканными в крови сфинкса. Пернатые это заметили. Кто-то из них ощутимо напрягся. Один же заверещал что-то, указывая на Шилова тонким пальчиком. Кажется, он называл его имя. Антон не мог понять, откуда он его знает, пока не присмотрелся и не заметил того самого пернатого, который истязал его в клетке, когда он впервые попал сюда. Шилов был ему премного благодарен.

Предводитель пернатой братии, видимо, не особо поверил в то, что относительно хрупкий мальчишка смог пройти мимо сфинкса, потому несколько ангелов отправились на поиски Бегемота и Миши. Оценив количество их крыльев, Антон понял, что волноваться не о чем, потому что с таким рангом Бегемот справится довольно быстро.

Сам же он принялся всячески переманивать внимание ангелов на себя. Бросал в них магические сферы одну за одной, вкладывая меньше магии и разрушительной силы, и носился вокруг так, что нелегко было распознать его силуэт. Ангелы внимательно следили за ним и пытались нападать, однако Шилов удачно не попадал под обстрел.

Только вот счастье и удача недолго длились – зацепить Шилова всё же кому-то удалось. Парень завис в воздухе, скалясь от боли, прошившей позвоночник, и прижал руку к пропитавшейся кровью рубашке. Попавший ангел смотрел на него с выражением триумфа на лице. Антона это взбесило. Он стиснул зубы, глубоко вздохнул и продолжил маневрировать, черпая крыльями воздух.

Когда по нему попали ещё несколько раз, Антон покачнулся в воздухе и согнулся пополам, отхаркивая кровь и зажимая раны. У него гудело в голове, мышцы словно налились свинцом, крылья казались не родными, слишком тяжёлыми и неудобными, перед глазами всё плыло. Парень терялся, пытался привести себя в чувство, потому что понимал, что так просто сдаться не может, иначе всё провалится, только вот ничего у него не получалось. Сил не хватало. Они вытекали вместе с кровью, капающей куда-то в глубины эдемского сада, до которого Антон долетел, удирая от пернатых.

Почти падая вниз и прикрывая глаза от усталости, Шилов ощутил, как его обхватывают поперёк талии и несильно трясут.

- Смотрю, у тебя в очередной раз проблемы, малыш? – знакомый голос раздался над самым ухом.

Антон насильно заставил себя приоткрыть хотя бы один глаз, чтобы посмотреть в знакомое лицо с красивыми чертами и золотистыми глазами. Асмодей. И Шилов почему-то не сомневался в том, что знает, кто послал его сюда.

***

- Ты ведь с самого начала планировал оставить его там, если что-то на подобии этого случится? – прямо спросил Миша, когда они пробирались по лабиринтам ангельской тюрьмы, абсолютно белой, и этот белый давил на мозг и резал глаза.

Бегемот промолчал, но было и так понятно, что бывший герцог взял с собой Антона и Мишу лишь для того, чтобы те могли в случае чего отвлечь внимание на себя, пока демон будет забирать Астарота.

- Он тебе доверял в той степени, в которой могут доверять демоны, - заметил Миша.

- Если так хочешь, можешь вернуться.

Возвращаться Миша не стал, за что получил презрительный смешок от Бегемота.

- Ты такой же демон, как и я, так что не стоит изображать из себя святую невинность.

Больше они не разговаривали, потому что Бегемот отчаянно искал Эрена, а Миша прислушивался к звукам позади, пытаясь понять, что происходит снаружи. Были слышны лишь хлопанье крыльев и взрывы. Ничего не разобрать.

Петляли они одинаковыми коридорами достаточно долго в абсолютной тишине и с тусклым светом, коим в тюрьме служили небольшие белые камушки, вплавленные в стены. Они слабо мерцали, отбрасывая причудливые тени, и раздражали глаза. У Миши от обилия белого уже начинала болеть голова.

Когда, наконец, свернув в очередной раз в какой-то коридор, нашли в его конце клетку с толстыми прутьями, за которыми виднелся чей-то силуэт, Миша отчётливо почувствовал ошмётки магии Эрена. Бегемот бросился к клетке, хватаясь за прутья руками, но кожа на них тут же покрылась волдырями. Саму сущность прожгло так, что бывший герцог согнулся пополам, утыкаясь лбом в холодный пол. Миша стоял в сторонке и наблюдал за происходящим.

Эрена он разглядеть сумел и ужаснулся, видя, во что превратили его сущность. Человеческое тело, как и в случае и Антоном, было целым и невредимым, но сущность была истерзана так, что казалось, будто её попросту освежевали. Кожа Астарота плавилась и чернела, кровь стекала по подбородку, заливая белую майку, куски плоти отслаивались и сочились черной жидкостью и кровью. Демон тяжело и хрипло дышал, вздрагивая всякий раз. Его веки слабо подрагивали.

Бегемот долго и пристально смотрел на сущность Эрена сквозь человеческое тело. Миша, наблюдавший за ним, лишь удивлялся, потому что ему никогда не доводилось видеть у демона такого преданного и любящего взгляда. Такие эмоции были больше свойственны людям, нежели демонам. За сотни-тысячи лет у них оставались лишь похоть, тщеславие и страсть. Ни любви, ни преданности. Таких чувств не могло быть у демонов.

Бывший герцог поднялся с колен и снова схватился за прутья, сжимая зубы от боли. Его тело покрыл тонкий кокон магии, однако и его не хватало, чтобы свести на нет барьер вокруг клетки. Ангелы всегда были мастерами в таких барьерах.

Воздух вокруг искрился, когда Бегемот надавливал на барьер, пытаясь разорвать его, сделать брешь, чтобы можно было пройти. Короткие и частые вспышки озаряли полутёмный коридор, магия мерцала, словно вода при свете множества огней, переливалась, извивалась. Барьер трескался со звуком бьющегося стекла, прозрачные кусочки падали на пол и растворялись, а Бегемот всё продолжал давить. Его кожа горела, кровь ручейками текла по могучим рукам.

Когда барьер треснул с оглушительным хлопком, бывший герцог ворвался внутрь камеры, обрывая цепи и бережно беря человеческое тело на руки. Вместе с ним он покинул клетку, пока барьер снова не восстановился, и положил на пол. Кончики его пальцев сверкнули зеленоватым свечением, когда он запустил руку по локоть в человеческое тело и медленно потянул обратно. Миша видел, как он вытаскивает наружу окровавленную сущность Астарота. Парень же, в которого он вселился, в это время извивался, словно змея, и выгибался под невозможными углами. Миша придержал его за плечи, чтобы не сломал себе позвоночник ненароком.

Извлечение сущности оказалось делом доволе неприятным, потому что слышать голос Эрена, доносящийся словно отовсюду, было дико и пугающе. И его полупрозрачная оболочка, подобная призраку, сантиметр за сантиметром появляющаяся из тела, вызывала не самые сказочные ощущения. Миша не мог смотреть на изуродованное тело, потому поспешно отвернулся, слушая лишь тихие и болезненные стенания Эрена.

Стоило сущности Астарота полностью показаться из тела, как Бегемот окутал её куполом и взглядом приказал Мише помочь. Парень понял, чего от него требуют, потому противиться не стал, лишь присел рядом на колени и осторожно коснулся голых мышц ладонью. Эрен дёрнулся и заскулил.

Миша не думал, что ему хватит сил справиться с такими повреждениями, потому всё, что он мог сделать, это оказать хотя бы первую помощь. Бегемота устроило и это, он, видимо, на многое и не рассчитывал, что несколько резануло по самолюбию Миши. Осторожно завернув Эрена в плащ, Бегемот поднял его на руки, в очередной раз поражая Мишу своей нежностью и трепетом, и зашагал прочь. Парень последовал за ним.

Назад они выбрались гораздо быстрее. Бегемот решительно переступал через трупы убитых им ангелов, тела которых только начали исчезать, распадаясь на маленькие частички света. Это выглядело безумно красиво, завораживающе. Миша оборачивался, чтобы посмотреть на тысячи взмывающих вверх огоньков. Прежде он никогда такого не видел, потому что демоны умирают совсем иначе. Они просто распадаются пеплом. Ничего удивительного в этом нет.

За пределами тюрьмы было слишком шумно. В мешанине выкриков и ругательств Миша сумел расслышать уже так знакомые ему голоса герцогов Асмодея и Аббадона. И он почему-то нисколько не сомневался, что они пришли ради того, чтобы присмотреть за непутёвым Шиловым, хотя самолюбие кричало о том, что рыжеволосый герцог всё же пришёл ради него.

- А они что здесь забыли? – недовольно прорычал Бегемот, раскрывая огромные крылья и отрываясь от земли. Миша поражённо замер, потому что он, наверное, никогда не сможет привыкнуть к этому зрелищу, после чего тоже поднялся в воздух. Поравнялся с едва дышащим Шиловым, чья одежда была чертовски сильно пропитана кровью.

- Иди сюда, - Миша сочувственно улыбнулся, притягивая к себе парня за кончик крыла. Антон зашипел, но поддался, едва не падая другу в руки. Миша осторожно придержал Шилова за талию и позволил повиснуть на себе, залечивая раны. Попутно он успел пересечься взглядом с герцогом Аббадоном, который как-то странно ему улыбнулся.

- Смотрю, Эрен не в самом лучшем состоянии, - заметил Антон, поворачивая голову в сторону Бегемота, зависнувшего за спиной Асмодея и что-то ему говорящего с недовольным лицом.

- Ты как бы тоже здоровьем не блещешь, - фыркнул в ответ Миша. – Вечно твоей заднице без приключений не сидится.

- Ну уж прости, какой есть. Смирись и не ворчи всякий раз. Ты тоже не подарок. Такой же отмороженный.

Миша отрицать не стал, потому что кое в чём Шилов был прав. Если бы парня самого не тянуло ко всему этому, он бы никогда не стал таскаться с Шиловым хрен пойми куда и впутываться во всякие истории по самое не балуй.

- Надо забирать Эрена и проваливать отсюда, пока не выполз кто-то крупнее.

- Ага, это ты им скажи. Я-то уже давно хочу убраться отсюда куда подальше.

Антон мотнул головой в сторону разошедшихся герцогов, для которых ангелы были словно стайка неопытных детишек. Мужчины откровенно развлекались, проливая ангельскую кровь. Видимо, затишье на фронте и отсутствие нормальных сражений действовали на них удручающе. Генералов словно с цепи сорвало. Они не замечали количества врагов, даже не пытались уклоняться от атак, ломились напрямую, действовали грубо и как-то очень коряво. Даже Асмодей, который всегда казался Шилову кем-то на подобии тех пижонских модельеров, которых он часто видел по телику при жизни – такой же манерный, щепетильный и уравновешенный.

Правда, когда Антона едва не сложило в очередной раз пополам от воздействия чьей-то силы, давящей, подобно многотонной плите и не дающей возможности даже вздохнуть, герцоги разом напряглись. Они словно не чувствовали этой мощи, которая буквально сдавливала, скручивала все внутренности, но ситуацию понимали куда лучше, чем Миша и Антон.

- Парни, крылья в руки и бегом отсюда. Возьмите Эрена и проваливайте через врата, - приказал Асмодей тихо, оборачиваясь к скрючившимся Шилову и Мише.

- И как ты себе это представляешь, когда я даже двинуться не могу? – прохрипел Антон, поднимая глаза и замечая приближающуюся фигуру. Даже не видев его прежде, парню не составило труда догадаться, кто это. Шесть огромных кристально-белых крыла за спиной в размахе где-то метра четыре. Сам ангел был невероятно высок и статен, словно бы высеченный из мрамора, настолько гладкой и белой была его кожа. Волосы густые, пшеничного цвета, заплетённые в косу, и глаза такие голубые, что казалось, будто в небо смотришь. Ангел был облачён в белоснежные доспехи с золотистыми узорами. На поясе в ножнах Антон заметил массивный двуручный меч.

- Асмодей, Бегемот и Аббадон, - голос ангела, громкий, словно раскаты грома, однако невероятно красивый и бархатистый, едва не оглушил Шилова. Парень весь сжался от страха, впервые так чётко понимая разницу с противником и свою беспомощность. – Падшие предатели. И что же вам понадобилось в месте, куда вам путь навеки заказан?

Ни один из герцогов ему не ответил, но Михаил понял всё сам, замечая пленника на руках у Бегемота.

- Так вы пришли за ним? – Антон готов был поклясться, что серафим удивился, хотя голос его не изменился ни на йоту. – Преданность товарищам у демонов? Как необычно. Я думал, что мой дорогой брат давно вытравил из вас все чувства, кроме жажды войны и похоти.

- Лично я не за ним пришёл, - отозвался Асмодей, перебрасывая меч из руки в руку. – Есть здесь одно недоразумение, за которым нужно присматривать.

Герцог не уточнил кто, но голубые глаза безошибочно нашли Шилова. Тот вздрогнул, пытаясь как-то спрятаться от пронзительного взгляда, но не мог даже сдвинуться с места. Его колотило так, что открой он рот, зубы бы стали стучать друг о друга, раскрашиваясь в пыль. Он никогда так не боялся. Даже тогда, когда впервые попал к Люциферу.

- Какая низменная личность и чрезвычайно порочная, - с некоторым сочувствием заметил архангел, в мгновение ока появляясь рядом с Антоном и осторожно беря того за подбородок.

Герцоги разом замерли, наблюдая, хотя краем глаза Шилов видел, как Асмодей крепче сжал в руках клинок. Михаил это тоже заметил и лишь ухмыльнулся краешком губ. Он не видел в герцогах угрозы для себя, потому что никому из них не под силу справиться с ним. Никому, кроме его дорогого брата. И, кажется, сами герцоги это тоже понимали.

Антон шумно сглотнул, не в силах отвести глаз от невероятно красивого, но холодного лица. И правда, словно мрамор. Но кончики пальцев, касающиеся кожи Шилова, были тёплыми, и тепло от них распространялось по всему телу парня. Оно жгло демоническую сущность Антона, пробиралось в самую глубину его почерневшей и порочной души, вытягивало из неё то человеческое, которое было у Антона. Демон видел образы, давно поистёршиеся и немного забытые, воспоминания о том времени, когда он был человеком. Картинки проносились в голове одна за другой, отзываясь такой болью, что хотелось орать, срывая голос, но Шилов не мог вымолвить ни слова. Просто стоял рядом с архангелом, смотря ему в глаза, и понимал, что по его лицу катятся слёзы.

- Так вот каким ты был, – как-то слишком мягко и тихо заметил Михаил. – И у тебя был шанс оказаться здесь, но люди слишком слабы и хрупки, чтобы суметь не поддаться тому, что будет проще и легче для них. Прискорбно. А ведь отец не на это надеялся...

- Отпусти его, Михаил, - утробно зарычал Асмодей, выдвигаясь вперёд и не сводя взгляда с предводителя ангельских легионов. Прошло то время, когда он восхищался старшим братом их нынешнего повелителя, но что-то всё же осталось, будоража истерзанную на ошмётки сущность.

Архангел покорно отпустил подбородок трясущегося Шилова, приподнимая руки над головой. Мальчишка же, чьи крылья мгновенно исчезли, камнем рухнул вниз, теряя сознание. Рыжеволосый Аббадон подхватил его, заодно дёргая за рукав Мишу и задвигая того себе за спину.

- Уходите, - приказал Михаил. – Убивать вас не мне, так как вскоре от вашего племени всё равно никого не останется. Как и от рода людского. Нет нужды проливать здесь чёрную кровь.

- Пощадишь нас? Не похоже на тебя.

- Отец приказал никого из вас не трогать без надобности.

Демон похоти вздрогнул при упоминании отца.

- А его тогда почему? – Асмодей кивнул в сторону Бегемота с Астаротом на руках.

Михаил слегка наклонил голову, рассматривая едва живого герцога.

- Без моего ведома. Я не знал о том, что он здесь. Уходите.

Аббадон недоверчиво хмыкнул, но Асмодей, знавший архангела достаточно долго, кивнул герцогу в сторону ворот, через которые они пришли. Рыжеволосый нехотя последовал туда. Бегемот двинулся следом за ним, а потом только Асмодей, постоянно оборачивающийся и смотрящий на удаляющуюся фигуру ангела с самыми безупречными крыльями.

Уже, наверное, минули тысячи лет, а он так ничего и не забыл...