Малышка на поводке

Авер был не в себе. Стоя на коленях на полу у кровати Янорины, он крепко держал руку на запястье принцессы, бездумно считая удары её пульса. Увы, сам он лечить не умел, да и не было у него дара к целительству. А ни что иное помочь, увы, не могло. Промывать желудок поздно — наркотик уже успел попасть в кровь и теперь разносился по организму девушки, подобно жуткой заразе. Была бы она человеком — дело могло бы ограничиться капельницей, но в случае с Янориной любой препарат только усугубил бы положение.

Всё это ему поведал по телефону один знакомый целитель по имени Феон, который просто чудом оказался в этом городе. И сейчас Аверу было плевать, что за помощь этого эргонца придётся очень дорого заплатить. Всё, чего он сейчас желал — это помочь Янорине… глупышке, так легко попавшейся в чужой капкан.

Но винить её в этом было нельзя. Что она вообще знала о наркотиках? Понимала ли, какую отраву ей предлагают? Нет, она просто стала жертвой чужого коварства. И виноваты в этом только её няньки — Авердим и Роза.

Да ещё и Авера вообще не было рядом, потому что Розария убедила его дать Нори возможность отдохнуть без него. Заявила, что это нужно и ему, и самой принцессе, что они уже сейчас относятся друг к другу неправильно. И он поверил… дурак! Доверился Розе, посчитал, что она справится с присмотром за их подопечной сама. А ведь оставил их всего на двадцать минут — не больше. И даже представить страшно, чем бы всё это закончилось, если бы его так необъяснимо не потянуло к Янорине.

…Выйдя из клуба, он уложил девушку на заднее сидение внедорожника, сам сел за руль и на огромной скорости погнал к дому, где они жили в этом городе. Знакомых целителей обзванивал уже на ходу. Двое оказались недоступны, а третий сейчас находился на другом конце страны и был чем-то чрезвычайно занят. Номер Старого лиса Феона Авер набрал от безысходности. Решил, что этот может хотя бы подсказать, что делать. Но к счастью Фео оказался где-то совсем неподалёку — по его собственным словам, пару дней назад «приехал погреть свои старые кости на тёплом побережье». А услышав от Авера о причине звонка, сразу согласился помочь. Естественно, не бесплатно.

Он-то и сказал Снежку следить за пульсом и дыханием пострадавшей, и в случае чего направить в район сердца большой поток чистой энергии. Вылечить Нори это вряд ли бы смогло, но жизнь в теле точно бы удержало.

С самого момента этого разговора Авердим не отпускал её запястье. Сжимал его и в машине, и пока поднимался на лифте на нужный шестнадцатый этаж, и после, когда уложил девушку на постель. Он словно сам впал в странный транс, почти перестав ощущать реальность.

Роза звонила ему не переставая. И если поначалу Авер просто сбрасывал её звонки, то потом вовсе перестал обращать на них внимание. Он бы с радостью отключил телефон, но с ним должен был связаться Феон, который сейчас на всех парах мчался ему на помощь.

Минуты стремительно бежали вперёд.

Пульс принцессы становился всё более редким, всё менее различимым. Она ещё дышала, но её дыхание казалось слишком тяжёлым, словно каждый вдох отбирал у неё последние силы. Её тело больше не дрожало, но Авер знал, плохо это, или наоборот хорошо. Он вообще не понимал, что с ней происходит. Не мог помочь ей, как бы ни желал.

Время неумолимо утекало, как и жизненные силы принцессы. Её кожа всё сильнее бледнела, руки холодели, и Авердим, сам себя не поимая, принялся греть руку Нори своим дыханием. Будто это было способно что-то изменить.

Он не помнил, сколько так просидел, не знал, который сейчас час. Просто был рядом с Янориной и изредка поглядывал на лежащий рядом телефон. И лишь когда вместо имени Розы там показалось долгожданное «Феон», Авер облегчённо выдохнул и поднял трубку.

— Открывай, я под дверью, — заявил мужчина, своим обычным равнодушным тоном. — Только сразу предупреждаю: тут тебя какая-то девица караулит. Если что, она не со мной.

На самом деле, Авердиму было страшно оставить Нори даже на мгновение. Но он всё же заставил себя медленно разжать пальцы, удерживающие её запястье, а после бегом метнулся к входной двери. Долговязого темноволосого целителя он пропустил внутрь, даже не поздоровавшись. Просто схватил того за худую руку и потащил за собой. Дверь тоже закрывать не стал — сейчас тратить время на подобные мелочи казались ему преступным. В квартиру следом влетела не на шутку раздражённая, напряжённая Розария, но сейчас это Авера почти не волновало.

Только когда Феон присел на краю постели рядом с Янориной, положил крепкую ладонь на её лоб и уверенно заявил: «Не трясись, выживет твоя девочка», Авер снова начал нормально дышать.

— Ты… уверен? — спросил он непривычно хриплым, севшим голосом.

— Уверен. Не волнуйся так, — отозвался Фео, подняв на него свои тёмные глаза, в которых оказалось очень сложно рассмотреть его вертикальные зрачки.

Феон вообще был своеобразным эргонцем. Во-первых, никто из знакомых Авера не мог сказать, сколько Старому лису лет. Выглядел он как человеческий мужчина среднего возраста. Увлечённо занимался медициной и целительством, а из общины эргонцев ушёл уже пару веков назад. По его собственным словам, ему нравилось жить среди людей. Они казались ему более простыми, честными… и хрупкими. Ему нравилось помогать им, изучать их разнообразные болезни, находить лечение. И именно ему Снежок был обязан собственной жизнью.

Увы, когда-то давно Эмме — матери Авердима — лечение сына обошлось очень дорого. И хоть расплачивался с целителем, конечно, Алтер, но согласился он на это только после того, как получил свою плату от самой Эммы. Не много — не мало, здоровье Авера стоило ей свободы… в самом полном смысле этого слова.

К сожалению, представителей собственной расы Феон никогда не лечил бесплатно. И что самое важное, в качестве оплаты он принимал исключительно редкие ценности или ответные услуги, выполнить которые было не просто сложно, а почти невозможно. Снежок всё это прекрасно знал, но сейчас был готов отдать Фео в качестве оплаты что угодно, как бы дорого ему это ни обошлось.

— Что происходит?! — воскликнула влетевшая в комнату разъярённая Роза. — Какого демона ты увёз Нори из клуба?! Почему трубку не брал?! С каких пор я должна дожидаться тебя под дверью?! Что ты вообще себе позволя…

Договорить она не смогла. Заручившись одобрительным кивком Феона, Авердим решительно развернулся, схватил вопящую напарницу за руки и потянул к выходу.

— Авер!!! — верещала она, пытаясь отцепиться от его жёсткой хватки. — Прекрати!

Но он не желал её слушать. Целенаправленно тянул по коридору к входной двери и останавливаться не собирался.

— Перестань! — вопила девушка, чувствуя себя в этот момент слишком слабой для полноценного сопротивления. — Скажи хотя бы, что с девочкой?

Вот после этого вопроса он всё же замедлил шаг и вдруг, резко остановившись, с силой развернул Розарию и прижал её ладонью к ближайшей стене.

— А это ты мне скажи, — прошипел, смыкая пальцы второй руки на её горле. — Ты ведь должна была за ней следить! Но вместо этого просто решила развлечься!

— Да ей ничего там не грозило! — воскликнула Роза, стараясь вырваться из захвата Авера. — Я предупредила охранников клуба. Они бы не позволили ей покинуть здание!

— Ты — дура! И я — идиот, раз доверил тебе Нори! Послушал на свою голову.

Заметив, что тон его голоса стал чуть более спокойным, Розария предприняла ещё одну попытку освободиться. Безуспешно.

— Отпусти, — выпалила она требовательно. — И скажи, наконец, что с Янориной?

— Наркотическое отравление, — процедил он сквозь зубы. — Для неё доза принятой гадости оказалась слишком большой. А когда я её нашёл, нашу принцессу как раз собирался приходовать какой-то хмырь! И всё это произошло за те двадцать минут, что меня не было!

— Демоны, Авер! Признаю, отвлеклась…

Договорить он ей не дал, с силой впечатав кулак в стену рядом с её лицом. Роза замолчала, глядя на Снежка так, будто видела впервые.

— Держи себя в руках! — прошипела, снова попытавшись отцепить его пальцы от своей шеи. — Пусти, придурок!

— Отвлеклась?! — взревел Авердим, хватая её за плечи и с силой толкая к входной двери. — Так и отвлекайся дальше! Я тебя к Янорине больше не подпущу!

— Что?! — выкрикнула та, с трудом удержавшись на ногах. — Это не тебе решать! Мы с тобой вместе следим за ней по поручению Рио!

— И ты думаешь, он позволит тебе остаться рядом с девочкой после того, что ты сделала? — поинтересовался Авердим, медленно шагая к ней. — Нет. Боюсь, у него может даже появиться подозрение, что всё произошедшее с Янориной случилось именно с твоего позволения. Может, даже, это было частью твоего плана? Ведь её смерть поставила бы однозначный крест на сотрудничестве между эргонцами и Аргаллой! А кому это выгодно?

— Ты несёшь бред!

Но Авер её больше не слушал. Он уже открыл дверь и самым бесцеремонным образом выпихнул Розарию из квартиры.

— Да как ты смеешь?!

— Смею, Роза, — сказал, почти успокоившись. — И обязательно доложу о произошедшем Эверио. И уже он будет решать, что делать с тобой дальше.

Кажется, эти слова произвели на девушку должное впечатление. Она уже открыла рот, чтобы что-то ответить, но Снежок остановил её жестом руки.

— И ещё, Роза, — начал, почти вернув себе былое хладнокровие. — Если я узнаю, что ты хоть как-то связана с Алтером, то в живых ты не останешься.

Стремительно захлопнув дверь, повернул на той все имеющиеся замки и решительно направился в комнату Янорины.

Вот только та картина, которую он застал, войдя в спальню принцессы, едва не заставила его споткнуться на ровном месте. Жутко бледная Янорина всё так же пребывала в бессознательном состоянии. Он лежала на спине в самом центре большой кровати. Её тело прикрывала тонкая белая простынь, которую накинул на полуголую Нори ещё сам Авер. А вот Феон сидел прямо поверх её ног и крепко удерживал запястья девушки. Но самым страшным было даже не это — сквозь сжатые пальцы целителя сочилась кровь… Она капала на белоснежную ткань, оставляя на ней красные следы, стекала жуткими ручейками, и останавливаться явно не собиралась.

— Фео… — шёпотом проговорил Авер, сражённый увиденным.

Не чувствуя собственных ног, он медленно приблизился к постели и посмотрел в глаза целителю. И, наверное, в этот момент Авердим на самом деле выглядел жутко, потому что, лишь на мгновение взглянув в его сторону, Феон странно усмехнулся.

— Не думал, мальчик, что ты ещё умеешь бояться, — бросил он, закрыв глаза и снова сосредоточившись на своём деле. — Не стой над душой и не смотри на меня, как на маньяка. Я сказал, что с ней всё будет хорошо, значит волноваться нет смысла.

— Но… кровь..? — вопросительно произнёс Авер, не узнавая в этом хрипе свой голос.

— Да, я сделал два надреза на её запястьях, — ровным тоном учёного ответил Феон. — Мне нужен доступ к крови, потому пришлось вскрыть парочку вен. Не знаю, чем её накачали, но этот препарат для неё явно оказался настоящим ядом. Девочка же не из наших, и даже не человек. Маг?

— Да, — ответил Авердим, осторожно присаживаясь на край кровати, рядом с подушкой Нори.

Её глаза были закрыты. Бледная кожа почти слилась с белоснежными волосами. Чёрные ресницы не подрагивали, губы даже немного посинели… И видеть Нори такой почему-то было для Авера настоящей пыткой.

Не сдержавшись, он провёл рукой по её щеке, убрал со лба мешающий белый локон и медленно, со странной нежностью погладил по волосам.

— Странно, — снова отвлёк его чуть насмешливый голос Феона. — Раньше ты казался мне непробиваемым. Даже ещё более бесчувственным, чем твой отец.

— Пожалуйста, не называй эту тварь моим отцом, — почти спокойно попросил Снежок.

— А разве это может как-то отменить сам факт вашего родства? — ухмыльнулся целитель, при этом продолжая держать руки на запястьях девушки. — Ты похож на него, и не только лицом, но и характером. Мне кажется, именно это тебя и бесит.

— Тебе ведь известно, что он сделал с моей матерью, — проговорил Авер, подняв глаза к окну, за которым тихо текла спокойная летняя ночь.

— Мне известно, чем это обернулось для неё, но я не знаю, как это удалось провернуть Алтеру.

Он замолчал и, нахмурившись, крепче сжал пальцы на запястьях девушки. Вероятно, что-то в его лечении пошло не так, потому, смежив веки, Фео глубоко вздохнул, сосредоточился… и вдруг резко отшатнулся от всё такой же неподвижной пациентки. Дёрнулся так, будто его ощутимо ударило током.

— Твою мать! — рявкнул целитель, отползая от принцессы. — Точно, маг! Да ещё и энергия в ней агрессивная. Тёмная какая-то. Не встречал такой.

Авер наблюдал за Феоном со странной ухмылкой и почему-то чувствовал лёгкую гордость за свою девочку. Это ж надо, даже в бессознательном состоянии умудриться удивить такого матёрого циника, как Фео!

— Ладно, — хмыкнул тот. — Кровь я очистил, насколько мог. Всё действие наркоты нейтрализовать не получилось — слишком много времени прошло. Так что, скорее всего утром девочке будет очень плохо.

Он слез с кровати, склонился над правым запястьем Янорины и уже хотел снова обхватить его рукой, но в последний момент остановился, словно наткнулся на невидимую преграду.

— Не пускает, — сказал, задумчиво закусив губу. — Принимает за чужого.

Потом перевёл взгляд на Авердима, который всё так же продолжала нежно гладить девушку по голове, и задумчиво покачал головой.

— А ты для девочки явно свой, — заметил Феон. И, помолчав несколько секунд, добавил. — Слушай, а скажи ей, что я доктор и не причиню ей вреда. Вдруг подпустит? А то пока при смерти была, то не отталкивала, а теперь, как силы начали возвращаться, сразу спешит ударить своей энергией.

— Она же… не слышит, — странно растерянно проговорил Авердим.

— Малышка сейчас просто спит. Отравление почти сошло на нет, магия снова бежит по её венам и, думаю, она прекрасно сможет закончить то, что начал я. Но раны на руках нужно залечить, а эта сила не позволяет мне прикоснуться.

— И… чем я-то могу помочь?

— Просто, скажи девочке, что я не опасен. Всё. — С ухмылкой произнёс Фео. — Думаю, тебя она послушает.

И так красноречиво посмотрел на пальцы Авера, перебирающие локоны Янорины, что тот даже смутился.

— Это бред, Фео, — со скепсисом произнёс Снежок. — Но я, так уж и быть, попробую.

— Давай. Сам увидишь, что результат будет.

Авердим одарил его раздражённым взглядом, но всё же наклонился к самому уху Нори. Не сдержавшись, снова коснулся пальцами её бледной щеки и тихо проговорил:

— Детка, здесь доктор. Он не причинит тебе вреда. Но если ты не дашь ему прикоснуться, то он не сможет помочь, и тогда на твоих очаровательных ручках останутся страшные шрамы… — и, хмыкнув, добавил: — А твой братец за это свернёт мне шею.

Конечно, Нори не ответила. Не пошевелилась, не открыла глаза. Но когда Феон снова попробовал прикоснуться к её ранам, ничего ему не помешало. Словно… Янорина на самом деле поняла слова Авера.

— Я читал, что магия — это часть сущности мага, — пояснил целитель, поймав удивлённый взгляд Снежка. — Часть его души. И магия этой девочки принимает тебя, как очень близкого. Почти родного. А значит и самой девочке ты дорог.

— Да она меня на дух не переносит, — иронично бросил Авер.

— Очень сомневаюсь, что это так.

Целитель вздохнул, убрал ладони от заживших ран девушки и неспешно отошёл в сторону.

— Всё, — сказал он, вытирая руки платком, смоченным в голубоватом растворе, ёмкость с которым извлёк из своей сумки. — Я сделал всё, что мог. Дальше её организм справится сам. Но ты всё равно лучше побудь с ней, пока не очнётся. Что-то мне подсказывает, рядом с тобой это произойдёт быстрее.

Закончив оттирать руки от крови, целитель скомкал платок, аккуратно положил его в небольшой целлофановый пакетик и убрал в сумку. Туда же сложил скальпель, бутылочку со спиртом, а вместо них извлёк два маленьких пузырька.

— Вот, Авердим. Это лекарство для твоей девочки. Как проснётся, накапаешь в стакан десять капель зелёного, зальёшь ста миллилитрами кипячёной воды, размешаешь, причём, строго по часовой стрелке. Потом добавишь семь капель из красной бутылочки, — Феон указал пальцем на второй пузырёк. — И проследи, чтобы она выпила всё до дна. Тогда силы у неё быстрее восстановятся. Я вернусь ближе к обеду. Тогда и поговорим об оплате.

Но увидев, как с лица Снежка мгновенно пропала едва наметившаяся там улыбка, только кривовато улыбнулся и поспешил его успокоить:

— Не волнуйся, мальчик, ничего невозможного я не попрошу. Уж прости, но о твоих талантах я наслышан. А мне как раз позарез нужен один крайне ценный артефакт.

— А можно подробнее? — сухим тоном уточнил Авер.

— Завтра, — отрезал Феон и спокойно направился к выходу.

* * *

<город Северный Дом, где-то на территории Сибири>

— Авер — его сын?! — выпалил Димарий, возмущённо глядя на сидящего за рабочим столом Эверио. — И ты не сказал мне об этом ни слова!

Рио только вздохнул и выразительно посмотрел на остановившегося рядом с принцем Литсери.

— Это Алтер ему сообщил, — зло пояснил Лит. — Заявил, что Авердим — его «горячо любимый наследник». Я пытался объяснить Димарию, что ты бы никогда не отправил с принцессой того, в ком не уверен. Но мои доводы ему не кажутся достаточными.

— Эверио, — с нажимом произнёс Дим. — Я уважаю тебя. Верю, что ты бы никогда не подверг мою сестру опасности. Но мне нужны объяснения. Скажи, почему в твоём отряде — единственный сын твоего врага?

Рио хмыкнул, отложил в сторону бумаги, которые просматривал до появления в комнате гостей, и устало подпёр голову рукой.

— Дим, это долгая и неприятная история, — начал он. — И я не уверен, что имею право рассказывать тебе о причинах, побудивших Авердима послать подальше родного отца и попроситься в мою команду.

— Литсери сказал, что у этого парня очень насыщенное прошлое. Преступное. Это так? — продолжал расспрашивать принц.

— Так, — не стал врать Эверио. — Но тебе переживать не о чем. Да, мальчик много дров наломал. Но по большей части это не его вина.

— А чья?

— Долгое время он был на крючке у Алтера, — спокойно пояснил Рио. — Послушно выполнял любые данные ему задания.

— И? Что он делал? Убивал на заказ?

Дим выглядел напряжённым. Боги, ему точно следовало выяснить подробности биографии Авердима перед тем, как отправлять с этим недомагом Янорину! Но тогда он был сосредоточен на других вопросах. Да и не сомневался, что Рио абы кому охрану принцессы не доверит. От того и оказался настолько поражён открывшейся правдой.

— Поручения бывали разными, — уклончиво ответил Эверио. — И лучше всего Аверу удавались похищения людей. В этом он оказался настоящим талантом.

Но Димария такой ответ не то что не успокоил, а заставил по-настоящему испугаться. Он уже хотел высказать всё, что думает об Авере, Рио, и обо всём текущем положении вещей, но его остановил сам хозяин кабинета.

— Авердим пришёл ко мне два года назад, — сказал он, глядя в принцу в глаза. — Он попросил взять его в мою команду. Заверил, что разорвал с отцом все отношения.

— И ты согласился?! — воскликнул Дим. — Серьёзно? Вот так просто принял к себе отпрыска Алтера?

— Не просто, — отрицательно качнул головой Эверио. — Мальчик дал мне клятву верности. И если он её нарушит, то вряд ли ему удастся выжить. Именно поэтому, Дим, с ним твоя сестра в полной безопасности.

— Клятву верности? — ошарашенно выдохнул Литсери. И, хмыкнув, добавил: — Нет, я знал, что Снежок — сумасшедший, но даже не подозревал, насколько. Это же… почти самоубийство. Он же теперь… фактически твой личный раб! На всю жизнь.

— Это было его решением, — спокойно ответил Рио. — И учитывая всё, что я знал об этом парне, отказываться от подобной клятвы было бы глупо. Но не считайте меня чудовищем. Мальчик свободен, и я никогда не стану использовать во вред данную мне над ним власть.

На какое-то время в кабинете воцарилось молчание. Узнав о клятве Авера, Димарий заметно успокоился, а вот на лице Литсери отразилась глубокая задумчивость. Именно он первым нарушил тишину.

— Не понимаю, почему он это сделал? Зачем бросил всё, пошёл против своей семьи, против тех, кто его растил и воспитывал? — выдал Лит. — Я помню, насколько Алтер гордился сыном…

— Гордился? Может быть. Так, как можно гордиться прекрасно отточенным клинком. Своим самым страшным и сильным оружием. Но не собственным ребёнком, — серьёзным и даже сочувственным тоном проговорил Рио. — Мне известно, насколько Авердим ненавидит собственного отца. Как мечтает лично пустить тому пулю в лоб. И он давно бы это сделал, если бы не одно единственное «но».

— Какое? — спросил Димарий, которому вся эта история никак не давала покоя.

— Между Алтером и матерью Авера установлена поразительно сложная энергетическая связь, — сообщил Рио. — И если погибнет Алтер… то сразу умрёт и она. Вот такой расклад.