Урок
Пак подходит к большому барабану и бьет в него, громкий звук эхом отдается по всюду. Горожане знают, что этот звук означает начало урока. Все кисэн сбегаются в беседку за постоялым двором. Они садятся за низкие столики и с прямыми спинами, натянутыми, как струна, ждут госпожу.
Лицо Пака скрывает аккуратная маска «красавица», исписанная разноцветными чернилами на пол лица, а в руках он держит веер из цветных перьев, плечи и шея прикрыты накидкой из шелка расшитого золотом. Длинные волосы волнами ложатся на плечи. Он с гордой осанкой, словно парит над землей, осматривается по сторонам, на девушек.
— Это Пак... — шепчет девушка другой. Они одеты в синие обычные ханбоки, это значит, что девушки являются еще ученицами.
— Поверить не могу, что увидела ее в живую так скоро...
— Она прекрасна, — вмешалась в разговор еще одна девушка.
— Девочки, — раздался его звонкий голос из-за веера, — тише. Сейчас мы начнем урок. — Он садится в начале ряда и смотрит на юных девушек, которым предстоит большая работа над собой. — Я уже научила вас ходить так, словно вы плывете. А теперь давайте обучаться письму? — Он хлопнул в ладоши и другие девушкам принесли несколько листов бумаги и чернила с кисточкой.
— Сначала потренируйтесь, а потом начнем. — Парень встал и начал ходить между рядов. Каждая девушка сидела за своим столом, таких столов влезало в беседку больше тридцати. Пак расхаживал между девушками и заглядывал на их записи. Одна из них написала: «Госпожа Пак прекрасна», — что вызвало смешок у парня.
— МиРэ, — обратился он к девушке, — мне нравится твое письмо, — усмехнулся он и продолжил ходить между рядами, пряча детскую улыбку за жестким взглядом и веером.
Обойдя всех, главная кисэн садится на свое место и принимается писать. Он убирает веер в сторону, открывая свои губы. На нежной коже тонким слоем лежала красная помада, и на внешних уголках глаз тоже был красный оттенок, это все делало юношу очень привлекательным и запоминающимся: белая кожа, которая противостояла красной помаде. Девушки затаили дыхание
Парень, придерживая рукав, берет кисть в руки и принимается выводить строчки черными чернилами на белой бумаге. Он аккуратно кладет кисть обратно и поднимает взгляд на ожидающих девушек. Тридцать пар глаз наблюдали за изысканными движениями девушки и ждали дальнейших указаний. Пак поднимает бумагу и показывает, что написал. Красивые китайские иероглифы гласили: Я заперт в клетке, словно птица, которая вынуждена радовать глаз своего хозяина и петь ему.
Ученицы без напоминания приступили писать. Парень внимательно следит за каждой девушкой с высока и запоминает, кто какую ошибку сделал. Через пару минут ученики закончили.
— ШинХе, — обратился он к девушке в конце ряда, он подходит к ней со спины и берет ее руку, в которой была кисточка. — Ты неправильно держала кисть, ей надо писать под таким углом. Поняла? — Он встал и глянул на ее сверху.
— Да, госпожа, — кивнула девушка. Парень пошел дальше.
— МиРа, следи за рукавом. — Девушка подняла руку, а ее синий рукав был в чернилах.
— Я поняла, — покраснела девушка, пряча свой рукав.
— Остальные девочки молодцы, — улыбнулся Пак. — Вы свободны.
После этих слов парень быстро скрылся из виду девушек в своей комнате и не появлялся на улице до конца дня.