ералаш..
---
Мы лежали с Турбо в обнимку, когда я тихо произнесла:
— Валер...
— Да? — он повернул ко мне голову.
— Пойдём искать Ералаша, пожалуйста. Я уверена, ему сейчас очень плохо. Если мы не найдём его сейчас, потом может быть слишком поздно...
Турбо задумался на мгновение, затем ответил:
— Хорошо, но сначала оденься теплее.
— Ну хотя бы выйди ты, — улыбнулась я в ответ.
Он молча вышел из комнаты, и я открыла шкаф. Мой выбор пал на тёплые спортивные штаны, футболку и кофту Adidas, сверху — куртка Турбо. Собравшись, я вышла из комнаты, и мы вместе покинули квартиру.
Спустя час поисков мы нашли Ералаша на остановке. Он сидел, почти не двигаясь, лицо его было изуродовано синяками и кровоподтёками.
— Боже мой... — вырвалось у меня, и я подбежала ближе.
Турбо осторожно поднял его на руки, и мы направились в больницу. Там врачи быстро обработали раны — к счастью, обошлось без серьёзных травм.
Через некоторое время мы втроём шли обратно в подвал.
— Что это была за группировка? — спросила я, глядя на Ералаша.
— Домбыт... — тихо ответил он, едва удерживаясь на ногах.
Мы вошли в подвал, и все присутствующие замерли, обратив на нас взгляды. Атмосфера стала напряжённой.
Вова первым нарушил молчание:
— Домбыт… Серьёзные ребята. Мы давно не слышали о них.
Айгуль подошла к Ералашу, осторожно поддерживая его:
— Ты как? Расскажи, что произошло.
Ералаш тяжело вздохнул и, с трудом собрав силы, начал:
— Напали внезапно, нас было мало, их— много. Мы пытались отбиться, но Кирилл… он сбежал. Я пытался найти его, но всё произошло слишком быстро.
Турбо нахмурился:
— Значит, Кирилл не просто так исчез.
Я почувствовала, как внутри меня разгорается гнев.
Вова сжав кулаки, сказал:
—Ну что ж Кирилл будем тебя отшивать за твой базар
Кирилл шёл дрожа мы встали сзади подвала
---
Пацаны сразу окружили его. Вова стиснул кулаки и холодно проговорил:
— За такое отвечать придётся.
Марат и Вахит подтянулись, их взгляды были полны гнева и разочарования.
Кирилл попытался отступить, но никто не дал ему шанса.
Пацаны били его, не причиняя серьёзных травм, но давая понять — так предавать своих нельзя.
Я отошла в сторону, наблюдая, как правда наконец даёт отпор лжи и трусости.
---
Я подошла к Кириллу медленно, шаг за шагом, пока он, шатаясь, поднимался с земли. Его взгляд скользнул по мне — наглый, будто он и не получил уже столько ударов.
— Ты даже сейчас… — начала я, но не закончила.
Моя рука сама собой сжалась в кулак, и я со всей силы врезала ему в лицо. Раздался глухой звук удара, он резко отклонился назад, а по его губам и подбородку тут же потекла кровь.
Кирилл попытался устоять, но ноги его подвели, и он рухнул в снег. Я наклонилась чуть ближе и, глядя прямо в его побледневшее лицо, прошептала:
— Какая же ты мразь…
Пацаны за моей спиной на секунду замерли — не ожидали, что я решусь. Но тишина длилась недолго: их лица исказила ярость,и ...
Пацаны, не сговариваясь, сделали пару шагов к Кириллу. Он попытался подняться, но Вова ногой оттолкнул его обратно на землю. Марат схватил его за ворот и несколько раз тряхнул, выговаривая всё, что накопилось. Турбо добавил короткий, но точный удар в бок, после чего Кирилл окончательно потерял силу сопротивляться.
— Ещё раз появишься возле нас — не отделаешься так легко, — сказал Вова, глядя прямо ему в глаза.
Пацаны отошли, и Кирилл, зажимая лицо, медленно поплёлся прочь, бросая на нас злобные взгляды. Мы стояли, молча наблюдая, как он скрывается за углом.
Турбо положил мне руку на плечо:
— Всё. Хватит. Мы своё сделали.
Мы развернулись и пошли домой, чувствуя странное облегчение. Вечером мы уже сидели все вместе, пили чай на кухне, как будто ничего не случилось, но где-то внутри каждый понимал — после этого дня всё изменилось.