Безрассудные(С.К. Стивенс)

Я в сотый раз перевернулась в его кровати. Крепко спящий Кел обнял меня одной рукой, другую подложил под щеку и повернул ко мне лицо, все сомнения и беспокойство стерлись с его идеальных черт. Я не была уверена, исчезли ли они с моего лица. Я, наконец, сделала выбор, но, в пылу страсти, он пал на Келлана. И это все еще казалось немного нереальным. Я пристроилась сбоку у парня и тихо вздохнула. Пыталась представить себе нас такими каждую ночь, открытые отношения, которых он так хотел — мы хотели. Эта идея так долго была под запретом, что, в данный момент, мне было сложно осознать ее возможность.

Я снова закрутилась. Оставалось лишь одно препятствие перед тем, как я смогла бы всерьез представить дальнейшее развитие отношений с Келом… и оно разбивало мне сердце. Денни. Уже пора было вставать и красться в свою комнату. Не стоило рисковать, чтобы он обнаружил нас в такой момент. Не стоило рисковать и спать с Келланом прошлой ночью… снова. Похоже, мне не всегда удавалось думать здраво, когда дело доходило до этого великолепного мужчины. Но он был прав — это была плохая идея. Денни не должен был поймать нас в такой момент. Я вспомнила его реакцию в своем сне. Даже не могла представить, какая реакция была бы в реальности, если бы он нашел нас. Особенно когда парень знал, что я солгала, и испытывал подозрения.

Мне стоило рассказать ему. Наконец-то, рассказать… все. Хотя я понятия не имела, как это сделать.

Вздохнув, я подняла с себя руку Кела. Он что-то пробормотал во сне и начал снова ко мне тянуться. Я улыбнулась, убрав прядь волос с его лба и нежно поцеловав. Схватив свои разбросанные вещи, я оделась, открыла дверь и, напоследок взглянув на Келлана с простыней, наполовину прикрывавшей его физическую идеальность, закрыла дверь и направилась к себе.

Украдкой скользнула в постель. Денни не шелохнулся, когда я осторожно пристроилась рядом. Я лежала к нему спиной и тихо делала вдохи и выдохи. Ждала, пока он подвинется, перекатится на меня и потребует ответа, где я была. Но нет. Он спал так же крепко, как Келлан. В конце концов, усталость взяла верх надо мной, и я задремала с интимными мыслями о Келе в голове.

Вскоре я проснулась от особенно хорошего сна, желая вновь его увидеть. Денни все еще спал, но я была уверена, что Келлан — нет. Я спешно пошла в ванную, чтобы освежиться, а затем быстро спустилась вниз. Как и предполагалось, Келлан опирался на столик, свежее кофе варилось позади него, он улыбался мне и выглядел совершенно в моей любимой синей футболке, придающей его глазам нечеловеческую синеву.

— Добр…

Ему не удалось закончить приветствие, потому что мои губы сомкнулись на его, а руки запутались в шелковых волосах. Парень страстно ответил на поцелуй, кладя ладони на мои щеки. Не отрываясь, я пробормотала:

— Я соскучилась.

— И я, — промурчал он. — Ненавижу просыпаться без тебя.

Со стороны показалось бы, что мы не виделись много дней, а не пару часов. Я наслаждалась его запахом, его теплом, его вкусом. Наслаждалась нежными руками, путешествующими вниз по моим плечам, ощущением его волос между моих пальцев, его языка, ласкающего мой. Мне хотелось, чтобы он никогда не переставал целовать меня. Тут он неожиданно отодвинулся, делая несколько шагов к столу.

— Нам нужно обсудить Денни, Кира…

В этот момент на кухню зашел он.

— Что именно? — коротко поинтересовался парень.

К счастью, мы с Келланом находились в паре шагов друг от друга, когда Денни внезапно появился в проходе, но мое сердце мгновенно забилось со скоростью света. Кел был собраннее меня, и ровно ответил:

— Я просто интересовался у Киры, не захочешь ли ты погулять сегодня со мной и ребятами. В «ЕМП» будем тусовка…

Денни перебил его, а я уставилась на парня. Он придумал это только что? Или его планы на день действительно были такими?

— Нет, мы останемся здесь.

Я заметила его ударение на слове «мы», как и Келлан. Лицо парня побледнело.

— Ладно… подходи, если передумаешь. Мы будем там весь день. — В кухне появилось странное напряжение. Наконец, Кел нарушил тишину. — Я лучше пойду… подберу парней. — И с последним многозначительным взглядом на меня из-за спины Денни, он оставил нас наедине во внезапно затихшей кухне.

Несколькими мгновениями позже я услышала закрывшуюся за Келланом дверь и заведшийся двигатель. Вот так, он ушел, и мое сердце немного затухло. По его последнему взгляду я поняла, что парень давал мне время «поговорить» с Денни, а я была не готова. Даже не знала, смогу ли это сделать. То есть как можно разорвать на кусочки того, кого любишь? А я любила… несмотря ни на что, я все еще заботилась о нем. Любовь нельзя просто «выключить».

Большую часть дня я провела, лежа на диване и дремля… или притворяясь, пока Денни следил за мной со стула, на заднем плане играл телевизор, отвлекая от поглощающей тишины между нами. Я не была пока готова уничтожить его. Не знала, буду ли вообще когда-нибудь к этому готова. Не знала, как сказать кому-то, кто столь долгое время был для меня всем, что все кончено.            

Я чувствовала взгляд его темных глаз на себе весь день… он был в раздумьях. Денни — настоящий гений, единственная причина, по которой он еще не догадался, была чистая вера в меня. Он отказывался видеть мои изъяны и ненавидел причинять мне боль. Признать мое предательство означало оба пункта.

Он мог избегать разговоров, но я все видела по его глазам — страх, сомнения. Знала, что, в конце концов, он наберется смелости спросить меня ужасающий вопрос: ты влюблена в кого-то другого?

Каждый его взгляд, каждое прикосновение, все наши разговоры вели к тому, что он готовился к этому вопросу. Ухожу ли я от него? Влюблена ли я в Келлана? Я была в постоянном напряжении, ожидая его. Не знала, что скажу.

Но вопроса так и не последовало…

Он не спрашивал меня о лжи, на которой словил. Не спрашивал о настоящей причине той ужасной пощечины, которой я одарила Кела. В тех случаях, когда мы действительно общались в тот ужасно долгий день, он, казалось, намеренно избегал любой темы, которая могла привести к нашему соседу.

К концу дня выражение его лица стало мрачнее, а настроение — интроспективным. В итоге все темы исчерпали себя, и я пыталась не замечать его обвиняющего взгляда.

Келлан вернулся поздно, после заката. Он зашел на кухню и увидел, как мы с Денни молчаливо доедали ужин. Кел посмотрел на меня, скорее всего гадая, говорила ли я со своим парнем. Я могла лишь незаметно покачать головой. Он понял. Его лицо отразило бурю эмоций, и я подумала, что он может развернуться и снова уйти, но, успокоившись, Келлан положил ключи на столик и взял пиво из холодильника. Тем не менее, его унылые глаза преследовали меня, и я не могла не пялиться в ответ, хотя знала, что Денни внимательно наблюдал за мной. Мне так хотелось подойти и все объяснить, но я не могла.

Не отводя взгляда от меня, Денни обратился к Келу:

— Приятель, думаю, нам стоит всем пойти погулять. Как на счет «Шэка»? Мы могли бы снова пойти на дискотеку? — его акцент странно выделил последнее слово. Мое сердце подпрыгнуло. С чего бы он хотел туда вернуться? Я заставила себя опустить глаза в тарелку.

Было слышно, как Келлан заерзал от дискомфорта.

— Да… конечно, — быстро ответил он.

Мое сердцебиение начало ускоряться, я держала голову опущенной, концентрируясь на еде и на своем дыхании. Дело было плохо… совсем плохо.

Келлан повернулся и взял пиво с собой в комнату. Мы с Денни закончили наш неловкий ужин в тишине, его взгляд не покидал меня. Закончив раньше него, я что-то пробормотала о том, что мне нужно подготовиться, и спешно поднялась наверх, чтобы приготовится к ночи столь же ужасной, сколь она была в прошлый раз, когда мы выбрались куда-то вместе.

Дверь Кела была закрыта, когда я проходила мимо и вскользь подумала, стоит ли мне заходить и объяснять, почему я струсила и не поговорила с Денни. Я не могла. Не была готова к этому разговору. Я вздохнула и пошла в ванную, чтобы сделать прическу и накраситься — все, лишь бы отключить разум.

Уже в поездке Денни нарушил свое часовое молчание:

— Ты уже решила, что хочешь делать на зимних каникулах? — спросил он странно ровным тоном. Он посмотрел на меня и его черты смягчились впервые за день, глаза заблестели. — Я бы очень хотел отвезти тебя к себе домой… на каникулы. Ты подумаешь об этом, Кира? — Его голос слегка дрогнул на моем имени.

Я ясно услышала подтекст вопроса: ты выберешь меня? Я могла лишь кивнуть, собственные глаза жгли накатывающие слезы. Повернулась к окну, посмотреть на пролетающий мимо город. Вот что я чувствовала внутри себя — будто летела к чему-то и останавливаться было слишком поздно.

Мы с Денни приехали раньше Келлана. Он, казалось, откладывал неминуемую странность нашей ситуации, я даже завидовала ему. Денни завел нас прямиком в бар, к дверям, ведущим к пивному дворику позади. Я заметила табличку на двери: «Зимний фест — борись со зноем». Судя по всему, мы праздновали ледяной воздух.

Хоть погода была действительно прохладной, чтобы просто сидеть и пить пиво, снаружи было много людей, и Денни повел меня к тому же столику, где мы сидели в прошлый раз. Понятия не имела, сделал ли он это намеренно. Мой взгляд прошелся по воротам, по кофейному киоску. Знал ли он о той ночи? Я попыталась угомонить свой желудок. Парень заказал нам всем напитки, и мы стали попивать пиво в тишине. Денни стоял с задумчивым видом.

Мое дыхание перехватило, когда Кел вышел из бара. Я не планировала, чтобы все так сложилось. Он грациозно прошел к нашему столу с подозрительно спокойным взглядом. Кайл даже улыбнулся, садясь рядом со мной. Мое сердцебиение немного ускорилось, отчасти от нервов, отчасти от его близости.

Бар был полон, громкая музыка доносилась из динамиков по всему пивному саду, несколько людей хорошо проводили время на танцполе. Я надеялась, Денни не серьезно говорил о танцах, мне было не до них на тот момент, не со сжимающимся сердцем и желудком. Я наблюдала за пьяными людьми, согревающими тела физическими движениями, пока сама дрожала от холода. Снова гадала, почему Денни посадил нас здесь, а не в теплом баре. Я сложила замерзшие руки на коленях, пытаясь подавить желание опустить их под стол и переплести пальцы с Келланом.

Не знаю, как долго мы сидели в тишине, мы с Келом наблюдали за толпой, упорно игнорируя друг друга, Денни внимательно следил за мной, но, наконец, зазвонил его рабочий телефон. Вздрогнув, я оглянулась, а он спокойно взял трубку. Парень произнес пару предложений, затем нажал «отбой». Вздохнув, он посмотрел на меня.

— Прости. Меня вызывают на работу. — Переводя взгляд на Келлана, он сказал: — Можешь отвезти ее домой? Мне нужно идти. — Тот просто кивнул, и Денни встал, чтобы уйти. — Подумаешь о том, что я говорил? — тихо спросил он. Я пробормотала «да», а он схватил обе моих щеки и поцеловал меня так страстно, что я простонала и инстинктивно поднесла руки к его шее. Мое сердцебиение ускорилось, дыхания не хватало, когда парень отодвинулся.

Келлан шумно заерзал на стуле, и, на секунду, я представила ужасную картинку, как он начнет разборки с ним. Кел прочистил горло и снова заерзал на стуле, пока Денни прощался и, повернувшись, покидал бар. Я смотрела ему вслед с все еще ускоренным сердцебиением. Его прекрасное лицо единожды обернулось у двери, чтобы посмотреть на меня напоследок. Он слегка кивнул и слабо улыбнулся, а затем скрылся за дверью.

Я повернула голову к Келлану. Разозлится ли он на меня? Что не поговорила с Денни? Конечно, он поймет, как мне тяжело. Тем не менее, встретившись с его взглядом, я увидела лишь любовь.

Он взял мою руку под столом и начал говорить, будто весь вечер мы были на свидании, а мой бойфренд вовсе не целовал меня, прежде чем покинуть бар:

— Я тут подумал… поскольку ты наверняка сейчас не захочешь везти меня домой для знакомства с родителями, — он сделал паузу и многозначительно посмотрел на меня, — и я тебя полностью понимаю. — Парень улыбнулся. — Может, ты предпочтешь провести зимние каникулы со мной здесь? Или мы могли бы выбраться в Уистлер? Канада прекрасна и… — Он умолк и с любопытством осмотрел меня. — Ты катаешься на лыжах? — Келлан покачал головой, не ожидая моего ответа, что хорошо, поскольку я еще не могла сформировать нужные слова. — Ну, если нет… нам не обязательно покидать наш номер. — Он пошло ухмыльнулся.

Я смотрела в эти синие глаза и слушала его слова… но не видела его и не осознавала смысл, только, что он хотел провести со мной зимние каникулы. Сам того не зная, он просил то же, что и Денни. Келлан продолжал разглагольствовать о поездке в Канаду, и я отключилась от разговора.

Мой разум начал обдумывать просьбу Денни в машине. Он хотел отвезти меня домой, чтобы познакомить с родителями, прежде чем мы переедем туда. Только вот это больше не входило в мои планы. К тому времени мы не будем парой, и он поедет домой один. Я с силой сглотнула и позволила каждому мучительному воспоминанию о нем пронзить меня.

Я вспомнила нашу первую встречу. Он улыбался всем входящим студентам, и мое дыхание перехватило, когда я его заметила. Слегка покраснела и потупила взгляд, когда парень одарил улыбкой и меня. Профессор попросил его передать студентам какие-то бумаги, и поскольку я сидела с краю ряда, он передал мне большую пачку, чтобы помочь раздать остальным.

— Привет. Как тебе пока этот предмет? — тихо спросил он, и удивление от милого акцента и столь прекрасного лица заставили меня неуклюже уронить всю стопку бумаги на пол.

— Мне так жаль, — сказала я, присев рядом с ним, чтобы помочь собрать их, мое лицо было ярко-красным.

— Все нормально, — по-доброму ответил парень. Когда мы закончили, он протянул руку. — Меня зовут Денни Харрис.

Я снова покраснела и пожала руку.

— Кира… Аллен, — пробормотала я.

Он помог мне встать и осторожно передал пачку.

— Приятно познакомиться, Кира. — Он сказал это с такой теплотой в голосе, что я до сих пор помнила радость от своего имени, впервые произнесенным им с прелестным акцентом. Я не могла оторвать от него глаз весь день после этого. Мне приходилось очень сильно над собой работать, чтобы обращать внимание на предмет.

Я вспомнила наше первое свидание. Он пригласил меня во дворе колледжа. Я была удивлена, но отреагировала определенно позитивно. Тем не менее, пыталась сохранить лицо и безразлично ответила «конечно». В тот вечер он забрал меня на машине, и мы поехали в милейший ресторан с видом на реку. Денни подмечал вкусные блюда, но позволил мне самой сделать выбор. Даже не дал посмотреть на счет, а за ужином мы поддерживали легкую беседу. После он держал меня за руку, пока мы шли по тротуару и болтали, никто не хотел заканчивать вечер. Когда он все же закончился, парень проводил меня до двери и одарил нежнейшим, сладчайшим поцелуем в моей жизни. Думаю, тогда я в него и влюбилась.

Мое внимание вернулось к настоящему, когда Келлан задал вопрос, а я не сразу ответила. Расслышала лишь со второй попытки.

— Кира… я тебя потерял?

Я покраснела, понимая, что понятия не имею, о чем он говорил. Он все еще нежно поглаживал мою ладонь пальцем, но смотрел на меня обеспокоенно.

— Ты в порядке? Хочешь вернуться домой?

Я кивнула, все еще не имея возможности говорить. Мы встали, и он провел меня к выходу и воротам, успокаивающе положив руку мне на спину. Стоило выйти на парковку, как я мгновенно посмотрела на место, где Денни припарковал машину. Ее не было… он действительно уехал. Я случайно оглянулась на судьбоносный кофейный киоск. Келлан заметил мой взгляд и сжал ладонь, опустив глаза на меня и слабо улыбаясь, пока за нами закрывались ворота. Но киоск не вернул мои мысли к Келу и нашей ночи мучительного счастья. А к простому, легкому времени… с Денни.

Я вспомнила нашу первую ночь вместе… мою первую ночь. Мы встречались уже два месяца. Для двадцатилетнего парня это была целая вечность, но он никогда не давил на меня. Мы целовались и делали… другие вещи… столько, сколько я хотела, но стоило мне отодвинуться от него, он с радостью мне повиновался. Денни никогда не заставлял меня чувствовать себя виноватой из-за этого, что, конечно же, заставляло меня желать его только больше. Он знал, что это был мой первый раз, и сделал его особенным. Парень снял коттедж, и мы провели там долгие зимние выходные. Наш первый раз был волшебным, как в кино — теплый камин, мягкие одеяла, тихая музыка. Он наслаждался временем со мной, убеждаясь, что я была полностью согласна на каждый шаг… а я была. Он был таким невероятно нежным и ласковым, что я даже не почувствовала боли. После он крепко прижимал меня к груди и впервые сказал, что любит меня, а я, естественно, начала плакать и тоже говорить, что люблю его… что привело нас прямиком ко второму разу.

В настоящем мире, Келлан вел меня к своей машине. Он все еще тихо разговаривал со мной. Тема сменилась на обсуждение, чем мы могли заняться летом.

— После школы я отправился в путешествие на попутках по побережью Орегона. Так я и встретил Эвана. В любом случае, нам стоит туда поехать, тебе понравится. Там такие пещеры…

Я снова отключилась. Шаг за шагом строилась моя плотина к искренним воспоминаниям о Денни.

Мы сделали два шага к машине — воспоминания о днях рождениях, моем двадцать первом, когда он отвез меня в местный бар и мило держал мои волосы, пока мне было очень, очень плохо. Воспоминания о прошедшем Рождестве дома у моих родителей, когда я сидела у него на коленях и наблюдала за семейным обменом подарков. Воспоминания о дюжине красных роз, которые он подарил на День Святого Валентина… и свое день рождения… и нашу годовщину, его милейшую глупую улыбку на лице.  

Следующий шаг — воспоминания о пищевом отравлении, как он клал мне на лоб влажную тряпку и приносил воды. Как испытывал на мне новые рецепты, большинство из которых были удачными, но несколько поразительно отвратительными. Как мы валялись в его кровати и смотрели фильмы. Как вместе готовились к учебе… и обжимались, вместо этого.

Еще пару шагов — более недавние воспоминания о путешествии через страну в его потрепанной машине, кидая друг в друга картошку, играя в алфавитную игру по номерным знакам, напевая вместе с радио и полностью наслаждаясь звонкими песнями в стиле кантри, проезжая Средний Запад. Как мы наскоро искупнулись в ледяной реке, чтобы освежиться, занимались любовью в его машине на пустой дороге.

Еще один шаг — прогулки вдоль пирса, сон с ним на диване, танцы в баре, как он называл меня своим сердцем…

Следующий шаг — мягкая щетина на его подбородке, теплые карие глаза, мои пальцы в его темных волосах, нежные губы, завлекающий акцент, ласковые слова, глуповатая улыбка, хорошее чувство юмора, прекрасный вид, добрая душа…

Он был моим успокоением. Утешением. Почти все, что я испытала в более молодые годы, я прошла благодаря нему, потому что он всегда был рядом, со своими ласковыми словами и добрым сердцем. Будет ли у меня такое с Келланом? Я вспомнила все наши горячие споры, обидные слова. Мы с Денни редко грубили друг другу… но с Келланом…

Что произойдет в наших с ним отношениях? Конечно, у нас появятся когда-нибудь разногласия, возможно, очень ярые. Я вспомнила все время нашего знакомства, мой разум заполнили настоящие американские горки — вверх и вниз, вверх и вниз — полет от одной крайности к другой. Таким будет наше время с ним? Постоянные перемены от высокого до низкого, от низкого до высокого? Могла ли я быть счастлива с такой жизнью?

Мне нравилось постоянство. Надежность. Это была одна из причин, по которой мы так легко сошлись с Денни. Он был охлаждающим озером: поддерживающий, освежающий и самое главное — неизменный. Келлан… Келлан был пожаром: страстный, эмоциональный, жгущий до глубины души. Но пожар не вечен… страсть в итоге уходит… и что тогда? Перед Келом было столько возможностей. Конечно, в один день, когда эта страсть испарится, не важно, насколько он будет любить меня, он поддастся одной из прекрасных женщин, вечно липнущих к нему. То есть шикарные девушки непрестанно бросались на парня. Я не выделялась физическими данными, даже, несмотря на его рассказы о моей красоте. А Келлан был талантлив, он мог стать известным в один день. Что тогда? Уже липнущие девушки увеличатся в квадрате. Как мог он отказывать им… вечно? Такого никогда не произойдет с Денни, в этом я была уверена, но с Келом… я знала, он возненавидит себя, но это казалось вполне возможным.

Я перестала идти. Выдернула свою руку от Келлана, и он тоже остановился. Я не могла. Не могла оставить мужчину, который был в моей жизни слишком долго, даже не могла представить свою жизнь без него. По крайней мере… пока. Мне нужно было больше времени. Я хотела быть уверенной, что мы с Келом могли быть вместе, прежде чем отказываться от многообещающего будущего с хорошим мужчиной, которого я сильно любила.

Келлан сделал шаг и повернулся ко мне; его лицо было прекрасным в свете луны, собранным и в то же время до боли печальным. Его глаза чуть не разбили мне сердце, я отвернулась. Дело не в том, что они неожиданно заблестели, глубинная синева сияла тем, что могло с легкостью перейти в слезы. А в смирении, разрывавшем мне сердце.

Он с минуту молчаливо рассматривал мое выражение, затем сказал:

— Я все таки потерял тебя… не так ли?

Я удивленно посмотрела на его спокойное лицо. Он понимал меня лучше, чем я себя? Может, он все время знал, что я так поступлю?

— Келлан, я… я не могу… не сейчас. Я не могу его бросить. Мне нужно больше времени…

На его собранное лицо проникла ярость.

— Времени? Кира… ничего не изменится, так? Сколько времени тебе нужно? — Он покачал головной и кивнул в сторону дома. — Теперь, когда он знает, что ты солгала, время лишь причинит ему больше боли. — Кел имел в виду, что моя нерешительность ранит Денни, но его глаза заблестели даже больше, и я убедилась, что он говорил и о себе.

— Кел, мне так жаль… прошу, не ненавидь меня, — прошептала я, мои глаза тоже засверкали от непролитых слез.

Парень провел двумя ладонями по своим волосам и оставил их в запутанном беспорядке на мгновение, прежде чем снова опустить руки по бокам.

— Нет, Кира… нет. — Его голос был тихим от напряжения, и меня пронзил страх.

— Что ты имеешь в виду? Нет, ты меня не ненавидишь или нет… ненавидишь? — мой голос сломался в конце, и я с трудом сглотнула.

Увидев боль на моем лице, он поднес руку к моей щеке.

Со сдавленным голосом, Кел сказал:

— Нет, я не дам тебе больше времени. Больше не могу. Это меня убивает…

Я покачала головой, а слезы, наконец, покатились из глаз.

— Пожалуйста, Келлан, не заставляй меня…

— Ох… Кира. — Он поднес вторую руку к моей щеке и схватил меня, почти грубо, обрывая все протесты. — Выбери прямо сейчас. Даже не думай, просто выбери. Я… или он? — Его палец смахнул слезинку. — Я или он, Кира?

Я безрассудно выпалила:

— Он.

Казалось, сам воздух вокруг нас завибрировал от внезапной тишины. Кел перестал дышать, его глаза расширились от шока. Я перестала дышать, и мои глаза расширились от шока. О боже… зачем я это сказала? Это… это то, чего я хочу? Было слишком поздно передумывать мой скорый выбор. Поздно забирать слова обратно. Я наблюдала, как слеза упала на щеку Келлана. Одна эта слеза, казалось, укрепила мои слова. Ущерб был нанесен. Даже при желании, я не могла вернуть все назад.

— О, — прошептал он, наконец.

Парень начал убирать от меня руки, но я крепко вцепилась в них и стала прижимать к себе.

— Нет, Келлан… подожди. Я не хотела…

Он сузил глаза.

— Да, хотела. Таков был твой инстинкт. Такая была первая мысль… а она, обычно, самая верная. — Его тон стал ледяным, а затем он закрыл глаза и сглотнул. — Вот, что у тебя на сердце. Он у тебя на сердце…

Я схватила его руки и подняла перед собой, пока он делал пару успокаивающих вдохов. Я видела борьбу на его лице, чтобы сдержать гнев, и стала лихорадочно думать, что сказать, чтобы восстановить так легкомысленно нанесенный мной ущерб. Ничего. Никаких гениальных мыслей.

Когда выражение его лица стало спокойнее, Кайл открыл глаза, и мое сердце разбилось от грусти в них.

— Я говорил, что уйду, если таким будет твой выбор… и я сдержу слово. Не хочу создавать вам проблемы.

Его взгляд был печальным, но полным любви, он тихо добавил:

— Я все равно всегда знал, к кому лежало твое сердце. Мне не стоило просить тебя сделать выбор…его никогда не было по сути. Прошлой ночью я надеялся… — Келлан вздохнул и опустил взгляд в асфальт. — Мне давно стоило уехать. Я просто… эгоист.

У меня челюсть упала от услышанного. Это он-то был эгоистом? Я буквально перебегала между кроватями двух мужчин, а эгоист — он?

— Кажется, у этого слова появилось новое значение, Келлан.

Он немного улыбнулся, а затем его лицо снова стало серьезным.

— Ты была напугана, Кира. Я понимаю. Ты боишься отпускать… я тоже. Но все будет хорошо. — Будто пытаясь убедить себя, он добавил: — С нами все будет хорошо. — Парень говорил так тихо, что я едва могла расслышать сквозь громкую музыку из пивного сада.

Он сгреб меня для крепких объятий. Я закинула руки ему на шею и сжала ладонью его замечательные густые волосы. Я вдохнула запах его кожи, смешанный с кожаной курткой, запоминая каждую секунду с этим мужчиной. Его руки прижали меня с такой силой, что я едва могла дышать. Мне было плевать, он мог вдавить меня в свое тело, и я была бы не против, так сильно нуждалась в его близости. Мой разум все еще думал над меняющимся выбором. Я не знала, чего хотела, но, может, Келлан был прав… первые мысли — верные.

Он эмоционально зашептал мне на ухо:

— Никогда не рассказывай Денни о нас. Он тебя не бросит. Можете оставаться у меня, сколько захотите. Даже можете сдать мою комнату. Мне все равно.

Я отодвинулась, чтобы посмотреть на него, слезы беспощадно стекали по моему лицу. Он ответил на незаданный вопрос, еще одна слеза скатилась по его щеке, отражая лунный свет.

— Мне пора уехать, Кира… пока я могу. — Он вытер множество слез с моих скул. — Я позвоню Дженни и попрошу забрать тебя. Она отвезет тебя к нему. Поможет.

— А кто поможет тебе? — прошептала я, рассматривая его до боли красивое лицо в серебристом свете. Теперь я знала, насколько он обо мне заботился. Знала, что для него значу, и как тяжело ему было оставлять меня. И как сложно было мне, казалось, что я умираю.

Сглотнув, Келлан проигнорировал мой вопрос.

— Вы с Денни можете уехать в Австралию и пожениться. Жить долго и счастливо вместе, как и должны были. — Его голос надломился в конце, и еще одна слеза скатилась по щеке. — Я обещал, что не стану вмешиваться.

Я, тем не менее, не собиралась менять тему.

— А как же ты? Ты будешь один… — Мне нужно было знать, что с ним будет все хорошо.

Парень грустно улыбнулся.

— Кира… так было суждено.

Я посмотрела в его синие глаза, кладя руку на щеку и подавляя всхлип. Он бросал все, чего когда-либо хотел — настоящей, глубокой, душевной любви — без борьбы, чтобы спасти наши с Денни отношения. Доброта его сердца разбивала мое.

— Я говорила, что ты хороший мужчина, — прошептала я.

— Думаю, Денни не согласится, — прошептал он в ответ.

Я крепко обняла Кела за шею, навязчивая медленная музыка доносилась через забор и вызывала вибрацию в моем теле. Я пробежалась пальцами по его волосам и проглотила очередной всхлип, когда он прижался ко мне лбом.

— Боже, как же я буду скучать… — Его голос надломился, и он громко сглотнул.

Это было слишком тяжело. Я не могла дышать. Не могла дать ему ускользнуть. Слишком его любила. Это казалось неправильным… все было неправильным. Я не могла его отпустить…

— Келлан, пожалуйста, не…

Он мгновенно меня перебил.

— Не нужно, Кира. Даже не проси. Так должно произойти. Мы должны разомкнуть этот круг, но мы оба не можем держаться друг от друга подальше… потому одному из нас нужно уехать. — Он тяжко выдохнул и быстро заговорил, качая головой взад-вперед и закрыв глаза. — Так ты не причинишь боль Денни. Если меня не будет, он может не спросить о твоей лжи. Но если ты попросишь меня остаться… я соглашусь, и он узнает, и, в конце концов, мы уничтожим его. Знаю, ты этого не хочешь. Я тоже, малышка. — Казалось, он заставляет себя говорить эти слова, против своей воли.

Боль пронзила мое тело, я не сдержала всхлипа.

— Но мне так больно…

Келлан нежно меня поцеловал.

— Знаю, детка… знаю. Но мы должны этим переболеть. Я уеду, на этот раз навсегда. Если ты хочешь его, нам нужно покончить с этим. Это единственный выход.

Кел снова меня поцеловал, а затем отодвинулся, чтобы посмотреть на меня; его глаза были такими же влажными и грустными, как мои. Парень потянулся рукой в карман куртки и что-то достал. Протянув мне кулак, он аккуратно открыл мою ладонь. Очень медленно вложил что-то мне в руку.

Перед глазами все размывалось, но я посмотрела на предмет, который он мне вручил. Это была очень тонкая серебряная цепочка. На ней была серебряная гитара, в центре которой находился круглый бриллиант как минимум в один карат. Украшение было простым и потрясающим — идеальным, прямо как он. Я резко вдохнула, у меня не хватало слов. Моя рука начала трястись.

— Ты не обязана ее носит… я пойму. Просто хотел оставить тебе что-нибудь на память. — Он склонил голову набок и посмотрел на мое заплаканное лицо. — Не хочу, чтобы ты меня забывала. Я тебя никогда не забуду.

Я взглянула на парня, едва находя силы говорить сквозь боль.

— Забыть тебя? — Сама идея казалась смешной. Будто он не был выжжен на ткани моей души. — Я никогда не смогу… — Я схватила его лицо, цепочка все еще была намотана вокруг моих пальцев. — Я буду любить тебя… вечно.

Он коснулся моих губ своими, страстно целуя. Музыка за нами играла в такт моему сердцу. Я снова сомневалась, что смогу это сделать, что дам ему уйти. Это все еще казалось неправильным. Его уход после всего пережитого, противоречил логике. Как я это переживу? Конечно, расставание навсегда разобьет меня на кусочки. Я уже скучала по нему, даже когда его губы были прижаты к моим.

Мы смаковали каждую совместную секунду. Я чувствовала, что упаду на колени от боли. Сквозь мои губы прорвался всхлип, а Келлан прижал меня крепче к груди. Парень коснулся моей щеки, а секундой позже я услышала его всхлип и углубила наш разбивающий сердце последний поцелуй. Это было неправильно. Я не могла смотреть, как он уходит от меня. Мне нужно было что-то сказать, найти волшебные слова, чтобы оставить его с собой… просто не знала какие. Зато понимала, что моя жизнь никогда не будет прежней, когда закончится этот поцелуй. Я не хотела, чтобы он заканчивался…

Но, конечно, ничто не вечно.

Звук с силой захлопывающихся ворот позади меня навсегда изменил мои воспоминания о последнем трогательном моменте с Келланом.

Испугавшись, я немедленно разорвала контакт и уставилась в широко распахнутые глаза Кела. Он смотрел мимо меня на силуэт у ворот, но я не могла заставить себя обернуться. Мне и не нужно было. Только один человек мог вызвать у Келлана страх, печаль и вину. Мое тело начало трястись.

— Мне очень жаль, Кира. — Прошептал Кел, не отводя глаз от ворот.

Денни только что ступил в наш маленький круг личного ада, и обратного пути для нас не было.

— Кира… Келлан… — Мое имя прозвучало, как вопрос, Келлана — как проклятье. Денни подошел к нам ближе, а мы отодвинулись. Его лицо выражало недоумение и ярость. Он видел наш момент ласки.

— Денни… — я попыталась что-то придумать, но не смогла. Внезапно до меня дошло, что Денни солгал; его никуда не вызывали. Он все продумал, испытывал нас… и мы провалили тест.

Парень проигнорировал меня и злобно осмотрел Кела.

— Какого черта здесь происходит?

Я пыталась придумать какие-то объяснения, которые мог бы сказать Келлан, но моя челюсть просто отвалилась, когда он сказал правду:

— Я поцеловал ее. Это было мое прощание… я уезжаю.

Я боролась с отчаянием от его заявления, наблюдая за вспышкой гнева в темных глазах Денни.

— Ты поцеловал ее? — На мгновение мне показалось, что он оставит эту тему, но затем парень выпалил: — Ты трахал ее?

Меня снова охватил шок от его вывода из простой фразы Кела. Он знал или, по крайней мере, подозревал. Я оглянулась на Кайла, молчаливо умоляя, чтобы он соврал.

Но нет.

— Да, — прошептал он, слегка кривясь от грубости Денни.

Парень широко распахнул рот и уставился на Келлана. Оба мужчины, казалось, забыли о моем присутствии.

— Когда? — хрипло прошептал он.

Кел вздохнул.

— Первый раз — в ночь, когда вы расстались.

Денни приподнял брови и заговорил громче.

— Первый раз? А сколько же их было?

Я закрыла глаза, надеясь, что все это было просто кошмаром.

Келлан ответил очень спокойно:

— Всего дважды…

Мои веки распахнулись. Почему он солгал об этом? Но по его многозначительному взгляду я поняла. Наши последние несколько дней вместе никак не относились к грубому вопросу Денни. Это не была ложь, лишь… полуправда. Даже несмотря на ужас ситуации, в моем сердце потеплело от его недоговорки.

Он спокойно закончил мысль, глядя в глаза Денни:

—… но я хотел ее… каждый день.

Тепло в моем сердце сменилось на холод, его больно сжало. Я перестала дышать. Что он творил? Зачем сказал это? Должно быть, мне это снилось. Это не могло быть реальностью. Это нереально.

Все случилось так быстро, у меня не было времени осознать происходящее. Денни замахнулся и врезал Келлану в челюсть, удар послал его на пару шагов назад. Медленно приходя в себя, Кел ровно встал и снова посмотрел на Денни, кровь текла из раны на губе.

— Я не буду с тобой драться. Мне очень жаль, но мы никогда не хотели ранить тебя. Мы боролись с… Мы очень пытались противостоять этому… притяжению, которое чувствовали друг к другу. — Лицо Келлана сморщилось, эмоциональная боль превышала физическую.

— Ты пытался? Пытался не трахать ее? — закричал Денни и снова ударил его.

Мой разум кричал попросить Денни остановиться. Тело хотело оттащить его. Если забыть о дрожи от ужаса и ледяной боли, пронзившей меня до костей, я не могла двинуться. Замерла на месте от шока, смотря на все, как идиотка, и молча стоя на месте.

— Я все бросил ради нее! — Денни бил его без остановки. Келлан не пытался блокировать удары, не отбивался. На деле после каждого удара он поворачивал лицо к парню, намеренно или ненамеренно давая ему лучший угол для битья. Кровь текла из пореза на щеке, губе и глазе. — Ты клялся, что не тронешь ее!

— Прости, Денни. — Едва слышно для меня пробормотал Кел между ударами, и, скорее всего, беззвучно для Денни, окунувшегося в свою злость.

Я хотела, чтобы он кричал на меня, винил меня, бил, хотя бы смотрел как на равно ответственную за этот хаос, но вся его ярость была направлена на Келлана. Меня не существовало для него. Внутри я рыдала, кричала, чтобы все кончилось. Но в реальности я просто молчаливо стояла.

В конце концов, силы Келлана закончились, и он упал на колени, ахнув, его синяя футболка была испачкана кровью.

— Я верил тебе! — кричал на него Денни, брутально ударив коленом в челюсть парня, из-за чего тот упал на спину.

Мой разум не мог этого понять. Я стала отрицать реальность. Мне все снилось, должно было. Это был просто кошмар, мой худший кошмар. Вскоре я проснусь. Но я все еще молча стояла, будто застряла в зыбучем песке.

Теперь Денни бил его ботинками, выкрикивая ругательства при каждом ударе. Один особо злобный пришелся по руке Келлана, больше из удачи, чем из самозащиты, и послышался тошнотворный звук, выведший меня из ступора. Кел закричал от боли, но Денни не остановился.

— Ты говорил, что был мне братом!

Мой желудок начал подниматься. Тело неконтролируемо задрожало. Слезы полились по щекам. Реальность давила на меня. Я сходила с ума? Поэтому я не могла двигаться, закричать о помощи? Мне отчаянно хотелось оттащить Денни, ударить его, если придется, но я просто замерла, в ужасе прислушиваясь к событиям.

 Еще один резкий удар по ребрам Келлана, еще один громкий хруст сломанных костей. Келлан вновь закричал от боли, сплюнул кровь, но ничего не сделал, чтобы защитить свое тело, ничего не сказал, чтобы защитить свои действия, лишь непрестанно повторял:

— Я не буду с тобой драться… Я не сделаю тебе больно… Прости, Денни…

Если мой рассудок ускользал, Денни с ним уже попрощался. Он стал иным человеком, яростно избивая слабеющее тело Кела. Он был вне себя от ярости. Безжалостно изливал на парня поток жестокостей, которых я никогда от него не слышала. Казалось, он полностью забыл о моем присутствии, замерзшей от шока и ужаса.

— Твои слова — ничто! Ты — ничто!

Келлан скривился и отвернулся от режущих слов, у меня было чувство, что он не впервые их слышал. Его и раньше называли так.

— Мне жаль, Денни.

Тому было плевать на извинения, он продолжал яростно избивать парня.

— Она не одна из твоих шлюх!

Денни замер, задыхаясь от эмоций. Келлан слабо поднялся на локоть, его тело было помятым, в синяках, кровь текла изо рта, пореза над глазом и щекой. Он встретился глазами с гневным взглядом Денни и скривился от боли.

Следующие слова Келлана наполнили меня бесконечным теплом и бездонным страхом.

— Мне жаль, что я обидел тебя, но я люблю ее, — выдохнул он, его глаза скользнули по мне, их наполнило удовлетворение. Казалось, его устраивал факт, что он, наконец, это сделал. В открытую заявил о своих чувствах ко мне своему лучшему другу, брату.

Ласково улыбаясь мне, он также добавил то, чему удалось перечеркнуть границу.

— И она любит меня.

Я буквально видела, как Денни сломался. Дико поглядывая на Келлана, он перенес свой вес и занес ногу для, определенно, катастрофического удара в голову парня. Кроме недостачи дыхания, Келлан все еще смотрел на меня и не двигался. Он не обращал внимания на действия Денни. Его нечеловеческие синие глаза поглощали меня, будто он пытался запомнить то последнее, что когда-либо увидит.

Не задумываясь, я закричала «Нет!» и, наконец, обрела возможность двигаться. Я бросилась на землю, чтобы защитить Кела. Фатальный удар, предназначенный для него, пришелся мне по виску. Кажется, я слышала, как Келлан выкрикнул мое имя, а затем весь мир почернел.