Глава 3
Фэй
— Просыпайся, просыпайся, Фэ-эй! Ведьма, блядь! — вопит Мари так, что стены дрожат. — Ты же сама вчера орала, что нельзя проспать, а теперь дрыхнешь, как грёбаный мертвец!
Я еле открыла глаза, прищурилась и увидела Мари — уже одетую, с убийственным взглядом. На ней были чёрные джинсы, футболка с надписью «Идите вы все к чёрту, суки», а волосы собраны в высокий хвост. Её карие глаза буквально прожигали меня насквозь.
— Какое сейчас время?.. — сонно пробормотала я, садясь на кровати.
— Без двадцати девять! — отчеканила Мари.
— Что?! — я взвизгнула.
— Да-да, ты не ослышалась! Из-за тебя мы опаздываем!
Я мгновенно вскочила.
Через пять минут я уже натягивала куртку, когда услышала ехидный голос Мавы:
— Ну наконец-то. Мы уж думали, что наша спящая красавица решила остаться жить в кровати.
— Это да, — поддержала Николь, закатывая глаза.
Остальные девочки хором закивали.
— Простите, девочки, просто…
— Вы хотите ещё час тут стоять или наконец пойдём? — раздражённо перебила Терезза.
— Да уж, лучше пойдём, а то нас убьют в первый день, — добавила Шэн.
— Идём, идём, — кивнула я, натягивая кроссовки.
Мы спустились на лифте и вышли из здания. Воздух был прохладный, утренний.Повсюду бегали студенты, кто-то пил кофе на ходу, кто-то опаздывал. Мы быстро разделились по направлениям, договорившись встретиться после занятий.
Я и Шэн направились в медицинский кампус — я поступила на хирурга, а Шэн выбрала направление «Пульмонология и инфекционные заболевания», работающее при туберкулёзном центре.
Мава, Николь и Терезза учились в дизайнерском отделении,
а Рэн, Ванесса и Мари — в юридическом факультете.
Врачом я мечтала стать ещё с подросткового возраста. Родители всегда говорили, что это моё призвание — спасать жизни.
Мы с Шэн шли по аллее кампуса, окружённой высокими деревьями. Она зевнула и сказала:
— Не могу поверить, что мы действительно здесь…
— Да, — кивнула я, улыбаясь. — Всё кажется сном.
Но сон быстро закончился. Впереди собралась толпа девушек — визжащих, восторженных, с телефонами в руках.
— Что там? — спросила я.
— Не знаю… но судя по крикам, что-то с парнями, — ответила Шэн.
Мы подошли ближе. Среди толпы стояли ребята в футбольной форме с эмблемой льва — символом университета Кингстон.
Вперёд командвы вышел Айзек и.....Юэн.Наши взгляды встретились его холодные глаза начали прожигать меня изнутри,те карие глаза которые когда то излучали свет теперь холодны, и опустошены.Прядь тёмных каштановых волос повисла на лбу, а по коже стекал пот.
Моё сердце начало сжиматься. Воздух стал густым, как перед бурей. Девушки кричали их имена, но я слышала только одно — его.
Я резко отвела взгляд и схватила Шэн за руку.
— Пошли.
Мы быстро пошли прочь, но я не удержалась — обернулась.
К нему подбежала блондинка и обвила руками его шею.
Он улыбнулся ей — так, будто перед ним была единственная в мире.
Слёзы защипали глаза, но я их сдержала.
Боль.
Предательство.
Эти два слова будто выжгли всё внутри.
У Шэн по щекам тоже скатились слёзы. У нас с ней были похожие истории — только у неё всё закончилось мягче.
Мы зашли в здание кампуса. Я потянула её в уборную, закрыла за нами дверь.
— Шэн, — я подняла её подбородок. — Не плачь. Пожалуйста. Ты же сильная, помнишь? Он не стоит твоих слёз. Пусть идёт к чёрту. Ты заслуживаешь мужчину, который будет тебя достоин.
Я натянула на лицо улыбку — неискреннюю, больше поддерживающую.
Шэн всхлипнула, подняла голову и прошептала:
— Боже, почему он такой мудак? Чем я думала, когда любила этого ублюдка?..
— Не знаю, — выдохнула я. — Но у тебя потекла тушь. Исправь — и пошли, а то нас прикончат. Опоздать в первый день — это уже рекорд.
— Ты права, — она слабо улыбнулась и достала косметичку.
Через пару минут мы уже вышли из уборной и разошлись по кабинетам.
Наш профессор, доктор Скай, оказался строгим, но харизматичным мужчиной лет сорока. Он говорил уверенно, с лёгким британским акцентом, объясняя тему о работе сердца и кровообращении. Я старалась делать заметки, но где-то на середине лекции почувствовала вибрацию в кармане.
Телефон.
Сообщение от группы «Ledy Man».
Так мы называли наш девчачий чат ещё со средней школы — «Lady», но с добавлением «man», по предложению Шэн.
Я открыла чат:
Мава: Девочкииииии! Представьте, что я только что узнала!
Мари: Что ты наконец признала, что ты чокнутая?
Мава: смайлик со средним пальцем
Рэн: Говори уже, не тяни время!
Ванесса: Да, выкладывай!
Мава: Короче! Сегодня вечером у моего одногруппника вечеринка на вилле! И он пригласил нас всех! Вечером оторвёмся по полной!
Шэн: Понятно.
Мава: Что понятно?! Я вообще-то ждала реакции — типа «Круто! Ура!»
Фэй: Обсудим после занятий.
Ванесса: Согласна.
Николь: Я тоже.
Мари: +++
Терезза: Ок.
Рэн: смайлик одобрительный палец
Шэн: Потом обсудим.
Мава: Ну лааадно…
Я выключила телефон и спрятала его обратно в карман.
Попыталась сосредоточиться на профессоре, но перед глазами всё ещё стоял он.
Те же глаза. Та же пустота.
И боль — такая же свежая, как тогда
*****
После утомительных часов труда, пота и слёз я наконец-то выхожу из кампуса и направляюсь к кафе, где мы договорились встретиться с девочками. Надеваю наушники, включаю песню из своего старого плейлиста — Modern Talking – Cherry, Cherry Lady — и, не удержавшись, начинаю тихо подпевать.
Cherry, Cherry Lady…
Вдоль улицы тянутся аккуратные домики с кирпичными фасадами, витрины кофеен сияют мягким светом, мимо спешат люди — кто с книгами, кто с ноутбуками. Воздух пахнет кофе и дождём — типичный Лондон.
Наконец я дохожу до кафе. За столиком у окна уже сидят Мава, Николь, Терезза, Рэн, Мари, Ванесса и Шэн.
Мава, как всегда, выделяется — белый топ, короткие шорты, золотые волосы распущены. Она единственная блондинка среди нас и, конечно же, с её фирменными зелёными глазами.
Николь, Рэн, Терезза, Ванесса и Мари — брюнетки с карими глазами, а Шэн — с рыжими волосами и хамелеоновыми глазами, которые меняют оттенок в зависимости от света.
У меня же — волосы между чёрным и тёмно-каштановым и единственные во всей компании — чёрные глаза.
Сегодня почти все в джинсах и футболках, только Мава выбрала шорты, а Терезза — юбку.
Мава машет рукой, приглашая меня, и я, улыбнувшись, подхожу к столику, сажусь рядом с Мари и Шэн.
— Ну как прошёл день, ведьмочка? — ехидно тянет Мава, прищурившись.
— Нормально, — смеюсь я в ответ.
Подходит официант — уставший, но вежливый парень.
— Что будете заказывать?
Девочки почти хором:
— Нам мохито и по пирожному!
— А мне чай с шоколадным тортом, пожалуйста, — говорю я с улыбкой.
Он кивает и уходит, едва сдерживая зевок. Видно, что устал не меньше нас.
— Короче, перейдём к делу! — оживляется Мава, откинувшись на спинку стула. — Мы же сегодня идём на вечеринку? — делает она щенячьи глаза.
Я ухмыляюсь.
— Ну что, девочки, говорите сами.
— В принципе, мы за, — отвечает Мари, глотая мохито.
— Урааа! — тихо, но с восторгом вскрикивает Мава. — Мне уже скинули адрес! Надо только подготовиться!
Она хихикает, а мы с остальными переглядываемся, предвкушая вечер.
После кафе мы долго ещё сидим, болтая обо всём подряд — о преподавателях, о новом кампусе, о том, как тяжело вставать утром. Но Мава, как и ожидалось, не даёт нам расслабиться.
— Так, девочки, — решительно говорит она, глядя на часы, — через два часа начинается вечеринка. Если мы не хотим прийти последними — пора собираться!
Мы расплачиваемся и выходим из кафе. Вечерний Лондон сияет — огни, влажный асфальт, лёгкий туман. Воздух прохладный, но приятный. Мы смеёмся, спорим, кто первым возьмёт душ, и спешим обратно в общежитие.
— Так, я первая! — кричит Мава, бросаясь в ванную, пока остальные только снимают обувь.
— Опять! — возмущается Рэн. — Ты же вчера тоже первая была!
— Зато я быстрее всех, — доносится из-за двери весёлый голос.
Шэн раскладывает на кровати косметику, а Ванесса включает музыку — лёгкий поп, чтобы создать настроение. Комната наполняется звуками, смехом и запахом духов.
— Какой стиль берём? — спрашивает Мари, перебирая одежду.
— Я за casual — джинсы, топ и каблуки, — говорит Ванесса.
— А я хочу платье, — отвечает Терезза. — Раз уж вечеринка, надо выглядеть на все сто.
— Фэй, а ты что наденешь? — поворачивается ко мне Николь.
Я задумываюсь. Перед глазами всплывает то самое фото, тот момент…
Но я резко отгоняю мысли, выпрямляюсь и говорю с лёгкой улыбкой:
— Что-то простое. Главное — чтобы удобно танцевать.
— Танцевать? — хмыкает Шэн. — О, значит, сегодня ты не просто наблюдаешь со стороны?
— Посмотрим, — усмехаюсь я.
— Простое, говоришь? — протягивает Шэн, хитро прищурившись.
Я поднимаю на неё взгляд, и вижу, как она держит в руках платье. Алого цвета. Короткое, облегающее, с тонкими бретельками и вырезом в форме сердца. Ткань мягко переливается при свете лампы.
— Это что? — спрашиваю я, подозрительно глядя на неё.
— Это твой шанс, — ухмыляется Шэн, — выглядеть как богиня возмездия. Или хотя бы привлечь пару завистливых взглядов.
— Шэн…
— Даже не начинай, — перебивает она, протягивая платье ближе. — В нём ты не просто простая. В нём ты — та, на кого будут смотреть.
Я вздыхаю, но всё же беру платье.
— Если я ослеплю кого-нибудь этим цветом — виновата ты.
— Договорились, — улыбается она. — Иди, примеряй.
Через несколько минут я выхожу из ванной. Девочки замирают.
Платье идеально сидит по фигуре, подчёркивая талию и открывая плечи. Алый цвет будто оживает на коже, а в отражении зеркала я вижу не просто усталую студентку после лекций — а девушку, которая наконец-то решила отпустить прошлое.Мои тёмные волнистые волосы распущены, незнаю почему но мне захотелось их распустить и вжится в тусовки.
— Вот теперь ты — настоящая Фэй, — с довольной улыбкой произносит Шэн.
— Согласна, — добавляет Ванесса. — И если кто-то сегодня не потеряет голову… то зря пришёл.
Я смеюсь, качаю головой и беру сумочку.
— Ладно, хватит восхищений. Пошли, пока Мава не устроила вечеринку без нас.
Через час общежитие превращается в хаос — фены гудят, кто-то спорит из-за зеркала, кто-то ищет серёжку, кто-то уже делает селфи на фоне окна.
Мава выходит из комнаты первой — короткое чёрное платье, лёгкие локоны и блеск на губах.
— Девочки, ну как я вам? — вертится она перед зеркалом.
— Как всегда — будто собралась покорять мир, — шутит Шэн.
Когда все наконец готовы, мы выходим в коридор. Свет приглушённый, из окон виден ночной город.
— Ну что, Кингстон, держись, — тихо говорю я, закрывая дверь за собой.