24.
Райан
– Айви, что мы здесь делаем? – растерянно поинтересовался я и побежал за ней, как собачка.
– А ты как думаешь? – У Айви загорелись глаза, и она сунула мне под нос пакетик с жевательными медвежатами. – Делаем покупки, чтобы перекусить на прогулке.
– Какой прогулке?
– Такой – «Айви-тащит-Райана-на-прогулку-прогулку»!
Без сомнений, Айви – самая чокнутая девчонка, которую я когда-либо встречал. Мы, черт возьми, находились в Dollar Tree! Здесь отвратительно пахло дешевым пластиком, а неоновые лампы в помещении горели так ярко, что мне пришлось надеть солнечные очки, чтобы не ослепнуть. Повсюду в магазине было разложено барахло, для которого даже доллар – слишком высокая цена. Но Айви здесь нравилось.
– Райан, ты когда-нибудь видел, чтобы в одном пакетике было так много медвежат? И всего за один доллар? – спросила она прерывающимся от волнения голосом.
– Айви. – Я со смехом забрал у нее упаковку. – Срок годности – 2014 год!
– Глупости! – смягчилась она, отобрала у меня пакетик и без лишних слов бросила его в корзину. – Здесь все просто, – увлеченно продолжала она, набирая еще какие-то сладости. – Смотри, пять литров холодного чая!
– Айви, идем! – строго произнес я и подтолкнул ее к кассе. Пока мы добрались до нее, в корзине оказалась еще куча какой-то ерунды. Полагаю, что основной принцип отбора таков – главное, чтобы было пестрое и с сахаром.
Краем глаза я заметил какое-то движение и насторожился. Непроизвольно пробежался взглядом по рядам, но кроме студента в гавайской рубашке, который направлялся к розетке, никого не увидел. Вроде бы он не обращал на нас внимания, но я все равно решительно потащил Айви к кассе. Чем быстрее мы отсюда выберемся, тем лучше. Мне не хотелось казаться снобом, но делать покупки в Dollar Tree можно только тогда, когда потерпел полный финансовый крах или находишься в безвыходной ситуации. Или и то и другое сразу.
Пока Айви выкладывала покупки на ленту, мой взгляд блуждал по магазину. Возможно, я и преувеличивал, но какое-то странное чувство заставляло меня насторожиться. Когда я вновь увидел парня в гавайской рубашке, достававшего свои покупки, батарейки и Red Bull на ленту позади нас, появились первые подозрения. Особенно когда он слишком пристально, на мой взгляд, разглядывал Айви. Не так, как Джефф, который безнадежно втрескался в нее, и даже не так, как Алекс, который определенно что-то хотел от Айви. Этот парень смотрел на нее с холодным расчетом. Во мне тут же зазвенели тревожные колокола.
– Эй, – наконец произнес он на этом раздражающем сленге серфингистов. – Ты тоже из УЦФ?
При этом он смотрел на Айви, а не на меня. Его поведение беспокоило меня все больше и больше. Айви с улыбкой повернулась, чтобы ответить ему, но я в этот момент резко вклинился между ними. Разговор прервался прежде, чем успел начаться.
– Нет, не из УЦФ, – ледяным тоном заявил я.
– Что? – Айви уставилась на меня. – Конечно, я...
– Мы в гости приехали, – прервал я ее, не выпуская из виду парня. – А ты?
В его взгляде что-то промелькнуло. Парню явно не хотелось отвечать на вопрос.
– Да, чувак. Факультет журналистики. Пятый курс.
– О, значит, скоро выпуск? – поинтересовалась Айви. В этот момент я с удовольствием свернул бы ей шею. Проклятье! Неужели эта девчонка хоть раз не может промолчать?
Парень преувеличенно страдальчески вздохнул.
– Да, на очереди дипломные работы. Мне нужна хорошая история, иначе меня не возьмут в журнал Florida Sun.
– О, мне очень жаль, но я уверена, что ты найдешь что-нибудь хорошее. А какая у тебя специализация? – спросила Айви, доставая свою платиновую карточку, затем расплатилась и протянула мне покупки.
– Политическая и экономическая пресса, – продолжил парень после паузы. От взгляда, которым он смотрел на Айви, у меня побежали по спине мурашки. Проклятье.
– Давай, Хайди, мы уходим! – Я подчеркнуто обратился к ней по второму имени. Она озадаченно посмотрела на меня. И прежде чем она успела сделать еще какую-нибудь глупость, например запротестовать, я схватил ее за руку и потащил к выходу.
– Ну, желаю удачи! – растерянно воскликнула Айви через плечо. Больше всего мне сейчас хотелось встряхнуть ее.
Парень махнул рукой.
– Спасибо, она мне не помешает.
На улице я просто потащил Айви дальше. Перед машиной отпустил ее и пошевелил пальцами.
– Дай ключ, Айви!
– Что? Нет, это моя машина! Что случилось?..
– Айви, дай сюда этот чертов ключ, – напустился я на нее.
Подбородок девушки вызывающе вздернулся, но она, тем не менее, порылась в кармане и бросила мне бренчащую связку. Айви явно обиделась. Прежде чем меня успели замучить угрызения совести, я затолкнул ее на пассажирское сиденье и кинул свертки ей на колени. Она испуганно хватала ртом воздух.
– Что все-таки случилось?! – растерянно воскликнула она.
– Черт возьми, Айви! – выругался я, усаживаясь на водительское место. Придется отодвигать его. Я завел мотор и тронулся. В зеркале заднего вида возник парень, который смотрел нам вслед. Черт, он уставился на номерной знак. Это плохо. Очень плохо.
Я выехал с парковки и повернул в другую сторону от кампуса на тот случай, если парню придет в голову идея последовать за нами. Плечи свело от напряжения, но я то и дело бросал испытующие взгляды в зеркало заднего вида. Только убедившись, что этот студент не висит у нас на хвосте, я немного расслабился.
В тот момент, когда я собирался повернуть к университету, Айви заорала мне в ухо:
– Не туда!
Я с руганью ударил по тормозам и свернул в другую сторону.
– Куда ты, черт возьми, хочешь ехать?
– Остановись, – прошипела она.
Я включил поворотник, чтобы остановиться у обочины.
– Райан, в чем дело? – спросила Айви. В ее вопросе сквозило беспокойство.
Я бросил на нее угрюмый взгляд.
– Серьезно? Айви, это был экономический журналист, который ищет историю для дипломной работы. Твое лицо, возможно, и не каждый день мелькает в Florida Gazette, но если он пошевелит мозгами, то поймет, кто ты. И, скорее всего, почует, из чего слепить большую историю.
– Ты думаешь? – растерялась Айви.
– Да, думаю. Он определенно будет разыскивать машину в кампусе. Нам надо сменить номера.
Айви фыркнула.
– Ну, это уже перебор.
– Ты так считаешь?
– Да. А ты должен двигаться в направлении шоссе FL-417!
– Зачем?
– Ты уже забыл про прогулку? – Айви, кажется, была настроена решительно.
Я вздохнул.
– Верно, прогулка. Далеко ехать?
– Нет, – отмахнулась Айви и набрала что-то в мобильнике. – Согласно карте – около получаса.
– Куда?
– Сюрприз, – произнесла она и махнула вправо. – Поезжай туда.
– Ладно, – пробормотал я и выехал на Стейт-роуд.
Айви выглядела довольной собой. В хорошем настроении она, включив радио, постоянно давала мне указания, куда ехать. Мимо нас проносились убогие пейзажи Флориды. Все пространство неподалеку от побережья занимали пыльные луга, и лишь время от времени попадались магазины Cracker Barrel Country Store или некоторые из многочисленных филиалов Wendy's.
Меня до сих пор беспокоил парень в гавайской рубашке, и я поймал себя на том, что периодически бросаю испытующие взгляды в зеркало заднего вида. Но, кажется, за нами никто не следил, и ничего подозрительного не наблюдалось. Но на обратном пути надо будет все равно позвонить отцу и попросить сменить номера. Что-то насторожило меня во взгляде парня, когда тот рассматривал Айви, и пусть она говорит что хочет. На мои инстинкты можно положиться, чего не скажешь прямо сейчас о гормонах.
Я изо всех сил пытался сосредоточиться на дороге и не таращиться на Айви. Она приоткрыла окно, ветер трепал ее светлые волосы, которые в послеполуденном солнце отливали золотом. Ее сладкий запах щекотал мой нос.
– Сворачивай сюда, Райан! – вдруг воскликнула она.
Я лихорадочно включил поворотник и резко свернул. Сзади нас кто-то засигналил, я в ответ показал средний палец. Айви резко втянула воздух и вцепилась в ремень безопасности.
– Это что такое было? – укоризненно поинтересовалась она.
Я застонал.
– В следующий раз предупреждай, пожалуйста, заранее, где нам надо свернуть.
– Это что такое было? – укоризненно поинтересовалась она.
Я застонал.
– В следующий раз предупреждай, пожалуйста, заранее, где нам надо свернуть.
Еще десять минут мы ехали по захолустной дороге, вдоль которой тянулся камыш.
– Мы едем на озеро Джесап? – со скепсисом в голосе осведомился я, когда увидел табличку с надписью, что озеро находится в километре отсюда. – Что мы там будем делать, Айви? Эту штуковину можно попросту назвать большой лужей.
– Никакая это не лужа, – возразила Айви. – Кроме того, мы не едем прямиком к нему. Вот здесь слева, пожалуйста.
Я свернул на небольшую грунтовку, как было приказано. Перед нами появилась древняя вывеска: «Добро пожаловать в парк Лейк-Джесап».
– Природный парк? – Я въехал на стоянку.
Айви кивнула.
– Я была здесь раньше с Марией, нашей домработницей.
Я еще не успел заглушить мотор, как Айви уже выскочила из машины.
– Что конкретно нас здесь интересует? Погулять пешком? – спросил я и тоже вышел.
– Нет, кушать жевательных медвежат. Давай, Райан, – сказала она. Голос Айви при этом звучал так решительно, что я поджал губы от очередного неозвученного комментария и последовал за ней.
Кажется, этот парк не ремонтировался с момента открытия, да и по-настоящему за ним никто не ухаживал. Со стороны он выглядел очень запущенным. Будка кассира, изначально мятно-зеленого цвета, пошла серыми разводами. Она выглядела такой кривой и косой, что я испугался, не рухнет ли она нам на головы.
Айви подошла к кассе и купила не только билеты, которые, на мой взгляд, были слишком дорогие – по пять долларов за человека, – но и сразу две пачки корма для птиц. Она сунула их в задний карман брюк и ринулась к турникету. Господи, когда ей надо, она может очень быстро бегать.
Я поспешил следом, но быстро остановился. Мы оказались на узкой дорожке в окружении густых деревьев, будто в джунглях. Некоторые корни вылезали из земли так высоко, что под ними можно было пройти, как под воротами.
– Обалдеть можно. – Находясь под впечатлением, я задрал голову. Деревья такие высокие, что солнечные лучи с трудом пробиваются через листву. Маленькие пятнышки света плясали по земле.
– Все выглядит так же, как и раньше, – сказала Айви, проводя рукой по корню, с которого свисал длинный белый мох. – Здесь чувствуешь себя как в другом мире.
– Ты здесь была со служанкой? – спросил я и пошел за ней по тропинке. Видимо, Айви преследовала какую-то цель, потому что, не раздумывая, побежала через парк.
– Да, с Марией, – сказала Айви, перелезая через корень. – Она работала на нас несколько лет. И она всегда присматривала за мной, когда моих родителей не было дома. Раньше мы часто бывали здесь, так как в парке работал ее двоюродный брат. Поэтому нам и не приходилось платить за вход. – Она криво усмехнулась.
– Здесь работают люди? – со скепсисом в голосе поинтересовался я и оглядел подлесок.
– Увидишь, – заговорщически произнесла Айви и повернулась ко мне. При этом она не заметила какой-то корень и споткнулась. Молниеносно я прыгнул вперед, схватил ее за талию и снова притянул к себе.
– Будь повнимательнее, Айви.
– Я... да... спасибо, – пролепетала она и посмотрела на меня огромными глазами.
Мы находились так близко друг от друга, что ее дыхание коснулось моего горла. У меня на затылке волосы встали дыбом, и я резко отпустил ее. Айви сделала шаг назад.
Она кашлянула и немного дезориентированно огляделась.
– Куда я хотела еще раз?.. Ах да, – пробормотала она и пошла дальше. И снова споткнулась в своих шлепанцах. Айви взмахнула руками, я быстро подхватил ее и удержал на ногах.
– Лучше я буду тебя держать, – насмешливо произнес я, наши пальцы переплелись. – Иначе ты можешь свернуть себе шею. Мы ведь этого не хотим, не так ли?
Айви сглотнула.
– Нет, мы этого не хотим.
Ее щеки вспыхнули предательским румянцем. Она бросила на меня робкий взгляд, нерешительно открыла рот, снова закрыла его и резко отвернулась.
Мы молча отправились дальше. Вскоре заросли поредели, и их место заняла большая поляна. За ней на озере Джесап шуршали неспешные волны. По берегу, переваливаясь с ноги на ногу, бродили журавли, типичные обитатели фауны Флориды. Поодаль стояло несколько маленьких павильончиков.
Айви откашлялась и указала налево, где виднелось современное кирпичное здание.
– Там с обратной стороны вольер для аллигаторов, – пояснила она и отпустила мою руку
Мне же больше всего на свете хотелось снова схватить ее за руку и притянуть к себе.
Но, увы, пришлось приложить максимум усилий и подавить этот порыв. Я огляделся.
– Там ухаживают за ранеными аллигаторами, а потом вновь выпускают их на свободу.
– Значит, нам лучше не купаться в озере? – пошутил я.
Айви содрогнулась.
– А ты когда-нибудь был на озере, где действительно можно плавать, не рискуя быть съеденным?
– Нет, – признался я и усмехнулся, когда мне на ум пришли воспоминания о родительском доме в Майами. – Наш дом стоит прямо на Майами-Ривер, – рассказывал я, пока мы направлялись к мосткам на воде. – Раньше я мог даже в школу плавать на каноэ. Это было очень практично, особенно когда у меня еще не было водительских прав. С другой стороны, почти каждую неделю в нашем саду появлялся аллигатор, иногда даже двое, а один такой залез в бассейн. – Я рассмеялся, когда вспомнил, в какой восторг пришли близнецы, когда увидели в нашем бассейне двухметрового аллигатора.
– Правда? – усмехнулась Айви.
Мы осторожно двигались по деревянным мосткам. Древесина выглядела очень старой и почти полностью пропиталась водой. Мы с трудом держали равновесие. Айви поскользнулась, и я в последнее мгновенье умудрился подхватить ее, не дав упасть в воду.
– Ничего себе! Как скользко, – сказала она и вцепилась в мою руку.
Я с трудом подавил улыбку.
– Может, вернемся?
– Ах, нет, все хорошо, – ответила она, суетливо отыскала полусухое место и быстро села.
Я балансировал на краю, наслаждаясь ветром, который трепал мои волосы. Рядом с нами волны лизали древесину мостков.
– Лучше брось это занятие, иначе свалишься в воду.
– Да ладно, я же не ты. – Я издал преувеличенный смешок, но все же опустился на мостки рядом с Айви. – Здесь, между прочим, очень красиво, – признался я и глубоко вдохнул теплый воздух и запах природы.
Кроме нас в округе не было ни души. Айви принялась распаковывать птичий корм и кидать его журавлям, которые бултыхались в воде. Птицы с голодухи накинулись на угощение.
– Наш дом находится довольно далеко от Майами. И каждый месяц работник разбрызгивает яд, поэтому в нашем саду нет даже жуков, – тихо сказала Айви.
– Неужели тебе так нравятся жуки? – подколол ее я.
Айви вздохнула.
– Нет, все животные в целом. Раньше я всегда хотела иметь домашнее животное. Собаку, кошку, хомяка – все равно кого, – но у мамы аллергия на все с шерстью. Включая людей. – Она закатила глаза. – Поэтому, будучи ребенком, я часто искала зверюшек в саду. Маленьких улиток или лягушек, но никогда никого не находила.
– Ты боишься паука в своей комнате, но хочешь лягушку в качестве домашнего питомца? – поинтересовался я, взял горсть птичьего корма и бросил его журавлям.
– Да. – Она пожала плечами. – Лягушки – это не то же самое, что пауки. Те, у кого много ног, наводят на меня страх.
– По крайней мере, у вас не было тараканов. У нас однажды появились, – бросил я. – Эти твари заполонили весь городок, и нам пришлось пару дней жить в отеле, пока их не выкурили.
Айви содрогнулась.
– Ну, может, яд не такая уж и плохая идея, – пробормотала она и схватилась за пакет одновременно со мной.
Когда наши руки соприкоснулись, мы одновременно застыли. Я почувствовал, как ее пальцы едва заметно дрогнули. Я, напротив, нежно погладил тыльную сторону ее руки большим пальцем. Айви оказалась не единственной, кому вдруг стало трудно дышать.
– Айви, что мы, собственно, здесь делаем? – тихо поинтересовался я и услышал, как грубо звучал мой голос.
– Я не особо разбираюсь в таких вещах, – неуверенно произнесла она.
– Что ты имеешь в виду?
Ее щеки покраснели.
– В том, как заботиться о других и веселить их. Чаще всего я проводила время одна. Иногда была с подругой Хлоей, ну, или мамой. Если у кого-то из них дела шли не очень, я ходила с ними по магазинам. А если я им что-то дарила, это их радовало. Но, полагаю, тебе это не очень помогло бы. Поэтому мы здесь.
– Да, здесь однозначно лучше, чем гулять по магазинам, – прошептал я. Моя грудь сжималась все больше и больше, и мне пришлось силой удерживать себя от того, чтобы не притянуть ее еще ближе к себе. – Но тебе и не нужно обо мне беспокоиться. В конце концов, это моя работа, или ты уже забыла?
– Но у тебя что-то не в порядке, – сказала Айви, и в ее глазах мелькнул след упрямства. – Тебя что-то беспокоит. Ты был в плохом настроении с того момента, как начался урок актерского мастерства. Это из-за меня, да? – Она запуталась в своих словах, потом сдалась и грустно посмотрела на меня.
Вот это девчонка. Она нанесла мне шах и мат одновременно. Со вздохом я прислонился лбом к ее плечу, чтобы не сделать какую-нибудь глупость. Например, поцеловать ее.
– Со мной все в порядке, – заверил я ее слегка грубоватым тоном. – Мне позвонили, к чему я не был готов.
– А кто звонил? – поколебавшись, спросила Айви. Когда она нервно закусила нижнюю губу, мне пришлось отвести взгляд.
Я глубоко вздохнул.
– Мой брат.
– А разве это плохо? – Айви растерянно уставилась на меня.
– Нет. – Я резко встал и провел рукой по волосам. – Не плохо, просто сложно.
– Ох... – пробормотала она.
Почему-то она казалась разочарованной. Неужели из-за того, что я доверил ей так мало информации? Или потому, что я прервал наш физический контакт? Возможно, я эгоист, но надеялся, что это последняя причина.
Вдруг рядом с нами раздался какой-то треск. Заостренный клюв журавля схватил пакет с птичьим кормом и вырвал его у Айви из пальцев. Мы в испуге вскочили. При этом Айви споткнулась об мои ноги и врезала мне в живот своим острым локтем чуть выше пупка. Прямо в солнечное сплетение. Из меня будто выпустили воздух. Я на автомате сделал шаг назад, поскользнулся на мостках и с громким хлопком опрокинулся в воду.
Какая она, блин, холодная! И грязная! Я набрал полный рот солоноватой воды и закашлялся, хватая воздух.
– Райан, ты живой? – выкрикнула Айви с паникой в голосе.
Я встал и стал сплевывать воду. Айви так свесилась с мостков, что сама чуть не свалилась в пруд. Птица же нахально выглядывала из-за ее плеча.
– Райан? – снова спросила она, когда я медленно убирал волосы со лба.
– У-у-у-у-у, – зарычал я и схватил ее за руку.
Глаза Айви округлились. Она издала резкий протестующий крик, но я безжалостно стащил ее к себе в воду.
– Блин! Холодно же! Холодно! Холодно! – выдавила она и подрыгала ногами, пока не убедилась, что может стоять. Грязная капля скатилась по ее щеке. – Ты поплатишься за это, Райан Маккейн! – прошипела она и бросила на меня такой злой взгляд, что я покатился со смеху.
– Ты бы видела себя. Болотный монстр возвращается. – Я не мог унять смех, в ответ меня окатили водой. Я заморгал.
– Ты меня только что обрызгала?
– Я? Нет, что ты, – невинно ответила Айви.
– Ну погоди, – рыкнул я и плеснул ей в лицо пригоршню воды.
Айви выругалась, подвинулась и плеснула в отместку.
– Мимо, – глумился я, но в следующую секунду наглотался воды. Мне показалось, что минимум литра три.
– Десять баллов! – торжествовала Айви.
Но я быстро взял реванш. Несколько минут мы занимались тем, что плескали друг в друга водой, ревели, ругались и смеялись. Потом поверхность озера пошла рябью, и я заметил, как на нас что-то надвигается. От испуга я замер и пропустил поток воды.
– Вот дерьмо, аллигатор, – выдавил я.
– Что? Где?! – закричала Айви и суетливо огляделась.
Быстро схватив Айви за руку, я вытащил ее на несколько метров от берега. На всякий случай мы отбежали немного вглубь. Аллигаторы и на суше чертовски опасны. Отдуваясь, мы остановились. В мои обязанности входило обеспечение безопасности Айви. Конечно, это полная ерунда, но мне даже понравилось, как она вцепилась в меня и смотрела через мое плечо на воду... на жалкую гадюку, которую вынесло на берег.
– Фу-у-у-у... – выдавила из себя Айви. – Полагаю, нас сожрал бы этот змееныш.
Черт. Как неловко.
– Да, мы чуть не погибли, – серьезно согласился я. – Но я защищал твою жизнь. Поэтому я требую надбавку к зарплате за работу в опасных условиях.
Айви рассмеялась и пихнула меня в бок.
– Какой же ты идиот, Райан.
– Раз ты такая неблагодарная, то в следующий раз позволю амфибии съесть тебя. – Я старался быть как можно серьезнее, но смех Айви был такой заразительный, что вскоре я тоже не сдержался. – Черт, – произнес я, когда мы немного успокоились. Пыхтя, как паровоз, я подпер колени. – Мы все мокрые.
– Да неужели? А я и не заметила, – ответила Айви, пытаясь вытереть воду с волос. Потом она наморщила нос и добавила: – Кстати, ты воняешь!
– Нет, запах идет от тебя, – возразил я, не отрывая глаз от ее тела.
Мокрое платье подчеркивало каждый изгиб ее фигуры. Я быстро отвел взгляд и встряхнулся, как собака. Айви снова намокла и разразилась бранью. Я лишь усмехнулся и сказал:
– Спасибо.
Она с удивлением посмотрела на меня.
– За что?
– За все.
Айви улыбнулась.
– Нам пора возвращаться?
– Да, идем в машину сохнуть. Надеюсь, у тебя есть какие-нибудь полотенца?
– Спасибо.
Она с удивлением посмотрела на меня.
– За что?
– За все.
Айви улыбнулась.
– Нам пора возвращаться?
– Да, идем в машину сохнуть. Надеюсь, у тебя есть какие-нибудь полотенца?
Айви хмыкнула.
– Естественно. Что-то такое у меня всегда есть. Наряду со снаряжением для выживания и доской для серфинга.
Я застонал.
– Великолепно.
Мы молча побежали обратно к машине. Хотя ни один из нас не сказал ни слова, наши руки снова и снова соприкасались, как бы случайно, – и, не желая этого, я вынужден был признать, что наслаждался близостью и теплом Айви. Очень даже. Гораздо больше, чем следовало.
В машине мы в конечном итоге нашли покрывало, под которым и обсохли. И жар Флориды сделал свое дело. Все еще молча, я снова сел за руль и выехал со стоянки.