След

Человеком с пониженой самооценкой легче всего манипулировать, им легче управлять, использовать в собственных интересах. Он задаёт меньше вопросов, он хуже отстаивает личные границы. Постоянно испытывает чувство вины и становится жертвой, в какой бы это ни было ситцации. Вещь довольно удобная. Такие нравятся таким, как я — психопатам. 

Обесцененый человек чувстует собственную ничтожность, бессилие, беспомощность, зависимость и одиночество. 

Есть три основных способа понижения самооценки, которыми я собираюсь психологически изнасиловать Максиму. 

Первый — похвала.

***

Докурив, мы с парнями заходим внутрь школы, расходимся по своим параллелям. Максу кто-то позвонил, и он, закатывая глаза, взял трубку.

— Алло, мам.

Всё, что было связано с моей малышкой, было важно. Поэтому я незаметно пытался послушать.

— Да не знаю я. Позвони Макси, я при чём? — недовольно проговаривал друг.

Кстати, о звонке. У меня всё ещё нет её номера. Номера моей девушки. Непорядок.

Его я обязательно узнаю. Сегодня же.

Нет.

Сейчас же.

— Что-то случилось? — спросил я Макса.

— Да Макси снова забыла свой обед в судочке, — закатил глаза он. — И из-за этого нужно переживать и звонить мне? Будто я её нянька.

Максу не нравилось своё положение рядом с сестрой. Но его никто не заставлял смотреть за ней, он сам это делает. Машинально, прикрываясь тем, что ему всё равно на неё.

Это плохо. Потому что такие братья зачастую могут убить за сестру.

Значит, Максима останется голодной на обед? А еду в нашей столовке назвать съедобной — нельзя. Тогда решено, она будет обедать со мной. Может, повезёт и кто-то увидит нас вместе, распустит слух, и все будут знать, что Макси — моя.

Есть только одна проблема — её брат. Единственный человек, которому лучше бы не знать о нас.

— Я отойду ненадолго.

Макс кивает, раздражённо заходя в класс. Я же неторопливо иду к правому крылу школы, чтобы навестить свою девушку. К моей сладкой наивной девочке. Она наверняка ждёт меня, думает обо мне. Может, даже мечтает. Конечно, ведь я её первый парень.

В какой-то части моего тела просыпается та часть собственничества по отношению к ней. Хотя я никогда не был требовательным к верности, а тем более не был собственником, желающим, чтобы девушка была только моей. У меня было много девушек, но ни одна не была моей девочкой. А я желаю свою девочку, и хочу только одного — чтобы она прониклась мной.

Крыло встречает меня с яростным топотом ног и криков. И это учитывая, что здесь учатся все параллели девятого и десятого.

— Лукьян, приветик, — слышу я сладкий голос одноклассницы.

— Хай, — отвечаю я, даже не поворачиваясь к Лере и продолжая идти к нужному классу.

— А ты куда убежал в прошлый раз? Я хотела пригласить тебя к себе на ночёвку, — немного обиженно произносит она. Но она не расстроена, она так флиртует. — Эта малолетка что, твоя девушка?

Если бы я не хотел показать всей школе, что Макси моя девушка, я бы, возможно, задумался над повторный сексом с Лерой. Но я не хочу, чтобы в один день она кому-то проболталась о нашей связи, и это дошло до Макси.

— Лера, — протянул я, поврачиваясь к ней, — мы просто трахнулись, не делай вид, что между нами может быть что-то большее.

Взгляд девушки переменился на обиженный, почти злой. Я же в это время улыбался.

— Ты трахнулась со всеми пацанами нашей и не нашей параллели. Не нужно делать вид, что я особенный, потому ты для меня — Нет.

— Думаешь, вот так, вставил в меня, и всё, я вещь, никому не нужна? — шипит она.

— Дай подумать, — задумался я, после секунды задержки с сарказмом ответил: — да.

Разъярённая девушка махнула головой и быстро удалилась, оставляя за собой шлейф приторных духов.

Моя улыбка не спадала до самой дороги к классу «10В», и когда я зашёл в него, обводя почти пустой кабинет, моя улыбка с каждой секундой спадала на нет.

И какого, мать его, хера?

На нескольких партах устроились девушки, а на самой последней, едва заметной сидела моя девушка и какой-то ботан, читающий книгу.

Максима сидит за одной партой с парнем? И почему она так близко сидит? Почему он, бля, так часто обращается к ней?

Они общаются. У них диалог.

И даже этой картины мне хватило, чтобы немедленно приблизиться к их парте. Этот бесхребетный покачивался на стуле, и я потянул его на себя, чтобы он больше не смел смотреть на Максиму.

— Чёрт! — выругался пацан, падая спиной на пол, из-за чего ему открылся взор на меня, стоящего прямо над его жалким лицом.

— Ой, — произнёс я, не удосужившись сменить тон на более невинный.

— Лукьян, — тихо проговорила Максима, переводя свой взгляд (который должен оставаться только на мне) то на своего одноклассника, то на меня. — Андрей, вставай. Всё нормально?

Почему её беспокоит этот... петух?

— Всё окей, ты же говорила мне не кататься на этом дряхлом стуле. Вот и свалился.

Ты свалился не потому, что стул старый, а потому, что пытаешься завоевать внимание моей девушки, придурок.

— Эм... а что ты тут делаешь? — обратилась ко мне Максима.

— А ты не хотела меня видеть, как погляжу? — с острым оскалом спросил я.

— Я-я нет... ты так внезапно появился. Макс говорил, что ты так рано не приходишь в школу.

— А ты приходишь, — резко отвечаю я, что было зря. Лучше не показывать, что у нас с ней в отношениях проблемы. Это только послужит зелёным светом для таких придурков, как Андрей. — И, похоже, не ради меня, да?

Она кидает на меня один из своих невинных взглядов и опускает голову.

— Андрей, ты пока прочитай упражнение и начинай делать, а если что-то будет непонятно, поучи правила. Я сейчас вернусь, — любезно проговаривает она, заставляя Андрея улыбнуться. Ей. Улыбнуться, блядь, моей девушке.

Максима кидает мне взгляд на дверь, давая мне время, чтобы испепелить щенка взглядом и выйти за ней.

— Ты злой?

— Я раздражён увиденным, — кидаю я.

— А что ты увидел? — с искренним непониманием спросила она.

— Ты правда не понимаешь или дурочкой прикидываешься? — резко бросаю, и понимаю, что это, наверное, было зря, потому что её глаза стали похожими на Бэмби.

— Нет, — совсем тихо произносит она.

Твою мать, я не понимаю, откуда внутри меня собирался такой гнев, раздражение и ещё много негативного, которое я хочу вылить и на неё, и на этого мудилу.

— Я увидел, как какое-то бесхребетное чмо клеится к тебе, а ты даже не пыталась этому противостоять, — рычу я, резко прижимая её хрупкое тельце к стене.

— Н-нет, всё не так, — шепчет она, — я просто помогала ему с заданием. Это не относится к нему, я много кому помогаю.

Много кому?

Много кому, ебать его в рот?

Ладно, мне стоит успокоиться, пока я не вжал её бедное тело в стенy.

— Это не было похоже на обычную помощь, — грубо говорю я.

— Лукьян, — почти с мольбой обращается она ко мне.

Я не бог. И не судья. Я самый плохой человек, которого она когда либо могла встретить. И сейчас она смотрит на меня не так, как должна бы. Почему её взгляд всё ещё наполнен надеждой, будто я должен спасти её, если в итоге убью?

— Просто скажи, ты к нему что-то чувствуешь? Назови мне, чёрт возьми, любое чувство, которое к нему относится, и я убью его.

— Мне нрави... — в этот момент я выпускаю всех своих демонов и дьяволов, —..шься только ты, — совсем тихо произносит она.

Хорошо. На этот раз она не ощутит всех моих яростей. Пока что.

— Повтори, — говорю я, прикрывая глаза.

— Только ты. Меня интересуешь только ты.

Эти слова кажутся настолько значительными, что я слышу только их, пропускаю мимо ушей даже звонок на урок. Только когда возле нас начинают толпиться люди, я замечаю, что начался урок. Но меня это не останавливает от яркого желания поцеловать мягкие пухлые губы.

— Лука...

Я затыкаю её бессмысленные разговоры поцелуем. Очень сладким поцелуем, буквально, потому что на губах Максимы есть что-то похожее на мёд. Я целую её не как её бесхребетные одноклассники, а как парень, желающий всю её. Наверняка она никогда не ощущала таких поцелуев.

Конечно, не ощущала. Ведь я её первый во всех смыслах. А может, и последний. Потому что я планирую сломать её настолько, что в будущем она не захочет больше никакого парня.

— Это что такое, Колесников? — разносится голос учительницы, мне приходится оторваться от Макси.

— Извините, — совершенно спокойно говорю я.

— Откуда это взялось? — отчитывает она, и Макси уже забегает в класс, не сказав ни слова. — Ещё раз я тебя увижу здесь, — шипит она, заходя в класс и буравя меня своим взглядом.

Змея.

Дверь перед моим лицом закрывается, и я успеваю посмотреть на Макси с улыбкой, обещающей ей увидеться на перемене.

***
Если понравилась глава, ставим ⭐️
С каждой главой Лука всё больше становится одержимым, как вам такое?