Киса

7 сентября. Пятница. 13:33.

– Соня, ты ничего не ела сегодня. Давай я доставку закажу? – в сотый раз твердит Влад, наблюдая, как мне плохо.
– Полежи просто со мной еще немного, – шепчу я, прижимаясь к парню.

Куертов лишь вздыхает и целует мою макушку. Ему безумно тяжело со мной справляться, даже очень. Неделю назад, когда я отказалась ложиться в рехаб, он заявил, что поможет мне бросить вещества. Наверное, Влад думал, что это дело пары дней и все будет легко, и я его понимаю, но бросить, да еще и без ломки – почти нереально.

И вот, уже целую неделю мы не выходим из дома. Меня мучает головная боль и кошмары, а Куертов боится оставлять меня одну: мало ли, сделаю с собой что-то. И мысли о суициде есть, но только пока я не приму таблетки, которые прописал врач. Без наркотиков я утратила свою веру в хоть какое-то будущее, поэтому прямо домой был срочно вызван психотерапевт, который прописал транквилизаторы. Таблетки и вправду помогают не думать о смерти, но когда они кончаются и ты ждешь доставку из аптеки – проще повеситься на шнурке своих спортивок.

Видя меня, Влад тоже стал апатичным. Мало улыбается, вечно курит, много спит. Иногда кажется, что врач перепутал наши с ним диагнозы и прописал таблетки мне, а не Куертову. Но есть и хорошее. Костя с Лёшей заезжают к нам почти каждый день и пытаются поднять наше «семейное настроение». Костя шутит, а Кореш рассказывает анекдоты, даже если мы не в лифте. Еще приезжала Кира и передала интересную книгу, которую мне посоветовал прочитать Саша.

– Ты спишь? – Влад тыкает меня в плечо.
– Нет.
– А чего молчишь?
– Думаю о том, что сейчас происходит, – я смотрю на Влада и слабо улыбаюсь.
– И какие выводы?
– Не знаю. Я почти всю ночь не спала, панические атаки заебали. Пока я не приму таблетку, то трясет, будто с психдиспансера сбежала, – пытаюсь посмеяться, но получаются лишь какие-то хрипы.
– Мы справимся, Сонь. Справимся вместе, – Куертов целует тыльную сторону моей ладони.
– Зачем тебе это всё вообще? Ты молодой парень, вокруг тебя бегает много красивых девушек, еще и популярный, а выбираешь меня и валяешься рядом целую неделю, просыпаясь посреди ночи по несколько раз из-за моих криков. Отпусти меня, Влад. Я передумала на счет рехаба, я поеду, – перевожу свой взгляд вверх и разглядываю наши отражения на натяжном потолке. – Отпусти меня и живи дальше.
– Если бы мне было похуй на тебя, то еще тогда, неделю назад, я бы не стал выслушивать всю твою историю, а собрал твои шмотки и выставил тебя за дверь, – парень поворачивает мою голову на себя. – Я люблю тебя, Соня, и не хочу отпускать, даже если будет так сложно.
– Прости, ты, наверное, ждешь от меня тоже признания, но.., – делаю паузу, смотря в серые глаза напротив. – Я не знаю, Влад. Мне тяжело сейчас думать о любви, когда мои мысли заняты только темой «как бы не сдохнуть к двадцати пяти».
– Ты не должна мне говорить то же самое сразу. Я понимаю, что тебе тяжело. Мы пройдем это вместе, и я буду ждать, когда ты ответишь мне взаимностью, – Куертов улыбается.

В ответ я просто целую его, неторопливо сжимая губы. Влад аккуратно гладит мою шею, будто боится сломать. О сексе не может идти и речи, потому что для меня встать с кровати – задача не из легких, а о близости вовсе никакого идти и не может. Только я хочу отстраниться, как по комнате разносится громкий рингтон телефона. Влад отрывается от моих губ и принимает вызов. Собеседник что-то долго говорит, на что брови Влада то поднимаются, то принимают обычный вид.

– Блять, Миша. Хорошо, я сейчас приеду, но только на пол часа, – Куертов нервничает, ходя из стороны в сторону.
– Что-то произошло? – интересуюсь я, когда парень заканчивает звонок.
– Как бы я этого не хотел, но мне придется тебя ненадолго оставить одну, Сонь. Там какие-то проблемы в офисе, срочно нужна моя подпись в документах, – Влад присаживается на кровать, поглаживая мои колени.
– Ничего страшного. Я же не маленькая, посижу одна, – я улыбаюсь, смотря, как парень переживает.
– Я туда, и сразу обратно. Только прими таблетку в два часа и мне сразу напиши. Хорошо? – Влад быстро переодевается и проверяет телефон.
– Без проблем.

Куертов забирает с полки ключи от машины, коротко целует меня в щеку и уходит. Что ж, впервые за неделю я осталась одна в серой квартире. До принятия таблетки остается пять минут, поэтому пока я могу поговорить по телефону с Костей, который просил его набрать.

– Привет.
– Соня! Ты как себя чувствуешь? Я уж думал не позвонишь.
– Да чувствую себя неплохо, голова только болит. Влад уехал в офис какие-то бумажки разгребать.
– Я могу приехать, если тебе страшно.
– Да нет, Костя, все хорошо. Таблетку выпью скоро и спать просто лягу. Влад обещал быстро вернуться. Ты хотел о чем-то поговорить?
– Да, точно. У меня есть хороший знакомый психотерапевт, он таких шизиков вытаскивал, ты даже себе представить не можешь. Я могу поговорить с ним и, если тебе нужно, конечно, то чтоб он записал тебя к себе.
– Спасибо, Костя, но мне нужно сейчас допить курс этих таблеток. Как только мне станет легче, то я обязательно приму твое предложение.
– Хорошо, но знай, что я всегда на связи и готов помочь. Подписчики так ждут, чтобы ты вернулась к нам на стримы, да и сама уже запустила. Я помню, ты мне обещала алко-стрим в баре!
– Хах, я тоже помню. Как только оклемаюсь, то сразу побежим туда.
– Я буду ждать твоего возвращения, моя боевая подруга!

Будильник на наручных часах срабатывает, а это значит, что пора выпить таблетку.

– Ладно, Заяц, я побежала в себя опять эту дрянь вкидывать. Напишу вечером еще.
– Выздоравливай! Пока.

Беру блистер с полки и вижу, что остался один белый кружочек. Открываю таблетку и иду на кухню, чтобы налить воды. Беру стакан и хочу открыть кран, как таблетка выпадает из руки и попадает точно в отверстие слива раковины.

– Сука! – злюсь я, ударяя по столешнице ладонью.

Плетусь обратно в комнату, чтобы взять другую коробочку, но не нахожу её на месте. Еще раз смотрю на полке, но там её нет. Смотрю в шкафу – там её тоже нет. Тумбочка, стол, кровать, кухня, ванная – нет нигде. Паника уже начинает накрывать сильнее. Транквилизаторы всегда вызывают привыкание, поэтому без выпитой таблетки становится хуже в несколько раз.

Обессиленная сажусь на кровать и думаю, что же теперь делать. Звоню Владу, чтобы спросить, где лежит рецепт, но его телефон недоступен. Без рецепта я не смогу купить таблетки в аптеке, и даже не смогу заказать курьера. Руки трясутся, голова начинает болеть сильнее, мысли путаются. Взгляд опять начинает возвращаться к канцелярскому ножу, лежащему на столе. Руки тянутся к шнурку штанов, пытаясь его вытянуть.

Этот час без Влада я точно не вынесу.

~

15:29

– Да что с телефоном блять, – ругается Куертов, пытаясь набрать номер девушки.

С самого выхода из дома с телефоном что-то творится, поэтому парень не может ни написать, ни позвонить. Мессенджеры просто не запускаются, хотя еще час назад устройство было полностью исправно.

Откуда-то сверху доносится женский крик, а уже через пару секунд по двору разносится громкий хлопок. Парень не успевает ничего сообразить, а только наблюдает за телом, которое падает прямо под ноги, чудом не задев его самого. Длинные темные волосы пачкаются в грязи лужи, а изумрудные глаза уже не кажутся живыми, как два часа назад. Руки вывернуты в неестественном положении, а на щеке виднеется красная ссадина.

Куертов просто стоит, смотря на свою девушку, лежащую под ногами, и не знает, что делать. Толпа зевак уже начинает стягиваться к месту происшествия: кто-то пытается дозвониться в скорую, кто-то просто наблюдает, а кто-то снимает все на телефон, пытаясь подойти поближе. Парень медленно опускается на колени рядом. Его лицо не выражает ни одной эмоции, но внутри всё раздирает боль. Из серых глаз начинают течь слезы, падая на и так мокрый асфальт. Он так спешил, пытался успеть сделать все быстро, но не успел. Парень бьет кулаком асфальт, разбивая костяшки в кровь, но моральную боль никак не перекрыть физической, поэтому Куертов просто рыдает, прижавшись к холодной женской груди.

Сколько прошло времени с падения? Пять? Десять минут? Пол часа? Влад не может понять. Он лишь продолжает смотреть на бледные губы своей девушки, которые изображают слабую улыбку. Наконец, кто-то поднимает его и отводит в сторону, но сил, чтобы поднять глаза и посмотреть – просто нет. Его усаживают на лавочку недалеко от подъезда и пару раз бьют по щекам, обращая внимание на себя.

– Ты же её парень, да? – взрослый мужчина в очках присаживается рядом, опуская руку на плечо Влада.
– А вы кто? – шепчет Куертов.
– Виктор Иванович, отец Софьи. Странно, что мы знакомимся при таких обстоятельствах, – мужчина закуривает, предлагая новому знакомому, но парень отказывается.
– Я Влад.
– Наслышан. Сын показывал новости про вас в интернете.
– Что вы здесь делаете?
– На патрульной машине ехал в паре кварталов отсюда, потом вызов поступил, что суицид, ну а тут дочь валяется вся в крови. Я знал, что она так и закончит.
– Почему вы не уберегли её? – Влад обращает свое внимание на собеседника, и еще одна слеза катится по его щеке. – И Полина тоже погибла.
– Хах, ну ты наивный. Как можно спасти человека от наркотиков, если он не хочет этого сам? Скажи мне, Влад. Ни Полина, ни Соня не хотели, чтобы им помогли. Я уж, как отец, точно знаю. Раз уж Соня рассказала тебе про Полину, то, наверное, рассказала про то, как почти убила лучшего друга за очередную дозу? – Виктор с интересом смотрит на Куертова, но видит на его лице лишь растерянность. – Вижу, что не рассказывала.

5 марта. 2021 год

– Соня, хватит! Тебя погубит эта дрянь! – кричит Смольников, выхватывая прозрачный пакетик из рук девушки.

– Ты вообще берега попутал? – Соня вскакивает со стула, пытаясь забрать своё. – Ваня, отдай блять.
– Я смою эту хуйню в унитаз, пошли, – парень берет Соню под локоть и пытается вывести с кухни, но та сопротивляется.

Наконец, ему удается вытащить Грехову в коридор, но девушка хватает нож и пытается вырваться.

– Я тебя прямо здесь зарежу нахуй, если ты мне не отдашь пакет, – кричи девушка, вырывая свою левую руку.
– Смотри, – Смольников мигом оказывается у ванной комнаты и открывает крышку унитаза, чтобы смыть содержимое пакета в канализацию. – Что ты мне сделаешь? – он явно дразнит Соню.
– Отдай, иначе я..,– кричт Грехова, но не успевает закончить, как её перебивают
– Иначе что? – парень смеётся, начиная сыпать порошок в воду.
– Ваня! – выкрикивает девушка и втыкает длинный нож в плечо Смольникова.

Рука Ивана дрожит и он роняет пакет на пол. Он смотрит то на девушку, то на окровавленую руку, пытаясь не потерять сознание от боли. Грехова же просто смотрит на это всё, и её взгляд метается, а глаза начинают слезиться.

– Вань, я же не хотела, – шепчет она, закрывая рот рукой.

– Хорошо, что он скорую сам смог вызвать, пока она в истерике билась, дура. Если бы на минуту позже вызвали бригаду, то он бы прямо там, – Виктор Иванович присвистывает и кидает взгляд на серое небо. – Я её посадить хотел, чтобы всякой дрянью не баловалась, но мать истерику закатила, и пришлось дуру эту отмазывать, а Ване лечение оплачивать.
– Зачем вы мне это всё сейчас говорите? – Влад наблюдает, как работники скорой помощи пакуют тело в мешок и уносят в машину.
– Вижу, что ты парень хороший, да и её любил, но она не заслуживает этого. Слишком уж много всякой дряни сделала за свою жалкую короткую жизнь, – мужчина встает с лавочки. – Наркоманам нет прощения, пойми.

Реакция Куертова не заставляет себя долго ждать, и в лицо мужчины летит крепкосжатый кулак, разбивая нос. Виктор стоит пару секунд, осознавая произошедшее, но приходит в себя и тянется к кобуре. Громкий звук опущенного курка, и в небо летит первый выстрел.

– Руки над головой поднял! Живо! – кричит мужчина, направляя пистолет на Куертова. – Нападение на сотрудника полиции при исполнении!
– Ты конченный урод! – кричит Влад, поднимая руки.

Его лицо опухло и мокрое от слез, но он улыбается, сам не осознавая почему. Он понимает Соню. Он бы тоже с радостью сейчас вылез на балкон двадцатого этажа и шагнул в пропасть, наплевав на всё. Но раздирает от паршивого чувства внутри. Он не сказал ей так много, не сделал всего, чего хотел. Она так мечтала об Испании, и он хотел лететь в Мадрид на новый год, но Соня решила все сама за себя. Где-то уже слышится сирена полицейской машины, а Влад просто падает на колени, ведь дрожащие ноги уже подводят.

Перед глазами пелена слез, и лишь её звонкий смех слышится в голове. Лишь её изумрудные глаза навсегда останутся в разбитом сердце. И лишь её прикосновения, будто клеймо, оставлены на каждом сантиметре мужского тела.

———

спасибо всем, кто читал эту историю и ждал продолжения! без вашей поддержки бы первая часть так и не получила развития, тк я не хотела дальше её дописывать.
для истории сони и влада я посчитала, что нужен именно такой конец, потому что важно показать, к чему приходит употребление незаконных веществ и какие у этого последствия в будущем.
у меня есть идейка про другую историю с владом, но пока нет вдохновения, чтобы писать. но она обязательно будет!! а пока жду вашу реакцию на финал в комментариях.
еще раз всем спасибо, всех люблю :)