Глава 73.
Профессор Рум, конечно, свое дело знал, но только слушала я его на лекциях не особо внимательно. Решив, что, раз я в Шелдронии точно не задержусь, мне не нужно утруждаться изучением этикета. Наверное, зря... Сдается, что поведение мастериц будет мне во многом понятно и объяснимо, если я доберусь до фолианта с правилами. Да и на пары к профессору Злотарию похожу. Знания о Чарде мне не пригодятся, но очень уж интересно послушать о волшебном мире. Хоть что-то буду делать для души!
Т. Ты меня совсем не слушаешь, — заметил Том, убирая прядь моих волос за ухо и улыбаясь.
С. Задумалась.
Т. На занятия опоздаешь.
С. Ой!
Я подскочила, вернула котенка в корзинку, подхватила и ее, и сумку. Принц все еще стоял и смотрел на меня, и какая-то шальная улыбка не сползала с его губ.
С. Пока. Удачного дня!
Т. До вечера, чудо, — поправил он, открывая портал.
Котенку Айре обрадовалась настолько, что мы чуть не сорвали пару у профессора Бастинды, пока зверек переходил из рук в руки, и каждая мастерица считала своим долгом над ним поворковать.
К. Какой красивенький!
Г. И маленький!
Д. Есть, наверное, хочет.
А. А ты его кормила?
Айре, к которой котенок вернулся на руки, уставилась на меня.
С. Нет, — отозвалась я. — Но думаю, что он сытый.
Я всячески избегала вопросов о том, где добыла питомца для бывшей русалки.
А. Лишним не будет.
Мастерицы засуетились, сходили и принесли из столовой молока, ласково пощебетали над тем, как котенок фыркает, и были вынуждены признать, что зверька нужно отнести в комнату к Айре.
Бастинда сухо с нами поздоровалась, чуть задержав на мне взгляд, и пустила клубок отмечать присутствующих.
Б. Сегодня наша пара посвящена влиянию вышивки, — сказала преподавательница. — Вышивка сама по себе искусство даже без магии, но заклинания позволяют усилить ее свойства и использовать не только для красоты, но и, к примеру, для защиты. Этот труд требует невероятной концентрации, научиться которой нужно каждому магу.
У нас каждый год происходит традиционный обмен с Магической Боевой Школой. И боевые маги, лучшие и достойные, могут получить в МыШКе не просто знания, но и возможность стать сильными волшебниками.
Интересно, а где Глеб и Арар? Их почему-то снова нет на паре.
Г. Но все же... Почему магия имеет такое четкое деление? Почему одни могут стать мастерицами, и даже кудесницами, а другие способны уничтожать нечисть или исцелять?
Профессор Бастинда поднялась и осмотрела всех нас.
Б. Главное для мастерицы не иголка с ниткой, которой делаются ровные стежки, а умение мечтать, верить и вкладывать это в свой труд.
В аудитории послышались шепотки.
С. То есть вышивка по сути дела — заговор? — не удержалась я.
Б. Вот именно! Помните о силе, которой обладаете, несите за нее ответственность, — назидательно сказала профессор Бастинда, окончательно сбивая нас с толку.
Преподавательница вздохнула. Всегда собранная, сдержанная, сейчас она казалась уставшей. Мне невольно захотелось спросить: что случилось?
Б. Итак, открываем тетради и записываем, — велела она, рассеивая возникшую тишину уверенным голосом. — Для привлечения любви, а за этим к мастерицам обращаются чаще всего, вышиваем маки и пары животных. В рисунке обязательно должна присутствовать красная нить. На нее накладывается особое заклинание.
Она призвала переливчатый клубок, взмахнула иголкой, создавая подобие экрана.
Б. Перепутаете, создадите приворот, а за него...
К. Пять лет тюрьмы, — вздохнула Красава
Б. Это — если снимете, — отозвалась профессор Бастинда, поправляя очки. — Иначе смерть.
С Почему так жестоко? — не выдержала я.
Б. Вы вмешиваетесь в судьбу человека, Баттерфляй, изменяете ее.
С. Но ведь он сам просит.
Б. Не приворот, а привлечение любви, — заметила профессор Бастинда. — Вы не навязываете чувство, лишь позволяете ему прийти к человеку. И пусть сам решает дальше свою судьбу.
Я старательно переписала формулу заговора.
Б. Слова вставляются в самом конце наматывающего заклинания. В седьмой главе учебника по искусству мастерицы приведены другие примеры рисунков. Прочитать и законспектировать.
Я сделала пометку и машинально прикусила карандаш.
Б. Что-то не так, Баттерфляй?
С. В самом начале учебы вы говорили, что мы можем вышивать, что угодно, накладывая определенные заклинания, а теперь выяснилось, что все может быть гораздо проще. Есть уже готовые образцы.
Б. А вы хотите творить по шаблону?
Вопрос повис в воздухе.
С. Разве с шаблонов нельзя начать? В моем мире так бы и поступили. Когда есть образец, получается быстрее.
Б. Но не лучше. В этом-то и беда. Когда вы видите готовое, свое создать уже труднее. Я бы не советовала вам использовать шаблонные вышивки, но изучать мы их в любом случае будем. Вы действительно должны на что-то опираться. Да и когда-то эти вышивки тоже являлись плодом фантазий самых первых мастериц. Тех, кто использовал свой дар в полную силу, не ставя ограничений для мечты.
Преподавательница вернулась к столу, продолжая пару. Я записывала машинально: для удачи нужно вышивать корабль с парусом, дракона, подковы и обязательно с золотой нитью; для богатства — рыб; для здоровья — деревья, ирисы; для силы и защиты — львов. Я даже не подозревала, что последние в сказочном мире имеются.
После лекции началась практика, на которой появились Глеб и Арар. И если боевой маг с Таркских болот выглядел безукоризненно, то его напарник казался весьма потрепанным и невыспавшимся. Заметив, как он в сотый раз укололся иголкой, я отодвинула свою вышивку и прошептала:
С. Помочь?
А. Чем?
С. Глупый вопрос.
А. Как же! Дай угадаю? Голову ты мне отрубить не в состоянии, чтобы перестала болеть, а вышивать — не умеешь, — ворчливо заметил Арар.
С. Это почему же не умею? — прошипела я, радуясь, что Бастинда тоже вышивает и на нас не обращает внимания.
А. Нитки вон торчат, — невозмутимо отозвался боевой маг. — И это притом, что у тебя волшебный клубок есть! Для тебя, похоже, бесполезная вещь.
От такой отповеди я сначала растерялась, а потом разозлилась.
С. У тебя вообще неведомая зверушка получается, а у меня хоть на ирис похоже!
О том, что цветок выходил кривовато и красно-синим (клубок опять проявлял характер, чтоб его!), я промолчала.
Г. Между прочим, Арар прав, — заметил Глеб, изящно вдевая нитку в иголку тонкими, унизанными серебряными перстеньками пальцами. — У Тома лучше получалось.
Я открыла рот, закрыла, а потом, шокированная услышанным, все же уточнила:
С. Том умеет вышивать?
А. Разумеется. Мы же тебе рассказывали — обмен между студентами традиционный.
С. И он... э... оказался достойным, — вспомнила я нужное слово, — того, чтобы оказаться по обмену в МыШКе? Я вообще думала, что принца во дворце обучают.
Боевые маги усмехнулись.
Г. Том и во дворце? Тот бы не выстоял. Его отец правильно поступил, что отправил его учиться в Магическую Боевую Школу.
Арар снова укололся, но сдержал порыв выругаться, а Глеб задумался.
С. Он правда вышивал? — снова поинтересовалась я.