Между светом и тенью
Прошла неделя.
Рен не мог выбросить ту встречу из головы.
Он видел тысячи лиц каждый день — фанаты, стилисты, интервьюеры — но ни одно из них не было таким... спокойным.
Он пытался не думать.
Но каждая песня, которую он писал, почему-то получалась о ней.
Тихий голос в голове шептал:
"Химера. Смешная, странная, настоящая."
⸻
Он снова нашёл её — случайно.
Точнее, случайность выглядела как совпадение, но он сам настоял пойти в ту же кофейню после записи шоу.
Капюшон, очки, маска — стандартный набор для того, кто не хочет быть узнанным.
Она сидела на том же месте, только теперь писала на планшете.
Вид у неё был сосредоточенный, как у человека, который спорит с собственными мыслями.
— Снова чай? — спросил он, подходя.
Она подняла голову, удивлённая, но улыбнулась:
— А ты снова с кофе. Ты ведь сказал, что не любишь кофе.
— Я солгал, чтобы казаться загадочным.
Она рассмеялась — тихо, чисто.
Этот звук почему-то пробил его сильнее любой фанатской истерики.
⸻
— Ты ведь не просто «музыкант», — сказала она спустя полчаса. — Я тебя видела.
Он замер.
— Где?
— На экране. В рекламе. И на сцене.
Он выдохнул. Маска сорвана.
— И что, теперь убежишь?
— Зачем? Я же не фанатка, — просто ответила она. — Я люблю музыку, не лица.
Он не знал, что сказать.
Все привыкли либо восхищаться им, либо завидовать, либо бояться.
А она... просто смотрела.
— Если честно, — добавила она, — ты кажешься уставшим от самого себя.
Эта фраза застряла где-то между горлом и сердцем.
Он не смог улыбнуться.
Просто кивнул.
⸻
Позже, когда он вернулся в агентство, группа уже репетировала.
— Где ты был? — спросил старший.
— Гулял.
— С фанаткой?
Рен сжал зубы.
— Не начинай.
Но слух пошёл.
Менеджер нахмурился.
— Если кто-то узнает, нам всем будет плохо. Держись подальше от этого.
Он промолчал, хотя внутри закипало.
⸻
Вечером пришло сообщение.
Химера: Прости, если сегодня сказала что-то не так.
Он долго смотрел на экран, потом набрал:
Рен: Нет. Просто ты сказала слишком правильно.
⸻
Следующие дни он писал новую песню.
Менеджер спрашивал, для кого.
Он не отвечал.
Но в каждом слове звучало одно имя.
И каждый раз, когда он закрывал глаза, видел не сцену — её глаза, спокойные, но острые, как лезвие между светом и тенью.
⸻
Он ещё не знал, что уже втянут в игру, где на кону — не репутация, а то, что он так долго прятал от всех:
своё сердце.