Глава 1
Новенький Audi A6 подъехал к кованным воротам, за которыми виднелась территория достаточно большого ухоженного двора, погруженного в темноту. Аккуратные дорожки, подсвеченные маленькими фонариками, подстриженный газон, цветущие клумбы вокруг крыльца внушительного особняка. Любой человек среднего достатка хоть раз в жизни развлекался мечтами о том, что однажды у него будет такой «домище» и он будет жить в нем, как король. Вот только в этом особняке никто не живет, но посетителей предостаточно.
Из будки охранника выходит подтянутый мужчина и приближается к тонированному автомобилю. Стекло со стороны водителя опустилось и охраннику протянули темный прямоугольник карточки-пропуска. Наклонившись к окну, мужчина взглянул на водителя, улыбнулся и протянул пластик назад.
— Господин Мин, могли и без пропуска приезжать — вы же лучший друг Босса, — произнес охранник, когда карточку все же забрали.
— Ну, знаешь, Бомгю, дружба дружбой, а правила для всех одни, — хмыкнул водитель и выглянул из машины под свет фонаря у ворот. Выбеленные волосы модно подстрижены, ими же скрыты темные широкие брови. Лисий разрез темно-карих глаз, небольшой, аккуратный нос и усмехающиеся совсем немного пухлые губы. — К тому же, я давно не появлялся — вдруг меня лишили членства в клубе, м?
— Вас? Вот уж сомневаюсь, — улыбнулся Бомгю. — От Босса же все омеги уйдут, если вы совсем перестанете приезжать.
— Льстишь, — улыбнулся блондин. — Но рад слышать, что оказываю посильную «помощь» другу в его бизнесе.
Охранник рассмеялся, качая головой и нажимая кнопку на пульте, чтобы открыть ворота.
— Ладно, не буду вас задерживать, сэр. Приятного вечера!
Мин подмигнул Бомгю, поднял стекло и въехал на территорию особняка. Он не появлялся здесь уже больше месяца и, кажется, действительно соскучился по этому месту. Здесь он мог спокойно быть собой, не скрывая своей натуры и наслаждаясь каждым проведенным здесь часом. Да, его друг создал идеальное место для таких, как они.
Остановив автомобиль у широкого крыльца, альфа вышел из него и отдал ключи вместе с чаевыми улыбчивому парковщику. Здесь его любили не только омеги, но и весь персонал. Мужчина был щедр к добросовестным работникам и все это знали, поэтому старались угодить другу Босса, на что он только улыбался и поощрял только действительно заслуживших это.
Мин поднялся по широкой лестнице и вошел в одну из больших резных дверей, заботливо открытую перед ним дворецким. Внутри особняка было светло и уютно, но альфа знал, что стоит ему войти в дверь по левую руку от него — и все кардинально поменяется. Что он, собственно, и сделал, тут же оказавшись в обители похоти и разврата.
Огромное помещение, которое могло бы в прошлом служить залом для балов, было оформлено в черных и красных тонах, с потолка свисали хрустальные люстры, освещающие все пространство приглушенным светом, создавая интригующую, интимную атмосферу. По всему залу, вокруг большой круглой барной стойки, были разбросаны то там, то тут удобные небольшие диваны со столиками, которые, при желании клиентов, можно было отгородить ширмами, чтобы никто посторонних не увидел или не помешал происходящему за ними. Но такие случаи были редки. Потому что здесь не было места стеснению или смущению. Такого понятия просто не было в словаре членов этого закрытого клуба.
Главным доказательством этого служили тянущиеся вдоль двух стен «сцены», по три у каждой. Они были огорожены от остального пространства зала золотистыми столбиками с натянутыми между ними тяжелыми кроваво-красными канатами и были оборудованы так, чтобы удовлетворить любой, даже самый извращенный вкус. Андреевские кресты, клетки, кровати со всевозможными креплениями и приспособлениями, станки, распорки, кандалы, колодки, подвесные бондажи, цепи и прочее-прочее-прочее... Так же на «сценах» имелось все необходимое для «игр» — плетки, стеки, флоггеры, кляпы, поводки, ошейники...
Членство в клубе стоило больших денег, но это сполна окупалось тем, что для клиентов подбиралось все только самое лучшее. Хозяин закрытого клуба для любителей BDSM со знанием дела и любовью относился к своему детищу. Ведь и сам был отличным Доминантом. Который в данную минуту с широкой улыбкой приближался к вновь прибывшему альфе вольяжной походкой.
— Мин Юнги, — глубоким, чуть хриплым голосом произнес он, распахивая объятья. — Где ты пропадал, сукин сын?
— Прости, Джун, слишком много работы накопилось, — усмехнулся мужчина обнимая друга. — Не думаю, что мое отсутствие заметил кто-нибудь, кроме тебя.
— Ммм... а как же я? — обиженно надул губки темноволосый омега, выплывая из-за плеча серебристоволосого Дома. Он был обнажен до пояса, а на шее красовался изящный кожаный ошейник. Ясно, эти, как всегда, в игре. — Я ведь так люблю нашего великолепного кофейного альфу!
— Джин-и, а ты все хорошеешь и хорошеешь с каждым днем, — в тон ему мурлыкнул Юнги, поддевая пальцами чужой подбородок и мягко касаясь чужих губ в поцелуе. — Я тоже скучал, малыш.
Сокджин довольно улыбнулся, подмигнул старшему и приник всем телом к плечу своего Доминанта, с обожанием и покорностью глядя на него снизу вверх. Юнги всегда поражала связь между этими двоими. Вне игры они были близкими друзьями, равными друг другу. Возможно, чуть более близкими, чем это предполагается в обычном обществе. Но в стенах клуба Джин превращался в покорнейшего Саба, готового угодить любому желанию своего Господина. Наблюдать за их сессиями было одним сплошным удовольствие.
— Что у вас новенького? — спросил Мин, приподняв вверх руку и кивая бармену, чтобы тот наливал, как обычно.
— О, тебе понравится, — хмыкнул Намджун и поманил донсена за собой к столику неподалеку от одной из сцен, где сейчас шла сессия. — Мы с Хоби как раз рассуждали о том, что в данной ситуации нужна рука правильно Дома.
Юнги вскинул бровь, но последовал за парочкой. На диване сидел еще один друг компании, Хосок — темноволосый альфа с яркой аурой садиста и темным огнем в глазах. У его ног сидел самый непокорный Саб, что встречал в своей жизни Мин, — Тэхён. Это дикое, необузданное создание не поддавалось практически ни одному Дому. А Хосок ненавидел непокорных. Поэтому увидеть этих двоих вместе было большой неожиданностью.
— Вот так сюрприз! Юнги-я!~ — воскликнул Тэ, когда друзья подошли к столу, но Чон цокнул языком, слабо шлепнув его по плечу поводком, и парень, что удивительно, умолк.
— Привет-привет, — хмыкнул Юнги, окинув взглядом альфу и омегу. — Вот уж точно сюрприз! Как же так вышло? Вы же... ну совсем не подходите друг другу.
— Мы пришли к консенсусу, — краем губ улыбнулся Хосок и снова перевел взгляд на сессию, цокая языком. — Ну что же он делает, а?
— Без изменений? — спросил Намджун, усаживаясь в кресло рядом с диваном и указывая Джину на подушку у своих ног. Сабмиссив безропотно опустился на указанное место и с разрешения Хозяина положил голову ему на колени. — Все настолько плохо?
— Он даже не течет! — раздраженно фыркнул Хосок, но негромко, чтобы не нарушать атмосферу. Хотя какая уж там атмосфера?..
Юнги сел на диван рядом с Чоном, посмотрел на сцену и увидел, в первую очередь, абсолютно безразличного ко всему Саба. Красивый, русоволосый обнаженный омега лет двадцати с небольшим с отсутствующим видом был за руки подвешен на цепях, а расставленные ноги были закованы в кандалы. А вокруг него, едва ли не с бубном, скакал альфа, пытаясь хоть как-то спасти уже совершенно испорченную сессию.
— Что происходит? Это же Джебом — у него все омеги текут, — нахмурился Мин, принимая в руки бокал из бара с небольшой порцией виски.
— А этот — нет! — развел руками Джун. — У Чимина... проблемы с этим.
— Чимин?.. — поднял бровь Юнги, наблюдая, как от сцены отходят собравшиеся зрители. Самый большой удар по самолюбию Дома.
— Этот Сабмиссив, — Джун кивнул на омежку в цепях. — Тэхён привел его около месяца назад, очень просил разрешить ему посещать наш клуб, а Джин-и ручался за него головой. Но за все это время он ни разу не провел ни одной сессии в другом состоянии, кроме этого.
Тэхён поднял взгляд на своего Дома и просяще поскреб ткань его брюк ухоженным коротким ноготком. Хосок кивнул, разрешая, и погладил мягкие синие волосы младшего.
— У Мин-и в прошлом был очень жестокий Хозяин, как я понял, — произнес омега, посмотрев на Юнги. — Он не любит распространяться об этом, но, видимо, на психологическом уровне он не может расслабиться и игры превращаются в пытку.
— Я вижу, — кивнул альфа, поджимая губы от жалких попыток Джебома.
— Я дал малышу шанс, но дальше так продолжаться не может, — покачал головой Намджун. — Ни один Дом не хочет иметь с ним дел. Сегодня была его последняя возможность исправить ситуацию — ничего не вышло. Чимину придется уйти...
— Нет!
Чон перевел нечитаемый взгляд на своего Саба и тот сразу же замолчал, хотя собирался возражать, как только возможно. Чудеса да и только!
Мин перевел взгляд с альфы на Чимина и сделал глоток напитка в своем бокале. Омеге действительно плевать на все, что творит с ним Доминант. В глазах столько обреченности и отчаяния, что сердце невольно сжимается. У Мин Юнги сжимается сердце! А оно, оказывается, у него есть?! Вот это новости! Кому расскажи — не поверят! Но помочь омеге хотелось. Шанс попасть в элитный клуб выпадает не каждый день, а малышу явно необходимо это место.
Поднявшись с дивана, Юнги подошел к сцене, подозвал к себе Джебома и перекинулся с ним парой фраз. Альфа кивал на слова блондина, а после они пожали друг другу руки и Джебом удалился. Мин сделал еще один глоток виски и отставил бокал в сторону, поднимаясь на сцену. Чимин поднял на него взгляд и чуть нахмурился. Что за чертовщина? Кто это вообще? Альфа легким движением плеч сбросил пиджак и положил на скамью для порки, а затем закатил рукава своей черной шелковой рубашки.
— Добрый вечер, — спокойным голосом произнес мужчина, подошел к омежке и приподнял его лицо за подбородок. — Я Мин Юнги и я знаю о твоей ситуации, — в глазах парня мелькнули страх и волнение, но на лице не дрогнул ни один мускул. Вышколенный малыш. — Я хочу попробовать тебе помочь, ты позволишь? Мы ведь оба знаем, чем закончится для тебя этот вечер.
Чимин коротко кивнул. Черт его знает, что это значит. То ли, что он понимает, то ли, что разрешает. Юнги решил, что, скорее всего, второе. Проведя большим пальцем по пухлой нижней губе омеги, он чуть надавил на нее. Мягкая, упругая, приятная на ощупь... интересно, какая она на вкус? Не отказывая себе в удовольствии, мужчина наклонился и провел по губе мальчишки языком. Сладко. Безумно сладко. Наверно, и аромат у Саба тоже какой-нибудь нежно-ванильный, сладкий. Но узнать это пока нет шанса — как и все здесь, омега был под подавителями. Поймав губами судорожный вздох Саба, Юнги едва заметно улыбнулся, а затем резко изменился в лице. На смену улыбке пришла едва ли не коварная усмешка, черты лица словно заострились, а глаза утратили всякий блеск, превращаясь в два темных омута.
Игра началась.
Мин отошел от омеги на пару шагов и повернулся к стене, где на крючках были размещены различные «игрушки». Задумчиво сложив руки на груди, альфа коснулся длинным указательным пальцем своих губ и краем глаза заметил, что к сцене снова стали подходить зрители. Да, многие любили смотреть на то, как он проводит сессии. Юнги привык к этому и совершенно не обращал внимания. Все его мысли сейчас были заняты этим маленьким Сабом.
Сняв со стены короткий, гибкий стек с кожаным широким наконечником, Доминант оценивающе погнул его в своих руках, а затем на пробу ударил им по своей ладони. От звука Чимин вздрогнул и цепи на руках звякнули в тишине. Да, то, что нужно. Альфа развернулся к младшему и медленно, грациозно стал приближаться к нему, постукивая себя по ладони тонким стержнем стека. Он видел, как грудь донсена стала подниматься и опускаться быстрее от частого дыхания. Именно, малыш, это для тебя...
Приблизившись к омеге, Юнги остановился на расстояни шага от него и нежно провел кожаной частью стека по его щеке. Холод трости контратировал с теплотой тела и Чимин вздрогнул, не поднимая головы. Сабмиссиву нельзя смотреть на Господина, пока тот не разрешит. Первое правило для тех, кто любит такие игры. Коричневая кожа скользила по нежным изгибам тела омеги, задевая чувствительные участки всего лишь краем, дразня. Наблюдая за собственными действиями и реакцией Саба на них, Юнги отметил, что малыш весь покрыт шрамами. Большими и маленькими, они были едва заметны на бледной коже, но зоркий глаз Дома подмечал все детали. Кажется, предыдущий Господин у Чимина был действительно чудовищем.
Юнги медленно кружил вокруг Саба, поглаживая его кожу стеком, заставляя изнывать в ожидании удара, иногда отрывая трость от его тела и проходясь легкими точечными похлопываниями. Он видел, что парень подрагивает от ощущений, и довольная улыбка коснулась его губ на мгновение. Вот теперь можно играть в полную силу. Остановившись перед парнем лицом к лицу, мужчина нежно провел коричневой кожей по внутренней стороне бедра омеги, а затем резко ударил тростью по его внешней стороне. Чимин ахнул от неожиданности, а после протяжно застонал, когда альфа провел по месту удара кожаной частью. Контраст ощущений сводил с ума.
Доминант раз за разом наносил удары по разным участкам кожи младшего, тут же поглаживая их и унимая боль. Рваные стоны омеги ласкали слух, его хриплое дыхание эхом отдавалось от стен сцены. Бледная кожа покраснела в местах ударов, заставляя старшего бессознательно провести языком по губам. Безумно красиво. Безумно заводит. Будь он в другой ситуации, Мин бы обязательно подольше побаловался с этим малышом, но сейчас перед ним стояла немного иная задача.
После новой серии резких ударов альфа зашел за спину Чимина, обвил его талию одной рукой, а второй, отбросив стек в сторону, прошелся по покрасневшей коже живота вниз. Обхватил возбужденный член пальцами и несколько раз медленно провел по нему от основания до головки, срывая с губ омеги протяжный стон. Улыбнувшись в шейку парня, Юнги перевел все ту же руку ему за спину и, чуть сжав одну из ягодиц, проник пальцами между упругих половинок. Музыкальные пальцы старшего обвели по кругу колечко мышц, а затем резко оказались внутри, сразу же находя нужную точку. Чимин вскрикнул и вздрогнул всем телом от настигнувшего его оргазма, пачкая пол под ногами белесыми каплями спермы.
Мин еще несколько раз скользнул пальцами туда и обратно, а затем извлек их и поднес к глазам омеги, растирая смазку. Чимин, пытаясь отдышаться, во все глаза уставился на поблескивающие от влажности пальцы альфы. Год! Целый год он не мог...
— Не благодари, малыш...