Эпилог
— Это смешно.
— Да ладно тебе, — тем не менее усмехнулся Намджун, перебирая волосы своего мужа, что сидел подле него. — Они развлекаются.
— У них двухлетний ребенок, а они!.. — фыркнул Юнги и снова бросил взгляд на сцену напротив их столика.
Ким... Чон Тэхён, конечно, всегда был немного сумасшедшим и все это знали... Да и муж у него ему под стать в какой-то мере... Но вибратор в виде рождественского леденца, оленьи рожки и что-то отдаленно напоминающее костюм эльфа?! Ну вот кто забыл закрыть дверь в психиатрическое отделение? Как этим двоим вообще ребенка позволили воспитывать? И ведь супруги действительно получали удовольствие от такой игры.
— Давай спишем это на подкрадывающееся Рождество и долгое отсутствие Хосока в командировке, и не будем заострять на этом внимания? — предложил Джун. — Они соскучились друг по другу, а дома, при Джесоне, им особо не поиграть, поверь мне. Наш Ёншин хоть спит в своей кровати, а у них ведь малыш любит улечься именно между родителями, сам знаешь.
Юнги не понять этого. Вовсе не потому, что друзья стали какими-то совсем другими с появлением у них детей. Нет, они все те же: серьезный и строгий Джун, мягкий и податливый Джин-и, немного отстраненный Хосок и взбалмошный Тэ-Тэ... Но теперь у них всех был пункт «ребенок» в приоритетах, который не всегда легко вписывался в образ жизни членов этого Клуба. Но тем не менее, они все справлялись. Не грузили всех окружающих тоннами ненужной информации о том, что их чадо поползло/заговорило/затопало. Этих тем они касались исключительно вне стен Клуба, отдыхая в этом заведении телом и душой.
Мин не мог их понять, потому что своих детей у него с Чимином, не смотря на полтора года брака, не было. И не сказать, что он видел в этом большую проблему, но омега с каждой прошедшей течкой сникал все сильнее. Чимин ведь такой чувствительный, нежный, и, конечно же, мечтает родить ребенка своему любимому мужчине... Но ничего не получается. Юнги видел это отчаяние, что росло в глазах младшего с каждым днем, видел, как он смотрит на малышей друзей, как тянется к ним и как прячет глаза после того, как невольно засмотрится на счастливые семьи. И он был уверен, что омега точно винит во всем себя и свой организм, перенесший в свое время слишком много стрессов, главным из которых был выкидыш. И что бы альфа ни говорил, как бы ни убеждал его, Чимин точно оставался при своем мнении.
Но Юнги ведь не винит. Он ведь все понимает и старается поддерживать мужа, не заостряет на этом внимания. Хотя да, он и сам жутко завидует счастливым друзьям. Ему уже за тридцать и, естественно, хочется иметь полную семью, возвращаться домой, где его будут встречать теплым смехом и объятьями маленьких ручек. Но он вовсе не собирается обвинять во всем Чимина! Да его омега самый лучший на свете! И муж из него — просто сокровище! Мин прежде не мог предположить, что однажды встретит такого великолепного спутника жизни!
А в этой ситуации ведь виноват может быть вовсе не младший, мужчина спокойно это признавал. Потому что проблемы с репродуктивной системой могут быть как у омеги, так и у альфы. И Юнги был совершенно не против обратиться к врачу, пройти обследования вместе с мужем, выяснить все же причину того, почему у них ничего не получается, но Чимин, видимо, боится заговорить об этом со старшим, слишком свежи еще для него воспоминания о бывшем муже, который истязал его за все на свете. Так что, похоже, Юнги придется самому начинать этот разговор. Вот только как донести до любимого, упертого омеги свою мысль, не обидев, он пока не придумал.
— Кстати, а с кем сегодня Ёншин? — отвлекшись от своих мыслей, спросил Юнги. — Вы ведь вроде уволили няню.
— С моим папой, — ответил Джин, мягко улыбаясь и наслаждаясь лаской мужа. — Он сказал, что на наши голодные глаза уже смотреть стыдно, поэтому отправил нас «отдохнуть» вместе. Мол, нам полезно для сохранения брака, а Ён-и начнет отвыкать находиться подле нас, чтобы легче было пойти в сад.
— Хах, вот она — суровая судьба родителей, да? — усмехнулся Мин. — Секс превращается в роскошь...
— Это вовсе не так, — покачал головой Намджун. — Да, может теперь у нас не такая разнообразная сексуальная жизнь, но зато появилось много других аспектов, которые только сближают. Вон, посмотри на Хоби и Тэ — с появлением Джесона они намного серьезнее стали, Хосок к психологу ходит, но при этом какие счастливые!
— Я посмотрю на Вас, Мастер, когда вы с Чимин-и все же решите завести малыша, — хмыкнул Джин. — Уверен, такая мысль Вас даже не посетит.
Юнги хотел ответить, но его внимание отвлек вошедший в зал муж. Изящный, стройный, воздушный... Такой восхитительно невинный, но, не без помощи своего альфы, приобретший гордую осанку и уверенность в глазах. Чимин за прошедшие два года действительно расцвел, улыбался теперь в сотню раз чаще и ярче, да и вообще выглядел безмерно счастливым... если, конечно, не касаться темы детей. Юнги не уставал любоваться им. Да и как устать от этого чуда? Омега наполнял жизнь старшего смыслом одной своей улыбкой.
Вот и сейчас, он идет через зал, полный похоти и разврата, Сабы и Доминанты вокруг него придаются самым разным развлечениям, а Мин видит лишь ангела, облаченного в струящуюся по его телу шелковую черную рубашку, явно украденную из шкафа мужа. Искрящиеся глаза, легкая улыбка на губах, едва заметные ямочки на щеках... Совершенство! Альфа каждый раз думал, что влюбиться сильнее уже невозможно, но Мин-и каждый раз убеждал его в обратном. Каждый прожитый вместе с мужем день был для Юнги настоящим подарком.
А уж когда супруг вот так, легко и спокойно, усаживается к нему на колени, обвивая изящными руками его плечи, альфа готов положить к его ногам весь мир.
— Простите, что задержался, Господин, — тихонько промурлыкал Чимин, потираясь носиком о висок старшего. — Надеюсь, вы не скучали здесь без меня?
— Скучал, — улыбнулся Юнги и положил ладонь на бедро омеги, придерживая от падения. — Где ты пропал? Тебя не было минут сорок... и ты плакал, — вдруг заметил мужчина, хмурясь. — Глаза красные. Что произошло?
— Господин...
— Чимин, не смей говорить, что все в порядке, — перебил старший. — Я твой муж, в конце концов! Ты думаешь, я не вижу, когда тебе плохо, больно или что-то беспокоит? Хватит молчать!
— Юн-и... давай не здесь? — донсен смущенно посмотрел на сидящих рядом друзей, с беспокойством поглядывающих на них. — Мы все же не одни...
— В чем дело? — непреклонно, но уже тише спросил Юнги. — Малыш, почему ты не хочешь поговорить со мной? Дело в детях? Я знаю, ты хочешь. Я тоже очень хочу ребенка, Мин-и, поверь. И я готов пойти к врачу, готов пройти обследования, согласен лечиться, если это будет необходимо. Черт возьми, родной, я согласен усыновить малыша, только бы не видеть твою боль!..
— Чшш... — Чимин мягко прикрыл рот мужа ладонью и улыбнулся, смаргивая вновь подкатившие к глазам слезы. — Не горячись, любимый. Давай поговорим дома, ладно?
— Но...
— Обещаю, я все...
— Чимин, ну что там? — Тэхён с осоловелыми от недавней игры глазами подскочил к другу, уселся на подлокотник диванчика и схватил омегу за руку. — Ты сделал? Какой результат? Положительный? Скажи, что положительный!
— Тэ!.. — застонал Чимин, закрывая глаза, и ткнулся лбом в плечо мужа. — Вот ты... как нельзя вовремя появился!
— А?..
Юнги замер, переводя недоумевающий взгляд с одного омеги на другого. О чем они говорят? Неужели о?..
— Любимый, кажется, ты снова подтвердил то, что в партизаны тебе нельзя, — цокнул языком Хосок, уселся в кресло за столиком и стянул мужа к себе на колени.
— А что я такого сказал?.. Или... Чимин, ты не говорил хёну?.. — глаза Тэхёна расширились и тут же наполнились виной. — Ох, черт...
Чимин тяжело вздохнул, а затем поднял голову с плеча своего альфы и посмотрел на него, все еще остолбеневшего, покрываясь легким румянцем от того, что все друзья стали свидетелями этого разговора.
— Хён... Любимый... Слова, которые ты сейчас мне сказал... они очень много для меня значат. Я счастлив, что мой муж такой замечательный, любящий и самый лучший на свете, — почти шепотом произнес омега, разглаживая несуществующие складки на чужой рубашке. — И твое желание решить... это... оно для меня важно. И я знаю, что ты говорил искренне. Знаю, что ты действительно сделаешь для меня все, что в твоих силах, и даже больше... Спасибо тебе, Юнги. Спасибо, что когда-то не отказался от меня, что спас... Я люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю, малыш, — отмер альфа и крепче прижал к себе младшего. — Тебе не за что меня благодарить...
— Нет, есть за что, — покачал головой Чимин, сам не замечая, как по щекам покатились слезы. — Ты сделал для меня безумно много, и продолжаешь делать каждый день нашей жизни. И всей моей благодарности не выразить словами... Но, думаю, есть немного иной способ... Ты, наверно, не заметил из-за работы... У меня задержка течки на три недели... Полчаса назад я сделал тест... Ты будешь отцом, Юн-и.
Мин пару раз моргнул, переваривая информацию, пока друзья где-то на задворках тихонько радовались за них.
Отцом. Он будет отцом. У них с Чимином будет ребенок. Долгожданный, желанный ребенок! Маленькое счастье с крохотными ручками, ножками, пухлыми и сладкими щечками... Их ребенок!
— Чимин... — хрипло пролепетал альфа, вглядываясь в лицо супруга. — Правда?.. — легкий кивок в ответ от утирающего слезы парня. — Боже... Бог мой... Не могу поверить! Мин-и, малыш, я так счастлив!
— Я тоже, — кивнул Чимин, окончательно разрыдавшись. — Я тоже, родной...
— Спасибо, Чимин-и, — прошептал Юнги, обхватив личико парня ладонями и нежно касаясь его губ поцелуем. — О лучшем подарке к Рождеству я не мог и мечтать!
— Я ведь обещал, что никогда не разочарую вас, мой Мастер, — улыбнулся Чимин, прикрывая глаза.