ВЫШКА

Около недели я лежала на больничной кровати, то и дело втыкая в одну точку. Каждый грёбаный день меня преследовали кошмары и краткие воспоминания о тех часах взаперти. Я притрагивалась к животу, но больше ничего не чувствовала. Казалось, что планета прекратила вращаться либо скинула меня из своей орбиты. Внутри лишь пустота.

Я знала, что каждый день после полудня ко мне приходила медсестра и меняла капельницу. Кирилл с доктором утверждали, что это обычные антибиотики, но я знала правду. Помимо лекарства меня накалывали успокаивающими, что лишь усугубляло ситуацию. Я хотела горевать и спалить к чертям этот мир, а не лежать на кровати, словно обычный овощ.

На часах пробило полдень – сейчас прейдет медсестра. Я перевернулась на правый бок, впиваясь взглядом в окно. Не хочу никого видеть. За последние дни у меня было слишком много времени, чтобы обдумать свою жизнь и понять, насколько она вся фальшивая и жалкая. Всё вокруг было лишь иллюзией успеха: фиктивный брак, робота у Царёвых, карьера синхронного переводчика, несостоявшийся материнство... Я своими руками выстраивала целую жизнь, основанную на лжи и манипуляциях. У меня не было ничего настоящего.

Я хотела обернуть время вспять и никогда не покидать родительского дома. Мои родители остались бы живы, а Кирилл нашёл бы себе жену, которая была бы искренняя по отношению к нему. Я бы никогда не связывалась с Натальей и приняла бы подготовленную для меня судьбу: берегиня домашнего очага и инкубатор наследников.

Господи, всё бы было намного проще.

С лёгким стуком закрылась дверь в палату, оповещая о госте. Я лишь передёрнула

плечом, подавая назад руку с катетером. Теплота пронзила мою кожу, заставляя сердце плясать внутри. Я аккуратно обернулась, узнавая до боли знакомы глаза – Кирилл.

Мужчина улыбался, протягивая мне букет красных роз. Я нахмурилась, принимая сидящее положение и сжимая одеяло в руках. Он должен был уехать в Лондон и решать свои дела. Наталья приходила ко мне вчера и говорила, что Кирилл отлучится на время, поэтому я не ждала его в ближайшие дни.

– Что случилось? У тебя что-то болит? Я сейчас позову доктора, – перестал улыбаться мужчина, вставая с кровати.

Я покачала головой, хватая его за руку. Но пото осознание нахлынуло на меня и пришлось отпустить. Я спрятала руку под одеяло, прижимая её к кровати ногой. Господи, Амина, что с тобой случилось? Я тянусь к нему, словно нуждающийся щенок.

Глаза Кирилла снова засветились, поражая своей глубиной. Он аккуратно высвободил мою прижатую руку, заключая в тепло своих пальцев. Мужчина протянул мне букет, помогая придерживать его. Я вцепилась в стебли, словно в спасательный круг и удивилась, не обнаружив на них шипов. Успокоившись, принюхалась к бутонам, чтобы хоть как-то пережить своё смущение.

– С днём влюблённых, кошка, – улыбнулся Кирилл, перекидывая мне через плечо заплетённую косу.

– Я не мыла голову непойми сколько времени, волосы выглядит ужасно.

– Мне нравятся твои локоны, не прячь их от меня.

– Господи, я должна была сказать что-то более романтическое, – прикрыла рукой глаза.

– Брось это, мне нравишься ты настоящая.

Я потупила взгляд, чувствуя себя ужасно. На глазах начали собираться слёзы, которые едва ли удавалось сдерживать. Я не заслуживала такого мужа. Кирилл принимал от меня всё, беспокоился и оберегал, когда я могла лишь врать ему. Он должен был знать правду, даже если это значило потерять его навсегда.

Тяжело вздохнув, стираю влагу с глаз, уговаривая себя посмотреть на мужа. Это было ошибкой, под его ласковым взглядом мне не хотелось рушить свою сладкую иллюзию, но это было несправедливо по отношению к Кириллу.

– Ты не должен был женится на мне. Я соврала о той ночи, точнее о происходящем в номере.

– Кошка, я лишил тебя девственности, на что не имел никакого права. И я буду мудаком, ведь сделал бы это снова, если это значило сделать тебя лишь своей, – покачал он головой.

– Ты не мог ничего поделать, я подлила тебя наркотик в бокал.

– Я знаю.

– Что? Но почему не расторг наш договор?

– Я хотел обладать тобой с самого начала. Зачем мне рисковать и отпускать свою кошку, если она добровольна пришла ко мне?

Я удивлённо открыла рот, сжимая стебли роз. В голове не укладывалось то, что говорил Кирилл. Он не мог ничего знать из самого начала, мы с Натальей всё так достоверно продумали. Ната не могла рисковать и выкрыть себя. Хотя о чём я могла лишь думать: Кирилл был доктором наук и наследником влиятельной династии, он без проблем сложил два плюс два.

Мужчина приподнял моё лицо, убирая прилипшие пряди рукой. Я не могла больше сдерживать слёз и постыдно признала свою слабость. С самого начала Кирилл всё знал и продолжал поддаваться мне в игре за власть.

– Амина, я люблю тебя больше всего на свете и не могу смотреть на твои страдания.

– Но с самого начала я врала тебе, – прижала ладонь к его гладко выбритой щеке.

– Глаза не врут, кошка.

***

Я была рада спустя месяц вернулся к работе на телевиденье. Лондон накрыли весенние дожди, хотя сырость здесь была привычным делом. За одну рабочую неделю мне удалось провести более двенадцати эфиров, что не было для меня сложность раньше. Но после долгого отсутствия и больницы я едва ли выдержала такую нагрузку.

Мои отношения с Кириллом застыли в странной фазе. Мы не успели обсудить нелегальный бизнес, о котором упоминал Берет. К слову, о Сократе я тоже ничего толком не слышала. Он будто провалился под землю, хотя должен был искать повод мне отомстить.

Я прогнала ненужные мысли и схватила стаканчик с кофемашины, направляясь к лифтам. Через десять минут должен был состоятся последний эфир на этой неделе, и самый сложный в том числе. Я терпеть не могла переводить японских биологов, которые теряли множество звуков и иногда сами путались в своей речи.

Лифт останавливается, и я неспеша шагаю к балкону, где находится переход в помещение для звукозаписи. На входе меня встречает коллега, подзывая к уже настроенному оборудованию. Я присаживаюсь, закрепляя микрофон и наушники в удобном положение. Девушка показывает мне большой палец, запуская эфир.

Я смотрю на спикеров, чтобы ещё немного читать по губам для достоверности. Большую часть эфира мне приходилось находиться в напряжение, ведь интервью давал учёный заика, и это было ужасно. Лишь мимика хоть как-то спасала моё положение. До конца тайминга оставалось около десяти минут и это немного расслабило меня.

Экран потух, и я устало откинулась на кресло, снимая наушники. Знакомый аромат наполнил лёгкие, вынуждая повернуть голову. Мои глаза округлились, а рот слегка приоткрылся. Кирилл стоял посреди офиса, держа в руках огромный букет моих любимых красных роз. Я посмотрела на свою коллегу, которая улыбалась во все тридцать два зуба, поглядывая на нас. Но взгляд Кирилла был направлен лишь на меня.

– Что ты тут делаешь? – встала со своего места, подходя к мужчине.

– Пришёл поддержать свою жену с удачным закрытием рабочей недели.

– Господи, это так романтично.

– И украсть тебя на парочку дней, – невинно улыбнулся он.

Я вопросительно подняла бровь, принимая букет. Кирилл схватил меня за талию и повёл к выходу. Я хотела спуститься вниз, когда он покачал головой и указал на крышу. Это было странно, но я доверилась своему мужу.

На крыше здания стоял вертолёт, возле которого крутился, судя пов сему пилот. Кирилл подвёл нас ближе, пожимая мужчине руку и принимая два шлема. Я улыбнулась, позволяя мужу зафиксировать ремни и крепления.

Город сверху был превосходен. Высотки казались карточными домиками у моих ног, а яркие огни больше походили на светлячков. Я с восторгом смотрела вниз, восхищаясь вечерним Лондоном. Кирилл крепко держал мою руку, наблюдая за моей реакцией. От улыбки начинали болеть щёки, но я ничего не могла подделась со своим счастьем.

Я напряглась, стоило вертолёты вылететь за приделы города. Толкнула мужа локтем, но тот лишь загадочно улыбнулся и притулился ближе. Мне пришлось снова уступить и откинутся в кресле, продолжая свои наблюдения.

В моменте я заснула и открыла глаза лишь при посадке. Устало потянулась, пока меня отстёгивали и поставили на землю. Земля, господи, наконец-то земля. Я оглянулась вокруг, снова удивлённо открывая рот.

– Когда-то ты точно поймаешь муху этим сладким ротиком, – засмеялся Кирилл.

– Не могу поверить, – пробормотала себе под нос. – Мы в Италии?

– Манарола: океан, солнце, скалы, – кивнул муж.

Я завизжала и бросилась в объятья Кирилла, прыгая от радости. Когда-то мне хотелось жить на берегу океана, но из-за работы в Лондоне эта идея отошла на второй план. Я редко бывала в отпуске и практически никогда не путешествовала, а теперь Кирилл исполнил моё заветное желание. Свобода от всего.

Муж схватил сумку и вертолёта и кивнул пилоту. Я припрыгивала на месте, пока открывалась дверь в нашу виллу на эти выходные. Место было потрясающим: панорамные окна с видом на океан, огромная кровать, кинозал и кухня с минибаром. Я плюхнулась на мягкий матрас, придавив лебедя из полотенец.

От нетерпения я выхватила сумку из рук мужа и обнаружила там наши вещи. Найдя подходящее лёгкое шёлковое платье синего цвета, скинула из себя одежду и преобразилась под стать нового места. Кирилл смеялся с моего рвения бросится в пешую прогулку по скалистому берегу.

– Помедленнее, здесь очень скользко и круто, – прокричал мне сзади муж.

Я улыбнулась, увеличивая скорость и взбираясь вверх по камнях. Мне нужно было увидеть этот превосходный закат. Кирилл снова что-то пробурчал, нехотя следую за мной. Он хотел остаться в спальне и принять расслабляющую ванную, но у меня были другие планы.

– Что та там так долго? Старость берёт своё? – обернулась на мужа.

– Мне всего тридцать три, я мужчина в полном рассвете сил.

– Да-да, скрипишь, как дуб старый.

– Это я старый, – Сузил глаза Кирилл.

– Ну уже не маленьким мальчик. Надеюсь, ты не рассыпешься, пока поднимешься ко мне.

– Беги, кошка, потому что потом рассыпешься ты.

Кирилл быстро начал взбираться вверх, догоняя меня. Я засмеялась и бросилась вперёд, быстро перебирая ногами. В мгновенье и крепкие руки хватают меня в своей плен, разворачивая на месте. Я смеюсь и вырываюсь, пока Кирилл не сжимает мой зад, вынуждая приподняться на носочках.

– Я тебя предупреждал? – хрипит он в мои губы.

Я ухмыляюсь и сжимаю его шею, царапая кожу. Кирилл впивается поцелуем в мои губы, притягивая теснее к себе за талию. Я хватаю остатки кислорода, сгорая в танце наших языков. Господи, как же это хорошо. Солнце садится, бросая на нас последние тёплые лучи.

– В дом, быстро, – шепчет муж мне в ухо, оставляя быстрый поцелуй на кожи.

– Но я хочу ещё прогуляться.

– Я сказал в дом, – складывает руки на груди он, хлопая меня по заднице.

Я закатываю глаза и хватаю его за руку, возвращаясь к вилле. Кирилл перекидывает меня через плечо, кружась на месте. Я смеюсь и бью его по заднице, получая укус в ответ.

Здесь мы свободные люди без прошлого, которые живут в моменте. Здесь мы те, кто есть на самом деле. Здесь я хочу быть сама собой.