ВЫШКА

– Кирилл Андреевич подписал договор с Румынами около четырёх лет назад, но сейчас его срок действия уже вышел. Надо встретиться с ними снова, – порекомендовал мне менеджер в отцовской фирме.

– Они связаны как-то с шахтами?

– Безусловно, поставляют крупные партии.

– Не пиши им, что наше сотрудничество окончено.

Мужчина покосился на меня, удивительно вскидывая брови. Я вернулась к делам бизнеса около двух недель назад и за последнее время перекрыла доступ к поставочным путям через шахты двум наркодилерам, это уже был третий. Кирилл улетел в Японию с Вероникой по делам их совместной языковой школы, поэтому мне никто не мешал.

– Миссис Царёва, я думаю, что такими темпами бизнес перестанет быть на плаву. Мы не можем полностью отказаться от левого трафика.

– Насколько мне известно, шахты нам по документам вообще не принадлежат, – подметила я.

– Да, но...

– Вот и славно. Пришли мне до пятницы квартальный отчёт по сделкам. Если больше у тебя нет для меня информации, то можешь быть свободным.

– Конечно, хорошего дня, миссис Царёва, –вздохнул мужчина.

Я переключила своё внимание на компьютер, углубляясь в более детальное изучение легального дохода фирмы. Если всё грамотно распределить, то можно постепенно вывести бизнес из теневой зависимости. В скорости должен был пройти крупный аукцион, на который мои люди подготовили более двадцати картин средневековья и достаточно ценных украшений.

Я услышала грохот двери и крик моего секретаря, после чего огромный мужчина в кожанке и обычных джинсах заскочил в кабинет. Я подняла бровь, встречаясь холодным взглядом с нахалом. По родимом пятну под глазом я узнала в нём одного из наркодилеров, с которыми сотрудничал Кирилл.

Мужчина преодолел пол кабинета, приближаясь к столу и ударяя по нему кулаком. Я даже не шелохнулась, Макар часто так делала на собраниях, поэтому подобное поведение не редкость для меня.

– Полегчало, теперь вы можете вести со мной конструктивный диалог? – уточнила я.

– Мой товар уже неделю стоит на границе, люди ждут.

– Мистер Шоу, мы не продолжали сотрудничество по использованию шахт, поэтому с данным вопросом посоветуйтесь со своими логистами.

– У нас был договор!

– Срок которого вышел, – уточнила я.

Шоу уставился на меня, как баран на новые ворота. Мужчина отодвинул стул напротив меня, присаживаясь и складывая руки на столе. Я спокойно ждала последующих его слов, надеясь быстрее закончить эту встречу.

Мужчина посмотрел нам меня и вытянул пистолет с под пояса, ложа его между нами. Что ж, мирного решения похоже не будет.

– Вот этим стволом тебе вышибут мозги мои клиенты, если их товар не прибудет в течение недели, – пробасил он.

– Угрозы свои можете забрать обратно, они не влияют на конченое решение.

– Я тебя по-хорошему предупредил.

– Извинился перед моей женой и унёс свой зад из этой фирмы, если не хочешь копать себе яму в лесу, – раздался суровый голос Кирилла с дверного проёма.

Амбал повернулся в сторону моего мужа, быстро теряя всю спесь. Хоть он и был больше Кирилла, но спорить с ним не стал. Мистер Шоу натянул подобие улыбки, возвращаясь к нашему разговору.

– Прошу прощения за свою бестактность, мисси Царёва. Такого больше не повторится.

– Я всё понимаю, это нервы.

– Спасибо, хорошего вам дня.

Под хищным взглядом Кирилла мужчина покинул кабинет, прикрывая за собой дверь. Я выдохнула, расслабляясь в кресле. Всё-таки переговоры не моя сильная сторона.

Муж занял место моего гостя, целуя мне тыльную част ладони в знак приветствия. Я была рада его видеть, несмотря на наши разногласия по поводу бизнеса. Удивительно, но до сих пор Кирилл не вмешивался в мои решения.

– Ты вернулся раньше, удачная сделка?

– Ещё нет, Ника работает над этим вопросом. У меня возникли срочные дела в Казахстане, – улыбнулся он. – Вызови старшего менеджера по продажам.

– Может я тебе смогу чем-то помочь?

– Товар Кроно уже два дня стоит на границе, а сроки начали поджимать. Надо найти в чём же загвоздка.

– Я расторгла с ним договор, – отмахнулась.

Кирилл на мгновение округлил глаза, явно подбирая слова. Мужчина сжал мою руку, не разрывая зрительного взгляда. Я не понимала такой перемены его настроения.

– Кошка, давай ты будешь играться с менее весомыми людьми. Я сейчас позвоню ассистенту Кроно, и мы быстренько вернём договорённость, спишем на утрату кадров.

– Нет, я тебе уже озвучила свою позицию, – вырвала свою ладонь из его.

– Ты же не глупая девочка у меня. Не повторяй ошибок своего отца, Леонас не терпит предательства.

– А я не потерплю отмывании денег через мою фирму, считай мы квиты.

– Амина, это не шутки, – покачал головой муж.

– Разве я шутила?

Кирилл закатил глаза, выпуская измученный вздох. Он достал телефон и кому-то сал набирать, но суть разговора я не поняла. Муж покосился на меня, выражая свою недозволенность.

– Ты скоро сведёшь меня в могилу, кошка.

– Я всего лишь борюсь за справедливость.

– В нашем то мире? – фыркнул он.

– Ты меня осуждаешь? – сложила руки на груди.

– Я готов принять любой твой выбор и всегда буду на твоей стороне, и ты это прекрасно знаешь. Вопрос лишь какую цену мы за это заплатим.

***

За месяц я сумела обнулить все договоры с нелегальными поставками. Шахты буквально висели в воздухе, поэтому надо было их быстренько оформить, а потом продать. Фирма отца не особо нуждалась в драгоценных ископаемых, с ними слишком много мороки.

Я думала, что смогла решить все проблемы и отвадить от таких рисков свою семью. Кирилл долго бурчал из-за расторгнутого договора с Кроно, но все его попытки якобы облагоразумить меня были провальными. Я не хотела всю жизнь жить в страхе, поэтому была непреклонна.

Был вечер, когда я ждала мужа, чтобы отправится на аукцион. Мы могли урвать хороший куш, если картины понравятся гостям. Я была уверена, что перед такими шедеврами устоять было невозможно.

Кирилл опаздывал, но потом написал мне сообщение, что заберёт меня сразу на парковке. Я была не слишком довольна сложившимися обстоятельствами, но подавили раздражение. Приберегу его до самой поездки.

Машина остановилась напротив меня, после чего муж вылез и открыл для меня дверь. Я зло покосилась на него, выражая своё недовольство. На моё удивление, Кирилл даже не среагировал. Странно, в основном он сразу интересуется в чём проблема.

Машина сорвалась с места, моментально набирая скорость. Я отвернулась к окну, собираясь с мыслями. Мы выехали на трасу и мой взгляд зацепился за внедорожник позади. Кирилл выругался и прибавил газу, с трудом вписываясь в поворот.

– Ты решил ускорить наше прожить долго и счастливо и умереть в один день? – вжалась в сиденье, пытаясь не смотреть на спидометр.

– Я пытаюсь спасти наши задницы.

– О действительно, а почему я этого не заметила? Мы сейчас разобьёмся!

– Не каркай под руку, – бросил он на меня суровый взгляд.

– Не указывай мне, – фыркнула я.

В этот момент толчок сзади выбрасывает нас с трасы. Машина летит в луг, переворачиваясь в воздухе. Я кричу, когда с грохотом мы чудом приземляемся на колёса, но транспорт несёт дальше прямо в дерево. Грохот, темнота и что-то давит нам меня.

Я прихожу в себя, с трудом раскрывая глаза. Подушка безопасности придавила меня к сиденью, поэтому приходится потянуться к рычагу и отодвинутся назад. Я надавливаю на дверку, практически выпадая на мокрую траву. Жадно глотаю кислород, выплёвывая кровь. Пытаюсь прокрутить воспоминания, устанавливая логическую цепочку.

Аукцион, сборы, опоздание мужа, трасса и нас выталкивают с дороги. Точно Кирилл.

Я быстро подползаю к водительской стороне, распахивая дверь и освобождая мужа. Кирилл сидит без сознания и его состояние в разы хуже моего. Я тяну его на землю, укладывая в правильное положение и проверяя пульс – слабый, но есть. У него разбитый нос, заметные Осколковы ранения и видно ветка дерева нанесла удар по виску.

Я тянусь к телефону в его кармане и дрожащими руками набираю первому попавшемуся номеру. Макар отвечает после двух звонков, тут же набрасываясь на меня.

– Где вас черти носят, аукцион в полном разгаре!

– Н-нас преследовали и-и м-машин-на... Короче Кир-рилл тут без с-сознания и у него идёт кровь, – дрожь в голосе меня сбивает.

– Чёрт, скинь геопозицию.

– Д-да, конечно.

– Амина, я еду.

Я дрожащими руками пытаюсь совладать с телефоном, чудом нажав что нужно. Мои руки в крови, а белое платье покрылось красными пятнами. Снова события повторяются, лишая меня родных. Я прогоняю мысли в стороны, ещё раз нащупывая пульс у мужа.

– Г-где, чёрт возьми, г-де он?

Я впиваюсь пальцами в его шею, теряя надежду. Слёзы застилают глаза, а тело передёргивает от нервозности. Я прислоняю ухо к груди Кирилла, ничего не слыша. Он не дышит.

НЕТ.НЕТ.НЕТ.НЕТ.

– Не бросай меня, слышишь? Ты не можешь меня так бросить, пожалуйста, – шепчу в дурмане.

Я прижимаю руки к средине его грудной клетки, сильно и быстро надавливая вверх и вниз. В голове считаю время, чтобы успевать делать по два нажатия в секунду. Я игнорирую дрожь в руках, продолжая делать непрямой массаж сердца.

– Не смей уходить. Прошу, не смей умирать!

Я слышу на фоне сирен скорой помощи, но мой мозг завис в счёте секунд. Я не останавливаюсь, пока сильные руки не оттаскивают меня назад. Я плачу и вырываюсь, наплевав на всё вокруг.

– Амина, всё хорошо, мы тут.

Я плачу, когда фельдшеры перемещают Кирилла на носилки, оперативно выкрикивая команды. Они подключают его к кислородной маске и слышно треск разряда, но потом дверь в машине захлопывается.