Silent cry

Первый день пролетел незаметно. Феликс только успевал что слушать рассказы Чонина о преподавателях. Физически парень совсем не устал, а вот морально был выжат как лимон.

- Эй, всё в порядке?

Феликс смотрит на широкую улыбку Чонина и не в силах портить ему настроение, натянуто улыбается в ответ.

- Ещё вещи разобрать надо.

- А ты их быстренько по полкам раскидай, или вообще не трогай. Я первый месяц на чемоданах жил, - Чонин почти убеждает Феликса забить на всё и просто отдохнуть, но ровно до того момента, как они прощаются и парень заходит в свою новую комнату.

На первый взгляд вокруг абсолютная темнота, шторы плотно задёрнуты. Феликс безуспешно ищет выключатель, натыкаясь на вешалку, куда отправляет свою сумку, проходит дальше. Всего пара шагов и коленка задевает какой-то предмет, тот с шумом падает, Феликс резко отходит вправо вжимаясь в стену, опасаясь налететь ещё на что-то.

- Вернулся! - чуть ли не кричит Джисон. В комнате загорается свет, а выключатель, к слову, здесь всего один, и тот над барным столиком практически в самом центре помещения. Парень сначала поднимает стул, затем тянет соседа, усаживая того на ярко-желтый диван, - давай уже отметим твой первый день.

Хан открывает две бутылки колы, протягивает одну Феликсу, выжидая, когда тот примет.

- Слушай, - он вертит банку в руках, в то время как Джисон залпом выпил свою и уже открывает следующую, - я ведь не соглашался на это, - тыкает пальцем в сторону трех коробок с пиццей и пирамиды из напитков. - Сколько я тебе должен?

Феликс порывается встать с дивана, но Хан ловко хватает за локоть и тянет назад.

- Эээ, нет парень, так не пойдёт. Я захотел - я купил. В чём проблема?

- Мне и так неловко находиться среди таких как вы, - Феликс обводит пальцем вокруг себя.

Хан скрывает лёгкую обиду за поеданием куска пепперони, смешно набивая полный рот и слишком агрессивно пережёвывая.

- Не так уж мы и отличаемся, - спустя минуту молчания произносит Джисон, - во-первых, не все такие козлы как Хван и Ли, - переводит серьёзный взгляд на Феликса, - во-вторых, у нас есть более серьёзный вопрос, который необходимо решить здесь и сейчас.

На экране огромной плазмы, загорается раздел избранного в онлайн кинотеатре. Хан протягивает пульт.

- Я бы, конечно, сказал, что от твоего выбора зависит судьба мира, но поверь это несопоставимое сравнение. И так, - Джисон наигранно нагнетает напряжение, прищуривается, - какого Человека-паука выберешь ты?

Теперь очередь Феликса сузить глаза до едва заметных щёлочек. Если это такая проверка, то с вероятностью в тридцать три процента, он её провалит.

- Ты ведь меня не побьёшь? - интересуется он на всякий случай.

Джисон лишь пожимает плечами и шумно выдыхает. Дескать, посмотрим, давай отвечай.

- Ну ладно, - парень щёлкает несколько раз по пульту и нажимает «Play», на экране появляются первые кадры фильма, вернее заставка, - думаю, это лучшая экранизация.

Обстановка скрашивается звуками фильма вперемешку с редкими признаками жизни по ту сторону двери.

- Поверить не могу, - нарушает тишину Джисон, - нет, серьёзно.

- Я привык к такой реакции, - отмахивается парень, - давай выключим если хочешь, - вновь тянется за пультом переключения.

- А ну стоять! Ты не понял. И вообще, отдай его сюда, - Хан откидывает пульт за спину на свою кровать, вкладывает в руку Феликса огромный кусок пепперони. - Неужели я тебя нашёл?

Он смотрит так, словно первый раз видит парня перед собой, с нотками нежности и восторга. Глаза расширились до огромных размеров, и в них можно было разглядеть искреннее удивление.

- Не будь моё сердце занято, я бы позвал тебя замуж, - Джисон картинно прикладывает ладонь к тому месту, где оно находится.

В дверь стучат и не дожидаясь ответа открывают.

Феликс разрывается от смеха хватается за живот, складываясь пополам.

- Блять, я уж подумал это твоё сердечко от переизбытка чувств расшумелось.

- Джисон, какого чёрта не позвал? - Чонин появляется в поле зрения и, в отличии от Феликса, аккуратно обходит барный стул не задевая. Привык.

- У меня теперь новая любовь, иди отсюда, - но парня, кажется, совсем не задевают такие шутки Хана.

- Что смотрите? - Чонин падает по правую сторону от Феликса. - Ой фууу, - заключает он на очередную сцену фильма.

- Ты не понимаешь, - Джисон картинно подскакивает на ноги, гневно размахивает куском пиццы, с которого отрываются колбаса, кусочек сыра, беззвучно падая на кремовый паркет, - Эндрю Гарфилд - великий актёр и это лучшая экранизация Человека-паука. Скажи ему, Феликс.

Тот в свою очередь продолжает смеяться, кивая в подтверждение. Действительно смешно наблюдать с какой страстью и энтузиазмом будущий выпускник отстаивает свою точку зрения, по такому, казалось бы, совсем неважному и немного глупому вопросу.

- Больные, - выносит вердикт Чонин, тянется за пиццей, без зазрения совести хватает целую коробку, оставляя две на столе и выходит со словами. - Надеюсь, хоть Джокер вам в исполнении Хита Леджера нравится.

На столь наглый жест, Джисон не обращает ни малейшего внимания. Кажется, подобное отношение между этими двумя считается нормой. Феликс и Джисон знают фильм вплоть до мельчайшего диалога, что позволяет спокойно отвлекаться на разговоры, при этом сохраняя смысл происходящего на экране. Феликс окончательно расслабился, съел добрую половину пиццы. Развалившись на диване, устало потирал глаза.

- Как вообще первый день прошёл? Не слишком загрузили?

- Нормально, вот только, - Феликс садится ровно, ставит стакан с соком на журнальный столик, - сложно так далеко от родных, друзей. Я никогда не уезжал от них больше, чем на пару дней. Как ты к этому привык?

- Я и до поступления в школу с родителями не особо часто виделся. Они всегда были в разъездах по работе, - Хан кивает в сторону своей кровати, над которой висит карта мира из чёрного дерева, каждая страна аккуратно вырезана, создавая весьма утончённый рельеф. Всё это дополняют красные флажки, воткнутые в хаотичном порядке. Творческое «я» Феликса вопит от восторга. - Они у меня бизнесмены, помешанные на благотворительности. И ладно бы они как все, просто жертвовали свои деньги, так нет, им жизненно необходимо присутствовать везде куда они подписываются, - Джисона прорвало, он говорит на одном дыхании, резко останавливается. - Ты не подумай. Я ими горжусь, но иногда хочется стать очередным вымирающим тюленем, чтобы они обратили на меня внимание, - невесело заканчивает парень.

Фильм закончился пять минут назад, экран телевизора погас. Джисон на ощупь включает свою синюю лаво-лампу на прикроватной тумбочке. По потолку начинают расходиться разводы на подобии северного сияния.

- Мы виделись прошлым летом, - он тыкает пальцем в один из флажков, а Феликс, подойдя ближе заглядывает за плечо своего соседа, - они сейчас с гуманитарной миссией в Нигерии.

- Моя мама тоже жизни спасает, - низким голосом, на грани шёпота, пытается поддержать парень, - правда не в таком масштабе. Работает педиатром, вот только я как-то не особо проникся её жизненной позицией. Мне по душе профессия отца.

У нормальных подростков все чемоданы были бы забиты вещами. Особенно, учитывая поездку длинною фактически в год. Феликс же умудрился всю одежду запихнуть в один, а второй выделить для нескольких пар обуви и основную часть под неизменное и любимое всей душой хобби. Он достаёт кожаную папку с торчащими по углам белыми краями художественной бумаги. Шлейфом, вслед за открытым чемоданом, последовал запах красок.

- Вот, - он протягивает Хану пару своих работ, - всё детство провёл в мастерской отца. Он меня и не учил особо рисовать, я просто наблюдал за ним и как-то само по себе получалось.

- Охуенно, - второй раз за день вещает Джисон. Похоже, что это была наивысшая оценка в его личной шкале навыков. Он отвлекается от грустных мыслей, выхватывает папку из рук Феликса. Просматривает каждый рисунок, приправляя очередными лестными комментариями.

- Не против если я повешу несколько над кроватью?

- Шутишь? Я бы ими всю комнату обклеил, а эту вообще можно в виде тату набить, - Хан тыкает пальцем на графический набросок горного массива.

Вместе они быстро выбирают с десяток картин, которые гармонично вписались в бежево-синий интерьер комнаты. Повесили поверх нарисованных пейзажей и гирлянду с тёплым жёлтым светом. Последнее Феликс оправдывал никтофобией, на деле же ему будет спокойнее с постоянным освещением, что убережёт в следующий раз от столкновения с барным стулом.

Одежду парень развесил и разложил по заранее освобождённым Джисоном полкам, их оказалось больше, чем было необходимо.

- Так, а это, - Джисон переставляет коробку с учебными принадлежностями на единственный письменный стол с макбуком. Такой набор выдавали каждому студенту в начале учебного года. В ней находились подробные планы занятий и всевозможные рабочие тетради. Зачем это делать, учитывая, что всё дублировалось в электронном виде, оставалось загадкой для всех, - раскладывай тут.

- За одним столом неудобно будет.

- Не переживай, я им не пользуюсь, - Хан запрыгивает на переоборудованный по типу дивана подоконник, выдвигает один из ящиков под ним, начинает что-то целенаправленно выискивать. - Свой стол я ещё по заселению оттащил подальше, сделал из него барную зону. Круто, да?

Феликс не отвечает, коленка всё ещё помнит первое знакомство с дизайнерским талантом президента школы.

- Да где же... Нашёл! - Джисон победоносно поднимает руку, в которой папка с документами, открывает на бог знает какой странице, проводит пальцами по напечатанной таблице. - Пароль от твоего компьютера. Перепиши лучше, а то в следующий раз я могу и не найти эти бумаги.

Удивительно. Вокруг идеальный порядок, каждая вещь на положенном ей месте, однако, Джисон снова и снова ругается в их поисках. На этот раз трудность вызвал его куда-то закатившийся ноутбук. Благо тот нашёлся, в самом нижнем шкафу под его импровизированным рабочим местом.

Парень уже в красках представляет, как выверенный порядок Джисона начнёт трещать по швам буквально с этой минуты. Не то чтобы Феликс не любил заправлять свою кровать или намеренно раскидывал вещи. Просто ему комфортнее приходить домой, встречая приветливый махровый плед, в который можно закутаться как в кокон и пролежать так четверть часа, перезапуская уставший мозг. Потом с чистой совестью и мыслями приниматься за домашние задания, погружаясь в «разложенные» по столу учебники. Порядок в его понимании в первую очередь комфорт, когда всё на виду и под рукой.

- Вот чёрт, - Джисон смотрит на часы, надувая губы, - уже полночь, а мне ещё расписание сверить надо. В прошлом году его так составили, что на плавание пришло сорок студентов.

- Президент и этим занимается? - скептически интересуется Феликс. Решает хотя бы для начала расставить все книги по полкам.

- Вообще-то нет, но, если подобное повторится с меня тоже спросят.

- Как ты умудрился занять такую почётную должность? - парень заканчивает с расстановкой последних вещей, включает компьютер, перепечатывая предоставленный пароль, записывая его дополнительно в заметки на телефоне.

- Это весёлая история, - Хан ухмыляется, после чего начинает уже громко хохотать, - хотя нет, она пиздец смешная. В прошлом году надо было выбирать факультативы на семестр. Взял я, значит, у декана кучу бланков и заполнил. Кто же знал, что заявление на президента школы было одним из них. В общем желающих кроме меня не нашлось. Только представь выражение моего лица, когда на общем школьном собрании меня объявили новым президентом, - Джисон переводит дыхание. - Конечно, есть свои привилегии, но и обязанностей куча.

Перед сном Феликс сначала рассматривал сидящего в оконном проёме и погруженного в работу соседа, а после замечтался, считая лампочки над головой. Он точно помнит их было сто пятьдесят, но три упорно не может найти. Натягивает плед до самого подбородка и устало выдыхает.

Первый день прошёл не так уж плохо, а его завершение вообще было прекрасным. Как, впрочем, и вся последующая неделя. Уроки преимущественно были в составе их класса. Из всего великолепия выбивались тренировки по теннису, те совмещались вообще между всеми студентами, с первого по третий курс. Из ранее знакомых был только Ли Минхо, но вдали от своего друга он вёл себя вполне безобидно, не обращая ни малейшего внимания на новичка.

К концу недели Феликс понял, что и правда успел подружиться с Джисоном. Тот хоть был гиперактивным, но при всём этом и другом отличным. По утрам всегда расталкивал заспавшегося Феликса, а свой будильник ставил на вибро режим, если нужно было вставать раньше. Не давал скучать по дому, заполняя минуты безделья своими шутками и просмотрами сериалов. У них даже выработался собственный ритуал за эти пять дней. В промежутке между уроками и ужином, смотрели серию ситкома.

Был конечно момент, когда Феликс до безумия испугался. В субботу утром, пролежав в кровати непозволительно долго, парень стягивает с лица одеяло и поворачивает голову в сторону соседней кровати. На часах полдень, а Джисон до сих пор в своей постели лежит без движения. Феликса словно током с ног до головы прошибает, и, кажется, пепельные волосы стали чуть белоснежнее. Он подскакивает на ноги, наклоняется над другом и трясёт того за плечо. Никакой реакции. Феликс опускается ещё ниже, на этот раз прислушивается к дыханию. Здесь сыграло или состояние аффекта, или не до конца проснувшийся мозг парня.

- Джисон, - вновь никакого отклика, Феликс с усилием тормошит парня за плечи подключая к этому необычно низкий тембр своего голоса, - Хан Джисон!

Первые и довольно вялые признаки жизни всё-таки за этим последовали. Хан сначала промычал, что-то невразумительное, а потом и вовсе зарядил вслепую ладонью по подбородку друга.

- Сколько времени? - продирая один глаз, спрашивает он.

- Полпервого, - отходя от шока произносит Феликс и опускается на краешек кровати.

Джисон утыкается лицом в подушку, накрывая голову второй и вымученно стонет. В этот момент Феликс понял, друга по выходным раньше трех можно не будить, именно в это время по часам Джисона начинается утро.