Глава 21
Через полчаса мы выехали из леса. От яркого солнечного света у меня разболелись глаза. Я приставила ладонь ко лбу и посмотрела на синее летнее небо. Оно было невероятно ярким и светлым, и я вдруг задумалась о том, что никогда не обращала на него внимания. А ведь оно было всегда над моей головой, прекрасное и бесконечное. Только пробыв несколько дней в кромешном мраке, я поняла, какая красота, на самом деле, окружала меня.
Охотничий лагерь Ильяра был разбит на лугу недалеко от границы леса. Первыми на глаза попались несколько коричневых шатров и гирлянды из красных флажков, которые соединяли между собой их высокие пики с развевающимися гербами семьи Волдин.
Лагерь не показался мне большим, но между шатров то и дело сновали десятки мужчин, одетых в рубахи и вотолы, служившие им чем-то вроде легкого плаща, а за шатрами свободно пасся табун лошадей разной масти. Но сколько я не изучала лагерь взглядом, пока мы добирались до него, я не заметила ни одной женщины. Значит, эта охота не служила развлечением для княжича. Скорее всего, они всерьез намеревались не просто поохотиться на кого-то, а именно истребить. Вот почему Райел так разозлился, когда увидел перебитую волчью стаю. Мы успели добраться до них первыми. Или они до нас.
Самый большой шатер был расположен в центре лагеря. И чем ближе мы подъезжали к нему, тем холоднее мне становилось. Тревога бушевала в моей груди, а руки, несмотря на летнюю жару, до того замерзли, что мне захотелось натянуть варежки. Успокойся, Валерия. Ты что-нибудь придумаешь.
— Лад, подай мне свой плащ, — сказала я, когда мы почти подъехали к княжескому шатру.
К моему облегчению, он не стал ни о чем расспрашивать меня, а только молча протянул мне темный сверток.
Мы спешились. Я быстрым движением закуталась в черную ткань и натянула капюшон. Кто-то из солдат что-то прошептал Райелу, и тот подозрительно посмотрел на меня, однако мне было все равно, что он там обо мне подумал. На кону стояла моя смерть. Или жизнь? Я уже запуталась.
— Вам вдруг стало холодно, сударыня? — Прозвучал рядом со мной раскатистый голос советника князя Волдина.
Я нарочно поежилась.
— Ветер резко сменил направление. Чувствуете? Подуло с севера.
Райел вскинул бровь.
— Правда?
— У нее малокровие, сударь, — сказал Лад, беря меня за руку. — С детства больна. Ей всегда холодно.
— Снимите плащ, сударыня, уверяю вас, в шатре княжича достаточно тепло.
— Не сниму, ваше Благородие.
— Я не позволю вам зайти в шатер в плаще, вы можете прятать под ним оружие. Немедленно снимайте и не тяните время.
— Я не сниму плащ.
— Тогда я требую объяснений, — грозно проговорил Райел, и взглянув на него, я поняла, что нарывалась на еще одни неприятности. Но послушаться его приказа не могла.
— Я стесняюсь, ваше Благородие! — Воскликнула я писклявым голосом. Теперь Райел смотрел на меня больше недоуменно, чем злобно.
— Чего же вы стесняетесь, сударыня?
— Здесь столько мужчин, а я одна девушка. Я боюсь, что меня смутят взгляды его Светлости. Разрешите мне оставить плащ, так мне будет спокойнее.
— Неужели вы думаете, что княжич Волдин настолько низок, что будет смущать взглядом невинную девушку. Это вздор! Немедленно снимайте плащ, я теряю терпение. — Его рука вцепилась в ткань плаща, и я резко отскочила назад.
— Не сниму. Хоть режьте меня! А если не хотите, чтоб я в таком виде предстала перед вашим княжичем, так отпустите нас восвояси. Мы не просили о вашем теплом приеме. У нас свой путь, и мы тоже торопимся. Будьте добры запихать свои требования в орган деторождения и оставить нас в покое, ежели его Благородие не хочет, чтобы он получил в глаз!
— Селедка! — Лад подал мне знак рукой, чтобы я замолчала, но я только начала вскипать. И откуда во мне столько злости?
— Мы ужасно устали и торопимся попасть домой, и мне наплевать на вас и вашего княжича. И лучше бы вам дать мне и моему спутнику спокойно поехать своей дорогой, а иначе я прокляну вас на вечный запор!
— Валерия! Это уже перебор, — крикнул Лад, отгораживая меня от рассвирепевшего Райела. — Не обращайте на нее внимания, у нее проблемы с головой.
— Сейчас у нее не только с головой появятся проблемы, — прошипел от злости Райел и двинулся на нас.
— Прошу вас, ваше Благородие, не стоит так злиться. Мы можем решить все миром.
— Такие длинные языки надо отрезать, чтобы они в будущем не принесли еще больше проблем.
Райел отодвинул Лада и схватил меня за запястье. Я не растерялась и пнула его по голени, и пока он на секунду ослабил хватку, со всей силы ударила кулаком по его носу. Мою руку пронзила сильная боль, но я практически не обратила на нее внимания. Злость и отчаяние заглушили все посторонние мысли. Если для защиты себя и своих близких людей мне нужно стать свирепой, значит, пусть так и будет.
Из носа советника брызнула кровь и ручьем потекла по его подбородку, капая на белую косоворотку. Он зарычал от злости и уже хотел кинуться на меня, но из шатра внезапно появился княжич. Ильяр.
Он поймал мой дикий от злости взгляд, и я на секунду подумала, что он его узнал, несмотря на то, что мою голову накрывал капюшон.
— Что здесь происходит? — Прикрикнул Ильяр, и Райел остановился в сантиметре от меня, приложив ладонь к разбитому носу. — Что с тобой случилось? И кто эти люди? Что происходит в моем лагере, Райел?
Ильяр подошел к нам, набрасывая на плечи красную вотолу. Я неотрывно смотрела на него и удивлялась, насколько он изменился. Длинные русые волосы, ниспадавшие ему на плечи, исчезли, и вместо них теперь была простая короткая стрижка на военный манер. Его плечи стали широкими и мощными, а прекрасный бледный оттенок кожи заменил медный загар. Я вглядывалась в его золотые глаза и не могла поверить, что передо мной стоял не тот хрупкий нежный юноша, каким он был в нашу последнюю встречу, а храбрый крепкий воин, сын своего отца. Теперь мне больше не хотелось назвать его Золотинкой, потому что на меня смотрел будущий князь и великий боец, но вовсе не друг детства и не мальчик с золотыми прядями.
— Мы нашли их в лесу, ваша Светлость.
— И что с того? — Ильяр перевел взгляд с меня на советника и скрестил руки на груди.
— Рядом с ними мы также обнаружили перебитую стаю волков. Всю целиком.
— Даже с вожаком?
— Вожак тоже был убит, княжич.
Ильяр снова посмотрел на меня. Интересно, почему именно на меня? Лад стоял рядом со мной и было бы логичнее внимательно поглядывать и на него тоже.
— Поэтому я приказал им явиться в лагерь и все объяснить.
— А кровь у тебя почему из носа хлещет?
— Меня ударила эта юродивая! Не хотела снимать плащ, а как же я мог пустить ее в таком виде в ваш шатер?
— А ударила-то она тебя за что?
— Он хотел меня раздеть! — Выкрикнула я, тут же получив легкий подзатыльник от Лада.
Княжич вопросительно взглянул на Райела.
— Это все ложь, ваша Светлость. Я просто хотел снять с нее плащ.
— Что за бардак ты здесь устроил? Этих двоих ко мне в шатер. — Он развернулся и скрылся за навесом.
Райел втолкнул нас внутрь и встал за нашими спинами, готовый, в случае чего, тут же отрубить нам головы мечом, который он немного вытащил из ножен. Я обернулась и презрительно взглянула на него. Ничего, Райел, если я вернусь домой, я тебе такую трепку задам, что мало не покажется. Вылетишь из Неора на следующий же день.
— Можешь снять плащ, — мягко обратился ко мне Ильяр. — Здесь ты в безопасности.
— Сначала я хочу, чтобы этот сударь покинул шатер.
— Лучше бы тебе закрыть свой рот, когда княжич с тобой говорит, — зашипел советник за моей спиной.
— Райел, выйди вон.
— Прошу прощения, ваша Светлость, я не могу оставить вас одного. — Он так засопел от негодования, что на меня полетели его сопли.
— Я не маленький мальчик. Могу за себя постоять. Выйди.
— Как прикажете. — Райел коротко поклонился и оставил нас.
— Ну? Кто вы такие? И что делали в моих лесах?
Я взялась руками за капюшон, и ощутила, как быстро заколотилось мое сердце. Я медлила, словно боялась, что Ильяр не узнает меня, не вспомнит. Что я стала для него далеко забытым прошлым, а те дни, когда мы проводили время вместе, давно канули в Лету. Вдруг Валерии Виктории Лаар в его жизни больше не существовало?
Я вздохнула, и с моей головы упала темная ткань, а затем с плеч соскользнул и сам плащ. Мои глаза впились в его, цвета золота, и молча задали вопрос: «Ты помнишь меня?» Ильяр замер, словно его поразил гром, а потом, немного качнувшись, сделал шаг мне навстречу. На его лице застыл страх. Ну конечно, не каждый же день увидишь призраков старых друзей.
Его губы плотно сжались и превратились в тонкую полоску, отчего-то мне показалось, что в его глазах застыли слезы. Он протянул вперед руку и осторожно коснулся моей щеки, проверяя, настоящая ли я. Но я была настоящей. Он рвано вздохнул, а затем я в одно мгновение оказалась в его крепких, удушающих объятиях. Ильяр был выше меня на целую голову, поэтому я уткнулась лбом в его плечо и вцепилась в него руками так, словно подо мной должна была вот-вот разверзнуться земля.
Мне вдруг стало так больно, что я едва сдержала слезы. Я поняла, как ужасно скучала по родным, семье и друзьям. По той жизни, которую мне пришлось оставить. Ильяр был отголоском этой жизни. Маленьким осколком зеркала, в котором отражался весь мой мир. Он больно ранил меня, но не потому, что был острым, как нож, а потому, что у меня не было шансов склеить все осколки и вернуться к прежней себе. И в ту секунду мы оба поняли, что за три года изменились настолько сильно, что я больше не была Валерией Лаар, а он не был Золотинкой. И остались ли мы друг для друга теми, кем являлись всегда?
— Этого не может быть, — прошептал он, уткнувшись носом в мои волосы. — Ты мне снишься от горя? Я схожу с ума?
— Нет. Это правда я.
— Ты умерла, Валерия. Я тебя хоронил. Я плакал над твоей могилой.
— Я жива, Ильяр. И я здесь.
— Как это возможно?
— Если ты не задушишь меня, я все объясню.
Ильяр разжал руки, и я высвободилась из его сильных объятий.
— Поедем ко мне. Я сейчас же прикажу сворачивать лагерь. Тебе нужен отдых. И твоему спутнику тоже.
Я заметила, как странно они посмотрели друг на друга. Словно обоих задело слово «спутник».
— Я не могу, Ильяр. Меня никто не должен видеть. Просто дай нам продолжить путь.
— Отпустить тебя? Снова? И не получить никаких объяснений? Да я с ума сходил от горя, после твоих похорон, Валерия! А теперь ты просишь меня дать тебе уехать неизвестно куда? Ты сумасшедшая?
— Так будет лучше. Однажды я все тебе расскажу.
— Даже не думай, что уедешь от меня.
Этого я и боялась.
— Послушай, — я сжала его руку, — если кто-то узнает меня, до столицы тут же докатится весть о моем счастливом воскрешении. Пойми, все это произошло не просто так. Мне нужно было исчезнуть.
— Тебя преследовала какая-то опасность?
— Да. И очень большая.
— Тогда почему ты не обратилась ко мне?
— Потому что этой опасностью был мой муж.
— Демитар? Я не понимаю.
— Я не хочу впутывать тебя в это. Тебе и так пришлось нелегко в последнее время.
— Знаешь, когда мне на самом деле пришлось нелегко? — Его рука скользнула по моей щеке. — Когда тебя не стало. Я не находил себе места от невыносимой боли и тоски. Никакая рана еще не приносила мне такой агонии. Ты поедешь со мной, Валерия. И это не обсуждается.
— Ты не понимаешь, Ильяр!
— Нет, это ты не понимаешь! Я больше не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. Я больше не хочу тебя отпускать. Твоя смерть украла у меня огромный кусок души. Теперь тебе придется его вернуть.
— Но если твой отец увидит меня...
— Его нет в княжестве. Сейчас он в первой столице, вместе с князем Лаар.
— С папой? Но что он там делает?
— Это связано с эльфами. Ходят слухи, что эльфийский император что-то затевает. Не забивай свою голову такими вещами, Валерия. С твоей семьей все хорошо.
— Но...
— Просто верь мне.
Ильяр вышел из шатра, и я услышала, как он крикнул:
— Сворачивайте лагерь! Мы возвращаемся в Реинрах.
Я хотела выбежать за ним и немедленно остановить, но понимала, что это бесполезно. Спорить с Ильяром не было никакого смысла. Я представляла, скольким людям моя смерть принесла горе. И Ильяр был в их числе. Он требовал объяснений совершенно справедливо, но что я могла ему сказать? Что собственный муж хотел меня прикончить, а теперь преследует в видениях? Что я оставила семью, отказалась от самой себя, чтобы избежать убийства? Что я стала трусихой?
Я тяжело вздохнула и подобрала плащ с пола. Придется дать ему понять, что в этот раз я обойдусь без его защиты.
— Селедка? Как ты? — Лад осторожно обнял меня и мягко поцеловал в лоб.
— Я не знаю, что делать. Ильяр просто так нас не отпустит.
— Неважно. Тебе действительно нужен отдых. А потом мы что-нибудь придумаем.
— А если Демитар найдет меня? Вдруг мы задержимся?
— Не найдет. Я не позволю ему.
— Интересно, как?
Он улыбнулся, убрав прядь мне за ухо.
— Ну, я могу сделать на него заговор на запор.
Я рассмеялась.
— Ты ради меня готов даже на такое?
— Ради тебя я готов на все, селедка.
— И даже перестать называть меня «селедка»?
— Нет, на такое еще не готов. Это слишком большая жертва.
Он хотел поцеловать меня, но я, ловко увернувшись от него, усмехнулась и вышла из шатра.
Надо срочно придумать, как вернуться к намеченному нами пути. Почему-то мне казалось, что Розиерт — единственное безопасное место. И чем раньше я попаду в него, тем скорее все встанет на свои места.
Или нет?..