Игра Агния

Как бы Лололошка не пытался, но ощущение вины преследовало его всё время. Его опять начали меньше контролировать, хоть тот же Воланд не мог понять этой перемены. Возможно, он догадывался, метая эти странные взгляды на демона, но никогда не говорил ничего по этому поводу.

Только вот не перед ним было неловко каждый раз парню, смотря не в его радостные глаза, он хотел отвернуться. Люциус светился. Буквально. Если раньше ему казалось, что этот эльф был мил и добр с ним, когда пришлось играть личного телохранителя около недели, то теперь это стало, лишь блеклой версией.

Люциус принял, что Лололошка ушёл в тот день лишь утром, поверив на слово парню, который так отчаянно пытался врать и не ненавидеть себя за это. Они оба ощущали себя странно, и Лололошка лишь надеялся, что его нервозность тот воспринимает именно из-за этой новизны и неловкости, а отводил все касания из-за чужих глаз вокруг. В смысле, его, и правда, это волновало, но не настолько, как неожиданно всколыхнувший его чувства страх.

Он хотел принимать неожиданные приливы любви со второй стороны, где-то внутри наслаждаясь этим, но быстро пытался оттолкнуть, боясь своих же чувств и поступков. Он просто начал избегать Люциуса, всячески узнавая, где тот и буквально прячась среди стен, прося Селести не сдавать его. Ему просто было почти физически больно врать тому, что всё хорошо.

Правда как желчь осела где-то в его горле, не выскальзывая наружу, но и не уходя вглубь, постоянно обжигая изнутри. Скрывать что-то подобное было неприятно и до слёз больно.

Ему казалось, что он не достоин таких хороших слов в свою сторону, будучи грязным лжецом и предателем, боясь привязать к себе ещё сильнее. Парню хотелось опять повздорить, накричать на Люциуса и заставить его ненавидеть, но каждый раз у него не получалось. Это было так просто – разбить кому-то сердце. Просто сделай пару глупостей, скажи колкости в саму душу и готово. Рушить всегда было проще.

Правда, не в этот раз. Лололошка обещал, что остановит это ради короля, но эгоистично продолжал рядом молчать и кивать, принимая всё сказанное. Он не видел здесь своего будущего, не верил, что всё может продлиться так долго, потому впервые испугался потерять недавно обретённую нежность рядом с собой. Вечный кнут, к которому он привык слишком резко сменился на пряник и он не знал что с этим делать, чтобы не чувствовать себя монстром в своих же глазах. Так глупо.

На родине его не часто обсыпали таким количеством любви, хоть он и не был обделён вниманием вокруг. Здесь же один придурковатый эльф вдруг смог закрыть в нём эту столько времени ноющую потребность, которую он ощущал так давно, даже не подозревая о её существовании. Ему ведь нравилось спорить лишь в шутку, обсуждая что-то о переменах в королевстве; нравилось замачивать эти длинные, особенно в сравнении с его, волосы, после расчесывая их. Ему было приятно просто быть рядом, словно всё в порядке и никаких проблем не существует. Он не сожалел о той ночи.

Но стоит ему вспомнить об одном украшении, взглянуть на его копию, что теперь блестела на пальце короля, как настроение тут же уходило в более тёмную степь, а его настрой падал с облаков на землю, вместе со всеми мимолётными мечтами. Всё не может быть так просто, и он сам стал отчасти тем, кто привёл к этому. Это был его выбор.

Селести же была более воодушевлена. Парень не сразу ей рассказал, но в итоге пришлось признаться, когда та уже напрямую спросила про его мутки с королём и что именно произошло.

—Ты украл у него кольцо в ту ночь? — она переспросила, пытаясь вычесать все колтуны у демона на голове.

— Получается, что так, — он тяжело в ответ вздохнул, наблюдая за пролетающими за окном птицами.

— Так это же прекрасно! Ты же сможешь... — подскочила та, взмахнув руками, вдруг осёкшись. — Кхм, в смысле, у тебя теперь есть все шансы сбежать. Разве нет?

Лололошка кивнул:

— Больше нет никаких преград, кроме самого факта, как сбежать.

— Есть идеи? — она подпёрла подбородок ладонью, оказавшись сбоку, глядя своими заговорщическими глазами, полная внимания. — Может нужна какая помощь?

— Только не ввязывайся в это ещё больше, — он быстро возразил, как только понял её намёк. — Всё в порядке. У меня... у меня имеются связи, чтобы всё совершить. Не стоит рисковать собой.

— Ого, а ты времени зря не терял. Нашёл какую-то шишку, пока катался за этим белобрысым?

— Технически, это они меня нашли, но да. Только об этом никому, понятно?

Селести пожала плечами, натягивая ещё один запутанный локон, вызывая четкое «Ай!» от парня:

— Ты ведь знаешь, что из нас двоих главный болтун – это ты? Конечно, я не буду попадать под руку и тем более мешать твоим планам. По крайней мере, когда они не вредят тебе. Так что там с твоим побегом?

— Знаешь семью Лумбвергов?

— Как же не знать. Главные дружки Грантов, которые не упускают возможности всем напомнить об этом. Братья и их мать вроде смышлёные, но та подкидная девчонка мне не нравится. Настырная и тупая, — она фыркнула.

— А говорила, что не лезешь во все эти распри и лишь выполняешь свою работу, — Лололошка ухмыльнулся, поддевая её локтём.

— Хватит крутиться, кому сказала держать голову прямо, — девушка потянула его за волосы, вернув в обратное положение, вызвав с его стороны ещё больше смешков. — И я не лезу! Просто в таких местах ты должен знать подобных гостей, и хочешь не хочешь, но хоть раз лично придётся подать кому-то напитки или уже вытирать разлившееся на пол, пока они будут смотреть на тебя, как на мусор.

— В общем, они предложили мне план ещё давно... примерно, когда я впервые вышел с Люциусом на свет, так скажем.

Вдруг расческа остановилась в волосах, а парень буквально почувствовал на своём затылке чужой сосредоточенный взгляд. Неприятный холодок прошёл по спине от пробежавших мыслей в голове.

— И ты мне ничего не сказал?

— Я боялся, что... — он сглотнул, создав ещё одну паузу, начав практически тараторить. — Ты мне ведь тоже ничего не рассказывала важного! Только недавно я смог узнать про подвал. Тем более, это тогда ещё было не точно, меня просили никому не говорить, и в любом случае теперь ты всё знаешь. Давай не будем из-за этого обижаться друг на друга, хорошо?

Какое-то время они продолжали сидеть в тишине, но, к счастью парня, расческа продолжила свой путь вдоль волос, а Селести заговорила:

— Всё хорошо, я и не собиралась. Просто удивилась, как долго была в неведении и считала тебя глупцом без плана, ха-ха, — её тон снова стал мягким, и в нём отчетливо читалась немного неловкая улыбка, на что парень выдохнул. — Значит, ты согласился?

— Ага. Они дали мне ненастоящее кольцо, которое я подменил, сказав, что остальное всё сделают сами.

— И слава Богу. Я не хочу, чтобы ты ещё больше рисковал, главное, чтобы тебя отсюда забрали.

— Думаешь, что они смогут?

Эта мысль всё больше его беспокоила. Не только сам факт восстания и явных будущих проблем для нынешнего короля, но и простых опасений за свою судьбу. Единственное, что его успокаивало – это Лемак, который, как он понял, будет заниматься спасением, и был позван именно для этого. Эльф явно не последний житель здесь, иначе бы его не привлекли во всё это. Лололошка лишь надеялся, что не создал эльфу ещё больше неприятностей, но в театре тот казался вполне готовым помочь.

— Из всех вариантов я не могу придумать тебе лучше спасителей, чем они. Мало кто в целом захочет помочь демону в наше время, — она, наконец, отстала от головы парня и, обойдя, оценила его внешний вид, сменив тон на более серьёзный. — Не смей потерять такую возможность.

Он со стоном вздохнул, вставая с кровати:

— Не собираюсь, просто... я этим стольких подставлю. Неужели Люциус такой плохой король? — в конце почти пробормотал он, но в итоге всё равно встретил этот осуждающий взгляд.

— Ло.

— Ты не понимаешь. Он искренне сожалеет и хочет помочь мне.

— Тебя дурят, а ты ведёшься на пустые обещания. О какой помощи может идти речь, когда ты до сих пор у него на привязи? Не делай вид, что это кольцо у тебя незаслуженно. Оно изначально принадлежит тебе и только тебе, а точнее камень в нём, — был ему уверенный ответ.

И ведь он не мог поспорить. Часть его сущности и сил просто насильно отобрали, и как бы он не просил, но украшение всё оставалось в чужих руках. Как бы Люциус не оправдывался своим страхом всё потерять, только вот эта мысль всё равно ранила. Слова Селести лишь сильнее в нём открыли эту старую рану, которую он почти зашил чужими словами и ласками.

Мерзко от осознания всей ситуации. Он ненавидел всех и в том числе себя. Мысль, что никто здесь не чист – пугала и отвращала, но не менее его нервы напрягались от осознания своих поступков. То он ощущает себя ужасным существом, то его уверяют, что это не так. Разум просто путался от всех эмоций.

— Может ты и права...

— Мы оба знаем, что это так, — она кивнула. — Кстати, а где настоящее украшение? Ты же не носишь его с собой?

— Нет-нет, я его спрятал, — он прошёл к одной из деревянных панелей на стене, опустившись и под заинтересованный взгляд Селести постучал по нижней части. Это была та самая панель, которую он ударил ранее, потому она снова слегка отошла со скрипом от стены, а на ладонь выскочила золотая побрякушка.

— Вау, это...

— Уже слишком, да?

— Нет-нет, я бы сказала, что просто удивлена твоей изобретательности. Даже немного горжусь, — она подошла, глядя то на низ стены, то на само украшение, вызывая лёгкие смешки от второго.

— Хах, не посчитай меня чрезмерно замороченным, я просто провёл слишком много времени здесь, чтобы изучить каждый кусок этой комнаты и хотел быть уверенным, что никто точно не сможет случайно найти мой небольшой секрет.

— Значит, ты планируешь прятать всё это до того момента, пока тебя не спасут?

— Можно и так сказать, — только успел он неловко пожать плечами, как в дверь постучали.

— Быстрее прячь! — прошипела на него девушка.

Лололошка не стал медлить и вмиг уже заготовленным набором действий засунул кольцо обратно, подперев его, и когда убедился, что всё в порядке, кивнул. Дверь открылась, но за ней лишь была Джана. Оба выдохнули.

— Вас зовут в зал ко всем, — тем временем начала южанка.

— В зал? — подошёл Лололошка.

— Ко всем?

— Мне дали задание собрать всех служанок, кто ещё не там и демона. Вы последние.

Лололошка и Селести переглянулись, но спорить не стали. Так или иначе девушка не соврала и большой зал уже был наполнен остальной прислугой, которые с интересом болтали между собой и теперь почти не реагировали на парня, по крайней мере он не мог найти того былого ужаса. Максимум отвращение, но в основном безразличие.

— Итак, все на месте? — к ним вышла Линет, аккуратно цокая каблуком, оглядывая комнату. — Славно. Предупреждаю сразу, повторять по десять раз я не буду, потому, курочки, слушайте внимательно и используйте все свои никудышные мозги на максимум, — она посмотрела на демона. — Рогатых это также касается.

— Извините, но что происходит? — решил он спросить, так как остальные молчали.

— Многие знают, что скоро будет один из важнейших праздников, как для народа, так и для самой знати. Каждый год мы организуем в честь этого балы и этот – не исключение. Все шишки снова будут здесь и Король Люциус очень обеспокоен, чтобы всё прошло идеально, — женщина прошлась пальцем по одному из бокалов, которые стояли на одном из столиков рядом с остальной посудой. — В прошлый раз всё было просто ужасно, слава Богам, существует алкоголь и не все заметили, как одна особа опрокинула на себя тарелку с закусками, но больше такого не должно повториться и для этого я здесь – чтобы научить вас.

— Вынуждена вас перебить, но у меня тоже есть вопрос... — влезла другая служанка с веснушками. — А зачем тут демон? Тоже будет учиться, как тарелочки раскладывать?

— Во-первых: прежде чем спросить, вам нужно теперь поднять вверх руку и только потом выражать свою мысль. Во-вторых: это была также просьба короля, и нет, для него у меня другая программа. Есть ещё вопросы? — в ответ ей была тишина. — Тогда начнём...

∙∘***∘∙

Это были не простые дни. Парень вспомнил всё, что успел забыть за это время, и женщина теперь была к нему одновременно строже, но и при этом он перестал так её бояться, что смягчило углы. Она решила соединить всё в одно, дабы служанки не только смотрели на неё, но и учились друг у друга, что явно ускорило дело. Среди девочек были пару совсем новеньких, которые ещё не были так приспособлены и на удивление Джана стала той, кто помогал всем, кому было совсем тяжело.

На самом деле южная эльфийка оказалась крайне неплохой в плане контролирования ситуации, заступаясь перед мисс Линет за других и в целом держалась будто лучше. Парень решил, что на неё явно так повлияло общение с другой его подругой, которая хоть и держалась немного поодаль от общего коллектива, но всё равно также была готова прийти на помощь.

Удивительно, как настроение в этой женской кучке поменялось и явно в лучшую сторону. Некоторые «старички», конечно, продолжали возражать и не признавать южанку, но ему казалось, что это лишь временная проблема. Так или иначе он был неожиданно рад проводить своё время таким образом, найдя причину меньше видеться с королём и при этом наслаждаясь общими дружескими шутками, пока Линет не видела.

Он словно снова оказался в обстановке своего училища, где на них также гаркали учителя, а они склонив голову продолжали внутри хихикать, будто малые дети и ему этого в самом деле не хватало. Это была та деталь, которая ему так нравилась. В голове всё чаще мелькали старые силуэты, по которым он уже успел, и соскучиться, и попытаться тех отпустить. Как бы ни хотелось, но мечта их встретить казалась просто несбыточной. А ещё всё это было прекрасной возможностью отвлечься от одного эльфа, который поселился в его голове в эти дни.

«Было бы проще, забудь я всё о доме?»

— Чего нос повесил? — вдруг его хлопнули по плечу. Это оказалась Селести, и достаточно воодушевлённо протягивая бумажку. — Держи, взгляни на себя.

Он, сидя на полу, взял листок не самой плотной и чистой, но, всё же, бумаги, на которой был рисунок изображающий... его? Лололошка ахнул, разглядывая достаточно детальные черты, прорисованные чем-то вроде угля, и не мог остановить своё восхищение. Правда, выдавил он из себя лишь...

— Ого.

— Нравится? Вот и мне показалось, что это вышло прекрасно. Джана, ты слышала? Ему понравилось! — повысила она тон, и только теперь демон заметил, что рядом была вторая служанка, которая неловко шла к нему и прикрывала рукой лицо.

— Да ладно вам, я ведь не уметь рисовать. Всего лишь вспомнила старое занятие, — она явно стеснялась похвалы.

— Где ты так научилась? — спросил парень, искренне не понимая, когда та могла найти возможность, дабы такому обучиться. Особенно, будучи прислугой.

— Да там как-то само сложилось. Пока я была совсем небольшой, когда мы только попали в это королевство, то меня оставили с матерью и сестрой в борделе, где я и сидела днями, пока ждала их. Была чем-то вроде приманки, дабы те даже не думали о побеге, а работать не могла, — она вздохнула, явно пытаясь продолжать улыбаться, зачесывая маленькую косичку за ухо. — И вот мне на день рождения, чтобы я не скучала, подарили угольки и всё, на чем можно было рисовать. Не знаю, как они это получили, но я изрисовала всё, что можно было. Хах... как-то и натренировала руку.

— Оу... а твоя родня всё ещё?.. — уже более виновато спросила Селести, явно смутившись рассказом.

— Не знаю. Не уверена, что они вообще живы. Когда меня забрали сюда, то последнее, что я знаю – это то, что их должны были перевезти далеко в другой город, где я даже при всём желании не побываю, а отца и вовсе не найти среди шахт на окраине. Возможно, они потратили всю свою удачу на меня, дабы хоть кто-то выбрался и я им благодарна, — она ярко улыбнулась, что смутило остальных. — Так или иначе, прошлое не вернуть, но я рада, что нашла здесь кого-то вроде вас. Нужно просто идти дальше.

— И ты не скучаешь по родине?

— Скучаю. Безумно скучаю. Я бы хотела снова оказаться в нашем лесу возле дома, где мама собирала ту кислую ягоду, а потом мы пели наши песни. С радостью бы оказалась там, но судьба решила иначе и вот я здесь. Знаешь, учитывая всё, мне не так уж и плохо. Я это ценю, как бы оно ни было.

— Думаю, ты права, — Лололошка поднялся с пола и слегка встряхнул головой, чтобы уложить волосы. — Нельзя всё время жить прошлым.

Этот разговор его немного воодушевил. Не сильно, но стало немного проще, от осознания, что в словах есть смысл, а его ситуация кажется не столь омрачающей. Его ведь наверняка уже даже не ищут на острове, если и пытались. Столько времени прошло, наверняка его должность капитана и лидера уже заменили, а команда справилась с этим.

— Ну... давайте не будем о грустном, — Селести явно хотела отойти от темы, прервав на время воцарившуюся между ними тишину, и показала ладонью жест, мол: «идите сюда». Оба не стали лишний раз спрашивать и приблизились к ней, сидя теперь в тихом и не таком заметном кругу возле стены.

— Что такое? — спросил он.

— У меня есть хорошая новость, которую я всё не знала, как сказать, но думаю, что пора, — почти начала лыбиться она, что было не таким частым событием в последнее время. — Так, в общем... меня возьмут на работу! — почти бы прокричала она, но в итоге восклик оказался всё ещё тихим, но явно готовым перейти во что-то погромче, не будь у нее контроля.

— Работу?

— А ты разве не работаешь уже? — парень почти уронил челюсть.

Он даже и не задумывался о подобном варианте. В смысле, от слова совсем. Ему казалось, что у той нет выбора, из-за чего волновался за подругу.

— Так-то оно так, но не то, чтобы мне нравилось быть прислугой. Знаешь, всё это унижение не по мне.

— Но как? И где? Ты ведь говорила, что ничего лучше просто нет, чтобы зарабатывать такие деньги, — продолжал он спрашивать, также стараясь не повышать голос.

— Помнишь того мужчину, что шил тебе костюмы? — она хмыкнула. — Мне пришло от них письмо, что они предлагают к себе на работу, мол, им понравилась моя вышивка и твои комментарии о моём потенциале, Ло, и они ищут новых рабочих в следующем сезоне. Притом, за хорошую плату. Представляете?

— Не может быть. Ты ведь согласилась? — схватился за эту идею Лололошка, подойдя почти вплотную. Он резко понял, что это её шанс, чтобы обезопасить служанку и отгородить от всего происходящего здесь.

— Тише-тише, конечно, согласилась! — выставила она между ними ладонь. — Это ведь такой шанс.

— Невероятно, чтобы обычную девушку из деревни взяли на такую работу, — охнула Джана. — Я думала, что для богатых шьют только такие же богатые у вас здесь.

— Ну, вообще это так, но и я не из последней семьи, — на вопросительные взгляды она закатила глаза. — Ну да, мой отец был сыном одного владельца крупного бизнеса по добыче ценных руд. Главное слово здесь – был. Это лишь формальность, мы беднее даже некоторых деревеньщин с севера и узнала я об этом лишь в пятнадцать. Откуда вы думали, у меня есть фамилия?

— Да мы как-то и не думали, — Лололошка почесал затылок, припоминая этот факт. Он ведь знал, но до сих пор не смог сопоставить это. Как-то даже забыл о фамилии девушки и её втором имени за столько времени.

— И чем вы занимаетесь? — послышался за ними строгий голос.

За ними оказалась Линет, которая смерила их взглядом, и, как оказалось, другая прислуга тоже наблюдает теперь за ними. Лололошка быстро выдавил извиняющуюся улыбку, вслед остальным.

— Ничем таким, просто обсуждаем, как отмерить двадцать сантиметров у скатерти и под каким углом должны лежать все виды ножей, — включила свой самый прелестный тон Селести, какой парень только мог от неё услышать.

Мисс Линет на это лишь тяжело вздохнула:

— Конечно, так и поверила. Лучше бы другим так помогали, а не с демоном шушукались. Расходимся, урок окончен, а вам ещё за замком следить, — она хлопнула ладонями, теперь оборачиваясь к остальным служанкам. — Бегом!

Девушки мигом поспешили покинуть комнату, и Лололошка не мог не понять такую скорость. Женщина в строгом наряде и юбке почти до пят могла пугать. Он и сам хотел пойти вслед всем, но оказался остановлен. Он удивлённо посмотрел на Линет, когда та не дала ему уйти.

— А ты останешься со мной. Праздник совсем скоро и если в прислуге я уверена, они не пропадут, то для тебя осталось ещё кое-что, — она отошла, когда они оказались одни.

— Да что ещё? — застонал демон, возмущенно взмахнув крыльями и скривив спину. — Я и так уже знаю от и до, даже поклоны повторил.

— Танец.

— Танец? — он переспросил.

— Есть традиция, когда лучший королевский раб открывает празднество своим выступлением и тебе нужно обучиться ему. Ничего сложного, — она снова хлопнула в ладоши. — Наше занятие продолжается.

Может Линет изначально и была спокойна, но в итоге осознала свою оплошность. Парень неплохо двигался в бою и не казался слишком деревянным или скованным, только вот до первых попыток перевести это всё в мирные и плавные движения.

Как бы она не пыталась, но Лололошка просто не мог приспособиться к аккуратным и настолько мягким движениям, постоянно либо слишком спеша, либо и вовсе путая детали или их очерёдность. Это был явно не его стиль, что, спустя около часа, оба подметили.

Танец был медленным и нуждался в полной концентрации и спокойствии, а демон был слишком взволнованным и его конечности дрожали, но не от усталости, а от нервов, что шалили последние месяца. В бою и резком движении он мог это перенаправлять в энергию и эмоции, когда здесь от него ждали полного контроля каждой частички тела. Как полный поклон, который он ненавидел всем своим сердцем, только дольше и больше компонентов.

Лололошка снова упал, запутавшись в ногах.

— Стоп! У нас осталось мало времени, а ты хотя бы начало не можешь сделать, — потирала переносицу женщина. — Даже упрямый Люциус бы лучше справился, будь такая надобность.

— Вот пусть и танцует. Я рос магом и воином, а не какой-то разодетой танцовщицей, — он поднялся, отряхивая себя и свои крылья. — Неужели без этого никак не обойтись?

— Пф, конечно нет. Это семейная традиция, которая обязательна. В прошлом году всё прошло, в самом деле, отвратительно, поскольку мы облажались. Стоит ли говорить, что гости не были в восторге?

— Почему это вас так волнует? — он вздохнул, садясь на один из диванов, отойдя из центра комнаты. — Странно, что король вообще должен как-то выделываться не перед народом, а другой кучкой богатых.

— Такую систему создал первый Грант, — она пожала плечами, немного пройдясь. — Агний поставил на то, что его род будет внушать вес и держаться за счет связей. Только вот с каждым поколением всё меньше это работало и чаще случались огрехи. А теперь Люциусу со всем этим справляться, я не могу не помогать ему.

— Но всё же, почему?

— Он единственный, ради кого и чего я могу стараться. Нянька из меня вышла никудышная, раз уж его учит жизни какой-то демон, — её взгляд остановился на парне, что нервно сглотнул и поджал хвост. — Потому я и погрязла в разъездах и контроле основных дел королевства, за которыми не следил сам король. Это лучшее, что я могу сделать для него.

Лололошка усмехнулся:

— Как забавно, когда я попал сюда, мне сказали, что все тут поломаны, — он посмотрел на неё в ответ, замечая в глазах вопрос. — Я сначала не понял эту фразу, считая её преувеличением, а теперь... а теперь я вижу о чём говорилось. Тут все бегут от своих проблем, заглушая их другими, алкоголем или... работой.

— Не пытайся копаться во мне, у тебя плохо получается, — женщина, немного помолчав и покрутив головой, цокнула, аккуратно присев на кресло напротив. — Лучше вставай и повтори все движения, дабы я тебе все ноги не переломала, если ты опозоришься перед гостями.

— Да ладно?

С удручающим стоном и негодованием, но Лололошке пришлось продолжить эти издевательства, которые не прекращались ещё два дня. Два мучительных дня он теперь снова терпел всё это в одиночку, лишь иногда умудряясь нормально поговорить с его «учителем».

Он нервничал, осознавая с каждым днём всё больше, что именно должно произойти в праздник. Очевидно, что Лумбверги будут там, как и сам Джодах. Демон мог лишь делать вид, что всё хорошо, иногда жалуясь Селести, пока та его пыталась успокоить, что всё будет хорошо, и они оба будут в порядке.

Парень боялся сделать неверный выбор всё больше и то, что Люциус часто стал разъезжать по делам снаружи – только больше успокаивало его. Никаких волнений, когда их причина не перед глазами, плюс, поддержка рядом немного да помогала.

Также в замке явно ощущалась атмосфера полной подготовки к будущему мероприятию. Прислуга суетилась и вымывала всё что можно, а бедолаги на кухне буквально пропахли всеми видами специй, из-за чего Лололошка мог, просто проходя по коридору, понять, чем примерно сейчас загружены котлы. Он не знал что именно за праздник их ждёт, но с чужих слов понял, что это что-то вроде перевода на новый год для подсчета. У демонов тоже есть подобный праздник, но в другой сезон и длится он далеко не один день.

В последний день Линет загрузила его особенно сильно, отчего он хоть и не падал от усталости, как после Воланда, но и не мог бы назвать себя не выжатым лимоном. Оттачивать движение за движением было сложно, а особенно когда у тебя за спиной два больших крыла, что не совсем были учитаны при создании самого танца. В замке уже давно зажгли свечи.

Женщина вздохнула:

— Либо ты дотянешь правую ногу под конец, либо я заставлю тебя крутиться всю ночь.

— И тогда я и вовсе усну на празднике, вот это будет номер, — закатил он глаза.

— Тц, разбаловал тебя Люциус, разбаловал... — она достала трубку, поднеся к ней свечу. — Будь на его месте Дагон, то боюсь представить, что с таким, как ты было бы.

— А что было бы? — он спросил, с лёгким интересом наблюдая за действиями женщины.

Линет вздохнула, поднеся трубку ко рту, и через мгновение элегантно выдохнула дым.

— Начнём с того, что ты бы мог забыть о личном пространстве и даже кровати. Люциус не имел на тебя планов, кроме как изучить и сделать некой рабочей силой. Его отец бы сравнял тебя с землей, и я не уверена, что вывел бы вообще в свет. После смерти жены он стал чёрствым эльфом.

— Я знаю, мне уже рассказали эту историю, про возненавидевшего своего сына придурка, — Лололошка отмахнулся, воротя нос от неприятного запаха табака.

— Но явно не все детали. Люциус не рассказывал, кем была его мать? — она спросила, введя парня в ступор. — Раньше Дагон славился своими рабынями, которых покупал иногда за безумные деньги ради своей коллекции. Помню, во дворе шутили над красавицами, что их однажды похитят в замок к похотливому королю и это даже стало байкой. Как же давно это было.

— А где они все сейчас? Эти девушки, — Лололошка задумался.

— Мертвы, — монотонно ответила она, от чего парню даже стало неловко. — Дагон дал посмертный приказ, что все дамы должны быть убиты вслед за ним. Он запрещал Люциусу с ними контактировать, даже когда сам много лет ни одной не касался после женитьбы.

— Ужас... как к этому относилась его жена?

— Спокойно. У неё было достаточно других проблем, да и всех его девиц она хорошо знала и даже дружила с некоторыми, — хмыкнула женщина, продолжая пускать дым. — Как-никак сама была одной из них.

И теперь до парня дошло:

— Стойте, не может быть, так она была...

— Анаэль не имела статуса, подобающего будущей королеве и считалась северной красавицей, потому была привезена сюда на потеху, но неожиданно для всех вечно меняющий девушек король влюбился, да настолько, что пошёл наперекор всем, заявив о помолвке. Ему было всего тридцать, а в момент уже начал ожидать приемника. Галдёж был безумный, буквально все были возмущены, начиная с деревенщин, заканчивая герцогами.

Линет говорила спокойно и с появившейся лёгкой хрипотцой в голосе под вечер, что скорее напоминало историю на ночь, а демон, словно ребенок, сидел на ковре и слушал её, пока вдали потрескивал огонь в зажженном камине.

— Только вот Дагон был упёрт, и свадьба состоялась, а потом и заявил о ребёнке. Анаэль ему пришлось прятать, а еду постоянно проверять на яды и прочее в несколько раз усерднее. Чуть что, так весь замок стоял на ушах. А теперь представь всплеск эмоций, когда во время родов его возлюбленная умерла, а единственный его приемник родился больным и неспособным жить без постоянных лекарств. Народ решил, что это знак свыше, что этот союз был ошибкой, как и весь прогнивший род Грантов.

— Так вот почему Люциус создаёт вокруг себя все эти образы... — наконец окончательно понял он.

— У меня есть, конечно, радость за него, что он занялся королевством, ты неплохо на него повлиял, — она повернулась к парню и подошла ближе. — Но и проблем ты всем прибавил. Потому у меня есть просьба.

— Я слушаю, — нахмурил он брови, поднимаясь с полу.

— Отойди от Люциуса. Не дай ему привязаться и повторить ошибку своего отца, — Линет оказалась совсем рядом и прямо в лицо выдохнула ещё один клуб дума, заставив парня кашлять. — Так будет лучше всем.

Ответить он ничего не смог, да и не было возможности, поскольку их разговор оборвали. Дверь открылась, а в комнату вошёл ещё один собеседник.

— Не мешаю? — Люциус оглядел обоих, после удивлённо воскликнув. — Линет, вы ведь обещали бросить!

— Замучил меня твой ученик, — цокнула она, мотнув головой.

— Я предлагал вам отдохнуть.

— Ещё чего, и кому всё это доверишь? Своему дружку ненормальному? Ну, уж нет, извольте, — звук цокота от каблуков раздался по всему залу, пока она шла до двери, где стоял сейчас король. — Помни, завтра важный день. А ты, — она обратилась к демону. — Завтра с утра ещё повторим.

Это были последние её слова, прежде чем дверь снова закрылась, теперь оставив двоих парней наедине. Лололошка тяжело сглотнул от одной только мысли, всё ещё слыша эхом в ушах слова женщины.

— Ну как, готов к следующему дню? — Люциус спросил, раскачиваясь на каблуке.

— А ты?

— Ох, уж надеюсь. Эта неделя была безумной, везде нужно всё уточнить и проконтролировать. Если завтра хоть что-то пойдёт не так, то я буду готов прибить себя, столько сил и денег. Особенно денег...

— Ладно, мои потанцульки, и правда, звучат неважно на твоём фоне, — хмыкнул Лололошка.

— А что с ними?

— Да не могу я! Не танцуют демоны... так! Мы любим резвые и более акробатические танцы, когда ты буквально горишь и извиваешься, а не эта тягомотная фигня, — начал он жаловаться, стараясь не думать о плохих мыслях. — Боюсь, что могу не справиться с твоим заданием, которое ты, блин, придурок, дал.

— Стой, каким ещё заданием? — он глупо захлопал глазами.

— Ну, которое обязательно для праздника? Мисс Линет сказала, что мне нужно будет традиционно выступить перед всеми.

Эльф вдруг залился смехом, а получив непонимающее лицо и тихое: "в смысле?" — , ответил, приложив ладонь к лицу и качая головой:

— Вот же ведьма. Не говорил я ничего, особенно... такого!

Лололошка опешил, вмиг покраснев от возмущения и тем самым вызвав ещё немного смешков у собеседника.

— Что значит "ничего не говорил"?! — начал он возмущаться. — Так я все эти дни зря страдал?

— Боюсь, что наша мадам решила восстановить традиции без моего ведома, и заодно помучить одного демона.

Лололошка не выдержал и выругался на своём фиерском языке, активно начав мотать хвостом, тем самым ещё больше веселя короля. Его будто обвели вокруг пальца, заставляя делать то, чего он оказывается мог избежать, если бы хоть раз ранее поговорил с Люциусом.

— Ладно-ладно, успокойся. Я с ней поговорю и она от тебя отстанет, хорошо? — попытался, наконец, сгладить углы эльф, подойдя поближе и на бурканье парня вдруг взял его за руки. — Знаешь... мы бы могли станцевать вместе.

Ладони вспотели, когда чужие так неожиданно оказались поверх его, а голос вдруг куда-то делся. Вот поэтому он избегал этого эльфа, осознавая, как закапывает себя только глубже. Та недавняя ночь пронеслась в его голове, а глаза забегали, но в итоге несмотря на всё он кивнул.

Линет просила его не привязываться, но он ведь всё равно уйдёт, потому технически исполнит её желание. Так ведь?

Люциус поклонился и встал в стойку, оставив левую руку расправленной и держащей ладонь демона, пока другая оказалась на его спине. Лололошка в свою очередь не сопротивлялся, стараясь не мешать тому .

— Всё очень просто, считай раз-два-три, я буду вести, а ты просто следи за ногами, сейчас у тебя правая назад, — он шагнул левой ногой вперёд, отводя второго назад. — А теперь вправо.

Он продолжал объяснять, параллельно шагая и несмотря на несколько неудачных попыток и придавленных носков туфель не возражал, лишь продолжая свой "урок", успокаивая раздражительного парня рядом. Неудачливый в этом деле демон продолжал гневаться на свои ошибки, постоянно шипя толи на себя, толи на того. Он и сам до конца не знал.

У них не играла музыка, и лишь лёгкий треск огня разбавлял зал, оставляя обоих полностью поглощенными движениями и друг другом. Неожиданно для самого себя, но Лололошка в момент начал понимать суть и уже с большим возбуждением и скоростью начал крутиться, веселя тем самым их обоих. Шаг за шагом.

— Глупый танец, — фыркнул он, как вдруг был слегка откинут, считай повиснув на руке второго и потом снова был притянут, оказавшись слишком близко.

— Зато изящный, — проговорил губами Люциус, после снова отстранившись.

— Тебе такое нравится? — хмыкнул он, уже более уверенно шагая вслед эльфу.

— Буду честен, впервые буду рад такому времяпровождению.

— Повзрослел?

— Нашёл правильного партнёра, — покачал он головой, прикрыв глаза.

Лололошка не нашёл что ответить, лишь поджав губы и отвернувшись, дабы не смотреть на полное надежд лицо. Пришло осознание, что это возможно их последний вечер, от чего внутри что-то ёкнуло. Он ненавидел себя за это.

Ещё пару поворотов и Люциус заметил поникший вид демона и уже закруживший их танец был вынужден закончиться. Их руки расцепились, а расстояние снова оказалось привычно большим, дабы отдышаться и обдумать всё.

— С тобой всё в порядке? — спросил обеспокоенный эльф, поджав пальцы. — Ты всю неделю такой... скрытный. Я решил не спрашивать, пока был занят, но теперь начинаю переживать. Это из-за того случая? Что-то было не так?

— Нет-нет, всё хорошо, — замотал он головой, сев на до сих пор мягкий ковёр и поджав ноги. — Это просто... агх, я не знаю. Не могу поверить, что ты серьёзен.

— Но это так, — Люциус не сразу, но также оказался с парнем на том же уровне, присев на свои слегка хрустнувшие колени. — Я просто не знаю, как исправить всё то, что успел ранее натворить; боюсь всё снова потерять, только обретя хоть что-то...

— Но я не вещь, — плечи его сжались, а голос дрогнул. — Моя жизнь, мои мечты и всё о чём я мог раньше думать – сломалось тогда, когда я попал на здешнюю землю. Можешь себе представить? Я хочу тебе верить, правда. Только вот всё будто против этого.

— ...

— Это тяжело каждый раз получать то награду, то пощёчину и выбирать на чём же стоит фокусироваться больше. Мне нравится быть с тобой, разговаривать и ощущать себя нужным, только вот откуда мне знать, что это продлится долго? Думаешь, что меня здесь примут? Не откажешься ли ты от меня, если народ взбунтует? — продолжал осыпать Лололошка его вопросами.

— Что ты такое говоришь? Ни за что! Я тебя не брошу, клянусь, Ло, — он приблизился, положив свою ладонь поверх чужой. — Мне всё равно на чужие законы и раз я король, то и мне решать, что хорошо в моём королевстве.

— Даже если это будет угрожать твоей жизни? — ему было мало этих слов.

— Какой в ней смысл, если там не будет тебя, — пришёл спокойный ответ, пока их пальцы переплелись.

Стрелка на стоящих немного поодаль маятниковых часах щелкнула, показав ровно двенадцать, на что обратил внимание Люциус. Он тяжело вздохнул, прежде чем продолжил:

— Знаешь... я очень долго думал об этом. Ты столько времени жил здесь с таким как я и мне понятно, почему ты боишься. Прости, все кто был рядом со мной так или иначе пострадали и на это больно смотреть каждый раз. Особенно вот так, — он глянул на открытую шею. — Однажды мне один мудрый демон сказал, что все хорошие отношения строятся на доверии, и я всё это время игнорировал это.

Он немного отстранился, смутив всем этим парня напротив, но оба не решались что либо сказать, но удивлённый и даже немного напуганный вздох Лололошка не смог скрыть, когда чужие пальцы коснулись кольца, постепенно снимая его и после, наконец, поднеся украшение между ними.

Руки Люциуса немного дрожали, пока он продолжал свою речь:

— Ещё рано для подарков, но я хотел сделать это в данный день. Стоило бы раньше, я знаю, пару раз даже пытался, но ты постоянно был занят, а я боялся и... это твоё по праву с самого начала, мне жаль, что для этого мне пришлось потратить так много времени, чтобы понять.

— О Румбиум, Люциус!.. — демон воскликнул, чувствуя, как все эмоции перемешались внутри, а от страха в моменте к горлу подкатила лёгкая тошнота. Он не ожидал подобного. — Я... я не стоило. Ты ведь не серьёзно?

— Как же не стоило, это часть тебя. Отныне ты не привязан ни к кому и можешь делать что хочешь. Мне не в радость видеть, как ты чахнешь, так что я приму любое твоё решение. Захочешь ли ты остаться со мной и восстанавливать общество или же уехать так далеко, как это только возможно...

Кольцо в момент оказалось уже в других руках. Лололошка удивлённо вскинул голову, глядя на парня перед ним:

— И ты не будешь против? После всего случившегося? А как же королевство, как ты им объяснишь.

— Инсценировка смерти никогда не была проблемой, да и от гибели демона вряд ли кто-то устроит переполох. Переживу, — он одарил того решительным взглядом. — Что думаешь?

А Лололошка и не знал что думать. Всё буквально стало ещё сложнее в один момент, когда он хотел отдать это кольцо обратно, чтобы Люциус так и остался тем, кто держит его насильно и будет не жалко уйти вот так.

В голове появилась безумная идея, где он остаётся и всё решит, только она ощущалась как что-то невозможное. Только вот и данный поступок эльфа он уже считал невозможным. Стоит попробовать?

— Ло? Ты плачешь? — вдруг вывел из транса его голос.

Демон слегка взмахнул крыльями и стёр пару слезинок, что оказывается предательски посмели проскочить. "Когда я успел стать таким чувствительным плаксой?" — до сих пор не мог понять он, хоть и чувствовал причину, но не принимал факта.

— Я останусь, — наконец он смог ответить. — Если пообещаешь, что всё будет так, как ты сказал, то я готов рискнуть с тобой. Я хочу исправить всё.

— Я обещаю, теперь ты можешь идти куда захочешь, если ты останешься, то я готов сделать всё что угодно, — он неожиданно прислонился лбом к ещё вытянутой ладони парня. — Отныне мы будем честны перед друг другом. Больше никакой лжи.

Лололошка сглотнул, ощущая ком в горле и приподняв его подбородок, дабы не отвечать, снова прислонился к чужим губам, пытаясь вылить в поцелуй всю бурю своих накативших страхов.

-----

тгк: https://t.me/hleboofk