Том 1. Глава 3.
Они мчались. Вернее, мчался он, неся её. Она стискивала зубы, стараясь заглушить стон, который рвался наружу с каждым его толчком от земли. Боль в сломанной ноге была живым, раскалённым кинжалом, вонзавшимся глубже при каждом шаге. Как он ещё держится? Его дыхание стало осипшим, капли пота стекали по щекам. В её глазах, помутневших от боли, он в этот момент казался спасителем, бросившей вызов самому Лабиринту.
—Ты... ты знаешь, куда... бежим? – выдохнула она, едва переводя дух. Казалось, каждое слово отнимает последние силы.
—Да – бросил он коротко, даже не глядя на неё, всё внимание приковано к серым стенам, мелькавшим по бокам. Он резко свернул влево, потом вправо. Движения были точные, выверенные, как будто карта Лабиринта была вшита у него в мозгу.
Неожиданно, посреди этого бега и боли, он мельком глянул на неё:
—Эй, ты не голодна случайно?
Как будто в ответ, её желудок громко и предательски заурчал. Она зажмурилась, чувствуя, как жар стыда заливает щёки. Хотела провалиться сквозь землю. Он коротко фыркнул, уголки его губ дрогнули в едва уловимой усмешке.
«Вот почему именно сейчас!» - мысленно выругалась она.
—Ладно, слезай – скомандовал он, замедляя шаг.
— Перерыв.
Он осторожно, но всё же резковато поставил её на относительно ровный участок каменного пола. Она вскрикнула, схватившись за лодыжку. Боль никуда не делась. Лишь притупилась на мгновение, чтобы теперь наброситься с новой силой. Он сбросил рюкзак с плеча, расстегнул его и достал что-то, завернутое в грубую ткань. Развернул. Там оказался внушительный бутерброд с беконом и каким-то подобием сыра.
—На – протянул он ей.
—Не помирай с голоду, пока я тут из кожи вон лезу.
Она жадно схватила бутерброд и впилась в него зубами, забыв о манерах. Сухой хлеб встал комом в горле, вызвав приступ кашля. Он хлопнул её по спине.
— Куда так торопишься? – процедил он, пока она, покраснев, откашливалась.
Она кивнула, не в силах говорить, и продолжила есть, уже медленнее. Пока она ела, он тряхнул руками, разминая затёкшие мышцы, сжал и разжал кулаки. Напряжение было видно в каждом его движении. Удивительно, что он вообще смог её тащить так долго.
Проглотив последний кусок, она облегчённо вздохнула. Силы, казалось, по капле возвращались.
—Отдохнули? – спросил он, уже натягивая рюкзак на плечо. — Хватит. Устал таскать тебя в обнимку, залезай на спину.
Он присел на одно колено, откинувшись и явно ожидая, что она послушается без лишних слов. Она неуклюже, превозмогая боль, обвила руками его шею. Он подхватил её под колени и резко встал. Жгучая боль пронзила сломанную ногу там, где его пальцы впились в плоть для надёжного захвата.
—Ай! – вскрикнула она, не в силах сдержаться.
—Ой, простите, ваше высочество! – огрызнулся он, уже набирая скорость. —Может, поцелую, чтоб прошло? Откуда ты вообще успела перелом получить?
—Это длинная история... – буркнула она, пряча лицо у него за спиной.
«Рассказывать сейчас про прыжок со второго этажа? Нет уж.»
Он фыркнул, но вопросов больше не задавал, сосредоточившись на беге.
Она прижалась к его спине, чувствуя напряжение мышц под тканью футболки. Только сейчас, в относительной «тишине» после еды, она разглядела его лучше. Чёрные, чуть влажные от пота волосы. Сильная шея. Профиль с резкими, но гармоничными чертами. Высокие скулы, прямой нос. Узкие, тёмно-карие глаза, прищуренные в сосредоточенности, зорко сканировали путь вперёд.
«Симпатичный» - невольно мелькнула мысль. Неожиданно его глаза метнулись вбок, поймав её взгляд.
— Знаю, что я красив – его губы тронула саркастичная усмешка — но, может, прекратишь пялиться?
Она резко отвела взгляд, почувствовав, как жарко стало щекам.
«Неловко. Очень неловко.»
Каменные коридоры мелькали, казалось, бесконечно. Он бежал, поворачивая с пугающей уверенностью. Внезапно он резко сбавил темп, одной рукой крепче прижимая её ноги (она снова вскрикнула), а другой взглянул на массивные часы на запястье. Его лицо мгновенно потемнело. Брови сдвинулись в одну грозную линию.
—Чёрт побери! Опаздываем! – Его голос, обычно полный сарказма, теперь звучал жёстко и тревожно.
Он рванул вперёд с такой скоростью, что её отбросило назад. Она вцепилась в него мёртвой хваткой, прижавшись лицом к его спине, боясь пошевелиться.
«Не упасть бы...»
Он нёсся как угорелый, повороты следовали один за другим. И вдруг впереди, в конце длинного коридора, показался свет. И толпа.
Люди.
Много людей, столпившихся у огромного, едва различимого в свете проёма в стене. Они кричали, махали руками, их голоса сливались в тревожный гул. Среди мелькающих лиц она узнала Алби, светловолосого и Джеффа.
Они ждут?
Нас?
Она вдруг осознала, что даже не знает имени парня, который её несёт.
«Сейчас не до вопросов.»
Гул стал чётче, слова различимы:
—Давай, Минхо! Шевелись!
— Быстрее!
—Почти! Держись!
—Ты сможешь!
Почему они так паникуют? Что-то не так. Ощущение надвигающейся беды сжало сердце. Они вырвались из каменных объятий Лабиринта на солнечную поляну. Воздух взорвался криками. Не злобой, а облегчением. Кто-то хлопал Минхо по плечу, кто-то выкрикивал поздравления. На неё смотрели десятки глаз. Мужских, молодых, полных любопытства.
«Девушек тут явно не водится...»
Минхо, тяжело дыша, весь в поту, осторожно, почти нежно поставил её на траву. К ней тут же подошёл Джефф. Он смотрел на неё сверху вниз, его лицо было не злобным, а... измождённым и бесконечно усталым.
—Ты – начал он, и в его голосе не было злости, только констатация факта.
—Оказалась ещё большей дурой, чем я мог предположить.
Она хотела огрызнуться, но он продолжил:
—Сейчас пойдём в Хомстед. Клинт посмотрит твою ногу. Пожалуйста
–он подчеркнул это слово —Без твоих выкрутасов. Хотя бы на этот раз.
Она встретила его усталый взгляд. Её гнев угас.
— Обещать не буду, но... постараюсь – тихо сказала она.
Джефф цокнул языком, но в уголках его глаз дрогнуло что-то похожее на усмешку.
—Думаю, таких сумасшедших новеньких я в жизни не видал.
—Спасибо – язвительно ответила она.
К ней подошёл светловолосый.
—Я, конечно, не видел того цирка, что ты учудила. Но рад, что ты жива – сказал он мягко. — Меня зовут Ньют.
Она попыталась улыбнуться.
—Приятно познакомиться, Ньют. Я... я не помню своего имени.
—Не волнуйся – он махнул рукой, словно это было ерундой. —Здесь это норма. У всех тут отшибленная память.
— Что? – Она широко раскрыла глаза. Все?
—Завтра – Ньют мягко, но твёрдо прервал поток вопросов, который вот-вот хлынул из неё. —Завтра отвечу на все. Сегодня тебе лучше отдохнуть. Договорились? – девушка кивнула.
Алби подошёл к Минхо, который стоял, опираясь руками на колени, пытаясь отдышаться.
—Минхо... – начал Алби, похлопывая его по плечу. На его лице светилась улыбка.
—Не ожидал другого от тебя. Ты отлично справился. А с тобой – он кивнул на девушку —мы ещё поговорим.
Она сжала кулаки. Да, разговор предстоит. Но теперь она знала имя своего спасителя. Минхо.
Минхо выпрямился, вытер рукавом пот со лба.
—Болтовню оставьте на потом – его голос был хриплым от усталости, но сарказм пробивался. —Вижу облегчение на лицах? Прекрасно. А теперь, милые мои, может, кто-нибудь догадается принести мне воды?
Алби молча кивнул стоявшему рядом парнишке. Тот метнулся прочь.
И в этот момент раздался гулкий звук. Словно скрежет гигантских каменных жерновов. Звук, от которого кровь стыла в жилах. Она резко обернулась. Каменные ворота Лабиринта. Тот самый проём, через который они только что вырвались и начали медленно, неумолимо сдвигаться. Земля под ногами дрогнула. Теперь она поняла панику, крики «Быстрее!», напряжение на лицах. Если бы они опоздали... Если бы Минхо сбился с пути... Если бы не его безупречное знание Лабиринта... Они остались бы там. Наедине с тьмой и тем, что издавало тот жуткий вой. Мысль заставила её содрогнуться.
Огромные каменные плиты сошлись с глухим, окончательным БУМ-ом. Пыль взметнулась столбом. Лабиринт был запечатан до следующего утра.
Ньют, казалось, не обратил на это никакого внимания. Он повернулся к ней, его улыбка была тёплой.
—Ну вот – сказал он просто, как будто представлял гостя на вечеринке. —Добро пожаловать в Глейд, новенькая.
Она смотрела на него, потом на запечатанную стену, потом на усталое, но довольное лицо Минхо, на хмурого Алби, на Джеффа, который разговаривал с кем-то. Она одна чувствовала этот ужас от того, что только что произошло? От того, что было за этими стенами? От этой потери памяти? От всего этого безумия?
«Похоже, что да.»