Chapter 6
Открыв глаза, я ущипнула себя, надеясь, что всё, что со мной произошло, это лишь страшный сон. Но оглянувшись по сторонам, я поняла, что это была жуткая реальность, ведь сейчас я находилась в каюте капитана. Взглянув под одеяло, убедилась, что одежда на мне и облегчённо выдохнула.
Я слышала громкие разговоры на палубе, и мне до жути стало интересно, что там происходит. Слава всем богам, я застала одежду, любезно кем-то подготовленную, рядом с кроватью.
Одевшись в прекрасное фиолетовое платье, я расплела несчастный пучок, взъерошивая волосы, дабы придать им объём.
Осторожно выскользнув из каюты, я потихоньку перебралась за спины пиратов, которые что-то разглядывали впереди и бурно обсуждали. Забравшись на какую-то бочку, я смогла разглядеть, что же такое обсуждали мужчины.
К мачте был привязан Генри. Его голая спина то и дело напрягалась, но улыбка не сходила с его лица. Ему было забавно? Что за наказание его ждёт? Я удержалась за верёвки, продолжая с бочки смотреть на пирата. Перед ним чуть ли не в плотную стоял капитан, проговаривая свой приговор.
— За это ты получаешь десять...нет, двадцать ударов плетью, за то, что это был не первый раз, — Чон под конец перешёл на грозный шёпот. Генри удивлённо поднял брови, а после заметил меня, наблюдающую за всем этим.
— Есть, Капитан. Двадцать, так двадцать, жалко только, что я получаю их ни за что, ведь ничего не сделал с вашей прекрасной девчонкой, — он сказал это мерзко и ядовито, глядя прямо мне в глаза. Ноги чуть не подкосились, но я успела удержать равновесие. Чёртов мерзавец!
— Молчать, — Чон резко схватил провинившегося за волосы и оттянул назад, что-то шепча ему на ухо. А после вытянул руку, в которую ему тут же вложили плеть. Неужели он сам будет наказывать его?
Капитан отошёл на достаточное расстояние и выправил длинную плеть, от вида которой мне уже стало больно. Я напряжённо вздохнула. И сразу же раздался удар. Генри поджал губы.
— Один.
Я увидела первую красную полосу на его спине, капля крови стала стирать на палубу.
— Четыре.
Пират держался. Видно, что он не хотел сдаваться, но ему предстояла ещё долгая пытка. От каждого удара мне становилось хуже и хуже. Но я продолжала смотреть...Пусть мерзавец получит по заслугам.
— Десять.
Генри уже искусал губы до крови, а верёвки на его руках покраснели. Он до такой силы сжимал руки, что верёвка вписалась в грубую мужскую кожу. Мои ноги тряслись. Его спина уже была исполосона до неузнаваемости. Отвратительно.
— Что ты тут делаешь? Тебе не стоит смотреть! — меня заметил Микки и подбежал ко мне, не привлекая внимания.
— Двенадцать.
— Я должна досмотреть.., — выпалила, чудом произнося слова. Меня уже тошнило, поэтому я облизнула сухие губы и глубоко вздохнула, прикрыв глаза.
— Ты не сможешь. Пойдём! Если капитан увидит..
— Ничего не будет. Я останусь и досмотрю.
— Пятнадцать.
Микки всплеснул руками, но уходить не собирался. Он остался рядом со мной до конца. Пират уже еле стоял на ногах. Глаза периодически закрывались. Теперь уже он кричал от каждого удара.
— Двадцать.
Я сжалась, глядя на то, как Генри облизал свои губы, кинув на меня взгляд. Даже сейчас, когда его спина была полностью изуродована и никогда он больше не отмоется от этого позора, он продолжает вести себя как ублюдок.
Подул ветер. Мои волосы и подол платья элегантно развило. Я продолжала смотреть на пирата сверху вниз, корча губы в злой усмешке. Только после этого он потерял сознание и его стали отцеплять от мачты. Пираты разбежались по своим местам, а я только сейчас опомнилась, когда Микки дёрнул меня за подол платья.
— Быстрее!
Я спрыгнула с бочки, но и шага сделать не успела. Нас заметил капитан.
— Что вы здесь делаете? — по его лицу было сложно сказать, зол он или удивлён.
— Капитан, Амелия вышла подышать, ей стало душно в каюте.., — заступился мальчик, взяв меня за руку. Чон обратил внимание на это.
— Это ведь неправда, Амелия? — он перевёл взгляд на меня.
— Неправда. Я вышла, чтобы посмотреть на то, какое наказание вы придумали для человека, который чуть не надругался надо мной. И считаю, что имею на это полное право! — чтобы Микки не получил за враньё, я слегка отпихнула его за свою спину, продолжая сжимать маленькую ручонку.
— Имеете. И что, вас всё устроило? — Чон словно смотрел мне в душу. Меня напрягло это.
— Вполне, капитан.
— Микки, приступай к работе. А вы, — мужчина указал на меня, — Пройдёмте со мной.
***
Я сидела на стуле, сжимая подол платья. Чон стоял ко мне спиной, разглядывая маленькое окошко в его каюте. Да что с ним? Я встала и аккуратно подошла к нему сзади. Капитан словно не слышал ничего вокруг себя.
Лёгким касанием я дотронулась до его плеча. Моя рука тут же была перехвачена его. Мужчина развернулся, с печалью разглядывая мою аккуратную ручку с белой, словно фарфор, кожей. Я испуганно выручила глаза, продолжая разглядывать черты лица капитана. Всё же, он очень красив.
Чон медленно поднял на меня карие глаза. Я была слишком напряжена, чтобы что-то сказать или что-то сделать. Даже каждый вздох мне давался трудно. Аккуратно, но ловко и быстро, капитан приблизился к моему лицу, соприкасаясь губами с моими, точно сладкая клубника, губам.
Я не могла пошевелиться. Время застыло. Я лишь слышала своё учащённое сердцебиение, которое ударом отдавалось по ушам. Его губы властно накрыли мои, сминая, даря неимоверную ласку, от которой хотелось растаять, как сахарная вата. Я прикрыла глаза, поддаваясь к телу мужчины ближе. Одна рука легла на мою талию, крепко удерживая меня на весу, ибо ноги отказывались стоять. Вторая рука нежно взяла меня за подбородок, приподнимая моё лицо.
Поцелуй стал страстнее и ярче. Чон пустил в ход свой язык, который в эту же секунду принялся танцевать с моим. Что с тобой, Амелия? Почему ты не противишься ему, почему тебе это нравится?
Я обхватила шею мужчины, рукой сжимая волосы на его затылке и признаться, могла бы совершить много чего ещё, если бы Чон не отстранился.
Его глаза горели, было видно, что он не хотел прекращать это, хотел продолжать. И, о боги, я боюсь представить, что бы мы натворили, не остановись сейчас. Капитан сглотнул, отвернулся от меня.
— Прошу прощения. Этого не должно было произойти. Впредь, такого больше не повторится, — он нервозно потрепал себя по волосам.
И тут я ляпнула ужасную вещь.
— Почему? Я хочу, чтобы это повторилось...
— Вы ошибаетесь, Амелия. Вам это не нужно, вы не знаете какой я человек! Я отвезу вас на Тортугу и там наши пути разойдутся, — Чон остановился у двери.
— Но я вижу какой вы! Да и разве..я совсем вам не симпатична, что вы так отвергаете меня? — признаться, всё сказанное, было выпалено на эмоциях.
— Симпатичны, — мужчина развернулся и быстрыми грубыми шагами отказался возле меня. — Но вы ничего не знаете обо мне. Вас напугает моё прошлое. А я не хочу, чтобы вы меня боялись.
— Так расскажите. Обещаю, я не буду вас бояться.., — я аккуратно взяла его за руку, нежно сжимая, одаривая женским теплом.