24.2. Та бежі вже!
— Что? — не поняла Чернышевская. Ветер стал еще сильнее. Кожа девушки покрылась мурашками. То ли от холода, то ли от его сурового взгляда. Брат и друзья Кирилла держались в стороне. Опять, будто с цепи сорвался. Блондин вцепился в её губы жадным, собственничестким поцелуем. Он никогда не целовал её так прежде. Макс было уже хотел поспешить к ним, опасаясь, что брат закатит истерику. Хотел извиниться, попробовать сгладить ситуацию. Но Кирилл сам её сгладил.
Он уже более спокойно приобнял её за талию. Вокруг всё смотрели только на них. Незборецкий как бы говорил всем, что она его. В первую очередь, брату. Он понял, что, наверное, Макс был прав. Кирилл влюблён.
Максим стоя у стола, ухмыльнулся:
— Ну и кто же оказался прав?
— Це що таке? — спросил Некрасов.
Макс посмотрел на него и улыбнулся:
— То самое. — он взял со спинки стула, забытую Александрой, кофту. В то время, как все на террасе сидели в куртках, она стояла в тонкой блузке. Но, наверняка, её грел Кирилл. Он уже оробел. Его ярость, будто окатили холодной водой. Он мягко отстранился и посмотрел на Сашу. Та опустила глаза:
— Что ты там говорил?
— Иди в номер, я сейчас приду. — сказал он, передавая ей ключ-карту от свого номера. Девушка послушалась. Она вошла в здание отеля и на лифте поднялась на нужный этаж. Незборецкий подошёл к брату и посмотрел на него. Максим постарался примирительно улыбнуться, но младший забрал из его рук женскую кофту:
— Не подходи к ней больше.
— Извини.
— Я не злюсь на тебя. Просто больше не нужно…
— Я понял. — перебил брата Максим. Понял. Конечно понял. Как не понять? Кажется, он всё понял ещё тогда, когда младший его чуть не разорвал. В клубе. Когда вышли покурить. В тот момент, парень из вежливости просто придержал Чернышевской дверь. А Кир так надулся, что чуть не лопнул.
Парень повернулся к друзьям:
— Вибачте мене. Сегодня окультуриваться будете без меня. Важные дела появились. Ваш покорный слуга, — он махнул на старшего брата, — Вам придумает программу, всё расскажет, покажет. В общем, передаю вас в надёжные руки…
— Та бежі вже! — сказал ему Костик. Ну они не понимают что ли? Все взрослые люди. Все всё знают и понимают. У всех любовь. Была, есть. У кого-то даже отношения.
Кирилл кивнул, бросил последний взгляд на брата и будто растворился. Через секунду его уже не было в поле зрения…