3. Дуэль
Утро перед Финальным вечером. Лис выложила к себе в тгк пост о том, что сегодня они с Ковалем будут разбирать их проблемы в шутках и чтобы люди успели купить билеты. Вечер. Зал был переполнен, воздух гудел от ожидания. Сцена освещалась по-новому — два круга света, два микрофона. Лис в своем гибридном стиле — шелковое платье-комбинация, наброшенное поверх футболки с принтом мёртвого мема. Коваль — всё та же косуха, но под ней — свежая рубашка. Деталь, которую заметила только она.
Ведущий объявил формат: «Без цензуры. Читаем ваши записки и препарируем ваши больные мозги». В зале пронесся одобрительный гул.
Первые записки были предсказуемы. Кто-то жаловался на панические атаки в метро, кто-то — на партнера, который ушел к виртуальной ассистентке. Лис и Коваль работали как ассиметричные клинки. Она — острая, ядовитая, бьющая в самое нутро.
«Ваш парень променял вас на AI? Милые мои, так он просто нашел ту, кто молчит и всегда соглашается. Вы слишком много требовали — человеческого тепла, внимания... Ебали мозги короче. Ну сами подумайте, какая несправедливость. Люди перестали воспринимать вот этот прекрасный вынос мозга по вечерам, скандалы с разбитой посудой...».
Он — тягучий, философский, разбирающий абсурд по косточкам.
«Боитесь метро? А вы попробуйте представить, что вы — не вы, а ваша же собственная тревога. И вам тоже несладко! Вам надо постоянно придумывать новые поводы для паники, держать себя в тонусе. Вы попробуйте в метро по другим поводам загоняться. 100% поможет».
Они пасовали друг другу, как давние напарники. Лис бросала ему записку с вызовом в глазах: «Справишься?». Дима, хмыкая, подхватывал и раскручивал её мысль в неожиданную сторону. Зал заходился от смеха, не зная, на ком остановить взгляд.
Атмосфера накалялась, превращаясь в электрический ток, который метался между ними. Их взгляды сталкивались всё чаще, задерживались всё дольше. В её глазах читался азарт, в его — редкое, почти забытое оживление.
И вот Коваль развернул очередной листок. Его брови поползли вверх. Он медленно поднял глаза, сначала на зал, потом на Лис. В уголках его губ заплясали чертики.
«Окей, — он кашлянул для проформы. — А это... это уже про нас».
Заржал даже осветитель в технической зоне.
«Вопрос на засыпку, — Коваль сделал театральную паузу, наслаждаясь моментом. — Цитирую: "Вижу, как вы с Лис часто стали появляться вместе. Что у вас?"»
Заржал уже весь зал. Лис почувствовала, как по её щекам разливается жар. Она скрестила руки на груди, пытаясь сохранить маску безразличия.
«Что у нас...» — Коваль почесал затылок, изображая глубокомысленное недоумение. Он подошел к её микрофону, нарушив границу её личного пространства. «Ну, Лис? Что у нас? Как нам это... классифицировать?»
Она сузила глаза, готовая пронзить его острой шуткой. Но он не дал ей вставить слово.
«Я, если честно, и сам не пойму, — продолжил он, обращаясь к залу с пафосом потерянного мальчика. — То ли у нас творческий союз... То ли я её новый невыдуманный кейс для стендапа...»
Зал взревел. Лис невольно рассмеялась, покачав головой.
«Может, я её тестовый пациент? — не унимался Коваль. — Она ставит на мне эксперимент: "Сколько минут стендапа нужно, чтобы вылечить циника от мизантропии?" Пока, кстати, не очень работает. Я как ненавидел людей, так и ненавижу».
Он отошёл к своему микрофону, оставив её в центре внимания.
«Нет, ребят, серьёзно, — его голос стал нарочито будничным. — Мы просто два сапога... пара. Оба в этом ебучем мире юмора пытаемся не сойти с ума, только вместе. Она — со своим скальпелем, я — со своим... старым, тупым тесаком».
Он посмотрел на неё. И в этот раз в его взгляде не было ни насмешки, ни вызова. Была какая-то странная, неподдельная уязвимость.
«А что у нас... — он развёл руками. — А хуй его знает. Спросите через месяц». - парень подмигнул Лис.
Овации были оглушительными. Фестиваль закрылся. Свет погас, и они остались вдвоём в полумраке опустевшей сцены, оглушённые тишиной, наступившей после грома аплодисментов. Между ними висел тот самый не заданный вопрос, превращённый в шутку, но от этого ставший только весомее.