"ботанический сад кошмаров"
Затаив дыхание, я метнула взгляд по коридору. Пусто. Тишина густела, прерываемая только бешеным стуком моего сердца, отдававшимся в висках.Никого. Но это ничего не значило. Пустота лишь подчеркивала жуткое ощущение незримого присутствия. Я знала. Кто еще мог? Майя? Родители? Друзья? Смешно. После видео и последующего затворничества круг общения сузился до размеров игольного ушка. Оставался только один человек, чье имя обжигало сознание: Джуд Беллингем. Тот самый, чье внимание"уже разбило мою жизнь вдребезги.
Сжав зубы, я схватила эту роскошную, дурманящую ношу. Лепестки, холодные и бархатистые, коснулись кожи, вызвав мурашки. Не из-за прикосновения, а из-того, чьи это были руки - реальные или виртуальные - уронили его здесь. Я заперла дверь на все замки, прислонилась к ней спиной, пытаясь унять дрожь. Букет в руках вдруг показался тяжелым, как труп. Что с ним делать?
Выбросить? Мысль пронеслась, острая и соблазнительная. Но тут же пришла вторая, ледяная: А если он узнает? Если это вызов? Его молчание было оружием. Отсутствие карточки - часть игры. Я не знала правил, но инстинктивно чувствовала: выбросить - значит проиграть. Значит дать ему повод для... чего? Нового видео? Публичного унижения? Появления на пороге?
Словно на автопилоте, я нашла самую большую вазу - подарок бабушки, пылившийся на антресолях. Налила воды, поставила чудовищно прекрасный букет посреди кухонного стола. Он занял полстола, его пурпурные и бордовые головки кивали мне, а тяжелый, пряный аромат начал немедленно заполнять маленькое пространство кухни, смешиваясь с запахом старой мебели и моих страхов. Он был здесь. Его присутствие материализовалось в этих цветах.
Рука сама потянулась к телефону. Набрала Майю. Голос дрожал, когда я описала находку.
-Ого! - ее реакция была предсказуемо легкомысленной. - Опять? Ну, Мил, похоже, наш мальчик Джуд не может о тебе забыть! Целая неделя тишины, и вот - бам! Цветочный десант! Она засмеялась, и этот смех резанул по нервам. Она не понимала. Не чувствовала этого леденящего ужаса.
Майя, это не смешно - прошептала я, глядя на цветы, которые казались теперь зловещими. -Это... это преследование. Он знает, где я живу! Он напоминает о себе!
-Ага, преследование с букетами по цене твоей годовой зарплаты- фыркнула она. - Послушай, может, он просто... влюбился? По-своему, конечно. Уродски, богато, но факт - он не отпускает. Может, тебе стоит выйти из своей раковины? Показать ему, что ты не сломлена? Купить билет на его ближайший матч, явиться, сиять! Пусть видит, что его 'жертва' не прячется!
Купить билет на матч? Сиять?У меня перехватило дыхание. Мысль о том, чтобы оказаться в толпе его фанатов, где каждый второй видел то видео, где кричали его имя... где он мог меня увидеть... Это был не выход, это было самоубийство.-Нет, Майя- резко ответила я. -Никаких матчей. Никакого 'сияния'. Я не хочу его видеть. Никогда.
Я отключилась, оставив ее увещевания висеть в воздухе. Совет был отброшен, как горячий уголь. Но игнорировать цветы... это не получалось.
На следующий день, ровно в то же время - звонок в дверь. Резкий, требовательный. Сердце провалилось в пятки. Я подкралась к глазку. Никого. Осторожно открыла. На полу - еще один букет. Больше. Еще роскошнее. Какие-то невероятные лилии с леопардовым рисунком на лепестках, обрамленные черными орхидеями. Еще дороже. Еще тяжелее пахнущий. Я внесла его в дом, как осужденная. Поставила в другую вазу. Теперь их было два. Два немых свидетеля, два трофея его навязчивости.
И так - каждый день. Ровно в полдень - звонок. Я перестала подходить сразу, ждала, прижавшись к стене рядом с дверью, слушая, как шаги удаляются. Потом открывала. И каждый раз - новый букет. Каждый - больше и экзотичнее предыдущего. Гигантские протеи, похожие на инопланетных ежей. Каскады плетистых роз цвета старого вина. Странные тропические цветы с мясистыми лепестками и названиями, которых я не знала. Без единой записки. Только цветы.И этот душистый, удушающий аромат, который теперь висел в квартире постоянной тяжелой пеленой.
Через неделю моя маленькая квартира превратилась в жутковатый ботанический сад. Вазы стояли везде: на подоконниках, на полу, на книжных полках, вытесняя книги. На столе уже не было места для еды - только лес из стеблей и бутонов. Воздух был густым и сладким до тошноты. Я перестала открывать окна - боялась, что соседи почувствуют этот запах и поймут. Поймут что? Что меня преследуют роскошными цветами? Звучало бы как бред сумасшедшей или... хвастовство избранницы.
Я жила в осаде. Осаде безмолвной, но осязаемой. Каждый новый букет был как пощечина, напоминание: Я здесь. Я думаю о тебе. Ты не спрячешься. Твоя жизнь все еще принадлежит мне. Я ненавидела эти цветы. Их красоту, их запах, их немое утверждение власти. Но выбросить их... я все еще не решалась. Страх перед его реакцией был сильнее отвращения. Что, если это последняя капля? Что, если молчание сменится... действием?
Я сидела посреди своего цветочного мавзолея, задыхаясь от аромата тысяч лепестков, и смотрела на дверь. Завтра снова будет звонок. Снова шаги. Снова букет. Больше. Дороже. Удушающе прекрасный. И я знала, что внесу его. Потому что не знала, что еще делать. Потому что стены моей крепости теперь были сложены не из кирпичей, а из стеблей и шипов, и Джуд Беллингем методично, день за днем, возводил их вокруг меня все выше и выше. До каких пор? До какого финала? Ответа не было. Только цветы. Все больше и больше цветов.