"поле его игры"
Его взгляд... Этот пронзительный, холодный, знающий взгляд. Он прожигал меня насквозь, даже сквозь темные линзы спортивных очков. Мгновение длилось вечностью. Вся моя бравада, весь этот дурацкий красный вызов - рассыпались в прах под тяжестью его внимания. Я отвернулась, резко, как будто меня ударили по лицу. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди и упадет на бетонный пол трибуны к чьим-то ногам. Я не дышала. Не могла. Только когда краем глаза, украдкой, я удостоверилась, что он побежал дальше, его взгляд больше не прикован ко мне - я позволила себе судорожный вдох.
Но спокойствие не вернулось. Теперь я просто стояла, как истукан, нервно перебирая пальцами грубую ткань рукава своей красной толстовки. Каждое прикосновение напоминало мне о глупости этой затеи. Матч превратился в мучительное ожидание. Каждый свисток судьи, каждый крик толпы, каждый пас мяча - все это было лишь шумом, фоном для одного вопроса, который сверлил мой мозг: Что он понял? Что он теперь сделает? Я не видела игру. Я видела только его фигуру на поле, ловкую, уверенную, всесильную. И ощущение ожога от его взгляда не проходило.
Наконец-то финальный свисток. Я почти побежала, пробиваясь сквозь ликующую (или разочарованную - мне было все равно) толпу. Мне нужно было уйти. Быстрее. Дальше. Стереть это место и этот день из памяти. Но как? Как стереть то, что поселилось внутри, этот ледяной ком страха?
Инстинкт самосохранения, или просто отчаяние, привел меня в ближайший огромный торговый центр. Яркий свет, гул голосов, навязчивая музыка - все это должно было заглушить внутреннюю тишину, наступившую после рева стадиона. Я бродила по магазинам, почти не глядя на вещи. Просто покупала. Платья, кофты, косметику - все, что попадалось под руку. Тяжелые пакеты в руках были каким-то жалким оправданием, доказательством того, что я жива, что я могу что-то делать, пусть даже такое бессмысленное. Каждый новый пакет - это кирпичик в стене, которой я пыталась отгородиться от реальности. От него.
Так прошло несколько часов. Я уже почти поверила в иллюзию нормальности, стоя в очереди на кассу с очередной бессмысленной кофтой, когда почувствовала это... ощущение. Мурашки по спине. Тревожный холодок в затылке. Я медленно обернулась, уже зная, предчувствуя.
И увидела его.
Джуд Беллингем. Не в форме, а в дорогих, идеально сидящих джинсах и черной водолазке, которая подчеркивала его атлетическое телосложение. Он стоял недалеко от эскалатора, его взгляд методично скользил по толпе покупателей. Кого-то искал. Моя кровь застыла в жилах. Он выглядел спокойным, даже немного отстраненным, но в этой осанке чувствовалась хищная целеустремленность.
И вот его взгляд... остановился. Прямо на мне.
Время снова замерло. Шум торгового центра превратился в приглушенный гул. Я стояла, зажатая в толпе, с кучей пакетов в руках, и чувствовала себя как мышь, застигнутая светом фар. Двигайся! Беги! - кричало что-то внутри. Но ноги стали ватными, руки онемели. Я не могла пошевелиться. Просто смотрела, как он, не торопясь, начинает движение в мою сторону. Каждый его шаг отдавался гулким ударом в моей грудной клетке.
Он подошел. И улыбнулся. Та самая легкая, обезоруживающая улыбка, которую видели миллионы на обложках журналов. Но в его глазах не было ни тепла, ни радости от встречи. Была лишь та самая холодная оценка, смешанная с... удовлетворением? Как будто он нашел спрятанную игрушку.
-Милли - его голос был мягким, почти ласковым, но каждый слог впивался в кожу как ледяная игла. Он легко, почти небрежно, взял из моих оцепеневших рук самые тяжелые пакеты. - Я отвезу тебя домой. Ведь давно не видел.Он сделал паузу, и его улыбка стала чуть шире, чуть острее. - Ты же целую неделю пряталась от меня.
Паника наконец прорвала паралич. -Отдай!- мой голос прозвучал хрипло и неестественно громко. Я потянулась за пакетами. - Не твои пакеты! И не будь таким... таким джентльменом!Он просто поднял пакеты выше, туда, куда я не могла дотянуться из-за своего роста. Это было так унизительно, так наглядно демонстрировало его физическое превосходство. -Не упрямься, Милли- сказал он спокойно, как будто уговаривал капризного ребенка. Затем, ловко переложив все пакеты в одну руку, он свободной рукой взял меня за запястье. Его пальцы сомкнулись плотно, но не больно. Просто неотвратимо. Как наручники.
Он повел меня к выходу. Я шла, почти спотыкаясь, мое запястье горело под его хваткой.-Зачем?- вырвалось у меня, голос дрожал от бессилия и страха. - Зачем ты так ухаживаешь за мной? Будто... будто мой парень?Это прозвучало как обвинение, как попытка докопаться до смысла этого кошмара.
Он остановился прямо у стеклянных дверей, ведущих на вечернюю улицу. Толпа проходила мимо, не обращая внимания. Он медленно наклонился ко мне. Его дыхание коснулось моего уха, холодное, несмотря на тепло торгового центра. Я замерла, не в силах пошевелиться. И тогда он прошептал. Тихим, интимным, невероятно опасным голосом, в котором не было ни капли шутки:
-А если я хочу и быть им?